Кома

      "Вот он, идёт, опять не заметил, как он появился. Он так всегда, появляется из неоткуда и исчезает в никуда. Я начал задумываться, с каких пор я замечаю его. Казалось, его никто не замечает, да, он и не расстраивается, он в каком-то своём мире, сам никого, наверное, не замечает. Но я всё чаще стал обращать на него внимания, стал осознавать, что глупая кличка "ботаник", которую мы прикрепили ему ещё на первом курсе, отражает только его мозг, внешность же никак не подходит под квалификацию зазнайки и зубрилки. Его тёмно-зелёные глаза не скрывают очки и растрёпанная чёлка. Правильные, строгие черты лица, суровый взгляд. Стильно одет, при этом всё так сдержано, всё так правильно. Но незавязанный галстук, что висит, подчёркивая худую, длинную шею, добавляет некой дикости во всю эту картину. Иногда кажется, что эта красная лента не из этой картины, и хочется обвить её вокруг шеи, что бы затянуть на белой коже до синяков. Он почти поравнялся со мной, а я смотрю, как двигается его мышцы на шеи при глотании, и осознаю, что они до жути худы, от чего их очень плотно облегает гладкая и нежная, я так думаю, кожа. Ох, о чём это я? Ах, да, об его безукоризненном виде, но безумно притягивающем галстуке. Я бы поправил, если ещё минуту проведу с ним в одном коридоре, то именно это я и сделаю. Не оборачивайся на него, не смей, это будет выглядеть глупо. Он уже прошёл, становится легче. Может показаться, что я тайно влюблён в этого отшельника. Вовсе нет, просто, последнее время я стал замечать гораздо больше. Может, я повзрослел?", - в мои мысли стал врываться знакомый, трещащий, грубый, сорванный голос. С каждым словом он словно выходил из тумана и звучал всё отчётливей, ударяясь с всё большей силой об корку черепа. - Алан! Алан, твою мать, - Купер срывал свой голос ещё сильнее, твердя моё имя, на которое с рождения учили откликаться. Видимо, мозг сработал в такой ситуации, и мои мысли о "ботанике" рассеялись, как дым в банке, оставляя осознание того, что до меня кто-то тщетно пытается достучаться. Я оторвал взгляд от того места, где мои глаза в последний раз зафиксировали шею одноклассника, и решил удостоить Купера вниманием. - Что с тобой? В некоторые моменты ты просто зависаешь, - эти выпытывающие каре-жёлтые глаза смотрели на меня, стараясь понять хотя бы что-нибудь по моему лицу, но это было так же невозможно, как поднять бегемота голыми руками. На моём лице никогда не всплывали эмоции или мысли. И поэтому Купер почти сразу бросал эту затею, но попытки узнать, почему я так часто задумываюсь, он никогда не бросит. Это я знаю. - Просто устал, хочу побыстрее свалить из школы, - но вместо того, что бы уйти с уроков, я направился именно на них. Учиться в закрытых школах нет никакого кайфа. То ли дело в обычных школах: прогуливай уроки, встречайся хоть с тридцатью сразу. А тут? Тут слухи расползаются быстрее, чем вы скажете "канделябр".       Кажется, Купера устроил такой ответ, надеюсь, что так это и есть на самом деле, потому что он отстал и занял свой мозг и взор какой-то коротко-стрижей блондинкой. Когда-нибудь мне надоест напоминать ему, что все блондинки глупые до чёртиков... Мы зашли в огромную, до дрожи знакомую аудиторию, где происходили все волшебные превращения цифр. Математика, не самый ужасный урок, но всё же. С моими знаниями тут становится иногда скучно. Проходя мимо "ботаника", я поймал себя на том, что стараюсь даже не дышать и пытаюсь уловить каждое его движение, даже если оно бессмысленно и незначительно. Спросите, почему я так много уделяю ему внимания? Просто, всех остальных я изучил уже досконально, а этот отшельник вызывает у меня гораздо больший интерес, чем кто-либо здесь. Он как запретный плод, кажется мне так сладок. Повторяю, я не влюбился, нет. Он был как всегда один за последней партой, что ближе к выходу, смотрел в тетрадку и что-то выводил там каллиграфическим почерком на иностранном языке. Мне не хватило времени, что бы разглядеть что-то ещё, потому что Купер с силой втолкнул меня за парту, от чего я наконец пришёл в нормальное состояние. Но стоило уроку начаться, как мои мысли снова были заняты совсем не математикой.       "Вокруг него нет ни души. С ним не общаются ни девушки, ни парни. Зато ревновать не к кому. Не сказать, что я сильно популярен.. Кого я обманываю? Я популярен в этой школе, девушки замечают моё обаяние и красоту, а парни уважают и стараются хотя бы не переходить мне дорогу. Я могу получить всё, что захочу, кажется, кроме "ботаника". Он на меня даже не смотрит, а мне ему даже предъявить нечего.", - я чётко осознавал, что хочу с ним познакомиться и узнать все его секреты. Я всегда чётко знаю, чего хочу. И это был первый раз, когда я не знал, как добиться желаемого. Об этом человеке никто ничего не знает, он даже живёт один в комнате.. И это заставило меня задуматься. Ведь, сколько мы учимся вместе, считай, три года, он сразу был таким. К нему сразу никто не подходил и не разговаривал. В чём кроется секрет его загадочности и одиночества, он ведь не кусается. Наверное.       Прошёл урок, в голове кавардак, а в тетрадке пусто. Как оказалось в последствии, у Купера тоже. Он весь урок заигрывал с той блондинкой, в которую он, кажется, втрескался, дубовая его голова. В данный момент меня это уже не волновало, мой бледнокожий одноклассник уже ушёл. И мы с Купером и его новой подружкой направились в столовую. Где, как оказалось, Дила не оказалось. Да, "ботаника" звали Дилан, я даже не знаю, почему помню его имя. Но на какое-то время пришлось вытеснить одноклассника из головы, потому что на меня навалилась компания четверогодок, что считали меня своим другом. Пришлось пол часа изображать заинтересованность и участвовать в "увлекательном" споре по поводу первокурсниц. Они меня никак больше не интересовали, я изучит их всех и не нашёл ничего, что бы меня завлекло так, как мой "ботаник". Да, я называю его уже моим, потому что его никто, кроме меня, не замечает. Я живу вместе с Купером, поэтому пришлось придумать на столько изощрённую отговорку, что бы уйти от него и четверогодок, но я всё таки смог это сделать. Так как дневные уроки кончились, я мог спокойно заняться "ничего не деланием", а точнее ходить где-нибудь в раздумьях о Диле. Стараясь переварить всю информацию, которую я знаю о нём, я пересёк школьный двор и оказался за пределами школы, там, где начинался лес. Одна из моих особенностей, я ничего не боюсь, абсолютно. У меня нет инстинкта самосохранения, поэтому гулять в лесу одному мне не доставляло никаких неудобств в виде страха от хрустящих веток и раскачивающихся деревьев. И я, как и мои мысли, углубился в лес. Сначала я петлял по тропинке, а потом сошёл и направился прямиком к излюбленному месту.        Каково было моё удивление, когда я узнал, что моё место облюбовал уже кто-то другой. Я остановился в пяти метрах от поляны, на которой обычно сидел, разглядывая силуэт. Но как же можно не узнать "ботаника", его статная, стройная фигура даже в сидячем положении оставалась такой. Думаю, он увлёкся книгой, что была у него перед глазами, и не заметил меня, поэтому я позволил себе подобраться ближе, благо, я был у него за спиной. Я думал, что хожу бесшумно, пока не раздался приятный, но всё же мужской голос. В меня словно ударила молния, ведь я никогда не слышал его голоса. - Ты бы ещё мне над душой встал и думал, что я тебя не замечу, - кажется, он был немного раздражён, но я не виноват, что он пришёл на моё место. Поэтому я позволил себе поравняться с ним и сесть рядом, - Наглый, - продолжил он, не отрываясь от книги, а все его слова, не важного, какого контекста, лились, словно музыка, - Глупо тратишь своё время, вслушиваясь в голос, - Дил наконец положил книгу, что заставило меня внимательно посмотреть на него, - Что же тебе нужно? - если бы он не был таким спокойным, он бы меня давно разорвал, потому что в его глазах я видел только ярость и раздражение. - Что ты читаешь? - кажется, я захотел его вывести, что бы он показал, как умет злиться по-настоящему. Но он ничего не ответил, лишь открыл книгу на том месте, где оставил закладку в виде пальца, перелистнул страницу и снова сделал вид, то никого не замечает, - А всё же? Что ты читаешь? - я хотел спросить ещё раз, но только сейчас дошло, что обложка книги открыта для прочтения названия, хотя я всё равно ничего не понял, потому что было написано на иностранном языке, - Я не знаю этот язык, что это?        "Ботаник" скривил губы, закрыл книгу и уставился на меня, как на врага народа, хотя, думаю, именно им я и был для него, - Если я скажу тебе, ты успокоишься? Я сделал как можно более ангельское выражение лица, скрещивая пальцы за спиной, и кивнул, показывая всем видом, что это единственное, что мне от него надо. Кажется, он немного смягчился. Дил сделал серьёзное выражение лица, будто говорил о деле всей его жизни, - Это латынь, а книга об астрологии, - я тоже сделал вид, будто я слушаю дело всей его жизни, с умным видом кивнул и замолчал, опустив голову. Одноклассник вновь открыл свою астрологию и начал читать, но не прошло и трёх минут, как я снова заговорил, - А зачем ты это читаешь? Тут, кажется, Дил не выдержал, он громко хлопнул корешками об страницы, что происходит при резком закрытии книги, и уставился на меня с горящими от злости глазами, а я лишь мило улыбался. - Ты же обе.. - но я не дал ему договорить, показав скрещенные пальцы на руке, - Обманщик, что бы я тебе ещё хоть слово сказал. Мне было интересно проверить, действительно ли он мне ни слова не скажет, поэтому я начал приближаться к его лицу, от чего "ботаник" начал отстраняться, отведя взгляд от меня. - Че.. чего? - я лишь хихикнул и принял нормальное положение. - А сказал, ни слова не скажешь.