Стереть из памяти

(дата неизвестна)

      Первый раз, когда я встретил Джорша, ему было шестнадцать. У Джорша всё ещё были тёплые полурастаявшие глаза и глубокие порезы, чёрного и синего цвета, и родинки, разбросанные по всей спине как минное поле. Джорш был новеньким. Он был одинок, хотя пользовался огромным спросом у девушек и очевидной завистью у многих игроков школьной команды. Мы оба были напуганы и одиноки, но потом мы начали разговаривать. Мне нравилась его ослепительная улыбка и волосы цвета розовой сливы.

***

— Приветствую всех учеников, — он до ужаса ненавидел её тихий писклявый голос, который просачивался в каждую щель здания. — Пожалуйста, прослушайте объявление. В эту пятницу стартует военно-патриотический месячник. Каждому из вас нужно записаться на внеурочный семинар, направленный на духовное и культурное воспитание учеников.       Тайлеру всегда было скучно на уроках истории Мисс Донкан. Он никогда не понимал, как можно изучать то, чего уже нет. Прошлое позади, так зачем копаться в этой компостной яме лжи. Да и в общем-то начало дня давалось ему всегда сложно.       Он чувствовал себя овощем. Тай откинулся на спинку стула, вжал в себя шею, скатился вниз по спинке стула, так что ноги упирались в соседний стул, и зажмурился, чтобы не видеть ничего, что происходит в этом скудном, не очень интересном мире. — Тихо, тихо, — пыталась она перекричать два десятка учеников, которые суетливо занимались своими делами. — И ещё на сегодня. С вами будет учиться Джошуа Дан. Его родители недавно переехали в наш район.       На какую-то долю секунды весь класс неожиданно стих, когда в кабинет уверенно зашёл парень. Тайлер немного удивился и поднял голову, чтобы увидеть, что происходит.       Около доски стоял высокий парень лет шестнадцати, довольно крепкого телосложения, что нельзя было сказать из-за его красной клетчатой рубашки, верхняя пуговица которой застёгнута под самое горло, благодаря чему она придавала ему некую худобу.       Он стоял, переминаясь с пятки на носок, застенчиво улыбался, держась за лямку своего рюкзака; изредка проводил рукой по своим розовым волосам, в надежде убрать хаос на голове.       Его внешность сильно привлекала внимание, так что никто не спускал глаз с нового ученика. И, когда он проходил мимо рядов, девчонки с первых парт не сводили глаз с его задницы, а он тем временем ехидно строил им глазки.       Розовые волосы, медное колечко в носу, тоннели в ушах и пластыри на костяшках его пальцев — всё это придавало ему вид стервозности и удивляло большинство учеников в классе, кроме Тайлера. Ну, и мудак. Да, что он возомнил. Как можно так открыто заявлять о себе? Бесит. Его внешность. Его движения. Захотелось взять и воткнуть ему нож в сердце, даже когда его облепила банда Рика Райана, он улыбался им во все тридцать два. Бесит. Очередной безмозглый эгоистичный придурок. Ненавижу.

***

      И, вот звонок. Коридоры постепенно заполняются учениками. Это то самое время, когда все спешат на заслуженный двадцатиминутный отдых. Вся школа будто стоит на ушах. У каждого тут своя жизнь, один Тайлер чувствовал себя как не в своей тарелке. Он шёл в этой толпе, словно невидимка, никто не кивал ему, приветствуя, никто не здоровался с ним, попутно улыбаясь. Все шли мимо, не замечая его совсем. Может быть именно поэтому он ненавидел школу.       Я ненавижу школу, потому что это место, где ты понимаешь что ты не только уродлив, но ещё и туп.       Тайлер петляет по коридорам, дожидаясь конца перемены. Он нигде не находит места, чтобы уединиться, и понимает, что это время точно не для него, ему лучше сидеть в классе на скучном уроке истории и смотреть в окно, за котором сгущаются чёрные тучи серого неба Огайо, не переставая.       Невольно погрузившись в себя, в свою тихую умиротворённую атмосферу, он не замечает, как возле него происходит что-то невероятно странное. Его взгляд падает на незнакомого ему парня, который в то же время хватается за горло и будто задыхается. Он осслабляет галстук, но это не помогает. У него красные глаза и мокрые пальцы, которыми он пытается расстегнуть верхнюю пуговицу на рубашке, но у него не получается. Пальцы соскальзывают, он теряет равновесие и падает, ударяясь затылком о кафельный пол.       Тайлер в растерянности. Тайлер не знает, что делать в этой ситуации. Он сглатывает, наблюдая за происходящим, и мерзкий противный ком застревает у него в горле. Тайлер морщится. Тошнота мгновенно нахлынывает его с головой.       Тем временем тому парню становится ещё хуже. Он, находясь без сознания, извергает ужасные судороги. Его тело непроизвольно трясёт. И Тайлеру становится плохо от того, что он не может ему ничем помочь, мало того, что он даже не представляет, что надо делать. У него кружится голова, и мутнеет в глазах. Он не может это преодолеть. Не может контролировать. Чувство неопределенности его охватывает с головой. Он слышит шум собственной крови в ушах. Ноги подкашиваются, и он сползает по шкафчику вниз. В положении сидя, на корточках, он хватается за голову и закрывает глаза.       Мне казалось, если я что-нибудь сделаю, даже пошевелюсь, мой мозг просто не выдержит и взорвётся. Ненавижу себя за это. — Ну, что, милая, испугалась? — грубо и ухмыляюще отозвалось в голове у Тайлера. — Парни, смотрите, наша девочка обделалась.       Рик Райан стоял над сжавшимся Тайлером и ехидно обнажал зубы перед толпой себеподобных дружков, наговаривая гадости парню в лицо. — Может тебе сменить имя, а, Джозефина?       Тайлер сдерживает эмоции. У него ломит внутри грудной клетки. Гнев распирает его изнутри. Ещё чуть-чуть и он готов взорваться. Он сжимает кулаки так сильно, что ногти впиваются в кожу, и остаются следы. — Чего молчишь? Или рот хуями забит?       И тут Тайлер не выдерживает вскакивает как ошпаренный. Раз — слышен звонкий удар в челюсть. Два — Рик Райан падает, ударяясь об пол. Три — Тайлер сидит на парне и бьёт его так сильно, на сколько это возможно.       Вскоре несколько парней крупного телосложения оттаскивают разгорячённого Тайлера от бедного избитого Рика Райана. И тут происходит то, чего Роберту Джозефу хотелось бы меньше всего. — Не приближайся ко мне, псих. — фальшиво заявил Райан, массируя свою красную оттёкшую челюсть.       В ту же секунду Тайлер замечает, что в узком коридоре сейчас в два раза больше народу, чем обычно. И все шокированно смотрят на него. Они думают, что он псих. И всё это из-за Рика Райана, как думает парень. Ему сейчас так паршиво и одиноко на душе, как никогда раньше. Ему хочется полоснуть себя ножом по горлу и истечь кровью на глазах у всех. Быстро и без мучений.       Он сжался сейчас над своими разбросанными вещами и закрыл глаза, чтобы не видеть себя сейчас.       Тайлеру казалось, что прошла целая вечность, но на самом деле не прошло и минуты, как парень резко открывает глаза, дабы осознав всё происходящее, и готов собрать вещи и исчезнуть отсюда, как видит перед собой тёмные кофейные глаза новенького Джорша, и такие глубокие, словно произошла яркая вспышка.       Они оба замерли. Дыхание у Тайлера немного приостановилось. Сердце лихорадочно забилось в приятном запахе Джорша, и, возможно, это запах краски для волос и ванили. Хотелось послать этого розоволосого куда подальше, да и вообще всех послать. Но они оба молчали. Неожиданно Джорш ему улыбнулся. Так открыто. Так искренне, будто яркое солнышко вылезло после долгого и утомительного дождя. — Не обращай внимания, просто не обращай внимания. — он помог собрать ему вещи и также уверенно удалился. Тайлер был повержен и долго не мог понять, как он может быть таким открытым, и это его снова взбесило.