Коварства.

***

      Девушка с каштановыми волосами чуть к низу закудрявленными локонами с белым от природы лицом, с карими глазами, тонким абрисом губ, но при этом миловидная внешность с прорисованными ресницами и бровями, что делало ее симпатичной. Она обладала обаянием девичьим и прекрасной улыбкой. В ее мыслях бегали мечты о свидании с возлюбленным. Уж очень ее это доводило до восторга и трепета в животе. Она находилась в номере отеля, который должен стать пристанищем ее свидания, но ей хотелось большего, чем свидание, но не выходило. В комнату вошел представительный мужчина с улыбкой и подошел к девушке и впился с порога поцелуем в ее губы, не думая о приветствии ни разу. Стал лапать ее спину своими ручищами и, не отпуская поцелуй, стал расстегивать молнию на ее платье нежно-голубого цвета длинной до пола, как бальном, так как хотел ее. Снял платье и следом нижнее платье и вставил палец в нее ее писю, начал ее мучит этим. Девушка стонала и извивалась вокруг его пальца, но он продолжил и довел ее до пика наслаждения почти. Разделся сам и резко вошел в нее своим мальчиком. Она вскрикнула от неожиданности, но он трахал ее на огромной скорости и чуть не кончил в нее, вовремя вынул своего мальчика, так как детей не хотел. Да и зачем они ему? Уже был его сын и преемник от законной жены. От любовницы нет не нужно. Тем более от тупой и шлюхи, работающей у него секретаршей на побегушках. — Пашенька, я тебя люблю! — проговорила она. — Ммм, приятно, Юленька. Я тоже тебя люблю.       Она улыбнулась и не сказала о том, что мечтает с ним о семье. Он ее не любил и использовал для утехи и в офисе для своих интриг, но не более. Умом Волкова не обладала и поэтому не догадывалась, что как станет не нужна, Жданов ее сольет, причем крупно и подставит наверняка. Но мозгов у Юлии не хватало. Так они долго занимались сексом уже в постели, пока Павлу не надоело. После он свалил, а она осталась, лежать на кровати в полузабытьи, и кофе не помогал выйти из этой любовной лихорадки и она уснула.

***

      Юрий пригласил в скрытую квартиру свою давнюю любовь, чтобы поддержать в ее упадке и снова увести к себе или сделать своей любовницей. Юрик был хитер и все равно любил ее и дорожил ею. Не навязывал свои чувства и хотел ей счастья, но не с его другом, что стал подонком, да и не с ним, тоже подонок, но хотя бы не загонял ее до страхов. Марго вошла в скромном костюме и села поодаль от окон, чтобы никто не увидел свет в окне и их. — Что нужно? — Я долгие годы молчал, и я люблю тебя все годы со знакомства! Хочу, чтобы ты стала моей любовницей. — Эм, я в шоке, Юра. Зачем? — Ты мне нужна, Марго очень я хочу дать тебе тепла и заботу, которой у тебя нет в семье. — Ты ничего не знаешь! — Знаю я все. Он тебя не любит. — Любит и он со мной очень теплый. Просто перестал это показывать на людях. — Вижу я он жестокий человек и эгоист. Ты будешь это отрицать? — Да!       Он стукнул по столу кулаком. — Ну и дура ты отказываешься от большего. — Что это большего? — Любви и счастья.       Она поджала губы. Ей хотелось его ударить, а он подошел и припал к ее губам, обнимая руками, и она была в шоке. Пыталась оттолкнуть, но он не отпускал, и ей пришлось сдаться и ответить на поцелуй друга семьи, а он проникал глубже и глубже в ее рот языком, а она таяла и виляла бедрами уже. Ему это понравилось, и он не спешил переходить к большему в постель, так как чувствовал, она не готова. Но она будет готова позже. А пока и этого хватит. Юра оторвался от ее губ, и Маргарита ошарашено смотрела на него. — Ты офигел?! — Нет. Ты ответила я и добьюсь тебя. Ты ко мне что-то чувствуешь, но в отрицание уходишь. Буду ждать, когда поймешь.       Вышел из квартиры. Жданова осталась одна. Ей было плохо. «Предала я мужа и все тут мне не будет больше счастья. Как не дать понять ему?!» Она ревела и рычала на полу. Ей было больно.

***

Flashback.

      Юноша сидел в грязной квартире с компанией и играл в покер на деньги и в дурака. Не всегда молодому упертому человеку удавалось выиграть, и он многое проиграл и каждый раз пытался отыграться, но не мог. Это его злило очень сильно. Он бесился и кидал карты на пол и плевал на них после проигрыша. Это сейчас и происходило, но еще и с матерщиной. — Ты сам неудачник и неуч, Паша! — Я не такой, это вы вечно шулирничаете! — Ни хрена! — Я вам отыграю все, и вы вернете все мои миллионы! — Уже не отыграешь, сукин сын! — За все ваши грехи вам будет ответ! Я вернусь! — рычал Жданов. — Не вернешься. — Вернусь, — он сплюнул под ноги. — Ты не вернешься, так как ты в черном списке уже с сегодняшнего дня. Хочешь вернуться, гони 5 лямов. — У меня нет таких денег, вы же знаете, шулеры чертовы! Адьйос! Но до встречи! — проговорил Павел. — Найдешь. — О, так вы верите в меня? Похвально! — он вышел, и дверь чуть не сломалась от его хлопка ей.       Он их ненавидел. Сел в потрепанный поддержанный «Жигули» и рванул от их дома, поднимая клубы дыма, так как был в ярости. Гнал как сумасшедший, чуть не создавая аварии и ему было плевать на всех людей. И он гнал дальше до дома своего.