I hate you

— Отец, ты не понимаешь! — Чанёль сидел в кабинете господина Пака и яростно сжимал кулаки. Такая ирония. Пол года назад, они также сидели тут и спорили о будущем браке Чана, а сейчас, все вновь повторяется с точностью наоборот. — Чанёль, ты же сам изначально был против всего этого. Всё — ты свободен. Лети к с своей Суён на крыльях любви. Но это пока. Я тут одного инвестора нашёл, доченька у него просто бомба. Фигурка, попка, а грудь — это вообще… — Отец! Мне не нужно всё это, я Бэкхёна люблю! — Уже не выдержал Чанёль. — Что ты сказал?! Ты с каких пор в педика заделался? — Пак-старший вопросительно посмотрел на сына, требуя объяснений. — С недавних. На самом деле, он мне сначала не понравился, весь такой недотрога, а на самом деле дьявол во плоти. Но потом, я начал узнавать его. Он очень заботливый и ласковый, а когда сердится, надувает щёчки и не хило так дубасит меня. Но я влюбился в него. В такого дерзкого, но очень милого парня, и я не хочу расставаться с ним! — Ты мне тут свои гейские оперы прекращай. Мой сын не гей! Тебя этот мелкий осрамил? Пусть только попадется мне на глаза, я из него всю душу выбью. После таких слов, Чанёль опешил. Он никак не мог принять все эти слова в адрес его Бэкхёна. Да он даже не знает его, как он может судить человека только по поступкам его отца. Это бред чистой воды. Все было слишком сложно. Сейчас просто хотелось оказаться рядом с его мальчиком. Целовать хрупкие плечики и крепко обнимать. Что сейчас делает и где он вообще? Когда Чан уходил, он оставил ключи от своей квартиры на тумбочке. Но зная упрямость Бэкхёна, он наверняка не взял их. А что если с ним что-то случилось? Он же такой хрупкий и беззащитный, хотя рука у него тяжелая, но всё же. Размышления парня прервал недовольный отец, который вот уже как пять минут о чём-то бурно рассуждал. — Чанёль, ты никогда в жизни не будешь с Бэкхёном! Только попробуй ослушаться меня, и я лишу тебя всего! А я знаю, что без денег ты не сможешь. — Пак-старший победно усмехнулся, увидя растерянность на лице сына. — А это мы ещё посмотрим. Дерзай. Я не хочу зависеть от тебя. Я прежде всего человек, а не твоя игрушка, и ты не в праве решать кого я должен любить, а кого нет. Удачи тебе, скажи маме что я люблю её. Прощай. — Чанёль поднялся с кресла и в спешке покинул кабинет, игнорируя крики отца. Теперь он начнёт новую жизнь. * Бэкхён бездумно бродил по городу, не зная куда податься. Отец не брал трубку, а мама и подавно. Куда они могли уехать? Почему ничего не сказали? Неужели им действительно наплевать на сына? Все эти вопросы так сильно интересовали парня, что он и не заметил как дошёл до того самого бара, в которым они с Чанёлем сидели в их первое «свидание». Сердце предательски дрогнуло. Бэкхён помнит, как Чан тащил его тушку до такси, не забывая громко матерится. Он помнит, как упал в лужу, пытаясь врезать этому лопоухому чуду. Он помнит всё. Заходить в душное помещение не было желания. Он знал, что напьётся до потери сознания, ибо рана в душе ужасно болела. От безызходности хотелось реветь. Буквально четыре часа назад, он был самым счастливым человеком на свете, а теперь же, потерял всё. Вдруг, на нос парня опустились пару холодных капель. — Теперь ещё и дождь начинается. Супер! — Бэк надел капюшон толстовки и поднял взгляд на небо, усыпанное звёздами. — Эй, красавица! — Вдруг, из-за угла показалась знакомая кудрявая голова. — Чан… — Бэкхён не успел и сказать слова, как тёплые руки обвили его талию и притянули к себе, жадно целуя. — Я так скучал! — Чанёль еле оторвался от притягательных губ, сталкиваясь с вопросительным взглядом младшего. — Хочешь узнать какого хрена я тут делаю? — Кивок — Я порвал все связи с отцом и теперь, мы начинаем жизнь с чистого лица. Вместе. — Но… — Слова так и застряли в горле, да и кому они нужны, когда рядом с тобой самый лучший мужчина на свете. — Я так боялся, что потеряю тебя. — Бэкхён прижался к родному телу, пытаясь согреться. Дождь уже вовсю тарабанил по крышам зданий, но двум влюбленным было наплевать. — Поэтому, я и здесь, а теперь поехали домой. К нам домой.