Ремонт

Гарри отослал с совой письмо и проверил свою почту, которая взорвалась серией вопиллеров и прочей привычной ерундой. — Поттер, я уже второй день пытаюсь связаться с тобой! — послышался из красного конверта недовольный голос Джинни. — Извини, Джин, я был занят. — Гарри мельком взглянул на кричащий конверт и поморщился, отвечая самому себе, и ему в ответ продолжили вещать. — Ты обещал, что отлучишься всего на полчаса! — упрекнула его сестра Рона. — Конечно, я прекрасно об этом помню, но у меня возникли некоторые сложности, милая, мне нужно еще немного времени. — Гарри поспешно сжег говорилку, пока Джинни не начала изливать на нее фонтаны раздражения. Поттер невольно вздохнул. Он надеялся устроить себе небольшую передышку, но его намерения так и остались намерениями, а вернуться теперь в свой дом на Гриммо ему удастся не раньше, чем поздним вечером. Хорошо, если у него останутся силы для небольшой медитации, а если нет, то эту ночь ему снова придется промучиться от кошмаров. Поттер быстро переоделся — уже во второй раз за сегодняшний день: старые джинсы и белую футболку сменили черные брюки и элегантная шелковая рубашка. Черные волосы, рассыпавшиеся по плечам, он собрал в простой узел на затылке. Любимую сумку-почтальонку пришлось оставить и довольствоваться крошечным мешочком из ослиной кожи, в который помещался даже дом, в уменьшенном виде, конечно. Гарри надел кожаные туфли, оглядел себя в зеркале и невольно поморщился: перевоплощения давались ему всегда трудно. Но дело было не только во внешнем перевоплощении самого себя. Особенно тяжело стало в последнее время, когда Джинни, считая, что обстановка в доме немодна, убедила в этом Гарри и он решил все поменять. К сожалению — а может быть, и к счастью! — Джинни была не в состоянии контролировать столь трудоемкий процесс, как ремонт особняка. Поэтому пришлось все взять в собственные руки: он тратил львиную долю суток, выступая в качестве посредника между невестой и колдодизайнером, бригадой домовых строителей, курьерами и так далее. А также следить за качеством выполняемых работ и соответствием каталогам доставляемых товаров: сантехники, мебели, строительных и отделочных материалов. Он уже сто раз пожалел, что ввязался в это, а не взвалил на невесту всю эту канитель. Или на домовика Кричера. Хотя Кричер придерживался старомодных взглядов, что совершенно не воспринимала его невеста, хотя сам Поттер спокойно бы жил в своем старом, доставшемся от Блеков родовом гнезде. Разве кому-то в наше время можно доверять, даже трижды профессионалу и четырежды надежной фирме?! Нет, он, Герой Магической части Великобритании, не может позволить себе такого легкомыслия! Именно поэтому Поттер взял на себя функции надсмотрщика, хоть и оставалось стойкое ощущение, что над самим надсмотрщиком есть еще как минимум два — вышестоящих. Джинни и Молли. Гарри вступил бы в дискуссию, оспаривающую это утверждение, но с невестой разговор был либо короток, либо мог затянуться на пару-тройку часов, не меньше. При развитии событий по второму варианту не исключались тяжелые последствия, потому что Джинни была способна не только отстоять собственные убеждения, введя при этом оппонента в состояние эмоционального ступора, но и в течение ближайших шести месяцев неустанно твердить, что ей была нанесена серьезная душевная травма. Так что просто согласиться было самым щадящим для нервной системы Гарри вариантом. К тому же во всякой безнадежной ситуации по закону вселенского равновесия должна быть хоть одна — пусть даже самая маленькая — поблажка. Для Героя этой поблажкой стал приглашенный дизайнер — Драко Малфой. С ним у Гарри после войны установились на удивление дружеские отношения, на его поддержку Поттер мог рассчитывать. Драко давал советы; Драко поддерживал его морально, когда он от усталости был готов плюнуть на все и, невзирая на возможные последствия, пустить дело на самотек; Малфой помогал Поттеру составить смету и график этого огромного ремонта, больше напоминающий бизнес-план. Короче, без помощи Малфоя он вряд ли справился бы с этой непосильной задачей, несмотря на врожденную решительность, самостоятельность и все свои остальные замечательные качества. Первые две недели оказались не такими уж страшными, как представлялось Гарри, но дальше стало хуже. Во-первых, потому, что гриффиндорец стал выдыхаться, а во-вторых, Молли неожиданно потребовала, чтобы на время ремонта они перебрались в Нору. — Дорогая, так тебе будет гораздо удобнее, — уверяла Молли дочь. А кто Поттер такой, чтобы сопротивляться? Уж ему было прекрасно известно, что настойчивость миссис Уизли вызвана вовсе не беспокойством об их удобстве. Просто Джинни, не ожидавшей подобного размаха строительных работ и успевшей устать от дискомфорта, с ним связанного, уже не хватало помощи друзей, а Поттер — в силу своей исключительной уравновешенности и нечеловеческого хладнокровия (выработанного в период военного времени) — был самым подходящим объектом для снятия стресса. Но Поттер загнал уравновешенность и податливость в самый дальний уголок своего организма и осмелился восстать. Пока Молли упорно убеждала дочь перевезти вещи и пожить в ее прежней девичьей комнатке, «неблагодарный» Поттер раз за разом с еще большим упорством отвергал заботу будущей тещи. Полгода назад Гарри твердо обещал себе раз и навсегда избавиться от психологического прессинга. Начало было положено, когда он решил жить отдельно от Уизли, а дальше стало гораздо легче: у них просто не было возможности пытаться управлять жизнью Поттера. Нет, конечно, Молли не была чудовищем или садисткой, она искренне верила, что все ее действия и требования в порядке вещей. Она верила, что это забота. Мистер Уизли был целиком и полностью погружен в свою работу в Министерстве, и ко всем причудам своей чудной, совершенно неуправляемой в житейских вопросах жены относился со снисходительной ироничностью, как к невинным шалостям любимого, но неразумного чада. Однако не препятствовал воплощению этих фантазий в жизнь: Молли наконец-то получала те суммы, которые должны были гарантировать выполнение всех ее капризов. После войны и с легкой руки Героя, их семья стала жить зажиточно. Не работая в своей жизни ни одного дня, Джинни тратила деньги с небывалой легкостью, потому что не имела ни малейшего понятия, каким трудом они заработаны. Если провести аналогию, то её вполне можно сравнить с редким оранжерейным растением, которое холили и лелеяли, а холодный ветер, низкие температуры и другие неблагоприятные факторы внешней среды никогда не касались лепестков этого хрупкого, изнеженного цветка. Джинни, как младшая дочь и сестра шестерых старших братьев, понятия не имела, что такое трудности. Война коснулась ее скорее в дни собственного бунтарства, как подросток, она рвалась на подвиги, и легко отделалась, оставшись живой. Сравнение Джинни с экзотическим цветком пришло Поттеру на ум в тот момент, когда он запирал дверь дома на магический ключ — своей маленькой неприступной крепости, где он был сам себе полноправным хозяином. Он невольно усмехнулся: не очень удачное сравнение, потому как у райского цветочка иногда появлялись очень острые зубки настоящей людоедки. Джин нервно расхаживала по огромной гостиной. Едва увидев жениха, она в трагическом жесте отчаяния заломила руки. — Гарри, прошла почти целая вечность, прежде чем ты соизволил появиться! Пока ты пропадаешь невесть где, этот хорек высасывает из меня все соки и, кажется, скоро вообще сведет меня с ума! — Мы говорим о Драко? — уточнил Герой, хотя ему было прекрасно известно, что именно она имеет ввиду. Одновременно он попытался угадать, из какой театральной постановки или драмы «миссис Уизли» взяты эти трагические реплики. — Конечно! — подтвердила Джинни, перестав заламывать руки. — Что случилось? — Он решил испортить мою ванную! — Хорошо, не волнуйся, я сейчас все улажу. Поттер поспешил на второй этаж, где рабочие эльфы под руководством Драко занимались усовершенствованием ванной комнаты. Но невеста вместо того, чтобы отправиться выпить чашечку успокаивающего чая и смиренно ожидать вестей, решила лично проконтролировать процесс: ей просто захотелось посмотреть, как Гарри управится с «зарвавшемся» дизайнером. Надсмотрщик добрался до ванной комнаты и после быстрого осмотра с удовлетворением констатировал, что все идет как надо. Появление невесты вызвало небольшой переполох среди эльфов и гримасу страдания на лице Малфоя, что, впрочем, ей увидеть было не дано. Несколько рабочих замерли, глядя на белокурого ангела в развевающейся мантии серебристо-фиолетового цвета. Ему чертовски шли холодные оттенки: струящаяся ткань переливалась нежно-серым, который незаметно перетекал в голубой, сиреневый, фиолетовый, чтобы на следующей складке полыхнуть металлическим мазком. Драко обожал экзотические наряды из тканей необычных расцветок. Рабочие эльфы во все глаза разглядывали своего работодателя, почти бесплотное волшебное видение. Рты у некоторых приоткрылись от изумления и восхищения. Гарри вполне понимал их чувства. Красота и молодость Драко были чарующими и редко кого оставляли равнодушными. Поттер считал, что по части внешности он Малфою и в подметки не годится. Однако тот даже не замечал восторженных взглядов в свой адрес. Для него рабочие были не более чем раб сила, он вообще не обращал внимания на эльфов, которые были ниже его по социальному статусу. И в этом был весь Драко Малфой — белокурый, неземной ангел, который никогда не снизойдет до обычных смертных. — Как продвигаются дела, Драко? — сдержанно поинтересовался хозяин дома. — Отлично. Думаю, завтра мы здесь закончим, — ответил Малфой, кося глазом на Джинни, которая оглядывала ванную с таким страдальческим видом, словно здесь случилось что-то непоправимое. — Гарри, мне не нравится цвет стен! — заявила будущая хозяйка, нежностью голоса вполне способная соперничать с сиренами, завлекающими Одиссея на рифы. — Джинн, но ты же сама его выбирала, — с бесконечным терпением напомнил Поттер. Собственные интонации показались ему тусклыми, а голос — слишком грубым. — Да, но в каталоге он выглядел совсем иначе! — капризничала рыжая бестия. — Когда эльфы закончат отделку, стены тщательно вымоют, и они окажутся именно такого цвета, какой ты выбрала, Уизли. — Драко перекосило неизвестно от чего, что вызвало короткий смешок из уст Поттера. Гарри мысленно помолился, чтобы произошло хоть что-нибудь, что заставило бы Джинни покинуть это место. И словно в ответ на его молитвы под рукой одного из рабочих с грохотом обрушилась на пол половина стены. В воздухе повисли мельчайшие пылинки. Джинни вздрогнула и взглянула на стену почти с ужасом. Тонкая рука нервно взлетела и прижалась к груди. — О боже, я этого не вынесу… — простонала девушка, другой рукой прижимая к носу надушенный платочек. А Гарри с усилием сдерживал вырывавшийся из нутра хохот. Теперь в его голосе была скорбь всего мира, и Поттер едва не чертыхнулся. Господи, за что?! — Джинни, милая, почему бы тебе не пойти и не выпить чашечку успокаивающего чая? Я послежу за тем, как идут работы. "Милая" не заставила себя долго упрашивать и ретировалась так поспешно, словно вместо пыли в воздухе оказались споры сибирской язвы. — Не понимаю, Поттер, как у тебя терпения хватает справляться с ней! — в сердцах вырвалось у Драко. — У меня большая практика, — рассеянно отозвался Гарри. Больше всего на свете ему хотелось оказаться сейчас далеко от всего этого бедлама, облачиться в старые джинсы и футболку и усесться в свое любимое кресло с каким-нибудь очень кровавым триллером. — Малфой, ты уверен, что завтра все будет готово? — По крайней мере, я очень надеюсь на это. Осторожнее, Поттер, не вляпайся в раствор! Гарри поспешно отошел от стены. Его одежда совсем не годилась для помещений, где идет ремонт и полно пыли и строительного мусора. Но если невеста увидит его в джинсах и футболке, ее просто хватит удар. Вот Драко видимо абсолютно все равно, что на Поттере надето. Гарри спокойно чувствовал бы себя рядом с Малфоем даже в трусах, не то что в джинсах и светлой рубашке с закатанными рукавами и парусиновых туфлях. — Спальня вашей будущей жены тоже будет готова к завтрашнему дню. Только, боюсь, возникла пара небольших осложнений. Во-первых, материал для полов оказался немного дороже, чем мы планировали, а заказанные обои оказались более темного оттенка, чем я ожидал. Есть еще пара вещей, которые мне хотелось бы обсудить с тобой, Поттер. Все в порядке? — осторожно спросил Драко, заметив промелькнувшее на лице Гарри страдальческое выражение. — Кажется, да. Просто сегодня у меня тяжелый день. Наверное, я немного устал от всего этого. Однако Малфой обладал исключительной проницательностью. *** Шутливый диалог позволил упавшему духом Гарри немного взбодриться, но уже через пару часов вновь навалилась усталость, и он почувствовал себя выжатым как лимон. Гарри утряс множество разнообразных вопросов, одобрил несколько новых идей и поправок, которые внес Драко, и сделал пару новых заказов, выписал несколько каталогов мебели. Его рубашка к десяти часам вечера выглядела ужасно, на брюках просматривалось два довольно заметных пятна, справиться с которыми под силу только очищающему. К тому же, несмотря на удобную обувь, ноги Гарри очень устали. Он зашел на кухню, чтобы выпить стакан охлажденной воды с лимоном, и посмотрел на часы, стрелки которых словно прилипли к одному месту: сон. Сегодняшний день казался ему просто бесконечным. Вымыв стакан и убрав его на полку, он мысленно составил список оставшихся дел и послал их к чертям. Однако сну Гарри не дано было осуществиться: за стеной заработал какой-то агрегат. Судя по издаваемым звукам, это был не больше не меньше — отбойный молоток. Через несколько минут шум утих, но не успел он сосредоточиться, как оглушительные удары сотрясли не только соседнюю стену, но и, кажется, весь особняк до основания. Разве можно сосредоточиться в таких условиях?! Поттер выхватил из ящика стола волшебную палочку, запустил оглушающие чары и зарылся в подушку с головой. Мысли о Драко не давали спать, вот не думал, что ему будут мешать мысли о Драко, который находился сейчас буквально через стенку. За плечо Поттера кто-то задел, и он вздрогнув, отбросил подушку, уставившись шальным взглядом на, как оказалось, свою невесту. — Что-то случилось, милая? — Гарри, любимый, ты не собираешься со мной к маме? Она уже заждалась нас! — О, нееет, Джинн, иди сама, я пас. Не хочу вставать, я устал. — Гарри натянул на себя одеяло. — Но ведь ты сам хотел этих изменений. — Но они могли бы работать потише… — Нет, они не могут работать потише. — Джинни притопнула ножкой на высоком каблуке. — Поттер, не разговаривай со мной так! Ты пойдешь к маме! — Дорогая, это просто невыносимо, я целыми днями бьюсь, как мушка, попавшая в паутину, а меня совсем никто не хочет понять. Мало того, что я буквально погрузился в беспросветную пучину серого быта, мне еще приходится решать и твои проблемы! — Гарри вздохнул, — Я может на матч по Квиддичу хочу с Роном сходить. — Что?! — воскликнула мелкая Уизли. — У меня начинается приступ жесточайшей мигрени! Взгляд Гарри невольно обшарил стол, и он протянул Джинни пузырек от головной боли, что недавно купил в лавке самых лучших зелий у мистера Снейпа. Девушка выхватила пузырек и, фыркнув, вылетела из еще не разрушенной ремонтом комнаты Гарри. Гарри зевнул и во второй раз попытался погрузиться в сладкий сон. Но через минуту услышал стук в дверь. — Потти, спишь что ли? — Драко вошел в комнату без приглашения и сел в кресло, напротив кровати. В его руке блеснул фужер с красной жидкостью. — Малфой, а пить вино подальше от моей комнаты, особенно когда я сплю, ты не можешь? — Нет, у меня есть пара очень важных рабочих моментов. Поттер обреченно сел на край кровати, растрепал и без того лохматую макушку и нацепил на нос очки. — Только быстро, а то этот ремонт сделает то, что не удалось Волан-де-Морту. *** — Поттер, извини, что спрашиваю, но зачем тебе эта штука? — Драко кивнул куда-то вниз, и Гарри понял, что до сих пор держит в руке кусок трубы, засмотревшись на Малфоя, как тот двигается, совсем забыв про все на свете. Под пристальным взглядом белокурого дизайнера, в котором по-прежнему читалась едва заметная насмешка, он невольно смешался. — Это… Просто я подобрал её на лужайке и собирался выбросить в мусорный контейнер. — А я думал, это специально припасено для опаздывающих работников… Это предложение было в равной степени забавным и нелепым, и Гарри не сдержал усмешки. — Вообще-то ты подал отличную идею. Как только Драко и Гарри дошли до очередной комнаты, требующей, по мнению Джинни переделки, Малфой оглядел фронт работы и его шутливо-неофициальный тон сменился на деловой. — Итак, мистер Поттер, что именно вы хотите видеть в этой комнате? — Драко посмотрел куда-то через плечо Поттера, который до сих пор стоял в дверях и на его лбу читалось «ничего я не хочу». Гарри резко развернулся и встретился взглядом с Джинни. В ее руках был свернут журнал, судя по тому, что на обложке прыгал валик для покраски и пара ярких банок с краской, он сделал правильный выбор. Его плечи разочарованно опустились. Почему-то от официального тона Драко стало тоскливо и захотелось вернуться в сад, чтобы испепелить ту трубу, что все еще оставалась не выброшенной. — Мистер Малфой, эта будет личный кабинет для Гарри, я подобрала пару идей, — прощебетала рыжеволосая девица, вызывая у Драко очередной приступ зубной боли, но услышав последние слова, его брови поползли вверх на лоб. — Подожди, Уизли, повтори, что тут будет? — Кабинет… рабочий кабинет для Гарри, — будущая хозяйка повторила слова словно маленькому ребенку, объясняя трудные для его возраста вещи. Драко минуту молчал, провожая взглядом спину хозяина дома. И потеряв его из вида, громко заорал. — Поттеееер! А ну-ка вернись! Я и палочкой своей не пошевелю, и эльфам запрещу всю деятельность, пока не услышу от ТЕБЯ, что бы ТЫ хотел видеть в СВОЕМ кабинете. Гарри поморщился на громкий голос, который от высоких нот превращался в писклявый. Да, уж. Малфою не идет, когда он кричит, лучше уж пусть шипит и ехидничает. — Драко, не ори, — произнес Поттер хриплым, почти вибрирующим голосом, казалось он трансгрессировал на прежнее место из сада. Уж слишком быстро он появился перед Малфоем и своей невестой, которой немедленно захотелось расплакаться. Джинни уже достала свой белоснежный платочек из рукава платья. — Дорогая, прошу тебя, поживи у мамы пару дней, мы с мистером Малфоем сами все уладим, я с удовольствием учту твои пожелания, но Драко прав, это же будет мой кабинет. — Гарри говорил каждое слово очень осторожно, его голос ласкал и гладил, так, что у Малфоя волоски на руках дыбом встали и мурашки пробежали по телу. А его невеста вовсе не вняла этому бархатному голосу, судя по выражению предистеричного настроения. Поттер не впервой видел это выражение у неё на лице, он подкатил глаза и фыркнул, послав Драко мысленное извинение, и, отдавая ему полистать журнал, обещал вернуться. Когда хозяин дома вернулся, то застал Драко в таком же положении, а журнал был так же скручен в трубочку, как и в момент его передачи из рук в руки. Его лицо было бледным, а свободной рукой он держался за горло, расстегнув пару пуговиц на рубашке. — Малфой, с тобой все в порядке? — Черт! Прости, нет, — выдавил он так сипло, словно его в это время пытались задушить, и тут же принялся кашлять. — Кажется, у меня аллергия. — Аллергия? На что? — Прости, кажется, на духи Уизли. Поттер растерялся. Он попытался припомнить, куда Джинн могла положить аптечку с зельями на все случаи жизни, но, как назло, ничего не припоминалось. — Тебе нужно срочно принять лекарство. — Не нужно. — Драко так стремительно перехватил метнувшегося в сторону кухни Гарри, что от неожиданности тот едва не впечатался в него. — Драко! — Поттер, мне ничего не нужно. Со мной уже все в порядке. — Они уставились друг на друга, словно впервые увиделись. Гарри скользнул взглядом по длинной шее, кадыку и уставился на ключицы, из расхлестанной рубашки открылся отличный вид. Драко силился усмехнуться, но даже богатое воображение Гарри не смогло бы интерпретировать эту жалкую гримасу как улыбку. — Мне так не кажется. Только что ты был на грани обморока… — произнес он, пытаясь унять тяжело бухающее сердце. — Это лаванда… У меня аллергия на лаванду. Я это узнал еще пять лет назад, на Востоке. Тогда мне здорово досталось. — Сейчас ты выглядишь не лучше, — пробормотал Поттер поднимая взгляд на бледное лицо Драко и вдруг заметил, что тот все еще держит его за руку. Он осторожно высвободился. Ладони были ледяными и влажными. Стараясь сделать это незаметно, Гарри вытер их прямо о домашние джинсы. Однако от Драко этот жест не укрылся, и губы его дрогнули. — Извини, что доставил беспокойство. — Глупости какие… Тебе не привыкать мне их доставлять, я уже без этого жить не могу, — признался Гарри. — Однажды я видел, что может сотворить с человеком приступ удушья, вызванный сильнейшей аллергией. Уверен, что с тобой все в порядке? Я бы мог поискать зелье… Все их я покупаю у твоего крестного, так что не переживай за качество. — Уже все отлично, — заверил его Малфой. — Скажи своей невесте, чтобы держалась от меня подальше сегодня, а лучше, вообще. Она вызывает у меня приступы мигрени. Гарри тихо рассмеялся, разряжая обстановку. — Поверь мне, ты не один такой. — Тогда зачем все это? — Малфой обвел рукой помещение. Вот уже пару недель он почти живет в доме Поттера и пытается вникнуть в отношения молодоженов. Когда он соглашался перекраивать дом Гарри, то ему не сказали, что Джинни Уизли будет принимать в этом всем огромное участие. Малфой даже хотел отказаться от работы. Но в первый же день обратил внимание на их отношения. Поттер не выглядел счастливым женихом. Драко не смог уйти не разобравшись. — Хорошо. Извини, мне нужна минута, чтобы найти Джинни и настоять на её возвращении в Нору. Когда он вернулся, Драко все еще стоял посреди будущего кабинета, но уже что-то чертил волшебной палочкой на стене. И вопрос, который был таким простым и в то же время очень сложным для ответа, вразумительного ответа, забылся. Гарри настолько привык, что семья Уизли еще после школы без него его женила на младшей из всего семейства. Он оттягивал свадьбу как мог, но уже прошло восемь лет. И разговоры о внуках не сходили с уст Молли. А рожать детей не в браке Поттер наотрез отказался. Да и Джинни нахваталась у своей чистокровной подруги Астории несвойственных в школьные годы манер, что узнать Джинни было очень трудно. С каждым годом она больше походила на высокомерную и расчетливую львицу, чем на искреннюю и добрую девушку, которая понравилась Гарри на шестом курсе. Он часто задумывался, что такого он сделал с девушкой, что она так изменилась? Неужели это он, Гарри Поттер, превратил добрую и храбрую гриффиндорку в подобие слизеринской стервы. Неужели он хотел видеть рядом с собой именно такой вариант женщины? Его размышления прервал Драко. — Ну вот, теперь мы можем приступить к делу, — довольно бодро сказал Малфой. — Я покажу тебе свои идеи. На стене тут же появился рисунок макета предположительного кабинета Поттера. Но Гарри лишь мазнул взглядом по проекту, он рассматривал профиль Малфоя. — Поттер, не тупи, я конечно понимаю, от меня глаз не оторвать, но мы кажется работать собрались? Гарри весело фыркнул на слова и попытался сконцентрироваться на макете. На несколько мгновений оба замерли, рассматривая модель кабинета. Драко ожидающе и волнуясь, а Гарри неуверенно и настороженно. Что именно его настораживало он не понял, может близость с Малфоем? — Тебе не нравится? — В голосе Драко промелькнули ноты разочарования. — О, нет. Он…   Поттер махнул рукой в сторону стены с изображением, — все отлично, правда, я бы сам не смог до такого додуматься. У тебя отличный вкус, Драко. — Пф, а то, стоял бы я тут в качестве дизайнера, если бы вкуса не было. Ты почти оскорбил меня! — Тогда совсем не понимаю, что я тут делаю, могу полностью положиться на твой вкус. — Пробормотал извиняющимся голосом хозяин дома. — Поттер, тебе непременно надо прививать правильный вкус. — Дизайнер зафиксировал картинку на стене для примера и позвал пару эльфов. К чему именно относились слова Драко, Гарри не совсем разобрал, но почему-то в голове промелькнула мысль, что совсем не о ремонте шла речь. Малфой не разрешил Джинни планировать кабинет, но сам сделал тоже самое, и как всегда мнения Гарри не спросили. Или спросили? *** За несколько последних дней Гарри устал так, что все его желания сконцентрировались на самом незатейливом: он мечтал просто выспаться! Он будет спать не менее трех суток, потом еще неделю проваляется на диване с книжкой, нежась в собственное удовольствие. А потом поедет куда-нибудь развлечься. Сейчас его устроил бы любой маршрут, будь то горы или пляж на Багамах, лишь бы подальше от Джинни и всех вместе взятых Уизли. Поттер мечтал о том времени, когда он будет принадлежать только самому себе… Эта мечта всегда казалась ему какой-то несбыточной, миражом. Что-то он размечтался. Так и расслабиться недолго. Что ему действительно нужно, так это настроить себя на рабочий лад. Еще несколько дней, максимум неделя, и все закончится. И в том, что Драко приедет завтра так рано, нет ничего плохого. По крайней мере, раньше начнут — раньше закончат! И Драко совсем не раздражал своим присутствием, а еще он обеспечивал ему отсутствие Джинни. И каждый приближающийся к свадьбе день отбрасывал Гарри хотя бы в мечтах так далеко, на сколько это было возможно в фантазиях. Он подозревал откуда растут ноги его усталости. Драко захлопнул блокнот, сунул ручку в нагрудный карман рубашки, давая понять, что на сегодня он выполнил программу. — И все-таки мне кажется, что ты выглядишь измотанным, Поттер, — мягко сказал он и, прежде чем Гарри успел запротестовать, добавил: — И не старайся убедить меня в обратном. — Да, наверное, ты прав. Этот ремонт отнимает у меня слишком много времени и сил. — Ремонт ли? — Драко сел на край дивана, где полулежал Гарри и положил руку ему на лодыжку. Поттер дернулся как от удара и резко сел, выдергивая ногу из захвата пальцев. Рука у Драко была прохладной и приятной. От летней жары постоянно хотелось забраться в холодильник. Гарри забыл, что скинул с себя футболку и сейчас находился перед безупречно одетым Малфоем в одних шортах. Он провел языком по своим сухим губам и отвел взгляд от лица ухмыляющегося змея. — Что ты… — Гарри залпом выпил стакан холодной воды, который стояла на столике у дивана, его лицо горело. — Ты уже закончил на сегодня? — Да, — Драко смотрел на смущенного Поттера с интересом, даже не скрывая своих намерений.  — Я подумал… Подумал, что спустя столько лет мы неожиданно встретились. И даже не перегрызли друг другу горло. И даже подружились. Мы могли бы сходить куда-нибудь… В ресторан или в клуб. Ничего такого. Просто поболтать, потанцевать, расслабиться. Скажем, завтра… Похоже, Драко от этой встречи ждал чего-то большего, чем просто «привет, давно не виделись, как дела?» сначала и чисто деловые отношения — потом. — Прости, Драко, я не могу. Правда, не могу… — Ладно, этого следовало ожидать. — Он усмехнулся, но усмешка вышла кривой. — Но стоило попробовать, верно? И о чем я вообще думаю. — Драко разозлился на себя. — Это не то, что ты подумал… — Мистер Поттер, вы богаты и знамениты. Без пяти минут женатый человек. А я всего лишь выполняю в вашем доме работу. — Драко специально подчеркнул и обобщил значение «Ваш дом» имея ввиду дом Джинни и Гарри, - простите за это… несуразное предложение. — Последняя фраза выбила почву из-под ног. Гарри не хотел видеть этой злости в глазах Драко. Он так привык к теплоте и мягкости в них, что сейчас ему казалось, что Малфоя вернули в школьное время, когда они ненавидели друг друга. — Я вовсе не сноб, — выдал Поттер, но Малфой качнул головой. — Разве я обвинял тебя в снобизме? — Только не нужно интерпретировать мои слова извращенно! Я отказался вовсе не потому, что считаю тебя… недостойным ужинать со мной, — сдержанно ответил Гарри. — Я понимаю, у тебя куча веских причин, — сказал он тусклым голосом, словно уже успел устать от этого разговора, и уставился на свою руку. Пальцы медленно дрожали. Он подсознательно почесал предплечье, на котором все еще сохранялась метка, но уже очень слабая. — Вот именно. — Голос Поттера остался спокойным, хотя внутри разгоралось раздражение. Драко поставил его в немыслимое положение: сначала заставил испытать непривычные теплые и желанные эмоции, а потом макнул в ушат с ледяной водой, а теперь он еще и оправдывается перед ним! Драко смотрел на него так пристально, словно пытался прочитать мысли в голове. — Я действительно не могу пойти с тобой. И это не из-за того, что ты… — сказать «бывший пожиратель или враг по школе, или еще какие причины» у него язык не поворачивался, и Гарри замолчал. Драко ждал. — В общем, это не то, что ты думаешь, — выпалил он.— Просто я ЗАНЯТ завтра. Молли просила вечером быть у них, решать моменты всех «этих» приготовлений к свадьбе. Джинни меня проклянет, если не приду. Это объяснение не только звучало вполне правдоподобно — оно и было чистой правдой. Вот только что он будет говорить, если Драко предложит перенести поход в ресторан или клуб на другой день? — Твоя невеста кровожадная настолько, что тебе не простят перенос этого с позволения… сборища? Заметь, судя по тому, что я уже успел за это время, твое мнение в этой семье никого не волнует. Так зачем ты там им нужен? Чтобы в очередной раз указать тебе твоё место у ног Уизли? — поинтересовался он с почти прежней улыбкой на губах. На лицо Гарри легла тень. Он словно осунулся еще больше и превратился на лет десять старше своего возраста. В груди болело. Потому что это было правдой. Малфой заметил эту боль, и чертыхнулся, пытаясь извиниться, хоть и по-своему. — Тогда не стоит рисковать, — усмехнувшись, согласился Малфой, но его глаза остались непроницаемыми. Гарри хотелось позорно разреветься, но он одновременно испытал облегчение от того, что они оставили скользкую тему. — Ладно, мне нужно идти. Увидимся. — Драко уже у двери отсалютовал рукой, не поворачиваясь к Гарри, ему не хотелось пялиться на идеальный на его вкус голый торс. Отказ горько резанул по самолюбию Малфоя. Почему именно Поттер вечно ему отказывает? Какое-то проклятье на нем и Поттере. И у этого проклятья есть имя. Джинни Уизли. Драко долго не мог уснуть. Он вспоминал лодыжку Поттера и его шальной взгляд, и смущенный вид. Едва не застонав от расстройства, вызванного этой картиной, он резко сел. Он не думал, что ему будет так трудно, чертовски трудно. Ему нужно принять ледяной душ. А еще лучше — лечь сегодня спать в ванну, наполненную холодной водой. Иначе до завтра он не дотянет! Хорошо, что завтра Поттера не будет дома, и он сможет закончить кабинет. Осталось переделать только спальню. — Душ… — сказал он сам себе и, поднявшись, побрел в ванную. Я мазохист, мысленно сказал себе Малфой, предлагая Поттеру встретиться. И испытал почти физическую боль, когда он отказал и даже почему-то попытался аргументировать этот отказ, Драко весь день думал о вчерашнем разговоре. Эльфы к семи вечера закончили отделку и расставили дорогую дубовую мебель. Драко сам поправил жалюзи на панорамном окне. Оно отлично освещало кабинет и небольшой участок под сад почти полностью просматривался сквозь пока ещё невымытые стёкла. Когда в саду будут цвести цветы и аккуратные дорожки, вымощенные из красного камня обвивать строгие клумбы, глаз будет не оторвать. Драко полюбил этот дом. Драко полюбил не только дом, но проникся к хозяину этого дома. И похоже, что все попытки забыть и жить своей жизнью, где нет Гарри Поттера, были обречены на провал. А самым важным было то, что он не хотел больше жить без Гарри Поттера. *** Малфой привел Поттера в небольшой итальянский ресторанчик с почти домашней обстановкой: клетчатые скатерти на столах, много цветов — в горшках и вазах, начищенные сковородки, в тщательно продуманном беспорядке развешанные на стенах, декоративная отделка которых была стилизована под дерево. — Здесь очень мило. Никакой помпезности. Честно, ожидал от тебя большего шика. — Гарри все еще не верил, что согласился на ужин с Драко. Было так непривычно делать то, чего сам хочешь, идти по зову своего сердца. Даже было ощущение страха, смешанное с предвкушением чего-то еще неосознанного. Вдруг Поттер понял, что это за чувство. Именно оно вело его на первом курсе в Хогвартсе за философским камнем. Именно оно заставляло сердце чаще стучать, когда он стоял лицом к лицу с василиском на втором курсе, и в последующие годы, когда он по-настоящему жил. Конечно и тогда им манипулировали, Директор и еще весть кто, но он оставался самим собой. Он дрался на дуэлях с Драко, он дрался на дуэлях с самым сильным темным магом, и даже победить его умудрился. До сих пор удивляясь, как ему это удалось. Но факт того, что он сейчас сидит с Малфоем за одним столом и собирается ужинать, казался самым нереальным из всех его приключений. — Рад, что тебе понравилось. Что будешь заказывать? — Драко поднял взгляд от меню и замер, рассматривая улыбающегося гриффиндорца. -— Что ты задумал, Поттер? У тебя такой вид, словно ты Кубок огня выиграл. Второй раз. — Драко, ты уже тут был раньше? — перебил его Поттер, он даже не взглянул в меню. — Ну был, пару раз. Здесь отлично готовят и мало народу. Не люблю есть в шуме и гаме. — Драко все еще был в замешательстве от внезапно поменявшегося настроения у Гарри. — Тогда предлагаю собрать в корзину ужин и вино, и отправиться на берег Черного озера. Как ты на это смотришь? Погода в самый раз. Драко пулей вылетел из-за стола к бармену, быстро объясняя, что от него требуется и вскоре вернулся с плетеной корзиной, из которой исходил аромат тушеной птицы и торчало горлышко от винной бутылки. Малфой так испугался, что пока он отсутствует, Поттер передумает. Но судя по все той же улыбке на гарриных губах, тот не передумал. Уже через пару минут они трансгрессировали на опушку леса у озера и окунулись в совершенно непередаваемые звуки Запретного леса. Листья на деревьях дрожали от летнего теплого ветерка, создавая волшебное перешептывание. А русалки били своими хвостами по зеркальной поверхности Черного озера. — Как же я давно тут не был. — Гарри присел на корточки у воды и опустил руку в озеро. Вода была теплой. Он, не задумываясь, стянул с себя одежду, оставаясь в трусах, и нырнул в воду. Малфой даже не успел предупредить его, что там водятся гриндилоу, и еще невесть кто, но кто он такой, чтобы Поттер его послушал. Да и все он знает сам. Малфой достал свой платок из кармана джинсовых штанов и трансфигурировал его в большой плед-скатерть. Пока Поттер плескался в воде, он развел костер. В костре не было необходимости, Поттер бы и так от чар обсох и согрелся, но почему-то в этом уголке природы так хотелось видеть ее первозданную красоту. И запах от сухих веток наполнял легкие воздухом леса и тепла. Гарри выбрался из воды абсолютно счастливым и мокрым. Он как пес присел у ног Драко и, смеясь, затряс головой. — Аааа. Поттер, гааад! — Драко морщился от холодных капель, и пытался закрыть лицо руками. Но судя по интонации, Гарри понял, что тот смеется. Они с аппетитом съели ужин, и Поттера пробило на ностальгию, он рассказывал о том, что они (трио) переживали во время учебы, и куда порой вляпывались Малфой понял, что он сам был очень послушным учеником, и что Снейп был прав насчет безбашенного Поттера. Заход солнца напомнил обоим о реальности времени, и что пора возвращаться домой. — Спасибо тебе, Драко, если бы не ты… — Гарри замолчал, рассматривая профиль Драко, пока тот лежал с закрытыми глазами и не видел блеска в его глазах. Его жадного взгляда. Поттер не хотел, чтобы вечер закончился, вот так прервался, но и не знал, как бы хотел его закончить. Нет. Он знал, но не признался бы себе даже под Веритасерумом. Малфой резко открыл глаза и поднял руку, касаясь пальцами щеки Поттера, взгляд которого округлился от изумления, а из-за сумерек цвет глаз казался темным и глубоким. — Драко… — Гарри наклонился к лицу спутника и, наплевав на все последствия, повинуясь своим желаниям, набросился с поцелуями, как жаждущий воды к фонтану. *** Ремонт действительно был закончен к концу недели. Гарри вместе с Джинни прошлись по всем комнатам. Джинн придирчиво оценивала проделанную работу. По окончании осмотра она с удовлетворением констатировала, что получилось даже немного лучше, чем она представляла. По мнению Поттера слово «немного» скорее надо было заменить на слово «намного». Он молча ходил за невестой, как собачка на привязи, и кивал, боясь смотреть на Драко. Малфой получил окончательный расчет из рук Гарри, Джинни же отправилась отпраздновать окончание ремонта с подругой, а Гарри вместо облегчения, что все наконец-то действительно закончилось, испытывал все ту же усталость и разочарование. И не мог забыть вечер у озера. После того единственного свидания он потерял покой окончательно. Не спал и не ел. Драко словно оставил его на растерзание собственным решениям. Он не спрашивал ни о чем, не лез в душу, занимался работой и исчезал, иногда даже не прощаясь. И сейчас он стоял спиной к Гарри и собирается покинуть дом уже навсегда. Так не должно быть. Он мечтал об окончании ремонта, и вот теперь в его душе вместо радости опустошение. За этот месяц он успел потерять вкус к своим незатейливым удовольствиям, о которых грезил столько времени. Неделю он провел как в тумане. Жизнь опять потекла спокойно и размеренно, но Поттер, жаждущий этого спокойствия, вдруг понял, что ему чего-то не хватает. Уютный диван не давал отдыха, а запутанный до невероятности сюжет детектива казался не более интересным, чем содержание учебника по предсказаниям. А предсказания Поттер просто ненавидел! Гарри вышел в сад и оглядел недоделанный фонтанчик посреди газона. Чаша, выложенная из камней разного размера, на первый взгляд в хаотичном порядке, на самом деле продумана до мелочей. Камни гармонично сочетались и удерживали друг друга, и в завершенном виде с них будет водопадом струиться вода. Поттер сел на бордюрчик у газона и включил кран. Вода не пошла. Где-то завоздушило в трубах. — Чёрт, даже в собственном саду все против меня. — На этих словах хозяина сада из земляной норы выскочил садовый гном и, зацепившись ногой за трубу, упал прямо в чашу, вызывая у Гарри смех. Он поймал гнома за вторую ногу и бережно посадил рядом с собой. — Не шали, а то изведу всех вас, и будете жить в Норе, как раньше. — Гном испуганно моргнул и убежал, прячась в высокой траве. Поттер расценил этот жест, как согласие к послушанию. Он еще с полчаса сидел в парке и думал, что он делает что-то не то, почему его жизнь не такая, какой он хочет ее видеть? Почему он чувствует себя вот этим садовым гномом рядом с семейством Уизли? Может его приворожили? Но вспоминая, как вел себя Рон, когда его приворожила Ромильда, понимал, что не в этом дело. Гарри осознавал свои действия и не испытывал бесконтрольной страсти к Джинни, чего не скажешь о страсти к Малфою. Может это Драко меня напоил приворотным? Гарри сорвался с места и, накинув на себя мантию, через четверть часа уже стучался в неприметную дверь маленького домика в Тупике Прядильщиков. — Поттер, тебе нужно хоть изредка пользоваться тем серым веществом, которое у тебя имеется. Да-да, оно у тебя имеется, главное в это поверить. — Снейп хмыкнул и уставился на Гарри своими черными глазищами. Поттер всегда чувствовал слабость в коленях в присутствии грозы всего Хогвартса. Правда после победы он чуть осмелел, да и Снейп в благодарность стал с ним мягче общаться. — Вы уверены, что нет проклятий и приворота? — голос Гарри дрожал, но он смело не сдавался. Упрямство не пропьешь. — Уверен, мистер упрямый осел, вы всегда так зависите от чужих желаний, а свои вас не волнуют? — Снейп привычно сложил руки на груди, напоминая летучую мышь. — Мне жаль вас, Поттер. Вот скажу сейчас очень необдуманную вещь, сам себе удивляюсь, но был бы рад, если бы вы унаследовали от вашего отца хотя бы его эгоизм. Гарри тихо рассмеялся и кивнул. — Спасибо, мне легче, правда. Я подумаю о своих наследственных дарах и их потенциале. — А главное, подумайте о своей будущей жизни, она Поттер одна, и разбрасываться действительно важными людьми в ней, кощунство. — Северус махнул рукой на Гарри, безнадежно вздохнув. — Идите уже, Поттер, и не отвлекайте меня от любимого занятия своей чушью. Возвращаясь домой пешком, он, как обычно витая в своих размышлениях не заметил, как уперся в чье-то тело. — Малфой? — Поттер, один вопрос, и я исчезну из твоей жизни, хорошо? — Драко был решительно настроен, и весь его воинственный вид говорил сам за себя. — Ну, спрашивай, — Гарри ответил разочарованно и безэмоционально, специально для Драко перед зеркалом тренировался. — Тебе было хорошо со мной? — Драко нервно кусал свои губы и мял в руке какой-то конверт. — Ну, там… на озере. Поттер аж растерялся, и отступил на шаг назад, угодив в лужу, всю ночь на кануне лил дождь. — Ам, э… отвечать обязательно? — Гарри прокашлялся, голос сел и внизу живота скрутило так, что приспичило в туалет. — Обязательно. И важный аспект — правду. — Малфой спрятал свои руки в карманы пиджака. Поттер почесал свою руку, на которой до сих пор были едва заметны буквы, Амбридж на пятом курсе отлично вбила в его мозг, что именно нужно говорить, когда тебя спрашивают, особенно с таким серьезным видом. — Да, Малфой, черт тебя подери, ДА! Ты доволен? — Поттер скрестил руки на груди, как недавно это делал Снейп и смело уставился на своего внезапного искателя правды. — Вполне, — Драко расплылся в довольной улыбке и цокнул языком, повторяя позу Гарри. — Все? Я могу идти дальше, куда шел? — А куда ты шел, Поттер? — Не твое дело, скройся уже. Всю душу мне вымотал. — Гарри уже собрался продолжить путь, желая поскорее исчезнуть, желательно подальше от этого соблазнительного тела, и не дрожать от желания прикоснуться к нему снова, но тело было против, и исчезать не собиралось. Более того, оно приблизилось, на столько, что Гарри почувствовал жар и головокружительный запах от кожи, крепкие руки обняли его за шею и все закружилось, неприятно скручивая в области пупка от аппарации. *** Поттер оттолкнул Малфоя, как только почувствовал под ногами твердь. — Что? Где мы? — Гарри с любопытством и нескрываемым потрясением рассматривал просторную гостиную. Перед глазами все еще всполохами маячили разноцветные пятна, и он потер об рукав очки, пытаясь снова нацепить их на нос. Пока он щурился от слепоты, Драко воспользовался ситуацией и не дал этого сделать. Очки полетели в кресло, а их хозяина толкнули к дивану. Сначала это был нерешительный поцелуй, словно Малфой боялся его запоздалой реакции на подобное самоуправство. Драко прильнул к губам Гарри, а потом кончиком языка слегка очертил их контур. — Гарри… — прошептал он, и Гарри невольно подался к нему, закрывая глаза. И Малфой не выдержал, впился в его губы с алчностью и неуемной жаждой. Пьянящее, огненное желание оглушило его, кровь вскипела в жилах, и все его существо наполнила томная жажда. Все, что накопилось с первого раза, когда они были вместе. Хоть тогда и не дошло до полноценного секса, они просто не успели до него дойти, позорно кончив, как подростки. — О нет! — внезапно Гарри толкнул его в грудь и отшатнулся. Все еще задыхаясь от этого горячего поцелуя и чувствуя его вкус на своих губах, Поттер выпрямился и быстро поправил одежду. Взглянув на Драко, он увидел его потемневшие глаза, устремленные на его припухшие губы, и простонал. — Да что же ты делаешь? Ты ведешь себя так же как они, а меня вообще кто-то спрашивал, чего хочу я? Драко непонимающе моргнул и опустился на диван, откидывая голову на спинку дивана. — Поттер, как же с тобой сложно. Ты же хочешь того же, что и я, сам же сказал. — Я не говорил, что хочу с тобой трахаться прямо сейчас, не надо извращать мои слова. Я сказал, что мне понравилось быть с тобой, там на озере. — Гарри натянул полы рубашки пытаясь прикрыть ширинку. — Ну да, и я слепой, и бесчувственный, не вижу твоих истинных желаний, — Драко бесцеремонно ткнул пальцем в пах Гарри, и посмотрел на свой, но прикрывать его не собирался. Пусть видит все его намерения, так сказать, в деле. Возбуждение сменило чувство разочарования и пустоты, и обиды. Если Малфой точно знал, чего хочет, и даже догадывался, что этого же хочет Поттер, это не спасало ситуации. — Чай хочешь? Или чего покрепче? — Малфой направился куда-то вглубь, и исчез за дверью. — Решил меня сначала споить? — Гарри шел на голос и звон посуды. За дверью оказалась уютная светлая кухня. Гарри еще раз убедился в идеальном вкусе Драко, и любви к своему делу. — Зачем? Сам решай, я не буду больше настаивать и подталкивать тебя к решению. Приму любое, только прошу, уже решай скорее. От твоих действий сейчас зависят несколько жизней. Поттер почувствовал себя как в дни войны, в тот судьбоносный день, когда на кону стояли многие жизни, и ему предстояло решать, что делать. — Драко, а вопрос можно? — тихо попросил Поттер, по-прежнему не глядя на него. — Да что уж, давай, добивай. — Драко поставил две чашки на стол. — Присаживайся, — пригласил хозяин, вспомнив об обязанностях. — Крепкого чаю? — Хорошо. — Как только Гарри удобно сел за стол и оперся локтями о столешницу, прикрыв глаза, пряча их за ладонями. — Когда ты стал приспешником Волан-де-Морта, ты добровольно пошел на это? Драко не ожидал такого вопроса, видимо логика поттеровских мыслей была ему еще не по силам. — Нет, и ты это знаешь, еще на суде, когда ты отмазал всю нашу семью, я сказал правду. Я пошел на это ради сохранения жизни матери и отца. К чему ты все это вспомнил? — Малфой обхватил пальцами горячую чашку и даже не почувствовал, как его обжигает. — Хочу понять твои мотивы, с чего вдруг ты загорелся ко мне чувствами. Вроде все долги мы друг другу вернули. Долга жизни перед друг другом нет. — Гарри рассматривал рисунок от заварки на дне чашки. — А что, простой интерес к себе ты уже не рассматриваешь? Так на минуточку. Если есть влечение друг к другу, возможны и чувства, и они скорее всего имеют место быть настоящими. Без всяких долгов и выгоды. В первую очередь. Меньше всего, Поттер, я хочу, чтобы ты думал обо мне в таком ключе. Не то, чтоб мне не выгодно любить Гарри Поттера, к сожалению, или удаче, это выгодно всем. Каждому, кто живет в нашем мире и знает о тебе. И тут уж прости, совсем бескорыстных чувств я тебе обеспечить не смогу. Но у меня есть веский аргумент. — Хм, и какой? — Гарри даже улыбнулся, встречаясь со взглядом собеседника. — Я первый тебя заметил, дружить ты со мной не захотел. Ну что ж, я пошел другим путем. И знаешь, тогда я еще не знал, кто ты. Не знал твоего имени. — Ты о магазине у мадам Малкин? — удивленно заморгал Гарри. — Да, ты тогда мне очень понравился, я и мечтать не смел, когда вдруг оказалось, что ты и есть знаменитый Гарри Поттер. — Да я и сам тогда не знал, что такой знаменитый, мне Снейп это хорошо объяснил, — маги улыбнулись, и напряжение и тяжесть от разговора исчезли. Гарри огляделся уже более смело. — А у тебя очень уютно. — Спасибо, так что? Ты подумай, сил больше нет терпеть рядом с тобой всяких невест. Поттер, твоя свадьба через десять дней. — Драко кинул ему под нос газету с рубрикой на первой полосе. Рита отлично расписала о дне свадьбы самого желанного и завидного жениха магической Британии. На колдографии Джинни были выжжены глаза, и Драко даже не извинился за это, только развел руками. — Ну не целовать же ей руки. У меня не только аллергия на ее духи, у меня вообще на их семейку астматическое удушье. Поттер смял газету и кинул в лицо Малфою. — Клоун. Я тогда правда испугался. А ты! — А я был польщен, ты даже не представляешь насколько. — Малфой обошел стол и обнял со спины Гарри за шею, утыкаясь носом в его макушку. — Ты так приятно пахнешь… — пробормотал он. — О, надеюсь, у тебя не начнется аллергия? — съехидничал Гарри, за что получил подзатыльник. — Не дождешься. На тебя у меня иммунитет. — Малфой, тебе говорили, что ты настойчив, горяч, страстен и совсем без тормозов? И если ты немедленно не отойдешь от меня, то боюсь я не успею сделать свой выбор. — Гарри нехотя оттолкнул его руки с плеч и вздохнул. — Мне нужно время и свежий воздух, а то рядом с тобой моя воля совсем парализована. Драко рассмеялся и отошел к окну, раскрывая его настежь. — Я пока схожу в магазин, у меня молоко закончилось. А я ужасно не люблю по утрам кофе без молока. — Драко выбежал из дома, а Гарри наконец-то смог рассмотреть дом не только изнутри, но и снаружи. Небольшой двухэтажный коттедж, ухоженный яблочный сад, меньшее, что можно было ожидать от Малфоя. Он привык к красоте и уюту. И даже конфискация имущества не испугали. Малфои умели зарабатывать деньги, и Драко быстро поднялся на ноги, выбрав дело по вкусу, а не по настоянию родителей. Правда пришлось учиться во Франции, и ждать, когда успокоятся народные массы. Гарри сел на крыльцо и обнял ноги руками, положив голову на колени. Как же ему сейчас не хватало совета от Грейнджер. Снова совета, снова он полагается на чье-то мнение, а как же его собственное? Неужели он настолько отвык думать своей головой, что даже окружающие стали упрекать его в этом. Однако Уизли всегда хвалили его за это качество покладистого характера. Но какой к черту это характер? Это его полное отсутствие! Поттер запрокинул голову к небу и рассмеялся, до слез из глаз, до всхлипывания и дрожи во всем теле. Он даже не понял, когда вернулся Драко и почему он прижат к деревянным половицам крыльца сильными руками. Когда истерика прошла, Гарри извинился, шмыгнув красным носом, и притих. Солнце уже давно зашло за горизонт, и ветер стал прохладным. Драко принес два бокала и огденского на крыльцо, где они удобно устроились в плетеных креслах с горячительным напитком. — Драко, я боюсь. — Это были первые внятные слова после истерики. — Я тоже, думаешь мне не страшно никогда? Да я только и делаю, что оборачиваюсь на улице, боюсь, что меня проклянут. Но я все равно люблю жизнь. Когда я понял, что ты спас всех от этого ненормального, но самого сильного мага, то знаешь, как захотелось жить с новой силой. Я же тогда был уверен, что не выживу. Жить под гнетом темного лорда я бы не смог, да меня тошнило только от одного его вида, а он еще и руки пытался распускать. Меня мать спасала, я даже боюсь думать каким образом. Да и Люциуса трясло так, что ноги подкашивались. Вот уже пример для сына, да? Я тогда только благодаря Северусу и держался. — Я тоже. Хоть и мы не были никогда друзьями, — Гарри тепло улыбнулся мыслям о Снейпе. — Вот хоть сейчас нормально общаемся. Насколько с ним вообще возможно такое общение. Драко тихо рассмеялся и подлил в бокалы виски: — Все мы чего-то боимся, что теперь не жить? — Жить! — выдал вердикт Поттер и чокнулся бокалами с почти копией Люциуса. Драко с каждым годом все больше походил на своего отца, разве что волосы всегда стриг коротко, как в шестнадцать лет. Уже изрядно подпитые, они завалились в дом и Поттер, держась за косяк двери, требовательно запричитал пьяным голосом: — Если ты хочешь объяснений, то я готов тебе их дать! — он ударил кулаком по двери. — О, ооо… нет, Потти, ты проспись, прочувствуй все свои объяснения, и только потом я буду готов их слушать. Потому что если ты дашь мне обещания, которые потом не сдержишь, меня это слом-м-мааает, — так же пьяно выдал Драко и икнул в конце фразы. Они добрались до спальни и рухнули на кровать, не расстилая ее, прямо в одежде. Следующий день обещал быть непростым. *** Драко проснулся первым, он не сразу понял, что в кровати не один, и поморщился от неприятного ощущения во рту, а потом резко сел, от чего голова закружилась. — Поттер! — Малфой осторожно отодвинул край одеяла. Гарри ночью завернулся во второе одеяло, пробормотав пьяным голосом, что так лучше для обоих, и вырубился. Память все ярче возвращала Драко подробности и он глупо улыбнулся. В комнате стояло такое амбре, хоть спичку поджигай. Он открыл окно и сходил в уборную, а когда вернулся, то увидел помятого гостя. Гарри держался за голову и рассеяно смотрел в окно, на небо. Волосы запутанны, как воронье гнездо, и глаза красные, ну просто второе пришествие темного лорда. — Ванна прямо по коридору, чудо природы, — Драко кусал уголок губы, чтобы не рассмеяться. — Хорошо. — Голос Поттера прозвучал тяжело и хрипло, слова давались ему с трудом. Он накрыл ладонью горло и прокашлялся. Малфой проводил его озадаченным взглядом и, когда тот через полчаса все же появился на кухне, спросил: — У тебя всегда такое отвратительное настроение по утрам? — Драко поставил перед Гарри чашку с кофе и пузырек антипохмельного зелья. — Нет, обычно я более радушный, но… — менее радушный Поттер выпил зелье и запил его глотком ароматного кофе, и только потом продолжил свой емкий диалог: — Я вчера напился, и наговорил много лишнего. — Гарри допил кофе, даже не взглянув на Драко, и направился к выходу. — Мне надо домой, прости… За что именно Поттер просил прощения, Драко выяснять не стал, настроение испортилось. Именно такого поворота он боялся вчера, если бы между ними что-то произошло, более близкое, чем мокрые поцелуи, то сегодняшнее утро стало бы театром абсурда. Сколько раз он уже видел подобную реакцию, Малфой сбился со счета. На душе стало так погано. Вот и ответ на вопрос, который ночью показался Драко иным, но с рассветом всегда все становится более видимым и ясным, чем в темноте, да еще и спьяну. Поттер злился на себя уже второй день. Только Джинни кажется ничего не замечала, она радостная порхала бабочкой по обновленному дому и что-то щебетала, Гарри не вслушивался почти. Он заперся в своем кабинете, где все напоминало о Малфое. Было видно, что он вложил в ремонт не только все свои таланты, он вложил в этот дом свою душу. Но Поттер не просил его об этом! Не просил! Почему все думают, что они все про него знают и хотят для него добра? Вот оно добро, поперек горла, дышать не дает. Со стола полетела новая подставка с пузырьком туши и перо, он даже ни разу ими не воспользовался. На звук погрома прибежала Джинни и застыла в дверном проходе: — Гарри Джеймс Поттер, ты что творишь? — она подняла перо и с укором уставилась на Гарри. — Уйди, прошу, не трогай меня сейчас! — голос, которым сейчас говорил Поттер, Джинни не слышала от него ни разу. Столько раздражения и презрения, что девушку откинуло от жениха, на глаза навернулись слезы, и она убежала. Это было последней каплей, терпение Поттера полетело ко всем чертям. *** В знаменательный день свадьбы века, газеты почему-то молчали. Драко долго не подходил к новому выпуску, который еще утром принесла сова, он боялся увидеть на первой полосе счастливую пару. Руки предательски дрожали, разворачивая первую полосу. Ничего. Не может быть? Рита Скиттер никогда бы не пропустила такого дня. Неужели? Малфой вздрогнул, когда услышал стук в дверь. Он подошел к входной двери на ватных ногах, в ушах стоял шум от частого сердцебиения. В дверях обнаружился растрепанный, с оторванным воротником на расправленной рубашке и ссадинами на руках, Поттер. — Прости, что в таком виде, пришлось сорвать очень крупное мероприятие, завтра об этом напишут во всех СМИ. Я нам не завидую. — Гарри широко улыбался, он был доволен собой, а главное, что он был свободен, и это решение далось ему с невероятным трудом. Да что там, оседлать дракона на турнире было куда легче, чем сказать всем Уизли, что он не собирается жениться на их девочке, особенно спустя восемь лет совместной жизни. — Я поздравляю тебя, Поттер, ты только что подписал себе приговор, теперь не только мне в спину будут плевать проклятьями. — Пусть только попробуют. По крайней мере теперь мы будем отплевываться уже вдвоем. Драко рассмеялся, все тело стало таким легким, и кажется за спиной выросли крылья, он на всякий случай провел по лопаткам ладонью, почесав между ними и добавил с видом самого великого философа: — Всегда говорил людям, если хочешь что-то поменять в жизни, начни с ремонта. Конец