Синие и красные розы

В те пару недель, когда Виктор был занят, за Юрой присматривал Отабек. Плисецкий пытался избегать встреч, что было невозможно в виду того, что они жили в одном номере. Алтын вел себя так, словно ничего плохого не случилось, и это выбешивало Юру больше всего. Всю жизнь Плисецкого не привлекали ни девочки, ни мальчики, и он уже посчитал себя каким-то бракованным, неправильным. Но вмешалась Судьба, или злой рок — Плисецкий уже не знал, как это назвать. Но, так или иначе, ему пришлось мириться со своей участью, приспосабливаться. Юра много слышал легенд о тех людях, которые не хотели повиноваться Судьбе и уходили от своей родственной души. Все они начинали тлеть изнутри, смерть медленно поглощала их, сковывая своими длинным руками, как цепями. От таких рассказов у Юрочки, еще маленького мальчика, мурашки бегали по всему телу. Даже когда-то давно, сидя перед книжками, полными рассказов о первой встрече соулмейтов, Юрочка пообещал себе, что непременно найдет свою родственную душу и будет жить счастливо. Со временем это обещание стерлось из его памяти, Юрочка вырос и понял, что никто, кроме дедушки, ему не нужен. Но появление казаха выбило Плисецкого из привычного образа жизни. Отабек привлекал внимание, притягивал взгляд и от этого подростку становилось не по себе. Все чаще он стал ловить себя на мысли, что рассматривает Алтына как своего соулмейта и проклинал себя за это. Две недели избегания друг друга, непонимания между ними пролетели быстро. И уже вечно спокойный Отабек не выдержал недомолвок между ними и решил серьезно поговорить. Выбрать удобный момент все никак не получалось, но в итоге Алтын просто усадил Юру на кровать, сев прямо перед ним, и в лицо сказал: — Я понимаю, ты недоволен, но идти против судьбы тоже не вариант. Давай хотя бы попытаемся подружиться. Никакой романтики. Обещаю. А если тебе будет противно — я уйду. — И умрешь? — Плисецкий с недоверием посмотрел на Отабека, не понимая, шутит тот или говорит правду. — Если ты так хочешь, — Алтын спокойно и уверенно смотрел Юре в глаза, так что тот вымел идею о шутке со своих мыслей. Юра совершенно точно не хотел для Отабека смерти, что непременно случится, если соулмейт покинет любимого. Метки начинают кровоточить и этот процесс уже нельзя прекратить. И человек умирает либо от инфекции, либо от потери крови. Представив такую картину в своей голове, Плисецкий вздрогнул и посмотрел на сидящего напротив казаха. — Я согласен на дружбу. Отабек лишь слабо улыбнулся. В это время за дверью стоял Виктор, который хотел спросить, как у них дела. И услышав их разговор, Никифоров, чувствуя себя старшим братом, сделал пометку расспросить казаха об его отношениях с Юрочкой. Решив, что сейчас их лучше не беспокоить, он ушел к себе в номер, надеясь хоть на пару часов нормального сна. * * * Как позже выяснилось, Джей-Джей был виноват лишь в некоторой степени. Мила поведала Виктору о том, что Версетти схватил Изабеллу Янг – невесту Леруа. И ему не оставалось выбора, кроме как пойти против своего клана. Жан-Жак признавал свою ошибку, и Виктор ему верил, но оставить в клане не мог. Все-таки, Джей-Джей был хорошим бойцом. И Виктору было жаль выгонять его, но так требовал Кодекс его семьи. К счастью Виктора, Леруа сам пришел к нему и попросил больше не вспоминать его. Рассказал, что он хочет начать новую жизнь со своей женой в Канаде, как они когда-то планировали. И что хотелось бы ему уйти с честью, а не как предатель. Но Леруа все понимает. Он не сможет. Поэтому по-тихому уедет из страны и продолжит жить нормально. Никифоров не спорил, а лишь пожал на прощание руку, желая хорошей жизни. * * * Следующее утро Виктора задалось не так, как хотелось бы. Только приехавшего в «штаб-квартиру» Никифорова встретила Мила, сообщив о грабеже трех магазинов, что находятся на подвластной Виктору территории и избиении контролировавшего этот район человека. Конечно же, это были люди Диаса. Если Версетти перешел к активным действиям, то и русскому мафиози отставать не стоит. Но для начала требовалось позаботится о безопасности одного подростка, что решил приехать вместе с Виктором «на отдых». Позвонив Юре, он услышал лишь череду гудков. Поняв, что это бесполезно, Никифоров стал звонить Отабеку. Тот сразу ответил на звонок и произнес: — Да, господин Никифоров. — Привет. Сейчас же собирайте вещи и улетайте в Москву вечерним рейсом. Здесь уже не безопасно. Вам, конечно, ничего не грозит, но перестраховаться следует. Я билеты сейчас забронирую и оплачу. — Но к чему такая спешка? — голос Алтына оставался спокойным, и Виктор завидовал выдержке этого парня. — Версетти стал активно действовать, напрямую заявляя о своих намерениях. Поэтому я прошу вас уехать как можно скорее. Потом объяснишь все Юре, у меня дела. До встречи, — и, не выслушав прощания, отключился. Виктор обратился к все еще стоящей рядом Миле: — Позвони Крису. Скажи, что он мне срочно нужен, — девушка кивнула и отошла в сторону. Нужен был четкий план, и Виктор это прекрасно понимал. А еще то, что без поддержки полиции ничего не получится. Крис прибыл быстро, сразу же спеша в кабинет Никифорова, где его уже ждали. — Что случилось? — с порога спросил Джакометти. — Версетти начал действовать. Мы должны быть готовы. И мне нужна поддержка полиции и твоего парня в частности, — Виктор посмотрел в глаза лучшему другу. — Конечно, без вопросов. А что ты придумал? — следующий час они обсуждали план действий, пока сигнал телефона не оповестил мафиози о новом сообщении. «Виктор, какого хрена» — сообщение явно от Плисецкого и пока отвечать ему Виктор не собирался, продолжая прерванное обсуждение. * * * — Мистер Никифоров, вам посылка, — молодой парень — работник отеля отдал запечатанный конверт в руки мафиози. — Спасибо, — Виктор кивнул, и парень поспешил прочь. Открыв конверт и достав содержимое, Виктор был удивлен. Зачем кому-то присылать ему телефон? Включив его, русский увидел обычную заставку в виде пейзажей Токио. Ничего необычного. На телефон пришло сразу несколько уведомлений. Два от оператора и одно с неизвестного. Открыв последнее, Никифоров увидел прикрепленный файл. Медиа-файлом оказалось видео с участием Пхичита Чуланонта. Виктор сразу узнал его, так как Крис показывал ему его фотки. В видео друг Юри сидел на полу в подвале с сцепленными наручниками руками. Через пару секунд картинка дрогнула и в кадре появился незнакомый Виктору мужчина. Со звуком были проблемы, видимо тот, кто снимал, зажал микрофон рукой. Мужчина подошел к Чуланонту и с силой ударил кулаком в лицо. Голова Пхичита откинулась в сторону и спустя пару секунд он сплюнул кровь и облизал губы. Мужчина на видео усмехнулся и на этот раз удар пришелся ногой в живот. Чуланонт упал на пол и скривился. Мужчина продолжал бить ногами, не переставая усмехаться. И убедившись, что закончил со своей работой, он усмехнулся в камеру и видео закончилось. Виктор не был удивлен, так как понимал, что это вполне в репертуаре Версетти. Конечно же, Диас был конченным ублюдком, занимаясь подобным, и все же русский мафиози не мог сдерживать ярость в груди из-за такого поступка. На телефон пришло еще одно сообщение. Открыв его, Виктор прочел: «Привет, Никифоров. Уже понял, кто это? Конечно понял, как по-другому. Я вот зачем пишу, не хочешь встретиться и обсудить сделку? Обменяю Пхичита Чуланонта, а на месте уже договоримся, на что. Знаю, он дорог твоему любимому. Откажешься или все-таки придёшь? Напиши мне~» Никифоров сцепил зубы от злости. Он и предположить не мог, что Версетти сам напишет ему и предложит такую глупую сделку. И тем не менее, это произошло. Мафиози со злостью ударил кулаком по столу, сжимая зубы от бессилия. В данный момент он ничего сделать не может, но вот в скором времени… Виктор зло усмехнулся, предвкушая сладкую месть. * * * Проведывать Юри в больнице было для Виктора едва ли не самым большим счастьем за последнее время. Пусть на посещение пациентов выделялась около двух часов, что, по мнению Виктора, ничтожно мало, чтобы любоваться японцем, все-таки Виктор чувствовал себя довольным, находясь рядом со своим соулмейтом. Татуировка полностью зажила, что радовало мафиози еще больше. Одной проблемой меньше. Пусть Юри и думал, что Никифоров посещает его лишь из чувства вины, было приятно, что о нем так беспокоятся. И, пожалуй, это были прекрасные пару дней, что он находился в нормальном состоянии и мог все осознавать. Виктор приходил и приносил много фруктов и сладостей, шутил и вел себя слишком непринужденно с человеком, попытавшимся его убить. Все было хорошо, пока Виктор не принес телефон Юри, перед этим скинув себе видео с Пхичитом. Не зачем было нервировать Кацуки. Он и так себя плохо чувствовал, потому что не мог помочь своему лучшему другу. Пусть он и смеялся с Виктором, его глаза все так же оставались пустыми, и единственное, что в них было, страх бесполезности. Пропущенных было много, видимо ему не раз пытались дозвониться. Виктор сидел возле койки японца, рассказывая ему последние новости насчет Версетти, когда телефон зазвонил и на экране выбило «Мама♥». Отвечая на звонок, Юри чувствовал, как в груди защемило. Как только он хотел поздороваться, его перебил женский голос:  — Ох, Юри, наконец-то! Почему ты не отвечал? С тобой все хорошо? — говорившая явно была обеспокоена, даже не пыталась скрыть этого. — Мари… Ей все хуже, донора нашли, но денег нет. Юри, мы можем потерять ее. Голос Хироко Кацуки задрожал, и Виктор слышал, как она плачет. Юри сидел с остекленевшим взглядом, смотря в пустоту и не видя перед собой ничего. — Мам, я… Я достану деньги. Пожалуйста, не волнуйся, все будет хорошо. Обещаю, — японец улыбнулся и его подбородок задрожал. — Ты не обязан этого делать, сынок. Мы с твоим отцом достанем денег. Все будет в порядке, — она отключилась и Юри со вздохом вытер мокрые щеки. — Эй, Юри, не плачь. Все наладится. Вот увидишь, — Никифоров пересел на кровать к Кацуки и обнял его. Тот вцепился дрожащими руками в рубашку Виктора, ища поддержки и находя ее. Как ни странно, он поверил Виктору. Поверил, что все будет хорошо. * * *  — Гоша, привет, — Виктор только вернулся от Юри и сразу позвонил своему другу-хакеру Георгию Поповичу. — Привет, Виктор. Что-то надо? — решив не тянуть время, спросил Георгий. — Я уже просто так позвонить не могу? — обиженным голосом сказал Никифоров. Попович вздохнул. — Тебе всегда, всегда что-то нужно. Выкладывай. — Окей. Ладно. Ты прав. Не мог бы ты пробить банковский счет Хироко Кацуки? И кинешь мне смс-кой? — Хорошо, Никифоров. Не забудь рассчитаться потом со мной. Свидание с красивой девушкой. А не как в прошлый раз. — Да ладно тебе, весело же получилось, — посмеиваясь, ответил Виктор, вспоминая событие двухлетней давности. Тогда он с Милой хорошо повеселился, заказав Гоше отдельную кабинку в клубе. Скрыв, конечно же, тот факт, что клуб оказался для геев, и перед этим напоив его. — Тебе было весело, не мне. — Ладно-ладно. Все будет. Спасибо, — Никифоров отключился и подошел к мини-бару, наливая в стакан алкоголь. Гоша не заставил себя ждать, быстро прислав номер карточки. Виктор, незаметно расспросивший Юри о стоимости операции, переслал нужную сумму на банковский счет. Решая мелкие дела внутри семьи, Никифоров не заметил, как наступила ночь. Вспоминая, как Юри прижимался к нему и держался за него руками, Виктор счастливо вздохнул и принялся готовится ко сну. Уже завтра все решится. С Версетти будет покончено.