Желание бабника

      — Ма­ринетт, иди в шко­лу, а то опоз­да­ешь, — кри­чала ма­ма де­вуш­ки из кух­ни.       Дю­пен-Чен вста­ла и пош­ла в ван­ну, при­вела свой внеш­ний вид в по­рядок, и че­рез па­ру ми­нут уже бы­ла вни­зу. Пос­ле это­го она по­зав­тра­кала, по­цело­вала ма­му в щё­ку и убе­жала в шко­лу. В шко­ле она сра­зу пош­ла к ди­рек­то­ру, от­да­ла за­яв­ле­ние и вмес­те с ди­рек­то­ром нап­ра­вилась в класс. Как толь­ко ди­рек­тор во­шёл в ка­бинет, на не­го вы­лилось вед­ро с во­дой. Все при­сутс­тву­ющие сра­зу на­чали сме­ять­ся, — они зна­ли, что при­дёт но­вень­кая, и под­го­тови­ли ро­зыг­рыш, по­тому что всех так встре­чали. Но ник­то и по­думать не мог, что пер­вый вой­дёт ди­рек­тор. Ма­ри не ста­ла сме­ять­ся, а прос­то по­мог­ла муж­чи­не встать. Ког­да все уви­дели что мсье Да­мок­ла, то мгно­вен­но стих­ли. Ди­рек­тор не смог поз­на­комить всех с Ма­ринетт и по­шёл пе­ре­оде­вать­ся. По­это­му де­вуш­ку пред­ста­вила учи­тель­ни­ца.       — Итак, де­ти, в этом го­ду к нам в класс приш­ла но­вень­кая — Ма­ринетт Дю­пен-Чен. Рас­ска­жи нам что-ни­будь о се­бе, — поп­ро­сила ма­дам Бюстье.       — Ну, мне сем­надцать лет. Люб­лю ри­совать, в сво­бод­ное вре­мя мо­гу сшить платье по ран­нее сде­лан­но­му эс­ки­зу. Это всё, по­жалуй, — про­гово­рила свою речь си­нево­лосая.       — Хо­рошо, са­дись на сво­бод­ное мес­то, — ска­зала клас­сная ру­ково­дитель­ни­ца.       Сво­бод­ным ока­залось лишь од­но — мес­то ря­дом с зе­леног­ла­зым блон­ди­ном. Как толь­ко Ма­ри се­ла, он сра­зу на­чал раз­го­вор.       — Ну здрас­те, при­еха­ли. Ты за­чем ко мне се­ла? — уди­вил­ся па­рень.       — За­тем, от­ва­ли! — зло про­гово­рила она.       — Оу, а ты у нас дер­зкая, я люб­лю та­ких, — ус­мехнул­ся он.       — А я нет, так что от­вянь, при­дурок! — раз­дра­жён­но ска­зала го­лубог­лазка.       — Ты хоть зна­ешь, с кем си­дишь? — спро­сил свет­ло­воло­сый.       — С го­лубым — ко­рот­ко от­ве­тила Ма­ри.       — Нет. Ты си­дишь с сы­ном Габ­ри­эля Аг­реста, — гор­до ска­зал тот.       — А, прав­да? Я прям та­щусь от тво­его па­паши, — де­вуш­ка за­кати­ла гла­за.       — Хм, я не сом­не­ва­юсь, он кру­той, — кив­нул зе­леног­ла­зый.       — Это был сар­казм, де­бил, — Дю­пен-Чен вздох­ну­ла.