Хвост феи и дневник оборотня

      Девушка протерев глаза, углублялась всё дальше и дальше. Ей было обидно от такого грубого отношения к себе, хотя она, действительно, поступила не совсем правильно. Блондинка осознавала то, что она не должна была сразу накидываться с такими вопросами, но не хотела принимать это близко к сердцу, в конце-то концов он сам её похитил, чего не следовало делать. Прямо идя по коридору, она свернула налево и очутилась пред дверью спальни своего «хозяина». Однако она не знала, что ошиблась. Ведь, коридоры сего дома были настолько темны, что еле-еле можно было что-то рассмотреть. Весящие на стене зажжённые факелы лишь местами освещали коридоры. Дёрнув за ручку златовласка вошла внутрь. Пред ней открылась неожиданная картина. Застеленная алая кровать, на которой были две подушки золотого оттенка, рядом с ней стояла маленькая тумбочка, которой стояла лампа, а рядом с ней рамка с фотографией, всё это дополняли два больших книжных шкафа, стоящих справа и слева кровати. На них лежал колчан со стрелами и лук. Однако, больше всего в глаза юной заклинательницы бросался алый ковёр со знаками зодиака. Заклинательница подошла к кровати и севе на неё взяла рамку в руки. На фотографии, вложенной в рамку, была изображена семья: два мальчика и пара. Фотография была чёрно-белая, потёртая.  — «Кто эти люди? Это его семья?» — промелькнула мысль в её голове. Появилась идея, пойти и спросить о ней юношу, но кареглазка просто напросто отклонила эту мысль. Вместо этого, она открыла ящик тумбочки. Оказалось, похитивший её человек — творческая личность. В ящике девушка обнаружила маленькую стопку бумаг с рисунками. Её душа ахнула. Рисунки буквально передавали чувство одиночества юноши блондинке. Они были жутковатые. По телу девушки пробежались мурашки. Она вспотела, однако холодный пот был незаметен. На самой бумаге желтоватого оттенка по большой части были волки, одинокие, голодные волки, которых будто бросила стая. — «Но почему именно волки?» — задалась этим вопросом девушка. Она минут десять сидела и всматривалась в рисунки, затем отложив их она заметила какую-то книжонку среднего размера, из которой виднелись части бумаг, вложенных туда. Взяв её, заклинательница приоткрыла книжонку. Там были письма, помеченные какой-то печатью. С виду этих писем было понятно, что он их не открывал ещё с получения. Можно было полагать, что эти письма были отправлены кем-то близким, ведь, обычно, именно от таких людей принимать и читать письма трудно, если ты в обиде на них. Ну, по крайней мере, так считала блондинка. Отложив их в сторону, она открыла первую запись. Она начиналась с 1896-го года. Люси уже настроилась на чтение, как услышала топоты. Она предположила, что это её «хозяин» и быстренько сложив всё обратно, встала и вышла из комнаты. У заклинательницы крутился лишь один вопрос: «Кем является этот человек?». Она горела желанием узнать всё, в жилах закипела кровь. Немного постояв и подумав об увиденном она решила прийти и завтра. Кстати о топотах…они слышались всё чётче и чётче, становились быстрее и быстрее, в месте с этим сердце Люси стало трепетать. Ей стало жутко не по себе. Тёмные коридоры, эти топоты — всё это сбивало её с толку. — Блондиночка?! — из темноты послышался жуткий шёпот. Девушку огрел холодный пот, ей стало жутковато. Прошла минута, две, три…она не решалась сказать что-либо, но каким-то образом, поборов свой страх и взглотнув, она всё же спросила: — К-кто это? — голос её дрожал. — Не узнаёшь своего хозяина? Я просто хотел извиниться, но сперва… Что ты делаешь около моей комнаты? Ты туда входила? — Н-нет, и вы мне не хозяин?! — златовласка чуть повысила тон. Ей очень не нравилось, что этот юноша называет себя её хозяином. В свою же очередь юноша догадался, что Люси врёт, и уж было хотел наговорить на неё, но услышав её трепещущее сердечко — не стал. Вместо этого, сменив свой холодный лик на более приятный, для людей — сказал: — Завтра у меня встреча с очень важным человеком. Будь добра, дорогуша, приготовь бумаги, для соглашений. Они лежат в комнате музыки на пианино. Пианино находится на третьем этаже. — Х-хорошо, я постараюсь, — сказав это, она повернулась и исчезла во мрачном коридоре.