Как горький шоколад

Сидя в автобусе и прячась под глубоким капюшоном, Джебом ловил кайф от выброса адреналина. Сегодня он в очередной раз сбежал от надсмотрщиков менеджера. Он не собирался следовать приказам Сын Бома. Ни смотря ни на что он будет посещать занятия в университете. Уроки японского и китайского, вокал и танцы в агентстве - на кой чёрт они ему сдались. С него достаточно и двух раз в неделю. Высшее образование - это главное. Так продолжалось ещё пару месяцев, пока его не подловил сам Сын Бом. Джебома кинули в тонированный фургон, отвезли на какую-то окраину и били до потери сознания. Два дня держали в каком-то вонючем сарае без еды и питья. На третий день явился Сын Бом. - Ну что, малыш? Как ты? Думал, я ничего не узнаю? Я долго терпел твои выходки. - Мои родители? - А-а-а. Вспомнил про родителей. Не знаю, что тебе и сказать. Джебом хотел рвать и метать. При каждом движении всё еще болели рёбра и спина. Чувствовал себя ничтожной букашкой. Бессилие - это унизительно. Слёзы подло наворачивались на глаза. Джинён сто раз предупреждал о том, что нельзя недооценивать Сын Бома. Джебом был слишком самоуверен и безрассуден. Стало трудно дышать, словно цепью сдавило горло. - Я всё понял. Прошу, не трогай моих родителей. Больше ничего подобного не повториться. - Запомни, это в последний раз. Джебом запомнит всё. Унижение, что испытал. Боль, что терпел. И обязательно когда-нибудь отомстит и вернёт всё сполна. Джебом пропал. Два дня Джинён с ума сходил от волнения, места себе не находил. Эта сволочь, Сын Бом, игнорировал его вопросы. Он уже хотел обратиться в полицию, только на третий день еле живого Джебома кинули в коридоре квартиры. От вида ссадин и кровоподтёков у Джинёна чуть сердце не остановилось. Ему ужасно захотелось придушить Сын Бома собственными руками. Всю ночь Джинён отмывал и лечил раны Джебома. Жидким супом и горячим чаем наполнял желудок пострадавшего. Эти изверги - мастера своего дела. Лицо и руки не тронули. Его рёбра? - Блять! Сука, Сын Бом! Будь ты проклят! - злость вырвалась наружу. - Будь ты проклят! Джебом шевельнулся, резко вскрикнул от боли. - Умоляю... Не ори ты так, - простонал раненый. - Дышать тяжело. - Потерпи. Я туго перевязал твои рёбра. Потерпи. - Я хочу есть. Просто умираю с голоду. - Полежи спокойно. Сейчас что-нибудь приготовлю. Джинён спешно ушёл. Джебом не смог сдержать слёз. Я жалкий. Каких-то три месяца назад Джебом был крутой и уверенный в себе человек. Жизнь была полна свободы и радости. Его уважали и боялись. А теперь всё исчезло. Джинён несколько минут наблюдал за выражением лица Джебома. Всё несчастье мира отпечаталось на нём. Поставив рядом с постелью поднос с едой, помог повыше сесть. Он улыбнулся ободряюще и сочувственно, даже ласково. И Джебом впервые за время своего пребывания здесь почувствовал, что нашёлся кто-то, кому можно довериться без риска. Джинён оказал ему не мало услуг. Он защищал его. - Джинён. Я хочу стать сильным настолько, чтобы уничтожить Сын Бома. Ты со мной? - Я с тобой. Стану твоим секретным оружием. Мстителем. Твоей тенью, если хочешь, - нежно погладив щёку Джебома. - Всем, кем ты хочешь. - Ты смущаешь меня. Кроме тебя мне не на кого положиться. Если ты мне поможешь, проси, что хочешь. - Правда? Всё, что захочу? - Да. Даю слово. - Не забудь, своё обещание... Сын Бом не дал время, пока пройдут боли в теле. Он заставил Джебома до изнеможения заниматься в танцзале. А вечерами до боли в горле вокалом. Это был настоящий концлагерь. Иногда по нескольку дней Джебом был не в силах вернуться на квартиру. Он оставался в комнате отдыха для персонала агентства. В такие кошмарные дни только один человек беспокоился и заботился о нём. Ночами Джинён находил его там, где он падал от усталости и спал на чём попало. Он будил Джебома и насильно заставлял есть. Исхудавшее лицо и синие круги под глазами до боли терзали душу Джинёна. Он ничем пока не мог ему помочь, только так, заботясь о том, чтобы Джебом вовремя покушал и пил витамины. Сколько ещё Сын Бом будет измываться, неизвестно. Прошло несколько недель прежде чем менеджер успокоился и утолил свою жажду мести. Внезапно появившись вечером на квартире, радостно сообщил: - Итак. Наконец-то, я уговорил президента о вашем дебюте. Мы долго думали и решили: у вас новые сценические имена - Джейби и Джуниор; вы будете выступать дуэтом под названием "Джей & Джей". Дату дебюта ещё уточним. Готовьтесь. С завтрашнего дня запись песни в студии. Постарайтесь, парни. Не подводите меня. Ты меня понял, Джейби? - Да. Понял. - Вот и славненько. Отметим? - Может, мы лучше отдохнём перед тяжелой работой? - возразил, Джинён. - Нам надо горло своё беречь. - Ну что ж, смажьте друг другу горло, - нахамив Сын Бом, пошло указал рукой промеж своих ног. - Так и сделаем. Проваливай! - не выдержал Джебом. Сын Бом покинул квартиру, не переставая скалиться от своего превосходства. - Он оскорбляет нас без конца. Лицемер и хам ничтожный! - всё ещё злился Джебом. - Сколько ещё это терпеть? - Чтобы лицемерить, схитрить или сделать подлость надо иметь какой-то ум. Чтобы нахамить – ума не надо, - спокойно изрёк Джинён. - К сожалению, в Сын Боме хорошо сочетается всё. И это не единственный порок, выставляемый напоказ без всякого стеснения. Хамство примитивно, а всё примитивное живуче. Нам или противостоять до смерти, или самим хитрить и делать подлости Сын Бому. Выбирай. Как скажешь, так и сделаем. Джебом задумался. Возможно, клин клином вышибают? О какой морали вообще здесь можно говорить. Всё пошло и аморально. Надо временно отключить в себе всё чистое и доброе. Всё! Руки свело от тяжести. Не заметил, как машинально сжимал до хруста кулаки. Вены на запястьях вздулись. Боль, словно железные оковы намертво пристёгнуты. Джинён видел, какая борьба твориться в душе Джебома. Этот момент он и сам когда-то переживал. Его амбиции оказались сильнее. Так велико было желание добиться успеха, легко и быстро. Как можно скорее подняться по социальной лестнице и вертеться в высших слоях общества. Не долго думая, Джинён пересилил себя и кинулся в эту авантюру. Секс с мужчиной. Он рискнул навсегда потерять репутацию нормального человека. Кончилось всё подлостью и обманом. Расчётливый и равнодушный хитрец Сын Бом получил свои деньги от извращенца за ночь с молодым и красивым телом. Никакого продвижения в престижном агентстве. Это всё был обман и иллюзии Джинёна. - Давай ложиться спать. Не думай много, Джебом. Или как нас сейчас - Джейби и Джуниор, - поднимая с дивана Джебома и подталкивая его до личной комнаты. - Спать. Спать. - Это ведь случиться когда-нибудь? Я чувствую это. Жить не хочется. Развернув к себе лицом Джейби, Джуниор пристально посмотрел ему в глаза. - Может, это наша судьба? Раз уж так всё случилось. Разве для любви есть разница кто ты? Будь-то гей, трансвестит или просто нормальный мужчина? Для неё нет разницы. Если она поселится в твоём сердце, ты не станешь размышлять. Ты будешь гореть в агонии или летать от счастья. Только так! И я это знаю точно. Джуниор ушёл в свою комнату. Джейби стоял какое-то время шокированный. Всё очень просто. Любовь всегда права. Разве не ради неё живут люди? Значит, Джуниор кого-то любит. И тот, кого он любит - мужчина.