Тебя люблю я

Яку нравится Лев. Яку сам не верит этому, но когда вновь не может оторвать взгляда от длинных ног и светлой макушки, это ударяет в голову. Error 404, Яку слетел с катушек, ему нравятся наполовину русские двухметровые шпалы, которые являются занозой в заднице Некомы. Яку понимает, что все это звучит достаточно глупо, чтобы быть правдой, но когда он снова смотрит в зелёные глаза своего кохая, Мориске готов растечься в лужицу. А Лев будто бы дразнит его. Ходит без футболки по всей раздевалке, нарочно поддразнивает Яку, стремится его разозлить. Яку бесится. — Идиот! — мамочка всея Некомы заряжает смачный подсрачник Хайбе и следом отправляется в полет по неведомым просторам. От осознания, что его нога коснулась задницы Льва, из ушей Яку скоро посыплются искры. Лев смеётся. Опять дразнит, играет с Мориске. Либеро подумывает уже дать дылде ремня, но вполне обычное наказание выстраивается в эротическую картинку в воображении Яку, и Мориске заливается румянцем. Чёрт. Этот идиот выводит его из себя. Яку старается игнорировать смешки остальных членов Некомы, а так же кривую ухмылку Куроо и подъёбов со стороны Бокуто-сана. Влюбиться таким интересным способом. Удивляться тупости Хайбы, а через минуту обожать его ноги и зад — это так в его стиле. — Лев, ты дебил, — устало кидает Яку, даже не оборачиваясь, чтобы не видеть огромные хищные глаза. — Что, семпай? — хитрюга всё прекрасно расслышал, но всё равно переспрашивает. — Дебил ты, — бесцветным голосом говорит Мориске. Остальные члены команды чуть ли не давятся смехом. Адекватнее всех ведёт себя Кенма — уткнулся в приставку и молчит. Лев раздражает Яку. Ему хочется разбить ему нос, а потом ворковать с ним, вытирая кровь с его лица. Либеро сам не понимает, что с ним не так. Возможно, у него такой фетиш. Или он просто дебил. «Это Лев дебил», — думает он. Ещё чуть-чуть, и Тетсуро поженит Льва и Яку. Яку бесится от этих слов, а Лев смеётся со всеми. Что с ним не так? — Семпай! — припёрлась, шпала этакая, отвлекает от дум великих. — Чего тебе? — Яку говорит это как-то агрессивно, стараясь не замурлыкать тут же. — Семпай, это правда, что я вам нравлюсь? — Лев выглядит смешно. Наигранная серьезность. Ребёнок. Ребёнок ростом сто девяносто четыре сантиметра. Яку чуть не поперхнулся своими слюнями. Во всем виноват этот Тетсуро! Чешет языком, котяра мартовский. — Кастрирую, — сквозь зубы шепчет Мориске. — Что? — Ничего, — грубо кидает Яку. — Просто одного идиота я скоро кастрирую. На самом деле, вокруг Яку находилось неприлично много идиотов. Но этот идиот выделялся из всех. «Всю молодость мне загубил, падла. Тебе только причиндалы отрывать и надо, тварь!» — думал либеро, представляя себе фирменную ухмылочку капитана. — Так что, семпай? — Хайба склонил голову набок, и теперь полностью стал схож с огромным котом. — Я тебе нравлюсь? — Бесишь, — пробормотал Яку. Лев расцвёл. Натянул на лицо глупую улыбку, превращаясь из кота в идиота. — Это значит, что да, — он не спрашивал, просто констатировал факт. Мориске вздохнул. Сколько же идиотов вокруг? Пожалуй, есть один идиот, который смог завладеть сердцем Яку.