Коварства.

Маленький Милко сидел на кровати и смотрел на женский портрет. Кудрявый десятилетний пацаненок не помнил кто ему эта женщина, но сердце больно и тоскливо сжималось. Он провел по лицу картины пальцами. Губы его дрожали, но он держал слезы внутри своей души. Мальчикам нельзя плакать. Кто это придумал? Никто не знает. Принимаем как заученный столетиями и годами факт. Милко встал с лежбища и подошел к столу. На нем лежала книга с детскими сказками и красочными иллюстрациями к ним; стакан с карандашами цветными и разными кистями для рисования; листы ватмана и обычные альбомные листы с неоконченными набросками. Милко вздохнул и, взяв карандаш, приступил к наброску. Ему он не нравился и ради няни и помощницы решил его завершить. Ольга Вячеславовна Уютова воспитывала будущего кутюрье после смерти ее родной сестры и сбежавшего подлеца вдовца папаши мальца. — Милко, ты снова бумагу тратишь? — в голосе слышалась теплота и любовь. — Олечка, я не смог выбрать из идей для рисунков и нарисовал много набросков, — Момчилович развернулся личиком к няне. — Ты почти плачешь. Что случилось? — озабоченно спросила Ольга. — Кто эта женщина на портрете? — ткнул мальчик пальцем в портрет на стене. Это твоя мама. Она погибла, дорогой мой мальчик. Подрастешь, расскажу все, — женщина, можно сказать еще девушка, но не юная, отвела взгляд от племянника. — Олечка, подскажи какой выбрать набросок, — Милко показал на ворох листов альбома на столе. Ольга с материнской любовью обняла Милко и разглядела на столе будущие рисунки маленького гения. Спустя восемь лет. Восемнадцатилетний юноша восседал на кресле в мастерской одного из Модных Домов, набирающего популярность. В руках Милко держал смятый лист с наброском платья, кривые линии, нечетко прорисованные очертания. Молодой человек был в психе. Ему не нравились его собственные наброски. Ольга Вячеславовна принесла ему кофе и пирожок с малиной. Их модельер одежды любил с детства. Юноша с радостью принялся за еду. Они с помощницей уже два часа ждали разговора с президентом «Зималетто». Милко нарисовал много набросков и от нервов и некой криворукости, которую он сам замечал. Уютова старалась вырастить из него хорошего мальчика, верившего в себя. Вышло не до конца. Момчилович постоянно сомневался в себе и не верил в слова помощницы. — Милочко, перестань себя казнить. Все у тебя, получается, — ободряюще проговорила его помощница и вдохновительница, — Ты получишь эту работу! Слышишь?! — Нет, не получу. Они посмотрят на не точности в моих эскизах и откажут, как и в другом МД, — пессимистично ответил модельер. — Ты сейчас волнуешься и нервничаешь. Вот неплохое платье выходит в новую коллекцию, — говорила Ольга и рассматривала набросок, что был смят рукой любимого племянника. — Он мне уже не нравится! И дай я его порву, Оля. Чтоб никто не видел моей позорной идеи! — истерически закричал гений. — Не дам. Отложу на потом, — строго произнесла она, — И закончить должен новые платья для «бабочек» сегодня ты. — Не буду! Ты меня не понимаешь, — он надул губы и собирался зареветь. Очень вовремя в помещение мастерской вошла секретарша президента Модного Дома Вероника Орлова. — Милко Вуканович, пройдемте к Павлу Олеговичу, — позвала она модельера, — А вы, Ольга Вячеславовна, подождите здесь, — отчеканила Орлова и они с Милко ушли из мастерской. *** Диана родилась в семье чиновника Валериана Артемовича Суворова и партийной работницы Элеоноры Даниловны Суворовой. Дочку родители страстно любили, баловали в меру. Ей доставались редкие игрушки, привезенные заботливым Валерианом из заграничных командировок. Диана росла в уверенности, что так будет всегда. С мечтой стать хорошей партийной работницей. Мечты так и остались мечтами. Диана пришла поступать в училище и познакомилась с Филиппом Аркадьевичем. Он был старше её и учился в аспирантуре и работал в училище. Дианочка поплыла от взгляда глаз цвета виски. Весь мир перестал существовать для девушки, ножки подкашиваливались и та, если бы не стена, за которую Диана удержалась, разбила бы своё личико. — Девушка, вам плохо? — осведомился он. — Нет, — пискнула Диана. — Филипп Аркадьевич, — представился. — Диана, — лицо ее просияло. В лаборантской аспирант Виноградов напоил перепуганную абитуриентку чаем с печеньем и на прощание, пожелал удачи в учебе. Все учебные дни Диана мечтала о встречах с возлюбленным. Пары и учеба притягивали возможной случайной встречей. Так длилось почти два года, случайные встречи с глазами. Виноградов женился на Александре и спустя год исчез. Резко уволился и ушел с аспирантуры. По прошествии полутора лет Филипп Аркадьевич сам разыскал знакомую студентку Диану. — Привет, Диана, — поздоровался с ней, учившей мат часть операционистики. — Филипп Аркадьевич? Здрасти! — в изумлении подняла глаза она. — Дианочка, я скучал по вам. Вы еще больше похорошели, — отвесил комплименты Виноградов. — Спасибо, Филипп Аркадьевич, — она покраснела и смутилась. — Мороженое хотите? — спросил Виноградов. — Да, если не обременю, — пролепетала юная девушка. — Я мигом! — крикнул он и отошел к киоску, что был в тени деревьев. Принес пломбир в хрустящем рожке, эскимо. Диана вгрызлась зубами в рожок и пробормотала «Спасибо». Ее любимый мужчина был рядом с ней, любил ее. Последнее было додумкой Дианы. — Филипп Аркадьевич, можно нескромный вопрос? — попросила девушка. — Постараюсь ответить, — ответил Филипп. — Куда вы внезапно исчезли? — с болью и чувством произнесла Диана. — Я женился. У Саши были проблемы с беременностью, и мы уехали в Германию. После родов жену накрыла депрессия, и я остался по факту один на один с маленькой грудной дочкой Юлей. Саша через два года после свадьбы повесилась на люстре ночью. Юлианочка не видела этого ужаса. Похоронив жену, вернулся сюда. Мы с дочерью живем вдвоем. Дианочка, я вижу вашу любовь ко мне. Честно нравитесь мне, и могу оказать любую дружескую помощь, — мужчина откусил небольшой кусок от эскимо и рассматривал юную леди. — Филипп Аркадьевич, а познакомьте меня с дочкой? Или нельзя? — спросила, хлопая ресницами. — Мне нужно ее подготовить. Она скучает по маме. Дай свой телефон, — ответил он. Диана написала на листе тетрадном свой домашний телефон и время, когда она будет у телефона. Ее обожгло жаром и искрой, как она передавала его, вырвав с тетради, мужчине. Прошлись по дорожкам парка, но устав от июньского зноя, попрощались на обещании звонка Филиппа. Юлиане нравится миниатюрная знакомая папы. Диана испытала очарование от белокурой малышки с чертами ее отца. Прошел год Диана все больше жила на квартире у Виноградова. Романом еще не пахло, но все к этому шло. Филипп расцветал рядом с подругой. У него не было никаких препятствий для любви к Диане. Сашку он возненавидел сначала за ее деяние, сейчас же простил и отпустил. В первый раз Филипп неожиданно притянул к себе подругу и няню дочери и поцеловал. Диана испуганно посмотрела на любимого мужчину. — Ты понимаешь, что-либо мы женимся, либо мы и не начинаем отношений. Юлечка меня считает мамой почти и если мы, потом разбежимся, то и ей в нашем треугольнике будет больно? — серьезно спросила будущая Виноградова. — Я тебя услышал. Обещаю, не предам и не откажусь от тебя ни при каких обстоятельствах, — заявил Филя, смотря в глаза уже любимой подруги. «А она тонко чувствует все оттенки чувств. И права. Предав ее, я предам свою дочь», — отметил про себя Виноградов. Спустя полгода Филипп Аркадьевич и Диана поженились. Жизнь потекла по своим колеям. Диана забеременела и желала сильно родить ребенка на радость любимому мужу и падчерице. Но не судьба. Испытав сильнейший стресс от аварии, где погибла одна из трех подруг Леночка и ее супруг Валерий, у нее произошел непроизвольный выкидыш. — Диана! — окликнула ее Юла, — Ты дремлешь? — Нет, Юлочка, задумалась, — подбирая слова, вынырнула из нирваны прошлого Виноградова Диана. — У Кати проблемы. Ее задирают в школе мальчишки и бьют. Не зазря ходила я на карате четыре года и смогла их побить, чтоб отстали от Катьки, — поделилась Юлюся. — Мам, ты плачешь? — падчерица обняла за плечи мачеху и прижалась к ней, — Снова вспомнила о не родившемся ребенке? Диана ответила молчаливым кивком головы.