"Друзья-чердачники"

      Марионетка вышел из бывшей камеры, оставив своего нового друга за чтением бесполезной инструкции. Из крана капала вода, оставляя после себя глухой отзвук. Рядом с мойкой стояла грязная посуда, видимо, души и охранница решили оставить эту незначительную проблему на потом. Из столовой доносились их радостные голоса. И даже крики - это был гитарист. Словом, всё казалось Мари новым, хоть эта атмосфера стала для него давно забытой. Немного подумав, а не пойти ли обратно к Голдену, кукловод решил всё таки посмотреть, что творится в столовой. Заодно он должен был рассказать Фредди, что случилось в прошлом и как это повлияло на брешь в их отношениях. Об этом Марионетка успел поговорить с Голденом недавно.       За тот ничтожный отрезок времени, что обе души провели вместе в камере, дружеская атмосфера между ними только нарастала. Парни побеседовали о многих вещах, которые были им интересны не только в их нынешней жизни, но и тогда, когда они были ещё мальчишками. Души сошлись во мнениях, что реклама батончиков, которую крутили в то время по телевизору, - пример самого неудачного завлечения покупателей, поспорили насчёт того, какой герой из "Черепашек Ниндзя" лучший, поговорили на тему любимой еды и нелюбимых уроков в школе. Помимо этих вещей Марионетка рассказал Голдену, почему именно он ненавидел Фредди, а именно из-за убийства, которое тот якобы совершил. Блондин заверил кукловода, что такого просто произойти не могло: во-первых, пятеро детей умерли спустя год, как умер сам Мари, во-вторых, Фредди не мог даже поднять руку на того, кто даровал новую жизнь ему и его друзьям. Так что было решено, что Марионетка поговорит с веснушчатым солистом, чтобы закрыть конфликт раз и навсегда.       Когда кукловод пришёл в столовую, всё уже было убрано, а если быть точнее, то зал выглядел так, каким он был в самом начале ночной смены. Мангл и Фокси сидели в обнимку и рассказывали обо всём, что с ними приключилось, что они безмерно друг по другу скучали и всё, что говорят друг другу влюблённые после долгой разлуки. Бонни и Фредди опёрлись о стол и тоже о чём-то говорили. Солист постоянно вздыхал и мечтательно смотрел в потолок. Девушки встретились Марионетке по дороге - они отправлялись мыть посуду. Всеобщее возбуждение от прихода кукловода и лисицы уже спало, поэтому нужно было использовать этот момент.       - Да чего ты боишься? Вы же нормально общаетесь, - сказал Бонни и легонько толкнул солиста в бок.       - Понимаешь, а вдруг всё изменится в какой-то момент? - ответил солист и в очередной раз вздохнул. - Я могу неожиданно вспылить, сказать что-то неприятное, и тогда... Тогда...       - Ты сегодня слишком взволнован, друг, тебе нужно успокоиться. Да и потом, мне кажется, что Лиза не такая. Может, она сама хочет быть вместе с тобой.       - У-у, амурные дела, да? - вкрадчивым голосом произнёс Мари, который только сейчас подошёл к парням. Те тут же уставились на брюнета. - Мне стало интересно...       - Оп-па, это же наш спаситель! - радостно воскликнул гитарист. - Да, у нас тут как раз...       Парень тут же замолчал, уловив на себе убивающий взгляд лидера. Затем он издал тихий смешок и неловко улыбнулся. Шатен фыркнул и обратился к Марионетке:       - Думаю, что отнекиваться уже нет смысла. Д-да, это... "амурные дела".       - Хм, занятненько... А кого любишь? - ехидно, но тихо, чтобы их не услышали, спросил кукловод.       - Лизу, Лизу! - подал голос недавно молчавший Бонни. Затем гитарист громко вскрикнул от боли в ноге, на которую ему "случайно" наступил солист. Фредди шикнул "Я ещё в состоянии говорить", на что Бонни ответил "Зато я не в состоянии...". Марионетка хихикнул от такой почти детской перепалки двух друзей. Хотя, что уж говорить, - всё равно они останутся такими же детьми, какими окончили один путь и начали другой. Кукловод кивнул и подпёр рукой подбородок - в голове он уже видел, как прекрасно смотрятся Элизабет и Фредди вместе.       Лисы отвлеклись на звуки, которые исходили со стороны трёх парней.       - В чём там у них дело? - поинтересовалась Мангл. - Неужели ещё что-то волнующее?       - Нет ничего более волнующего, чем ты, сидящая рядом... - шепнул пират девушке на ухо и улыбнулся.       - Ах, мой Бог, я так по этому соскучилась! - Мангл поцеловала Фокси в щёку. - Давай всё же сходим к ним.       После оба голубка встали и направились к соседнему столу, на котором сидел Бонни, недовольно шипящий и обхвативший правую ступню. Такой вид их друга заставил пару немного улыбнуться. Однако же что-то бурно обсуждавшие Мари и Фредди вызвали у них интерес. Они подошли ближе, и кукловод с солистом отвлеклись.       - Похоже мы прервали вашу аудиенцию, - сказал Марионетка и покачал головой. - Эх, в воздухе парит любовь!       - В смысле? - Фокси поднял бровь и осмотрел кукловода, солиста и шипящего от боли гитариста. - Неужели здесь кроме нас с Мангл кто-то ещё...       - АХ, АХ! Мари, похоже, прав! - Лисица сложила ладони и приставила их к щеке. - Признавайтесь, мальчики, кто из вас влюблён?       Лисы посмотрели на Бонни, который всё ещё корчился от боли. Информативного ответа он дать не мог. Да и вряд ли он вообще скажет - у парня очень часто меняется настроение, которое порой он умело скрывает за своими эмоциями. А что Фредди, тот самый страдающий Ромео? А Фредди отвёл взгляд и тихонько засвистел мелодию "Марша Тореадора", надеясь, что на него никто не обратит внимания. Мари неловко улыбнулся и указал головой в сторону солиста. Тот моментально перестал свистеть, видя, что Мангл и Фокси ошеломлённо смотрели на своего лидера. На их лицах играла улыбка, а глаза блестели, как бриллианты на солнце.       - О... мать... моя... лиса, - отрывисто проговорил пират и вздёрнул повязку.       - Мари... - Фредди жалобно заныл и повернулся к брюнету. - Это было лишнее...       - Что? - Кукловоду стало неловко. - Ой, прости... Я думал, они знают.       По столовой тут же раздался радостный вопль Мангл, от которого у Бонни заложило уши. Страдалец окончательно упал на пол, мыча что-то невнятное про то, что его надо жалеть и что он страдает от всего в этом месте. Лисица радостно запрыгала по сцене, столам и даже чуть не угодила в угол с растениями. Мари решил отойти в сторону от греха подальше, однако сохранил дистанцию между ним и солистом, чтобы утащить его на серьёзный разговор, если души совсем разбушуются. Фокси начал трясти лидера за плечи.       - Хо-хо, а я бы и не подумал, что наш обожаемый лидер когда-нибудь влюбится! - говорил пират. - Ну же, Фредди, кто же она - дама твоего сердца?       - Как будто в этом месте есть выбор, - донеслось со стороны Бонни. Затем он шмыгнул носом и обвёл глазами ребят. - Думай головой, Фокси. Сколько у нас девочек в этом месте? Пять, десять? Ох, погоди... Всего. Навсего. ТРИ.       - Кто знает, может быть эта девушка только однажды приходила в пиццерию и успела поразить сердце нашего дражайшего солиста! - хихикнула лисица.       - О БОГИ, ВЫБОР ОЧЕВИДЕН! - завопил гитарист и затормошил свои волосы.       А в то время, как Бонни пытался надоумить лис, которые похоже над ним просто глумились, Марионетка тяжело вздохнул и взглянул на Фредди. Ему уже наскучил этот галдёж. Ему нужно было навсегда избавиться от груза прошлых ошибок, обговорив всё с солистом. Конечно, возможно он "всё поймёт и простит, ведь он, как и все души, обязан Марионетке", но кукловоду этого было недостаточно. Поэтому, под нарастающий галдёж ребят, Мари воспользовался моментом, чтобы увести Фредди. Спорщики, похоже, вообще не заметили их ухода.       Наконец, после столь большого, режущего, ноющего промежутка времени, длинною в несколько лет, Марионетка облегчился. Фредди узнал обо всём, что кукловод думал, и узнал причину таких мыслей. Однако, как потом Мари сам выразился, "эта причина была не более, чем пустой мыслью, иллюзией, сдвигом мозга, наконец". Фредди понимающе на него посмотрел и произнёс то, чего Марионетка от него не ожидал. Как выразился шатен, он бы тоже каждый раз бесился при виде того, кто его бы "убил", даже если бы это был всего лишь сдвиг разума. Сначала кукловод не поверил - он знал Фредди совсем с другой стороны - со стороны дружелюбного, заботливого лидера. Затем Марионетка всё-таки убедился, что он знает своего "старого врага" не так хорошо, как ему казалось. С темы убийств, иллюзий и обмана они перешли на забавные воспоминания из старых времён, над которыми эти двое здорово посмеялись. Этот разговор послужил окончанием недопонимания и началом хорошего товарищества.       Однако самое большое влияние на Марионетку оказывал Голден Фредди. Они за неделю стали не просто товарищами, а отличными друзьями - не разольёшь! Никогда ещё души не видели Мари в таком хорошем расположении духа, а Голдена улыбчивым и разговорчивым. Новые темы для разговора у них находились ежедневно, поэтому им было некогда скучать. Блондин в цилиндре даже отвлёкся от своей злополучной инструкции - ведь новый друг для него был куда важнее. Бонни успел дать этой парочке прозвище - "друзья-чердачники".       Спустя эту содержательную неделю Марионетка решил познакомиться со своим новым пристанищем поближе. Некоторые души ему охотно помогали и рассказывали всё, что знали о комнатах. Бонни выдал весьма познавательный рассказ о мастерской, в которой он иногда чинил или мастерил всякие штуки. Началось повествование с интерьера и закончилось возможными путями побега, которые годились разве что для мышей. Так или иначе, кукловод быстро управился со всеми комнатами. Оставалось посетить только столовую, в которой он успел уже не раз побывать за сегодня. Однако же больше внимания он обращал на душ, которые вели его туда-сюда, чем на само помещение. Необходимо было исследовать столовую также тщательно, как и остальные комнаты. Что поделать, таков уж Мари - он хочет знать всё о месте, в котором он находится, а теперь уже и живёт, - мало ли, что случится?       Без яркого света ламп столовая смотрелась мрачно и уныло: аниматроники хоть и стояли неподвижно (что, кстати говоря, для них идёт только во вред), однако всякому случайному прохожему могли внушить ужас; все уголки были окутаны тьмой, все, кроме столов. Здесь царили тишина и одиночество. Однако не стоило делать поспешных выводов, так как Марионетка заметил кое-что, что заметно выделялось из такой обстановки. За одним из столов сейчас спал Голден Фредди, золотого сияния которого не смогла затмить даже темнота. Пускай и не совсем сияния, но привлечь внимание кукловода соне точно удалось.       Марионетка подошёл к столу и сел напротив спящего парня. Конечно, брюнет слышал, что Голден любит поспать, но спать в случайном месте, особенно в таком людном, как столовая, ему казалось нереальным. Однако же Голден выглядел совсем спокойным и спал, как убитый... "Как убитый, хе-хе. Удивительно, как вообще можно так много расслабляться, будучи душой, неживым человеком со сверхспособностями", - подумал кукловод.       Голден тихонько шмыгнул носом и отодвинул правую руку от лица, такого умиротворённого. Марионетка улыбнулся и снова подумал о шутке, которая недавно пронеслась у него в голове. А ведь блондин отличался ото всех не только своим поведением и характером. Казалось, что он более подвижен, эмоционален, если опустить всю его ауру "неприступности". Все души двигались плавно, воздушно, как призраки, они вот-вот готовы были взлететь - Голден же твердо стоял на своей родной и кафельной. Порой можно было заметить, что бледная кожа его освежилась лёгким естественным румянцем. Но сделать всё это мог либо очень наблюдательный, либо тот, кто ни на шаг не отходит от Голдена. А тот умел уйти вовремя и больше не показываться.       Внезапно рука спящего парня дрогнула, а губы сжались. Голден нахмурился - видимо, ему снилось что-то неприятное, странное или даже страшное. Марионетка машинально перевёл взгляд на дрогнувшую руку. Его инстинкт спасителя сработал, так как его рука потянулась к руке Голдена.       - Возможно, это его успокоит... Наверное, - подумал кукловод.       Только дотронувшись до кисти блондина, Марионетка сразу же отдёрнул свою руку. Поразительно, но тело Голдена излучало слабое тепло! Такое очень редко встречается среди душ, вернее, вообще не встречается. Пожалуй, парень единственный, кто был "и живым, и мёртвым" одновременно. Так или иначе, а верить в то, что это тепло просто разница температур в помещении, Марионетке не хотелось. Осторожно, чтобы не "спугнуть" исходящую от Голдена энергию, брюнет коснулся его руки своими длинными пальцами в полосатой перчатке. Затем всей ладонью. После обхватил всю руку. Так давно Мари не ощущал настоящего человеческого тепла! В последний раз он чувствовал его, когда обнимал свою мать за подаренный пригласительный билет на праздник. Рука Голдена стала предметом, от которого кукловод не мог оторваться, который отодвинул все волнения и мысли назад.       - Помоги мне, пожалуйста... Я могу упасть... - вдруг послышалось из уст спящего Голдена. Теперь не осталось сомнений, что это был именно кошмар.       - Что я могу сделать? - шёпотом спросил Мари.       Тут блондин крепко схватил соседа за ладонь, которой тот касался до чудо-руки. Марионетка вздрогнул, на щеках его появился неподдельный лёгкий румянец. Голден схватился за что-то в своём сне, в данном случае это была ладонь кукловода. Похоже, что блондин полностью доверился своему спасителю, так как схватился за руку Мари, как за единственный шанс на спасение. Такой внезапный поступок со стороны новоиспечённого друга смутил кукловода. Однако его смятению быстро пришёл конец: он также крепко, но нежно, обхватил дрожащую руку Голдена.       - Не бойся, я тебя не отпущу... - тихо сказал Марионетка и расслабился на столе. И это помогло: лицо спящего блондина тоже расслабилось.       Осознание сказанного пришло не сразу, однако Мари не стал долго на этом зацикливаться. Он здесь старше всех и является главным. Это он, кто даровал заблудшим душам новую жизнь. Он стал им по сути матерью, опекуном, поэтому случись что, то он должен был сделать всё, что от него потребуется ради их спокойствия. Так и сейчас, "материнский инстинкт" сработал. В таком положении оба парня просидели почти 10 минут. Держась за руки. Ни о чём не беспокоясь.       Мари начал дремать под грузом сегодняшних событий. Он бы впервые за свою новою жизнь поспал, если бы не шорохи со стороны Голдена. Тот проснулся и обнаружил, что всё то время, что он отдыхал на столе, держал за руку кукловода. И это не могло не привести его в замешательство.       - Мм? - Марионетка приподнял голову и увидел на себе вопрошающий взгляд Голдена. Всю сонливость как рукой сняло - кукловод резко вздёрнул голову, затем выпрямился и отвернулся. Любой, наверное, проснувшись, удивился бы увидеть, с какой нежностью держит твою руку недавно появившийся друг. Поэтому далее должна была пойти череда оправданий.       - Я мог бы ожидать чего угодно после своего ночного отдыха: разруху в столовой, крики из Пиратской бухты, Бонни, свисающего с потолка с поломанной гитарой... - начал блондин.       - Эт-то, я... - запинался Мари, тщетно дёргая рукой и пытаясь разъединить пальцы. - Т-тебе снился кошмар, и я п-подумал, что тебя нужно ус-спокоить.       - Это не объясняет того факта, что ты держишь мою руку.       Действительно, их пальцы всё ещё были сплетены. Только благодаря одновременному разжатию кукловод оказался свободным от этого "капкана". Казалось, что смущению Мари пришёл конец, но Голден всё ещё смотрел на то место, где недавно лежали их руки.       - Кхм, извини за эту нелепость, л-ладно? - попросил брюнет и почесал затылок. - Я забылся на минуту, и тут ещё этот "материнский инстинкт", и...       - Нелепость... - перебил его Голден и пробурчал себе в ладонь. - Значит просто нелепость.       Затем он задумался. В воздухе повисла напряжённая тишина, которой Марионетка больше всего опасался. Было бы ужасно лишиться нового друга из-за какого-то странного случая, особенно, если у тебя с этим другом так много общего, особенно, если этот друг одинок. Сейчас Мари уже был не так смущён и ждал дальнейших слов со сосредоточенным лицом, хотя внутри у него по-прежнему бушевали чувства... Только вот какие? Быть может страх за свою репутацию или за потерю друга...       ...а может что-то, чему парень не мог дать объяснения.       - Ну... - наконец подал голос Голден и легонько улыбнулся. - С кем не бывает.       Затем он развернулся и зашагал в направлении к кухне, тем самым оставив кукловода в замешательстве. Тот ожидал чего- то большего, какой-то лекции или чего-то в этом роде.       - И что всё это было? - тихо спросил Мари самого себя не только об этих самых "исчерпывающих" словах, а вообще об этой ситуации.       - Ах, да, - сказал напоследок Голден Фредди, - давай... забудем об этом. Думаю... думаю, что так будет правильно.       - А-а, конечно, как хочешь. В смысле, да... - пролепетал ещё не вышедший из ступора Марионетка и криво улыбнулся.       Блондин кивнул и снова направился на кухню. А смогут ли друзья вообще забыть об этом случае? И стоит ли? Как раз это был случай из разряда "обязательных для размышлений", так что не стоило окончательно ставить на этом деле точку.       "Не стоило. Совсем не стоило."       Также думала и таинственная фигура, прятавшаяся в тени. Похоже, она всё видела.       - Занятно, весьма занятно. Из этого может выйти что-то очень интересное...