Джеми

Не, ну теперь - точно все! Последняя часть! Следующие несколько дней показали, что Джеми, если захочет, может существенно улучшить жизнь. Существует множество таких меленьких штришков, на которые, вроде, и внимания не обращаешь, а с другой стороны, именно они создают ощущение комфорта. Например, Джеми приносил на завтрак уже очищенные от скорлупы яйца, и уже намазанный маслом хлеб. Причем слой масла был ровный, то есть оно сначала немного постояло. Молоко же было холодным, как Алан и любил, а в чае никогда не плавало ни одной чаинки. Одежда, как бы Алан ее не раскидал с вечера, утром оказывалась сложенной и почищенной. То же касалось и обуви. Еще Джеми следил, чтобы вода в кувшине для умывания была не слишком холодной – Мичу это и в голову не приходило. А если Алан за делами забывал про еду, перед ним в положенное время появлялась тарелка, а рядом – улыбающийся Джеми. Вообще, если раньше Джеми улыбался ему только чуть, краешком губ, то с тех пор, как они начали спать вместе, широкая, радостная улыбка все чаще появлялась на его лице и Алана это неизменно приятно изумляло – бывшего наемника редко баловали подобными открытыми проявлениями приязни. Пока работал охраняя караваны, постоянную зазнобу завести не удавалось. Причин было несколько. Во-первых, жизнь получалась кочевая. Он шатался из города в город, искал заказчиков и ехал с ними, куда нужно, нигде долго не задерживаясь. Во-вторых, больших доходов такая работа не приносила. На себя еще хватало, но обеспечивать еще один рот уже не получалось… другие наемники, с которыми приходилось проводить время, были еще более страшными, чем он сам – чем старше, тем больше шрамов, выбитых зубов и увечий. Хотя, в походных условиях привередничать не приходится, физиология требовала свое, и перепих между соратниками по оружию не был редкостью. Однако ж речи о какой-либо привязанности не шло. Лишь о возможности получить разрядку. Так бы Алан и протаскался по дорогам до конца жизни, если бы, конечно, не прирезали раньше, но ему неожиданно повезло. Как говорится, «не было бы счастья, да несчастье помогло»: неожиданно проявился дядя по материнской линии, про которого ранее Алан и слыхом не слыхивал. Старик был уже очень стар, своих детей не прижил, а мысль, что все нажитое после смерти пойдет в казну, вызывала у него приступы ярости. Почуяв близость смерти, дядя всерьез задумался над кандидатами на наследство и, наконец, вспомнил, что у него есть сестра. Из-за разницы в возрасте они никогда не были близки, а после замужества последней и вовсе потеряли связь, тогда это казалось мужчине неважным. Далее выяснилось, что сестра довольно рано ушла из жизни, однако успела подарить мужу сына. Вот так, неожиданно, Алан и оказался наследником довольно крупного хозяйства, с большим, крепким домом, и обширными землями. Сначала, конечно, было довольно сложно научиться всем этим управлять, тем более, что наемным работникам Алан не доверял совершенно, а, значит, ему срочно пришлось вникать в тонкости сельского хозяйства. Также потребовалось немало усилий, чтобы навести порядок среди рабов. На самом деле, в том, что Джеми спит с ножом в руке, не было ничего удивительного – в больших хозяйствах сложно уследить за каждым, да и не все собственники считают это необходимым, поэтому зачастую работало правило «кто сильнее, тот и прав». Случались и драки, и поножовщина, и насилие. Иногда тех, кто слабее, заставляли делать всю грязную и тяжелую работу, избивали потехи ради, отнимали еду – хозяева мирились с таким положением дел, как с неизбежным злом, вмешиваясь лишь в самых вопиющих случаях. Однако, Алан был не из тех людей, которые терпят непорядок. Он железной рукой принялся искоренять подобные отношения, воспринимая это как личный вызов. Конечно, от некоторых рабов пришлось избавиться – бывают такие люди, которых ничем не проймешь – ни наказанием, ни лаской. Замену Алан выбирал довольно тщательно. Уже через год мужчине удалось добиться того, что он посчитал приемлемым, и каждый новый человек, появляющийся в хозяйстве, подвергался его пристальному вниманию. Плутишка Джеми почти сразу начал хитрить, но от дел не бегал, даже наоборот, не подличал, не подставлял других, и интриговал на пользу себе, но не во вред остальным. И вызывал он в Алане не желание приструнить, а скорее – поиграть, как кошка с мышкой. Только ему хотелось не сожрать, а оттрахать. Причем, что странно, почти все время… И вот сейчас Алан с интересом ждал следующего витка игры: сегодня парень должен был быть на рынке, чтобы получить у знакомого торговца дурман. В город юноша не попал – Алан весь день не отпускал его от себя, самое забавное, что парень ему действительно был нужен – наступила пора сбора яблок, сады были большими, а нынешний год – урожайным, так что на работы вышли все, даже сам Алан. А что? Собирать урожай ему всегда нравилось, да и пахли плоды приятно и они на пару с парнем весь день провозились в саду, даже перекусили там же... Так что на рынок юноше прорваться не удалось. Но заказчиком он был постоянным, а жизнь раба – подневольная, это всем понятно, поэтому, Алан знал, что у них с торговцем заключена договоренность – если юноша не придет днем, ночью недалеко от границы двора будет ждать мальчишка-посыльный: темнота многое скрывает. Днем Джеми старался держать себя в руках, но к вечеру начал ощутимо нервничать, Алан уже начал подозревать, что в ужин может быть добавлено снотворное, однако ж все предложенное съел, решив, что если Джеми такое учудит – быть ему битым. Но, видимо сам Джеми тоже это осознавал, потому что никакого такого эффекта Алан не заметил. Зато перед сном парень очень постарался, так что мужчина пришел в весьма благодушное настроение и вскорости заснул. Подождав немного для верности, юноша неслышно оделся и выскользнул из комнаты, но совершенно бесшумно это сделать не удалось, привыкший спать чутко, Алан проснулся и последовал за плутишкой в одних наспех натянутых штанах. Перед самым выходом парень нервно заозирался, словно почувствовав взгляд. - Что ж я делаю? – в отчаянии заломил руки Джеми, – Ведь, как пить дать, проснется и прибьет меня потом… и хрен обманешь! О, что же делать? Что же делать? «А интуиция у мальчика развита хорошо!» - хмыкнул мужчина, потом усмехнулся и не смог удержаться от маленького хулиганства: подкрался сзади, рывком обнял, прижал к себе и проговорил прямо в ухо: - А надо было подойти и сказать: «Мне надо выкупить дурман для Грега, можно?» - Аххх! – Джеми так дернулся, что Алан чуть не получил затылком по губам. - Не очень похоже на вопрос! – заметил мужчина, пробираясь под ткань рубахи и пощипывая твердый живот. – Давай еще раз! - Мне… надо… за дурманом для Грега… можно, господин? – голос Джеми прерывался, то ли от потрясения, то ли от того, что Алан уже добрался до сосков и теперь несильно их сжимал. - Конечно, иди, плутишка, только будь осторожен… нет, давай я тебя все же провожу – а то мало ли… - мужчина куснул родинку на ухе и на шее и с сожалением отстранился. Джеми извернулся в кольце рук и впился огромными тревожными глазами в Алана, будто пытаясь его прочитать. - Пытаешься на глаз определить, насколько сильно я зол? – усмехнулся Алан. - Все равно никогда не получается… - тихо пробормотал Джеми. - Так я и не сержусь на тебя никогда! – мужчина снова притиснул к себе раба и потерся об него пахом, так чтобы парень ощутил его эрекцию. – Чувствуешь? Не умею хотеть трахаться и злиться одновременно! В глазах Джеми тут же зажглись искорки интереса и он, хитро взглядывая на хозяина, легонько провел пальцами по ткани штанов. - Ох, Джеми! Если так и дальше пойдет, чья-то задница подвергнется нападению, а у несчастного Грега завтра будет ломка, нам же этого не надо? - Я… могу быстренько… - парень облизнулся и продолжил поглаживание, вопросительно глядя на Алана. - Джеееми! - выдохнул Алан, немного ослабляя хватку, чем парень тут же и воспользовался, грациозно скользнув вниз и моментально распутав шнуровку. На этот раз парень не стал дразниться, верный обещанию все сделать быстро, он сразу приступил к делу, старательно сжимая губы и помогая себе рукой. Алан закрыл глаза, полностью отдаваясь умелому рту Джеми, и уже через несколько минут сладкая судорога прошлась по его телу – то, что парень сам проявил инициативу сильно распалило мужчину. Юноша проглотил сперму, вылизал член и поцеловал бедро, что неожиданно ощущалось, как нечто более интимное, чем сам минет. - А теперь? – немного хрипло спросил он. - Чего? - Злитесь? – Джеми смотрел каким-то таким беззащитным взглядом, что Алану даже дразнить его расхотелось. Он провел пальцем по мокрым, чуть распухшим губам, поймал кисть и потянул вверх. - Плутишка-врунишка! Бедокурить любишь, а как отвечать – в кусты? – усмехнулся Алан почти с нежностью. – Не волнуйся – бить тебя мне совсем не интересно. Буду наказывать хуем. Правда, не похоже, что ты его сильно боишься! Джеми хихикнул, успокоенный и, вильнув бедрами, стрельнул глазками: - Если господину угодно, я могу притвориться, что мне страшно! - Ну, нет, я почти уверен, что смогу напугать тебя, когда снова поймаю на горячем! – оскалился предвкушающе мужчина, а парень ощутимо вздрогнул. - А можно… - Джеми облизнул губы – кажется, это такая привычка, когда нервничает – облизывается. Алан всецело ее одобрял! - Можно… я сам все расскажу? И я… исправлюсь… - парень трогательно опустил голову, и мужчина поверил бы, если б не хитро блестящие из-под челки глаза. - Ну, и как ты «исправишься»? – Алан потянул юношу за собой, продолжая говорить, - Если ты перестанешь доставать Грегу то, что ему надо, он не перестанет это употреблять, просто найдет другие пути. Вполне возможно, не безопасные. Следующий момент – это Тим. То, что вы вытворяете, это, конечно, кража… Джеми громко ахнул, закрыв одной рукой рот – упоминание о Тиме действительно его напугало, Алан же невозмутимо продолжил: - Однако, это сущие крохи, по сравнению с деньгами, которые тратятся на содержание дома и людей. Капля в море. Так, что я, пожалуй, не буду мелочиться, тем более, что ты проделал немалую работу, найдя торговца и договорившись с ним. Все хотел спросить: на что копишь, Джеми-воришка? - Я… брата мечтаю выкупить… - юноша прикусил губу и отвернулся. - А чего не себя? – удивился Алан. – Мог бы попробовать через подставных лиц. Про себя мужчина добавил «только хер я тебя продам!» - Брата важнее. Он мелкий ведь еще… у него хозяин – старый. Помрет и неизвестно к кому Чет попадет… хочу, чтобы хоть у него все хорошо было. - Хм, это, конечно, аргумент! – улыбнулся Алан – в общем, ладно уж – оставь свои гроши себе. Авось да и правда наковыряешь денег для брательника! В тот день они больше о деньгах не говорили, но на следующий день Джеми все же принес хозяину заработанные монетки, однако Алан сказал, что пусть лучше юноша отдаст ему натурой, на что парень с большим энтузиазмом согласился. *** Алан подгонял коня, хотя скотина уже устала и надо бы дать ей отдых, но неприятное предчувствие сосало под ложечкой. Всю неделю, что он вынужден был провести вне дома, его мысли крутились вокруг Джеми. Мужчина никогда раньше не оставлял его, во все поездки брал с собой, но в этот раз, все так сошлось, одно к одному, что ну, никак не получалось. И хотя предельно четкие указания были розданы, и управляющий не единожды предупрежден, что независимо от того, что выкинет раб, наказывать его может только Алан, все равно сердце было не на месте. А вдруг? Да мало ли, что? Например, в городе кто пристанет, хотя Алан и просил никуда не отлучаться, он сомневался, что парень его послушает – у хитрюжки были свои дела и вряд ли он отложит их из-за придури хозяина. Или зверье, например, взбесится и повредит. Или обидит без него кто… Умом Алан понимал, что Джеми вполне самостоятельный и может постоять за себя, но сердце сжималось, не пойми, отчего… По прибытии домой выяснилось, что не зря нервничал, пока его не было Джеми… продали! Как это могло случиться? Алан готов был порвать управляющего на лоскуты, но тот тоже куда-то исчез. Примерно через час метаний по абсолютно пустому двору – весь люд попрятался, кто куда, и ни за какие коврижки даже носа никто не высунул, как Алан не орал – туман ярости и тьма отчаянья немного рассеялись и мужчина смог мыслить. Чет! Алан знал, что с братом Джеми всегда поддерживал связь и из любого места умудрялся посылать ему весточки, возможно, молодой человек знает, кто выкупил дорогого сердцу плута… Алан пытался вспомнить – обращал ли кто в последнее время на его раба пристальное внимание? По всему выходило, что нет. Джеми был не из тех сладких мальчиков, на которых все кидаются, но для Алана он давно уже стал необходимым. Конечно, мужчина никогда не говорил ничего такого – еще чего! Признаваться в чувствах (ха-ха!) рабу! Хватит с него и того, что Алан никогда не поднимал на него руку, как бы парень не шалил. Вообще, мысль о каких-либо чувствах в отношении Джеми была несколько смущающей и Алан старался об этом не думать. Джеми - его собственность и Алану это нравилось. Парень всегда рядом, не возражает, не капризничает, не устраивает сцен и готов в любой момент выполнять прихоти господина. Не то, что бы у Алана было много тех прихотей… но так однозначно проще. Правда, иногда совершенно непрошенные мысли приходили мужчине в голову. Уже ни раз и не два бывало так, что мужчина любовался вертким юношей, ловил его плутоватые улыбочки, рассматривал блестящие глаза, а сам размышлял: какая часть из всего этого – обманка? Алан был трезвомыслящим, битым жизнью, циничным мужиком и прекрасно понимал: требовать от раба чего-то большего, чем секс глупо и не честно. Ведь у парня нет выбора, он устраивает свою жизнь, как может, используя все доступные средства. Джеми напоминал Алану гибкую иву, которая гнется под тяжестью обстоятельств, но не ломается и это вызывало невольное уважение. Как и то, что хитрюжка продолжал упорно выменивать, продавать, налаживать контакты, несмотря на то, что хозяин обязательно в конце концов обо всем прознавал и проводил «воспитательную еблю». Джеми пугался и бывал послушным целых несколько дней, а потом – невозмутимо продолжал, что делал… … Алан прекрасно знал, где живет Чет, поездка не заняла много времени, но там мужчину ожидало леденящее душу открытие: на этой неделе Чет так же был продан, причем явно к кому-то, кого хорошо знал – пожилой хозяин с теплотой относился к «своему мальчику» и даже посоветовался с ним самим, прежде чем продавать – старика привлекла довольно-таки приличная сумма, предложенная ему и он не смог устоять, тем более, что раб и сам был рад продаже. Сердце Алана ухнуло вниз в ужасном подозрении. Оно укрепилось, когда он опросил вездесущих нищих, что стояли возле ворот и за пару монет очень подробно рассказали мужчине, как некто, очень похожий на Джеми, вышел за ворота в компании кого-то, смахивающего на Чета и, вроде бы, направился на север… Алан потратил три дня и все свое мастерство, чтобы догнать их. За это время он о многом успел передумать. Мужчина сам себе задавал вопрос: зачем он преследует бывшего раба? Ответ был только один: чтобы вернуть. Но ведь Джеми теперь, насколько он мог понимать - свободный человек; пусть и хитростью, но вольная была законна. Может быть ее можно опротестовать? И что сказать человеку, близкому, дорогому, который убежал при первой возможности? «Хоть бы записку какую оставил!» - бормотал Алан. – «Ну и что, что писать не умеет – мог бы кого-нибудь попросить!» Алан пытался представить, что скажет Джеми при встрече и… не мог. Накатывала горечь, обида и злость. Хотелось порвать парня на тысячу маленьких Джеми и в то же время – прижать к себе и целовать. Мужчина по сто раз на дню то люто ненавидел, то испытывал нежность к своему любовнику. Тосковал. Злился. Обвинял. Оправдывал. Обещал простить. Грозил всевозможными карами. Тысячу раз шептал «не могу без тебя!» и тут же орал «да кому ты вообще нужен, гребанная шлюха!». В конце-концов он настолько измотался от не характерных для себя эмоций, что в душе наступило некое отупение, а в мыслях блаженная тишина. Алан просто сосредоточился на цели – сначала догнать. Потом – поговорить и, в зависимости от реакции парня, думать, что делать дальше. Одно он понял твердо – Джеми ему нужен, а, значит, надо любой ценой удержаться и не пришибить поганца. Не навредить. «Нельзя!» - твердил он себе, хотя желание отомстить за собственные неожиданно сильные страдания разъедало жилы. «Нельзя!» - убеждал он себя, думая про множество белых рубчиков на подвижной спине. Наконец, изнурительная погоня была близка к завершению – цепочка следов была свежая, на лес опускался вечер и беглецы наверняка остановились на ночлег. Алан решил, что подловит Джеми, и поговорит с ним без лишних глаз… мужчина крался по лесу и все осторожнее и вскоре наткнулся на маленькую полянку с костерком, около которого кутались в плащи две фигуры. Сердце пропустило удар. Он неслышно подобрался поближе и прислушался к разговору. - Что ты так нервничаешь? Ну, попсихует маленько и остынет! И вовсе он не обязательно за нами отправится! Ты, Джем, слишком высокого мнения о своей заднице! – успокаивал брата Чет, но Джеми все равно хмурился, кусал губы и глядел в огонь. - Я вообще не понимаю, почему пошел у тебя на поводу! Чет, раздери тебе зад, сначала я просто не хотел с тобой ехать, а теперь точно уверен – я совершаю самую большую ошибку в своей жизни! – раздраженно произнес парень и зло взглянул на брата. - Джем, ты – кусок дебила! Ну, на кой тебе сдался этот разбойник? - Он не разбойник, он наемник и вообще… молчал бы уж… это на его деньги мы выкупились! – вскинулся парень. - Джем, да включи ты уже мозги! Это ТЫ их заработал. - Он мне позволил… - упрямо произнес Джеми, а у Алана потеплело на сердце - Скажи мне, брат, чем он тебя так зацепил? Обычный мужик, страшный на морду, жесткий и ебет тебя постоянно. Неужели тебе не противно перед ним унижаться, где твоя гордость? - Он добрый… жалел меня… и смотрел всегда так ласково, как никто не смотрел… это ты, братик, у нас чистенький, а я – обычная не клеймёная шлюха и гордость моя загнулась еще тогда, когда меня всем бараком поимели! – сухо ответил парень, а сердце Алана сжалось. Вот оно как… - Джем! – Чет сморщился, страдальчески глядя на брата, а тот поднял темный тяжелый взгляд, совсем не похожий на его обычный: светлый, искрящийся плутовством. – Джем, он же тебя за человека не считал, а ты ему руки готов целовать только за то, что не бьет, да за мелкие подачки… - Ты не прав, Чет. Он… теплый. И, пусть оно все не правильно, а я – жертва самообмана, но… я скучаю… да, нефиг так кривиться – и по хую его тоже скучаю! Когда я говорил, что он трахается, как бог, не шутил! Блядь, Чет я… мне надо идти. Джеми внезапно поднялся и под ошарашенным взглядом брата принялся лихорадочно складывать вещи. - Ты куда? Ночь же на дворе? И как я без тебя? Джеми? – запричитал братец и забегал вокруг решительно настроенного парня. Алан затаив дыхание наблюдал за этой сценой – а ну как передумает? Но нет, юноша, не обращая внимания на брата, быстро собрал нехитрые пожитки. Потом в последний раз оглянулся, проверяя, все ли взял и повернулся к застывшему брату. - Чет, иди, как мы договаривались, остановишься в ближайшем городе, тебе до него дня три пути. Как обустроишься – отпишешься. - Если будет, кому… он же прибьет тебя, Джем… - потерянно прошептал Чет, из его глаз катились слезы. - Авось, не прибьет… а если уж – тоже ничего – переживу! – наигранно бодро произнес Джеми, нацепляя на лицо бесшабашную улыбку. - Джем… а если совсем? До смерти? – пробубнил Чет, размазывая сопли по лицу и шмыгая носом. - Значит, отмучаюсь, наконец. Ты тогда радуйся, значит, со мной уж точно ничего плохого больше не случится! – парень глянул на брата чуть безумными глазами на решительном бледном лице и, кивнув, бодро зашагал в сторону дома. Алан, пока наблюдал, сгрыз на большом пальце ноготь до мяса, все ему казалось, что Джеми передумает... а когда парень зашел в чащу, подождал еще пару минут, посмотрел на сгорбленную фигуру Чета и поспешил за своим плутишкой-лгунишкой. Алан неслышно подкрался со спины и, по своему обыкновению, крепко прижал парня к груди. Голова привычно дернулась, юноша подпрыгнул, а Алан прошептал: - Привет, плутишка! Я тоже очень-очень скучал! В подтверждение он покрыл мелкими мокрыми поцелуями шею и висок Джеми, а тот, справившись с дыханьем, спросил, как и множество раз до этого: - Сердишься? Ответ – прижатый к заду пах и новый град поцелуев вперемешку с укусами. - А я подслушивал! – гордо сообщил Алан, улыбаясь. На это заявление Джеми мучительно покраснел – даже шея и уши – и придушенным голосом, не поворачивая головы, спросил: - И что? - Ну, ты почти успокоил меня… но, Джеми, хоть бы черканул мне пару строк! – укорил Алан прикусывая ухо. - Неразумно, – вздохнул парень – нам была нужна фора… хотя, и это не помогло… - Я уже почти не злюсь, но обижаюсь! – мужчина чуть сильнее сжал парня в объятиях и тот откинул голову ему на плечо так, чтобы видеть лицо. - То, что я ушел было ошибкой, – хрипло произнес он и виновато посмотрел из-под челки. – Я хотел брата проводить… и как-то вот… но я осознал, что был не прав! Джеми перевернулся, изломил просительно брови, а потом прижался к мужчине всем телом, пряча лицо на его груди и поглаживая Алана руками по спине, и мужчина почувствовал, что тугой комок горечи и обиды растворяется от тепла тела Джеми. - Только ты так больше не делай! – строго произнес Алан, а Джеми часто закивал, не поднимая головы. - А еще из-за тебя, негодник, я остался без управляющего и, надеюсь, мои рабы еще там не разбежались! - Если ты повысишь плату втрое, то у тебя появится очень работящий и честный управляющий! – промурлыкал парень, глаза его засветились лукавством, а сам он начал медленно потираться об Алана всем телом. - Ах, ты, поганка! – выдохнул Алан, у которого не было секса уже больше десяти дней, – А если не повышу? - Тогда не очень честный. Но работящий, – ухмыльнулся нагло Джеми. - Джеми, а не охуел ли ты? – строго спросил Алан, поднимая его лицо за подбородок. – Ты, кажется, даже писать и считать не умеешь! Да и, сдается мне, что твоя вольная – не совсем законна! - Я думаю, что смогу научиться… - пробормотал парень, отводя взгляд. – Т… Вы хотите аннулировать вольную? – голос Джеми стал неуверенным. - Заманчиво, конечно… - мурлыкнул Алан, сжимая узкие бедра, – но слишком много возни. Однако, я все равно держу тебя за яйца, помни об этом! В подтверждение своих слов он легонько сжал руку на промежности, Джеми длинно выдохнул и закусил губу. - И чего же… Вы хотите от меня? – взгляд парня стал немного расфокусированным, а голос томным. - Ты будешь со мной трахаться и никогда не сбежишь. - Я могу… звать Вас по имени? - Почему бы и нет, Джеми-плутишка… знаешь, ты такой непослушный, что, наверное, придется взять тебя младшим мужем, тогда я вообще смогу тебе ничего не платить! - О! Серьезно? – взгляд парня мгновенно стал цепким и внимательным. – Это ведь шутка? - Неа! Я внезапно понял, что почти наверняка смогу таким образом тебя удержать! – Алан хищно улыбнулся, довольный своей придумкой – теперь-то хитрюга никуда не денется! - Женятся на чистеньких мальчиках, а я… - начал парень, но Алан не дал закончить. - Это идиоты женятся на неумехах, а в твоих… талантах я уверен. Кстати, о талантах… - Алан выразительно провел пальцем по губам парня. В ответ Джеми засиял, потом похабно облизнулся и начал медленно опускаться на колени, не сводя с Алана развратного взгляда…