Из Нирна в Тедас

— Серана, ты уверена, что здесь вообще кто-то есть? — Да! Разведчики отца, точнее, мои разведчики, нашли здесь последователей Харкона, с которыми нужно разобраться. — Но почему мы? Почему я? Я почти нашёл себе миловидную женушку. — Да брось. Ты бы переспал с ней и ушел, как ни в чем не бывало. К тому же я знаю, что тебе скучно без приключений на задницу. — Именно поэтому я собирался вступить в Коллегию Винтерхолда, к Соратникам, а ещё нужно разобраться с культистами со Солстхейма. — Именно поэтому ты который день ошивался в Солитьюде. — А как же коллегия бардов? — проигнорировав мой вопрос, она продолжила. — Да и куда тебе ещё? Ты и так бывший член Тёмного Братства, глава Гильдии воров… — Я не глава Гильдии. Ну… Официально да, но на самом деле там всем заправляет Бриньольф.  — Ты являешься Довакином и Соловьем, и подкупил половину ярлов, чтобы они дали тебе титул тана, а пользуешься им только для того чтобы хранить своё барахло… — Трофеи. — Да не перебивай ты! Барахло в данных тебе домах и откупаться от стражи после неудавшейся кражи. Ты этот титул, кроме как в Вайтране, даже не заслужил. Если бы не гражданская война, когда казна моментально пустеет, тебя бы уже давно отправили в Морровинд без головы за попытку подкупа высшего лица. — Уже пытались, — я хохотнул, — только не за это, а за нелегальное пересечение границы. — Тихо! — она напряглась, перейдя на шёпот. — Слышишь? — Да. На несколько метров дальше от валуна, за которым мы укрылись, стояла пара вампиров, о чем-то активно спорящих. Доносились лишь короткие обрывки фраз, включающих в себя «зеркало», «убраться отсюда» и «убить ее». Судя по всему, говорили они о Серане и о мерцающем, но все же отражающем стекле, в ажурной, выкованной оправе. Мы выжидали. Осматривали позицию врага, возможные варианты побега, если нагрянут другие. Пещера представляла из себя длинный каменный коридор, который после нашего валуна резко переходит в большую каменную слабо освещенную комнату. Ледяная лестница, образовавшаяся естественным путём, поднималась и создавала второй пласт обледенелой породы, на котором в позе лотоса расположился ещё один кровососущий, с интересом наблюдающий за дискуссией. Трое мужчин охраняли зеркало и планировали избавиться от моей спутницы. Слишком мало, это наводит на мысли о западне. В конце концов, она не выдерживает: — Хватит. Пошли просто убьем их. — Их слишком мало, это подозрительно. Не торопись. Я снимаю с лука того, что сверху, и пытаюсь застрелить норда, а ты поднимаешь застреленного и атакуешь оставшегося. Я помогаю, разобравшись с нордом. — Ты же волнуешься, что их слишком мало! — язвительный тон как всегда при ней. — Ты не дослушала. Если появятся новые — вызывай атронаха, будем отступать к стене. Когда совсем прижмут, я использую безжалостную силу, и побежим наружу. — Ты становишься жутким занудой, когда продумываешь тактику. Как ты вообще дожил до этого момента, если думаешь, что не справишься с тройкой вампиров? — Вот именно поэтому я и дожил. — А что мы будем делать, когда окажемся не в стенах пещеры? — Светает. Это их замедлит, а у меня есть стремительный рывок. Пока они будут пытаться прийти в себя, голос отдохнет. Им не удастся нас догнать. Пошли. Сначала все было по плану. Две стрелы моментально продырявили головы проклятых, а третьего добивала Серана, сжигая заживо. Только я принялся вытаскивать стрелу из головы несчастного беловолосого норда, как прямо мимо уха пролетел арбалетный болт. Раздался оглушительный звериный рёв. Последний раз я слышал что-то подобное примерно полгода назад, когда… — Так-так-так, неужто непобедимый довакин? А я ведь предупреждал, если увижу — убью без промедлений, — пробасил с насмешкой или же скорее с укором лидер Стражи Рассвета. — Насколько я помню, это я отпустил вас, пригрозив не попадаться мне на глаза. В любом случае, что же мешает тебе спустить свою шавку-огра с поводка? Я был готов крикнуть, здесь не должно было быть стражей. Я не видел их с самой атаки замка Волкихар. Думал, что они прикрыли свою лавочку, зная, что теперь всё в руках Сераны, она же им помогала. Но нет, нужно и дальше охотиться, а теперь они убьют её и меня, даже не посмотрев, что я спас их жалкие души от Алдуина. — Что ты здесь делаешь, Ривис? — Помогаю ей. Я же вроде с ними, — пожав плечами, стал медленно шагать к зеркалу, которое стояло перпендикулярно коридору, где столпились стражи. Их нам не одолеть. Серана на удивление молчала и просто сверлила взглядом Израна. — Но ты излечился. — Чего только не сделаешь ради своей симпатичной морды. Внезапно несколько рекрутов Стражи Рассвета, стоявших сзади, попадали от ледяных шипов, проткнувших их грудь. Завязалась бойня. Атака вампиров на заре была неожиданностью для всех, кроме меня. Мы с Сераной подготовили план отступления. Нужно было лишь дождаться, когда народу станет поменьше. Я был готов прострелить головы тех, кто подошел слишком близко. Спутница же моя кидалась на всех подряд. Появилось слишком много ходячих мертвецов, колдовство собратьев по крови сделало свое дело. Я чуть не пропустил удар слева, ловкий вампирёнок ударил стальным кинжалом по Соловьиному доспеху. Толстые, прочные, но легкие эбонитовые пластины выдержали удар, я отпрыгнул. Пришлось быстро менять лук на Бритву Мерунеса Дагона, при этом отступая назад. Противник подбирался всё ближе. Мысленно молясь принцу даэдра, чтобы первый удар сразу же стал смертельным, резко сократив расстояние в два шага, зацепил его. Теперь уже бездыханное, тело упало наземь, меня услышали. Собирался я кинуть метательный кинжал в ещё одного, как кто-то толкнул меня прямо в зеркало. Ожидания в виде удара о твердую поверхность и следом за этим дезориентацию не оправдались. Я провалился и падал слишком долго. Наконец я упал, уже минут пять прошло, размытость в глазах сменилась ясностью. Надо мной нависал высокий, заросший массивными корнями деревьев, потолок заброшенного храма. Первой мыслью было то, что меня убили и теперь я нахожусь в чьем-нибудь плане Обливиона. Или боги вовсе оставили меня в какой-то дыре, не решив, кто меня заберёт. И теперь я призрак, но ощущения не изменились. Однажды я выпил настойку фантома, которую мне продал один очень наглый алхимик близ Виндхельма, и вот после неё в течение часа я не мог никому причинить вреда, но и мне тоже — непривычная легкость сбивала с толку, что уж говорить о полупрозрачном теле. Ничего из перечисленного не присутствовало, следовательно, я жив. Пришлось с тяжестью подняться и осмотреться. Корни с потолка спускались и врезались в стены и землю, ничего примечательного, разве что есть постамент с лесенками, на которых я лежал, и зеркало, точно такое же как то, в которое я упал. Видимо это был портал, но где же я теперь? Тёплый ветерок, дующий со стороны разрушенного выхода этой башни, просачивался в щель под дверью, образовывая сквозняк. Рифт? Слишком сухо. Предел? Так там деревьев раз-два и обчелся. Фолкрит? Скорее всего. За дверью, почерневшей в некоторых местах от старости, послышался разговор. — Лина, я тебе говорю, это — эльфийская постройка! Ни один шем не стал бы ставить в своем храме статую Митал, — возмущенный парень как бы причитал своей спутнице. Интересно, кто такая Митал и шем? Если мне не изменяет память, у эльфов нет никакой Митал, в чью честь возводились бы храмы. Тем более в Фолкрите я не помню каких-либо храмов, кроме Сумеречной гробницы. Так, где же я? — А я тебе говорю — меня не интересуют уроки истории. Мне просто хочется узнать… Вдруг послышались чьи-то хрипы, вслед за ними звуки борьбы. Немного поразмышляв, я решил накинуть капюшон и спрятаться за одним из самых толстых и спрятанных в тени корнем. Разум подсказывал, что стоило бы вернуться и помочь Серане, но небывалое любопытство взяло своё. Я уверил себя, что она справится. К тому же вдруг Стражи проявят благоразумие и не станут убивать её. Зашли два эльфа — парень и девушка. Маленький рост, причудливые татуировки на лице, слишком открытая броня. Босмеровские подростки из изгоев что ли? Лина, так назвал её парень, была очень приятной внешности. Почти белая кожа, светлые волосы, голубые миндалевидные глаза, обрамленные густыми ресницами, красные губы четкой формы. Мечта, а не девушка. Но выглядит она совсем молодой, я не собираюсь покушаться на детей. Друг же её совсем серый и пустой. Маленькие глазки и губы, тонкие черты лица, светлые растрепанные волосы. Да и голос у него не излучал уверенности, в отличии от спутницы. — Ты посмотри на это зеркало! На нём не царапинки, а ведь сколько оно здесь простояло? Сотни? Тысячи лет? — Тамлен, может стоит рассказать хранительнице? — но Тамлен уже не слушал. Он словно прилип к стеклу и что-то бормотал про битвы и древние времена. А потом белая вспышка, и я вновь потерял сознание. Не знаю, сколько прошло времени, пока я находился в отключке, но когда я очнулся ни Тамлена, ни Лины не было. Но больше всего меня расстроило, точнее, разозлило, то, что зеркало было разбито! А значит пути назад нет. Теплилась надежда, что я все ещё в Скайриме, но что-то мне подсказывало, где-то в глубине души тоненький голосок пищал, что я еще долго не вернусь домой. Поднявшись, я решил было выйти на свежий воздух и разобраться что же, черт возьми, происходит, но тут как будто с неба упала отвратительнейшая тварь. Это была некая помесь орка, драугра, вампира и полуразложившегося трупа. Впрочем, воняло именно так. Немая сцена, длившаяся не больше пары секунд, и ужасное творение богов понеслось на меня. Я уже схватился за бритву, как его проткнул меч, стоявшего за спиной человека. Поджарый вид, темные волосы собраны в хвост на затылке, два клинка изогнутой формы и странного вида броня. Кто вообще ходит в таких лохмотьях? Это же чертовски неудобно, когда руки открыты, а снизу висит юбка до пола. — Не думал, что здесь будет еще кто-то. Я вернулся проверить, не будет ли тут порождений тьмы, и нашел вас. Кто вы и что здесь делаете? — голос спокойный, интересующийся, словно он всю жизнь видел эту кучу помоев. Как он их назвал? Порожденье тьмы? Странное название. — Ривис Тоддл. Довакин всея Скайрима, думаю вы слышали обо мне, — отвесив небрежный поклон, я сделал шаг назад и практически растворился в тенях. Гораздо безопаснее и приятнее находиться там, где ты знаешь и умеешь прятаться. — Мое имя Дункан. Я впервые слышу подобный титул, если это титул конечно. Откуда вы и как здесь оказались? — я напрягся. Естественно, дери меня даэдра, я напрягся! Это просто невозможно, чтобы человек не слышал о Скайриме или довакинах. В какой дыре я оказался?! Нужно бы что-то ответить, но что если я оказался на неизвестном материке? Тогда глупо отвечать и задавать вопросы о географии, они могли назвать все по-другому. Нужно что-то, что везде одинаковое… Ну конечно! Принципы магии: каждый может овладеть, идет от света звезд и солнца, многое зависит от того, под каким созвездием родился человек или представитель другой расы. — На этот вопрос бессмысленно отвечать, возможно, вы с другой стороны планеты, а значит у вас другая культура и другие названия. Тем более, раз вы не знаете что такое Скайрим. Как работает магия? — собеседник опешил. С чего бы это? Немного помедлив, он ответил: — Магия проявляется в юношестве, те, кто обрел этот дар, могут свободно входить в Тень будучи в разуме, могут использовать силы Тени, но человеком может овладеть демон, и тогда он станет одержимым… — половину я уже не слушал. Что за бред? Тень, демоны, одержимость. Одно я понял точно — я больше не в Нирне, а значит, я всё-таки нашел желанные приключения, о каких и мечтать не мог, но что-то меня это не радует. — Итак, где же я? Что это за артефакт? — нужно узнать всё, что можно, и главное найти информацию о этом проклятом портале, поискать похожий или починить этот, мне нужно вернуться домой. — Ты находишься в Тедасе, страна Ферелден, лес Бресилиан. Два дня назад я пришел сюда, увидел эльфийку зараженную скверной и отнес её в лагерь к сородичам, тебя я не видел, — он скрестил руки на груди. — Два дня? Серьезно? Ладно, ответь уже что-нибудь про эту разбитую груду хлама. Есть ещё такие? Мне необходимо одно такое, чтобы вернуться в Нирн. — Может, снимешь капюшон с маской? Мы пройдемся до долийского лагеря, и я всё расскажу тебе, а ты мне? Он действительно настолько глуп, что пойдет с неизвестным человеком в одиночку куда-то? Я могу пришить его в любой момент, хотя, с другой стороны, я нуждаюсь в нём, и он это понимает. Я немного помедлил. Снимать или не снимать? — Хорошо, только не бросайся. Помни, я перешёл через зеркало и понятия не имею, что такое Тень и Тедас. Если что, сдашь меня на опыты магам, они такое любят, — шутить, тем более так тухло, не хотелось, но получилось как-то само. Вырывается иногда и приводит к проблемам. Дункан же нахмурился, промолчав. Я стянул назад капюшон, спустил маску с носа, вышел на менее темный участок, тихо ворча. От неожиданности он отшатнулся, что-то ошарашенно бормоча. — Я видел достаточно демонов, порождений тьмы и других существ, но таких, как ты, — никогда, — он медлил, решал. — Может я и верю тебе, но не могу рисковать, время сейчас неспокойное, и чувствую, это только начало. — короткий изогнутый меч покинул ножны. — Постой! Ты сказал, что отнёс куда-то эльфийку, заражённую скверной, следовательно, ты отнёс её к тому, кто владеет магией, а она, в свою очередь, исходит из так называемой Тени, в которой маги могут находиться в сознании. Значит, они смогут доказать тебе, что я не отсюда, что спасёт меня от скорой гибели. Давай так, я отдаю тебе своё оружие в знак доверия, и ты отводишь меня к этому человеку, — пауза затянулась, но он согласился. Бритва и лук оказались в его руках. Вышли из пещеры мы, храня тишину и покой этих древних руин, но спустя пару шагов я попросил рассказать о мире, в котором оказался. Дункан любезно поделился сначала краткими сводками, а после начал более подробно описывать историю эльфов, к которым мы приближались, чтобы избежать дальнейших проблем. Я не возражал. Меньше всего хотелось заводить себе новых не очень доброжелательных знакомых.