Званый ужин

Пасифика вошла в столовую, удерживая на кончиках пальцев большое блюдо. На неё тут же устремилось несколько взглядов, а она лишь смущённо улыбнулась, всем видом показывая, что ей едва-едва хватает сил, чтобы удержать главную часть ужина. Диппер тут же вскочил со стула и подошёл к ней, помогая поставить наконец-то тарелку на стол. - Спасибо, дорогой, - только и сказала она, поцеловав его. - Ничего страшного, мне не сложно, - ответил Пайнс и поставил блюдо с мясным рулетом прямо на стол. За столом собрались и все остальные: с одной стороны сидели Мэйбл и Гидеон, а с другой семейство Джулсов, решившее пожаловать к ним. Как же они могли себе отказать принять их самым радушным образом, как и подобает хозяевам? В конце концов, они же обязаны накормить их. И, судя по тому, как они напряглись, запах мяса им очень понравился. Да и выглядело оно просто замечательно - с тонкой коричневой корочкой. И всё это мясное чудо было полито ягодным соусом и сервировано по высшему разряду, так что это была услада ещё и для глаз. Так что все трое не сводили глаз с блюда - сама миссис Джулс, полная дама средних лет, её старший сын, - вроде бы и не плох, но всё-время не сводил взгляда с неё и Мэйбл, - а так же совсем маленькая девочка, которой едва ли лет десять исполнилось. Та вообще сидела тихо и даже боялась слово сказать, робко поглядывая в сторону улыбающейся Пасифики. Правда, они тут же осеклись, снова посмотрев на Гида, который всё это время молча сидел и хмуро поглядывал на них. Ничего удивительного, что его так опасались, раз он пригибался, проходя в дверные проёмы. - О, мистер Пайнс, как я могу видеть, вы всё-таки выбрали себе спутницу? – сказала миссис Джулс. - Не думали о свадьбе? Вы такой интеллигентный молодой человек, сразу видно, что и мухи не обидите. Нортвест знала, какой счастливой парой они выглядят со стороны; прямо созданы друг для друга, ибо «противоположности сближаются». Он весь такой холодный, серьёзный и ответственный. А сама Нортвест - активная, добрая и жизнерадостная, готовая кого угодно одарить улыбкой. Да ещё и голубоглазая блондинка. Сложно придумать образ, который был бы более похож на ангела. Диппер на секунду замолчал, а после повернулся в их сторону, смотря, как мать с сыном и дочерью отрезают куски от блюда. - Нет… пока что мы об этом не думали, - голос вышел спокойным и холодным, - но я поражён таким высоким мнением обо мне. Угу, как же… «Не обидит он и мухи»… Кто, как не их компания, знала, что в большинстве людей он не видит даже мух. А уж о том, чтобы их прихлопнуть, речь и не идёт; это само собой. Но сейчас он лишь учтиво улыбнулся: нельзя же, чтобы их решили покинуть раньше времени. Столь ранний уход будет так неучтив, что они будут просто обязаны помешать им сделать это, загладив свою вину перед столь гостеприимными хозяевами, лишив их возможности ходить, как и самих ног, конечно. - Кстати, нам очень жаль, что мистер Джулс так и не смог присоединиться к нам сейчас, - сказала Пайнс. - Даже не могу представить, куда он мог пропасть, но уверена, что он недалеко. О да… он точно куда ближе, чем они могли бы подумать. Но Пасифика всегда восхищалась её умением врать, не краснея. Не знала она, как же… Угу… А Нортвест помнила, как он отступал назад, извиняясь перед Пайнс, которая держала в руке окровавленный топор. - О… Я даже представить не могу, куда делся Фред… Ох… Неужели он в этом городке?.. Хотя что там… Вот почему вы, например, остановились тут? Вроде бы молодые люди, а в такой глуши… Да ещё и всего вчетвером. - Свежий воздух, - сказал Гидеон. Все тут же встревожено посмотрели на него, но затем Пасифика засмеялась, разряжая обстановку. - Нет, просто… тут тихо, - кивнул Диппер. - Всё-таки, в отличие от большинства сверстников, нам нравится покой. А к нам порой наведываются гости. Пока он говорил это, они как раз приступили к рулету, с удовольствием уплетая каждый кусочек, притом, кажется, были намерены съесть всё, не оставив им и кусочка. Да и никто из их четвёрки не пытался, давая им возможность сполна наесться. - Вы просто невероятный повар, - сказал наконец-то сын миссис Джулс, проглотив ещё один кусок. - Нет, правда, это божественно. Кто вас так учил готовить и что это за мясо? Пасифика смущённо улыбнулась, искренне польщённая его словами. В конце концов, откуда же у неё такой дар, если не при помощи высших сил? В конце концов, мир может казаться скучным, но если поискать, то можно найти много интересного; мир просто не мог таким оказаться случайно. А ведь слишком многие привыкли закрывать глаза на то, что у них прямо под носом. Нет лучшего развлечения, чем весь этот огромный гигантский мир. Словно кто-то создаёт это огромное произведение с почти семью миллиардами персонажей. И, если кто-то может это сделать, то никто иной, как бог. И он любит людей, любит всех нас, иначе бы он не мог описать всё это, создать весь этот мир. Господь наслаждается самим процессом Творения; он просто обожает людей, человечество. И именно поэтому мир именно таков, иначе как бы он создал нечто, что ему неприятно? И именно поэтому ему нравятся отвага, любовь, героизм и надежда… Но ведь ничуть не меньше он любит боль, кровь и отчаянье. Иначе человеческие внутренности не были бы столь прекрасны, а они бы так не уплетали это мясо за обе щёки. Это всё – божья благодать. А как же может быть иначе? Ведь за то, что они делали, что по их меркам оскверняет его волю, они так и не понесли наказания. И это не потому, что он не внимает просьбам, не карает, просто всё это ему нравится. Иначе бы он не мог продолжать всё это. Сама Нортвест была уверена, что он даже не может оторваться от написания сценария для этого спектакля - настолько ему это в радость. Он просто играет всеми ими, получая от этого удовольствие ничуть не меньшее, чем они сами. Мир наполнен божьей любовью. - О, я уверяю вас, вы вряд ли когда-либо пробовали нечто подобное, - она широко улыбнулась, блеснув белыми зубами. - Я сомневаюсь, что его кто-то умеет готовить так же, как я. - Правда, это очень вкусно, а соус прекрасен, - поддержала сына мать. - Мне кажется, что оно очень похоже на свинину, хотя, на мой взгляд, немного жирновато. А вы что не пробуете? Ну… а что ей, спрашивается, надо было делать? Нет ничего удивительного, что по вкусу тоже похоже на свинину, но как там ей можно было вообще найти кусок без жира? Она вообще сомневалась, что там есть хоть один такой. Ей и так пришлось тщательно выбирать что-то, что можно сразу готовить, а то большую часть мяса нужно сначала пару часов варить, иначе оно слишком уж жёсткое. Ей и так пришлось приложить очень много сил, чтобы отделить мясо от этой туши, даже после того, как Мэйбл помогла ей топором, всё-таки руки у неё всегда были крепче. А тут ещё и они недовольны… Сами бы попытались приготовить что-то подобное, она бы с удовольствием посмотрела – получилось бы у них что-то съедобное? Но то, что она готовит – все трое уплетали за милую душу. - Нет, благодарим, - вмешался Диппер, - мы стараемся обходиться без чего-то жирного, разве что только для гостей готовим подобное. Ужин уже подходил к концу, а рулет целиком умели, когда Пасифика повернулась к Мэйбл и посмотрела на неё, а затем перевела взгляд на сына миссис Джулс, спрашивая взглядом: «Ну, кто у тебя сегодня? Тот парень?». Она же знала, что Мэй падка на подобных этому, кто так пристально смотрит на неё, чуть ли не пялится. Пайнс любит потом «открывать им глаза» на истину. Но нет, она только покачала головой и указала взглядом на маленькую девочку. О, Мэй… да ты, как посмотрю, знаешь толк в извращениях. Ну что же, а она тогда возьмёт на себя молодого человека, ибо негоже его оставлять одного. Тем более, что этот вечер будет для них особенным. Они покажут свою любовь Господу, дополнив это полотно ещё несколькими яркими, красочными, можно сказать, даже кровавыми штрихами. Ему точно это понравится. Именно с этими мыслями Пасифика, улыбаясь, смотрела на сидящих напротив. А десятилетняя девочка сглотнула и посмотрела на свою маму. Ах… что за дети… Казалось бы, всего лишь маленькие дети, но замечают столько всего, на что ни один взрослый не обращает внимания… Как же хорошо, что им, несмотря на это, так редко верят.