Будни Башни магов

      Отставая на шаг, Дантеорс следовал за Четвертым Мастером в парадный зал собраний, располагавшийся в Центральной Башне, и в котором по традиции проводился ежегодный совет высших и старших иерархов Башни.       В эмоциях молодого мага причудливо смешивались любопытство и обоснованная гордость самим собой; вернее даже Дантеорс испытывал чувство гордости по многим причинам, которое было щедро приправлено интересом к грядущему совещанию. И если с любопытством все было понятно, то с поводами для гордости и мысленного задирания носа к потолку было сложнее. С одной стороны, Дантеорс гордился своей весьма впечатляющей магической силой, которая с лихвой перекрыла минимальные требования ко второму рангу, что в свою очередь стало причиной неофициального соревнования между филиалами Башни, каждый из которых желал получить талантливого новичка к себе. С другой стороны был его возраст (а ведь он, можно сказать, только одной ногой шагнул в третий десяток лет), совершенно не помешавший ему сделать быстрый карьерный взлет и получить титул Преемника Четвертого Мастера; и — что было еще ценнее — титул был не формальным, для галочки (и поглаживания самомнения), а самым что ни на есть фактическим, ведь Дантеорс уже успел узнать, что на упомянутый совет иерархи берут Преемников только в том случае, если действительно рассматривают тех как преемников своей должности, а не просто как заместителя. Вторую причину, несомненно, усугубляло еще и понимание того, что Микель-ним далеко не молод, да и к тому же питает слабость к рискованным экспериментам, а значит, повышение до вожделенного титула Мастера Башни может произойти в любой момент.       В общем, Дантеорс был горд. Обоснованно горд собой и наивно считал, что окружающие это оценят.       Он просто еще не знал, куда именно он идет.       — Так это твой новый заместитель, Микелькарго? Выглядит слишком адекватным для твоего филиала, — обратил внимание на Дантеорса, замершего за креслом Четвертого Мастера, один из участников совещания от Первой Башни.       Новое лицо, как этого и следовало ожидать, привлекло внимание участников. Но, к разочарованию будущего Четвертого Мастера, внимание это было не того спектра, на которое он рассчитывал.       — Микель тоже адекватным выглядел, — сардонически усмехнулся Кириан. — А потом на наш общий «шкаф» пришлось ставить от него барьер, и, напомню вам, решение было принято быстро и единогласно: слишком уж он рвался отпилить от нашего «скелета» кусок на изучение. Мы здесь все с приветом — это сложно опровергнуть. Но надо отдать должное нашим коллегам из Четвертой Башни — они уже который век держат первенство по долбанутости, стоит только Эссиахель и ее фирменную выпечку…       — Мы не будем говорить об Эссиахель и ее тортах! — немного истерично прервал Второго Мастера великий Мердис. — И о других ее экзерсисах!       — Мердис-ним, не стоит так драматизировать деятельность Эссиахель, — осклабился Кириан.       — Да тебя она просто не коснулась!       — Да она ради вас старалась! Как вы можете отвергать ее достижения после всего, что она специально для вас приготовила?!       — Да от ее готовки фарфор плавился!       — Но вы, в отличие от многих дегустаторов, и живы, и здоровы!       — Да ты вообще публично не раз заявлял, что место женщины — на кухне, и Эссиахель спустя столько лет до нее наконец-то добралась!       — И именно поэтому, — воздел палец к потолку Второй Мастер, — я был тем единственным счастливчиков среди наших высших чинов, мимо которого прошли все кулинарные изыскания Эссиахель. Я, в отличие от всех ее заставших, не лечил отравление, язву желудка и истерические припадки.       Вполне возможно, что два Мастера еще долго продолжали бы спорить на эту тему, но вмешался секретарь заседания и предложил перейти к более актуальным по времени событиям.       Тут неожиданно — только для самого Дантеорса, не очень-то интересующемуся сплетнями, касающихся иных филиалов Башни — воодушевился Третий Мастер Башни, занявший свой пост года два назад. Точного срока Киэль просто не помнил.       — Да, давайте поговорим не о прошлом Четвертом Мастере, а о нынешнем, — Карзан мрачно уставился на коллегу.       Тот ответил высокомерным взглядом.       Члены высокого собрания зашушукались и — если кто обладал не в меру острым слухом или просто сидел недалеко — можно было расслышать звяканье монет и стихийную организацию множества пари.       Дантеорс, ошарашенный суровой реальностью, ничего не понимал.       — Да что же это такое? — всплеснул руками Первый Мастер, который, как вскоре выяснилось, тоже не был в курсе подоплеки происходящего. — Стоит мне отлучиться, чтобы подкорректировать настройки барьеров, так вы сразу же идете вразнос и начинаете творить лютую чертовщину! Только не говорите мне, что и Микелькарго готовкой увлекся!       — Поваренную книгу Эссиахель вы лично нашли в ее вещах и торжественно сожгли, — флегматично напомнил начальству Второй Мастер, — вы даже не стали дожидаться, когда будет назначено новое руководство филиала, и вынесли дверь в ее покои, чтобы никто не укрыл ее записей.       — У нее могли быть и тайники вне ее покоев, — возразил Карзан. Его в свое время тоже почти зацепило кулинарными экспериментами предыдущего Четвертого Мастера: «почти» — это потому, что горящая энтузиазмом Эссиахель застала его во время дежурства в виварии, и молодой маг смог незаметно скормить врученный ему, как выразился Мердис, экзерсис какому-то непонятному плоду скрещивания непонятно кого непонятно с кем и все это определенно не в первом поколении. Как итог: Четвертый Мастер удалилась довольная, гибрид в энном поколении издох вскоре после ее ухода, сам Карзан огреб выговор, отчисление половины зарплаты в пользу вивария на два года, но ничуть об этом не жалел, поскольку обладал хорошим воображением и мог легко представить себя на месте покойной непонятной тварюшки.       — Карзан, ты так хочешь, чтобы наша и без того «дорогая» Четвертая Башня получила капитальный ремонт вне очереди? — перебил Второго Мастера маг, говорящий в совете иерархов от лица бухгалтерии Первой Башни.       — Я хочу, чтобы Микель вернул мне те четыре ящика руонского камня, которые он перехватил, фактически ограбив моих подчиненных, переносящих их со склада!       Киэль вспомнил четыре ящика руонского камня, с маркировкой интендантской службы Первой Башни и пометками, что они полагаются для Третьей, а не Четвертой Башни. Тогда Микель-ним заявил, что он был настолько убедителен, что их запрос на руонский камень для новой серии экспериментов был удовлетворен даже вперед более ранних запросов. А теперь, оказывается, ничего им не выделяли…       — А, так дело не в кулинарии, — успокоился Первый Мастер и, кажется, потерял интерес к собранию.       — Сколько там времени уже прошло? — осведомился Кириан. — Смирись, Карзан: там уже нечего тебе возвращать. Лучше при случае отплати ему той же монетой.       — Придется, — поморщился Третий Мастер, бросая недовольный взгляд на самоустранившегося Мердиса: реальный глава всей Башни легко мог восстановить справедливость, но предпочитал витать в облаках. Карзан еще бы понял, если бы Первый Мастер так развлекался, стравливая иерархов — и самому весело, и слишком деятельные подчиненные тратят силы и время впустую и не творят лютую чертовщину — и даже простил бы могущественному магу такой загон, но это бессмысленное размышление не пойми о чем…       Тем временем тотализатор в рядах участников совещания набирал обороты и голоса звучали громче прежнего: знающих людей пытались растрясти на запросы Четвертой Башни для прогнозирования, на что ставить выгоднее.       Микель-ним и Третий Мастер бодались взглядами.       Второй Мастер отчетливо развлекался, наблюдая.       Маг, возражавший против капитального ремонта Четвертой Башне, в уговорах и спорах участия не принимал, настороженно поглядывая на Мердиса, опасаясь, что тот углядит в эмпиреях, куда устремлен его мысленный взор, невесть что и прикажет раздолбать Четвертую Башню в поисках предполагаемых тайников предыдущей главы филиала. А ведь настолько капитальный ремонт это такие траты!..       И только Дантеорс пребывал в замешательстве: у него пошатнулась картина мира.       «Вашу мать, где я работаю…»