Дом души

      Громкие всхлипы и боль терзавшие сердце гостя, неожиданно успокоились. Он смотрел на маску существа, что был чуждо и противоположно тому, что он чувствует. Знание об этом не всколыхнули его печальную натуру. Рука потянулась к маске. Как только рука коснулась этого предмета, вокруг руки начал образовываться свободный рукав бело-серого плаща... Необычное явление, не достигло сердца и чувств. Всё вокруг, что было чёрным и мрачным начало покрываться коркой льда. Воспоминания замирали на случайных моментах и уже было трудно определить о чём было воспоминание и кто его герои.       Тем временем, маска была осторожно надета на лицо. Прорези отсутствовали, но зачем дышать и чувствовать то, что чуждо и необычно... Зачем помнить? Плащ не издав не звука опустил свой подол на промерзший паркет.       Шаги были спокойны, размерены, но бесцельны. Фигура без лица двигалась в никуда, оставляя за собой лишь едва заметные следы, что замерзали уже через пару шагов, толстым слоем льда, как и всё вокруг.

Место, что наполнено ничем, где остановилось всё и вся. Почему оно существует? Зачем оно вообще должно быть, если в нём, нет ничего?

      Следы тепла, постепенно пропадали, пока не перестали появляться вообще... А фигура всё брела и брела, вдоль распахнутых окон и дверей, за которыми больше не было воспоминаний, лишь замёрзшие куски льда... Лишь фигуры, на которых не было лиц, не было эмоций, не было ситуаций, не было зла, не было радости...

      Но вот в одном из окон внезапно ожила фигура, что направила свой взор на гостя в плаще.

      Не было друзей... не было близких... только он и ничего...

      Среди множества окон и дверей прошло незримое дыхание тепла, что наполняло замёрзшие образы...

      Не было смысла больше идти, и он встал в огромной, белой, зале, где все окна и двери тянулись ввысь.

Раздался тихий трест

      Из проемов вылетали, выпадали, выпрыгивали замерзшие фигуры, в которых горела искорка, что то тёплое... Однако, это не делало их тёплыми, и не спасало от падения... Не многие выжили, а те кто выжили распадались на осколки.

      Толпа безликих, неизвестных, пугала тем, что их становилось всё больше и больше, становилось больше разбитых... Белый свет и осколки... Страшно...

Выжившие скульптуры смотрели на него своей безликостью, покуда он сам был безлик, сокрыв своё настоящее я под маской пустоты

      Под звук разбивающихся образов, вперёд вышла фигура девушки. По мере приближения она обретала черты... Миловидная с извечной стрижкой каре и родинкой на лице, немного помедлив, она обняла его сзади и сделав выдох, взяла его за руку. В её выдохе были застывшие слова. Только для него, только о нём...

      По одной, а то и небольшими группками, уцелевшие подходили к нему, что то говорили, лишь на ему понятном языке движений, кивков, звуков, слов, и вставали рядом с ним. Но впереди всех стояла, девушка с родинкой... А под конец, развернувшись, она крепко его обняла.

Из под маски упала одна единственная слеза, что разбила, всё... разбила образы, место и... даже маску, что скрывала лицо. Тело начало медленно падать назад...

      Падая во мрак..., лишаясь своей собственной защиты..., лишаясь своего покрова... Освобождая, своё белое лицо, где была видна дорожка от слёз...

Он закрыл глаза...