Наследство

Стоя перед воротами дедушкиного дома со связкой тяжелых старинных ключей, я беспомощно сжимала ручку зонта. Только вчера были похороны, а я уже обязана вступить в наследование — жить в этом доме шестьдесят дней, чтобы он признал меня хозяйкой. Где-то тут еще должен быть убитый горем Макс, вчера только злобно на меня рыкнувший, когда я хотела посочувствовать ему. Вздохнув, я отомкнула кованые ворота, скользнула во двор. Погода как нельзя соответствовала похоронам именно сегодня, зато вчера вовсю светило солнце, было даже удивительно тепло для ноября. Повозившись с ключами у двери, я вошла в темный пыльный холл. Макс, которому, вообще-то, было положено вести домашние дела, последние две недели провел у постели дедушки, ему было не до уборки. Интересно, где он сейчас? Спальня в этом доме всего одна, не считая комнаты Максима, видимо, мне придется ее занять, хотя желанием это делать я не горю — хозяин дома вот только-только скончался, а я буду сразу спать на его кровати? Поэтому я решила сумку с вещами на первое время оставить в гостиной — широкий диван и несколько лет назад служил мне постелью. Присев напротив черного пустого зева камина, я вздохнула. Не сказала бы, что я хорошо общалась с дедушкой. Из его девяти внуков я была единственной девочкой, а вот девочек он как раз недолюбливал. Но и его дар к магии огня передался из всех только мне одной, наверное, в этом дело. Ковен магов в полном составе присутствовал на торжественном внесении тела почтенного своего члена в фамильный склеп в уголке сада, сам председатель произнес речь и зачитал завещание. Неудивительно — дедушка был одним из инициаторов того, чтобы маги вышли из тени, представились миру. Теперь, спустя сорок лет, мы не прячемся от людей. Есть университеты для магов, дети с даром учатся в школе с обычными детьми. Это все его заслуга, он грудью пробивал нам место в обществе. Основал университет в нашем городе, долгое время преподавал там, но в последние десять лет отошел от всего, погрузился в исследования, да и откровенно странноватым стал. Когда мне было шестнадцать, и выяснилось, что я тоже маг огня, он пригласил меня к себе на лето. Было... Весело даже немного, хотя юмор у него был странный, очень интересные лекции о магии и ее истории я слушала в чуток пыльном кабинете, где всегда занавешены окна, дабы свет не повредил древние фолианты. А теперь вот его нет. А я в свои двадцать один стала обладательницей внушительного состояния. Дело было даже не в деньгах — главное богатство здесь сам дом. Он построен почти пятьсот лет назад и верно служит хозяину — обогревает себя, впускает только тех, кого положено, подпитывает ауру. А ценность библиотеки вообще в деньгах трудно измерить, многие книги существуют в единственном экземпляре. И, пока не прошли эти шестьдесят дней, мне нужно быть настороже. Ладно, нужно найти Макса. Надеюсь, он хоть немного отошел, надо ему хоть поесть приготовить — вряд ли он сам этим занимался. В комнате, где всегда обитал химер, было пусто. Даже постель явно нетронута. На письменном столе стоял довольно новый ноутбук, рядом с ним лежал здоровенный смартфон, больше похожий на небольшой планшет. Дедушка всегда баловал своего питомца, но не слишком. Нашелся парень у запертого входа в склеп. Сидел под проливным дождем и смотрел в одну точку, прислоняясь спиной к стене. — Макс? — окликнула я. — Макс, пойдем домой, скоро стемнеет. Даже ухом не повел. Хотя, учитывая его собачью преданность дедушке, это не удивительно. Вздохнув, я аккуратно пристроила над ним зонт, чтобы не совсем хоть мок, и вернулась в дом. Правда, промокла до нитки, потому что вышла в одной только толстовке. К счастью, телефон не намок, и то хорошо. Отзвонившись маме, я пошла исследовать кухню. Как я и думала — в холодильнике только то, что уже есть нельзя. Зато нашлось несколько упаковок круп и макарон — до завтра хватит, а после универа зайду в магазин. Дедушка дом неплохо усовершенствовал — газ на кухне, водопровод, электричество. Правда, с оговорками — греть воду должен дом, светильники все свечные, розеток не так уж и много. Итог — еще шестьдесят дней мне воду греть самой и спать у камина. Поставив греться воду для макарон, я отправилась на второй этаж. Дверь в кабинет была заперта, а в спальню, наоборот, распахнута настежь. Я не стала заходить туда, за ключами идти было лень, так что я вернулась на кухню. Как назло, я не взяла с собой ничего яблочного — ни сок, ни пирожок какой. Придется камин растапливать по-старинке, вручную. Надеюсь, спички тут есть или зажигалка. Со специями, как таковыми, был напряг. Соль, черный и красный перец, лавровый лист — вот и весь небогатый выбор. Поскольку я не любитель соли, макароны вышли немного пресными, но есть было вполне можно. Оставив тарелку и для Макса, я направилась готовиться ко сну. Растопив камин, я не стала рыскать в темноте в поисках постельного белья и, натянув мастерку, улеглась спать так, подложив под голову жестковатую подушечку с кресла. Что вполне понятно, я проснулась на рассвете от того, что совсем замерзла. Дрожа и с трудом удерживаясь от клацанья зубами, я озябшими пальцами подкинула щепок на золу, потом подложила остаток дров из подставки. Кое-как почувствовав себя человеком, поплелась на кухню ставить чайник, потом с этим чайником — на второй этаж, в ванную. Не самый приятный утренний душ... Сидя у камина, я растирала мокрые волосы полотенцем, сожалея о забытом фене, и строила планы. Сегодня две пары, начиная с третьей. Надо зайти домой за вещами, потом — в магазин. Еще не помешало бы позвонить Димке и попросить его, как будет время, приехать, осмотреть моего химера. Они обычно не болеют, но мало ли. И еще надо попытаться этого самого химера загнать домой, дождь вон до сих пор идет. Можно будет сегодня прибраться, хотя бы в кухне и гостиной, может, посмотреть в кабинете на предмет каких-нибудь дневников или распоряжений, не вошедших в завещание. Краем глаза отметив движение, я повернула голову и даже вздрогнула, встретившись взглядами с хмурым Максом. Из-за намокших волос его волчьи уши казались еще больше, мокрая футболка облепила торс. Сглотнув, я поспешно перевела взгляд выше. Неприветливо глядя на меня змеиными глазами с вертикальным зрачком, химер немного постоял и бесшумно скрылся из виду. Ну, хоть домой зашел... Вздохнув, я ладонями прижала горячие и явно покрасневшие щеки. Какое тело... У меня всегда была нездоровая тяга к стройным и рельефным парням, а эта смесь змеи, волка и человека выглядела просто шикарно! Когда я видела его пять лет назад, ему было четырнадцать, он был нескладный и голенастый, как волчонок. А теперь вон что выросло... И не скажешь по нему, что всего девятнадцать, выглядит на все двадцать пять. И, судя по всему, не слишком мне рад, хотя тогда мы с ним неплохо общались. Взглянув на время, я заторопилась — мне нужно будет зайти в буфет за соком и успеть повторить термодинамику. Благодаря жару от камина волосы высохли неожиданно быстро, я расчесала их, сбрызнула средством для защиты от пересушивания и переоделась в униформу. Кафедра магии огня — единственная в университете военная кафедра, отсюда и обязательства поддерживать соответствующий внешний вид. Хотя это распространялось только на огнеупорные штаны и куртку цвета хаки, ну и обязательными были ботинки с высоким берцем, которые, впрочем, были у каждого свои. За счет внутреннего огня я давно не носила ничего теплее форменной куртки, и сегодня, наверное, здорово замерзну, пока не доберусь до чего-нибудь яблочного. У каждого мага огня свой "катализатор" — что-то из еды, что заставляет внутренний огонь пылать ярче. Без катализатора все мы абсолютно бесполезны, я вот без яблока даже себя согреть не могу, не говоря уже о доме. Взяв рюкзак с блочной тетрадью на все случаи жизни, я с досадой отметила, что забыла дома пенал. Ручку-то можно у кого-нибудь взять, это не проблема, но потом придется посидеть, перечитать, выделить важное, а это еще один пункт в растущий список дел. Мокрый зонт лежал на крыльце под козырьком, сложенный, но не свернутый. Дождь уже кончился, но по пасмурному небу нельзя было определить, надолго ли это, так что я все же решила зонтик взять. Правда, его пришлось нести в руках, чтобы он мне все в рюкзаке не намочил. Замкнув за собой дверь и ворота, я сунула связку ключей в рюкзак. Скоро они мне не понадобятся — дом будет сам все запирать. Откинув волосы со лба, я поежилась и, сунув руки в карманы, торопливо зашагала по мокрому тротуару в сторону центра города. Тут пути всего двадцать минут до университета, это небольшой квартал частных домов, но магов тут жило не так уж и много, а магических домов было всего-то два или три. Оглянувшись, я подумала, что мой дом не выглядит старым, просто стиль постройки выдает его возраст, а так он хорошо поддерживает свое состояние — нигде ничего не облупилось, не потускнело и не потемнело от времени. Легкий ветерок раздражал неимоверно — он дул со спины, продирал холодом до костей и бросал волосы в лицо, приходилось доставать замерзшие руки из карманов и убирать их за спину. Гребаная осень, гребаная забывчивость, гребаное все, брр! Предъявив на входе студенческий, я сразу же в холле первого этажа зашла в буфет, в котором, к счастью, народу было немного. Взяв две картонные коробочки сока, одну я тут же выпила, с наслаждением ощущая, как по телу разливается тепло. Этого мне хватит на пару часов. Аккуратно закатав рукава куртки, я расстегнула ее, перед зеркалом расчесалась. Ну вот, теперь уже и на человека похожа. Темная футболка оттеняла мою светлую кожу, а голубые глаза и светло-русые волосы, как обычно, придавали наивности моей внешности. Обычно люди так удивлялись, что я — маг огня. Хотя на курс младше училась девочка, ну вылитая Барби, у нее даже на берцах были стразы одно время. А все потому, что нам нашли замечательное применение в силовых структурах. Мне как-то было все равно на насилие, но я все же хотела пойти в аспирантуру и преподавать, а не освобождать заложников и обезвреживать террористов. Поднявшись на третий этаж, я устроилась на подоконнике, убрала высушенный зонт в рюкзак и раскрыла тетрадь, перечитывая прошлую лекцию по термодинамике. Наша магия инстинктивна, но нас все равно мучают физикой второй год, якобы, мы должны понимать, как это работает. И у каждой стихии так. Вот на первом курсе было круто — мы с раскрытыми ртами слушали про то, что мы сможем в будущем; изучали теоретические азы всех стихий; затаив дыхание, слушали рассказы об охотах на ведьм и поклонении нам в древности. Тогда казалось, что вот он, весь мир у ног. Но так было только тогда. — Привет, — я вздрогнула и едва не выронила тетрадь, — повторяешь? — Ага, привет, — я подставила щеку для приветственного поцелуя Тимуру, — у тебя сейчас что? Мы с Тимуром на первом курсе пару месяцев встречались, но потом поняли, что интерес друг к другу у нас больше дружеский, чем романтический, и расстались друзьями. — Английский, — вздохнул парень, присаживаясь со мной рядом, — опять эта гадина будет доставать. Одна из представительниц кафедры германской филологии успела порядочно надоесть всем, у кого преподавала. К счастью, у нашей группы уже второй семестр другой преподаватель, требовательный, но толковый и справедливый мужик. — Мои соболезнования, — усмехнулась я, за что немедленно получила тычок в бок. — Учи свою термодинамику, — фыркнул водный маг, — как, кстати, переезд? — Ну, относительно нормально, — я отклонилась назад и прислонилась спиной к холодному стеклу, — меня не загрызли и не выгнали. Осталось только вещи до конца перевезти. — Помощь нужна? — предложил Тимур, выуживая телефон из кармана. — Да нет, папа уже обещал поработать носильщиком, — улыбнулась я. — На новоселье-то когда пригласишь? — из толпы студентов образовался мой одногруппник и друг по совместительству, смуглый и худощавый Игорь. — Даже не знаю, когда, но приглашу, — рассмеялась я, пока парни пожимали друг другу руки. — Слушок прошел, что будет срез, — втиснувшись между мной и Тимуром, Игорь раскрыл свою тетрадь, — так что повторяй, Янка, повторяй. — Я тогда пойду, мне еще тоже глаголы доучивать, — маг воды соскользнул с подоконника и, махнув ладонью, заторопился в сторону лестницы. Что ж, слухи насчет среза не подтвердились, был устный опрос, но и тут повторение пригодилось. Возвращение домой было куда приятнее благодаря внутреннему огню. Я даже не стала опускать рукава, тем более что большую часть пути преодолела на автобусе. В родительской квартире никого не было по случаю разгара рабочего дня, так что я молча собрала остатки вещей, прихватив фен и любимую настольную лампу. Поставив сумки на кровать, я замкнула квартиру и опять пошла на остановку. А вечером после работы папа мне все вещи привезет. В супермаркете я купила, в первую очередь, яблоки и большую коробку сока, потом специи, сыр с колбасой, хлеб ну и еще по мелочи вкусностей. Много тащить не хочется, завтра еще возьму, что понадобится. С порога я начала удивляться — мрачный полутемный из-за облачности холл был вылизан до блеска, паркет начищен, лестница на второй этаж тоже сверкала. На кухне царил идеальный порядок, вкусно пахло недавно приготовленной едой, холодильник был полон продуктов. Весь дом преобразился, а ведь меня не было часа четыре всего, как Макс это все успел? Камин в гостиной ярко пылал, комната ощутимо нагрелась, на диване лежал сложенный комплект постельного белья поверх нормальной подушки. Так-так. Варианта два. Или кое-кто сразу меня признал хозяйкой, или подлизывается. Ну, и то, и то неплохо, хоть конфликта не будет. Поднявшись по натертым липовым ступеням на второй этаж, я тихонько постучала в закрытую дверь комнаты Максима. Ответа не последовало, так что я осторожно заглянула — брюнет спал, свернувшись на кровати клубочком. Без футболки. Мускулистую спину покрывала мелкая бежевая чешуя, которая так восхищала меня, когда я в первый раз ее увидела. Ладно, пусть спит, устал, наверное, да и морально вымотался. Дверной звонок, больше похожий на удар колокола, эхом прокатился по всему дому. Макс дернулся, пошевелился, но не проснулся. Аккуратно прикрыв дверь, я поспешно спустилась вниз. Сунув ноги в незашнурованные берцы, взяла с комода ключи и поспешила к воротам. Папа приехал один — мама недолюбливала дедушку, потому что уходила из семьи с большим скандалом. Знамо дело — маг из древнего рода выходит замуж за простого человека! Я предложила перекусить, но отец только занес вещи в прихожую и поспешил уехать — ему еще надо было забрать маму с работы. Я снова осталась одна в большом и чужом доме, если не считать Максима. Пока я раздумывала, как мне это все разместить в гостиной, чтобы не захламить ее, спустился сонный химер, молча взял сумки и потащил их наверх. — Подожди, я не хотела пока занимать дедушкину спальню! — окликнула парня я. — Его больше нет, — остановившись на мгновение, буркнул через плечо Макс. Ну, что ж... Если даже он не против, то чего мне бояться? Это спальня хозяина дома, которым я и являюсь, верно?