Эта дрянь вас погубит

Грегу не часто приходилось жаловаться на провалы в памяти, но сейчас определённо хочется заорать во всю глотку. Уходил из бара он один, а проснулся в компании Британского правительства, которое лежит сейчас слева от него. Полураздетым. Простите, что? Вообще раздетым. Лестрейд стыдливо прикрывает глаза рукой и опускает одеяло обратно, прикрывая все прелести. И не только свои. Майкрофт спокойно спит рядом с ним. По полу разбросана его одежда, а вот где одежда инспектора, даже сам инспектор не знает. Грег снова трёт глаза, убеждаясь в сотый раз, что это не сон. «Да ну нахрен», — думает Лестрейд, вновь возвращая взгляд на спящего мужчину. Он аккуратно стягивает с себя одеяло и поднимается с кровати. Голова немного болит, а яркий свет солнца раздражает глаза. Лестрейд выпрямляется и понимает, что он совершенно обнажён. Сзади слышится лёгкое покашливание, и он резко оборачивается. «Только этого не хватало», — снова проносится в голове. Майкрофт беззаботно улыбается, смотря на Грега, и медленно скользит взглядом по его телу, всё ниже и ниже. Наконец-таки сообразив, на что уставился этот невозмутимый член правительства, Лестрейд хватает с тумбочки первый попавшийся предмет и прикрывает им своё достоинство, которое всеми способами его выдаёт. — Пожалуй, это не лучшее, что могло бы тебя спасти от стыда, — ехидно проговаривает мужчина. Конечно. Грег схватил с тумбы галстук Майкрофта. На что он надеялся? — Как Вы тут оказались? — его глаза мечутся по всей комнате, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, которая поможет понять хоть что-то о произошедшем вчера. — Я думаю, нам уже можно перейти на «ты», — Холмс переворачивается на бок, опираясь на локоть. — Что вчера произошло? — по слогам произносит Грег. — Я ничего не помню. Майкрофт усмехается. — Ещё бы. После такого… даже я бы вряд ли что-либо помнил. — Вам смешно? Мне нихрена, Майкрофт, — шипит Грег, всё ещё находясь в том нелепом положении с галстуком в руках. Холмс тянется к тумбочке и берёт в руки свой телефон. Недолго покопавшись в нём, он начинает зачитывать смс. От: Инспектор Лестрейд. Текст: Не хотите ли выпить, мистер Холмс? Ответа нет. 15 минут спустя. От: Инспектор Лестрейд. Текст: Я слишком наивен? Возможно. Я буду ждать Вас. 30 минут спустя. От: Инспектор Лестрейд. Текст: Да Вы оукащывается чёптов эшоист. — Мне продолжить? — усмехается мужчина, принимая сидячее положение и кладя телефон обратно на тумбочку. Грег глубоко вздыхает и подходит к краю кровати, глядя в пол. — Не подскажете… — Возле двери, — улыбается Майкрофт. — Благодарю. Лестрейд выходит из комнаты и идёт в прихожую. В голове всё перемешалось, будто вчера он влил себя две бутылки коньяка и ни с кем не поделился. Одежду он находит на полу около двери, как и сказал Майкрофт. В голове был один вопрос: «Как?» Грег поднимает своё бельё и быстренько натягивает его на себя. Он ощупывает карманы брюк, но не находит там самого главного. Глаза начинают судорожно метаться из стороны в сторону. Возвращаться в комнату он не хочет, но приходится. — Не могли бы Вы меня набрать? Никак не могу найти свой телефон. Он всеми силами старается не смотреть в глаза Холмсу, но получается отвратительно. Майкрофт улыбается как Чеширский Кот, набирая номер инспектора. Где-то из-под кровати доносится вибрация. Лестрейд нагибается и видит светящийся экран. Достав свой телефон, он быстро заходит в свои сообщения, чтобы убедиться, что Холмс его не обманывает и он действительно позволил себе писать такое Майкрофту. Первое, что он видит, — сообщения, которые прочитал ему Холмс. Он листает дальше. Там опять его пьяные смс, где буквы вовсе перепутаны местами. Где-то даже нельзя понять смысл. Грег останавливается на одном, которое высвечивается другим цветом. От: Майкрофт Холмс. Текст: На улице Вас ждёт машина. Я не люблю дешевые бары. МХ. Лестрейд смутно припоминает место, где он находился. Кажется, народу там было не очень много в тот день, поэтому разделить тот или иной напиток было не с кем. От: Инспектор Лестрейд. Текст: Никужа я не поежу. От: Майкрофт Холмс. Текст: Хорошо. МХ. Затем Грег вспоминает, что из бара он всё-таки вышел. Только не самостоятельно. На этом сообщения прекращаются, остальное нужно выяснять у самого Майкрофта, чего делать Грег совсем не хотел. Он смотрит на него удивлёнными глазами и его раздражает спокойствие Холмса, с которым он смотрит в ответ. — Не волнуйтесь так, инспектор. Могу Вам гарантировать, что Вам нравилось происходящее. Лестрейд откидывает телефон в сторону и раздражённо бьёт кулаком о тумбу. — Вам смешно? — Майкрофт отрицательно качает головой. — Что было дальше? После того, как за мной приехала машина. — Вас отвезли домой. — Дальше! — требовательно произнёс Грег. — Вы поднялись на свой этаж, а у двери столкнулись со мной. Вы назвали меня «аристократической задницей», «самовлюблённой скотиной» и как-то ещё. Затем открыли дверь и предложили войти: «Что стоишь? Заходи, коль пришёл». Грег закрывает рукой глаза и виновато опускает голову вниз, присаживаясь на край кровати. — Мы вошли. Вы начали напевать «Yesterday» и, облокотившись на дверь, сползли на пол. Допев песню, Вы пошли на кухню и достали бутылку коньяка. Дешевого, поэтому пить с Вами я не стал. Вы вернулись обратно к двери и уселись там, заливая в себя напиток. — Каким образом мы оказались голыми в моей, чёрт возьми, кровати? У нас что-то было? Майкрофт улыбается краем губ и смотрит прямо в глаза Лестрейду. — О, да, — затем продолжает, — тогда я подошёл к Вам и сказал: «Эта дрянь Вас погубит». — Боюсь услышать, что я Вам ответил, — Лестрейд смотрит Майкрофту в глаза и просто ожидает.  — Ваш ответ был весьма… интригующим. Вы спросили: «Есть что предложить, умник?». Ну, а дальше всё по известному Вам сценарию. Грег снова закрывает лицо руками, а затем видит стоящего перед ним Холмса. Уже без простыни, которая прикрывала всё его «правительство». — Я бы предложил Вам вспомнить всё, что было после, но, боюсь, Вы откажете, — Майкрофт продолжает смотреть ему в глаза, а Грег вдруг чувствует, как возбуждение накатывает приятной волной. — Я… я хочу вспомнить, — вдруг говорит Лестрейд и прикрывает глаза от смущения. Холмс подаётся вперёд, не сдерживая улыбки, и касается губами шеи инспектора. Тот медленно кладет свои руки ему на плечи и прижимается всем телом, чувствуя, как напряжённая плоть Майкрофта касается его бедра. Грег ощущает горячие губы, влажный язык на своей шее. Наверное, там останутся весьма заметные следы, но его это вдруг перестало волновать. Он трётся своим пахом о бедра Майкрофта и негромко стонет, когда мужская ладонь ложится ему на ягодицы, властно сминая. Холмс продолжает ласкать шею Грега, целует нежно, ласково, а рукой скользит под ткань трусов, царапая обнажённую кожу. Лестрейд толкает мужчину вперёд и в следующее мгновение нависает над ним, прижимаясь своим телом к его, ощущая их общее возбуждение. Теперь Грег короткими поцелуями выстраивает тропинку, опускаясь ниже к самому сокровенному. Майкрофт еле слышно стонет, когда горячие губы касаются напряжённого члена, и окидывает голову назад, открыв рот в беззвучном стоне. Лестрейд туго обхватывает член губами и медленно скользит вниз, погружая его на всю длину. Он нащупывает на кровати руку Майкрофта и сжимает её своей. Холмс медленно вскидывает бёдра, толкаясь глубже, ощущая необъяснимое удовольствие, стонет. Грег иногда выпускает напряжённую плоть изо рта и обхватывает её свободной рукой, двигая быстрее, сильнее сжимая пальцы. Затем снова касается губами головки и ласкает её языком, вырисовывая невообразимые узоры. Не выдержав, Майкрофт отстраняет инспектора и толкает его на себя, стягивая с него бельё. Лестрейд возбуждён, и, кажется, он уже на грани, но желание… желание сильнее. Холмс тянется рукой к тумбочке и достаёт оттуда смазку, которую выдавливает на пальцы и прислоняет их к тугому входу. Грег уже готов застонать от жара, плавящегося внизу живота, но он терпит, ожидает, когда Майкрофт войдёт в него, заполняя собой. И Холмс это делает. Заменяет пальцы членом и начинает быстро двигаться, не сводя взгляда с инспектора, вспоминая, как ночью он выстанывал его имя, умоляя не останавливаться. Грег подмахивает бёдрами в такт движениям Майкрофта и ложится на него грудью, прижимаясь губами к шее. Бордовые отметины на бледной коже Майкрофту совсем не нужны, но он позволяет Грегори даже кусать его, затем чувствует, как его язык проходится по укусу, будто зализывая рану. Инспектор упирается руками в подушку, на которой лежит Холмс и выстанывает его имя, глядя тому уже в глаза. Движения Майкрофта становятся более плавными и глубокими. Он сильнее сжимает ягодицы Грега и толкается с такой силой, что того трясёт от переизбытка ощущений. Лестрейд прикрывает глаза, что-то пытаясь сказать, но движения настолько сильны, что он просто громко стонет, выплёскиваясь на грудь Майкрофта так и не прикоснувшись к себе ни разу. Холмс замедляет темп, двигаясь медленно, наслаждаясь стонами Грега, который просто лёг на его грудь. Несколько грубых толчков, и Майкрофт кончает с громким стоном, изливаясь в горячее тело, обнимая Лестрейда сильнее. Оба лежат так ещё некоторое время, молча, восстанавливая собственное дыхание. Затем Грег переваливается на бок и устраивается рядом с Холмсом. Его пальцы нежно гладят грудь любовника, ласкают соски, спускаясь ниже, вычерчивая какие-то узоры. Майкрофт накрывает его ладонь своей и крепко сжимает. — В следующий раз, когда ты соберёшься напиться, напиши мне. Я не дам тебе пить такой отвратительный коньяк, — шепчет Холмс. — В следующий раз мы будем пить вместе, — поправляет его Лестрейд, целуя мужчину в плечо. — Как же быстро Вы передумали, инспектор. Они лежат ещё так некоторое время, и Лестрейд задумывается. Его жизнь начинает налаживаться с появлением Майкрофта, и это, по его мнению, странно. Остаётся ответить на один вопрос. Возможно ли счастье рядом с Холмсами?