Выход есть всегда

      Очнулась девушка в каком-то непривычном для неё месте. Это была не её прежняя комната. Это замечание заставило напрячься. Тогда где она? Вспоминая события, произошедшие накануне, она прерывисто задышала. В голове, кадр за кадром, проносились картины вчерашнего (или позавчерашнего, а может и вообще недельной давности; неизвестно, сколько она уже находится в этом месте) дня. "Нужно поменьше дерзости, меньше непредсказуемых тупых поступков. Ага, как же. Пыталась сбежать и так попалась. Теперь пожинай плоды, и то ли ещё будет", - размышляла девушка. И тут она осознала - она не может двигать руками. Медленно повернув голову сначала вправо, а потом влево, всё встало на свои места - она закована. Её руки овивали кандалы, прилегающие к стене. Вот этого Лидия точно не ожидала. Вскрикнув от неожиданности и нахлынувшего страха, девушка попыталась, что есть силы (а сил было не так уж и много) вырваться, но, как показывает практика, это вряд ли случается так просто и легко. Наверное, раза с 50 силы практически покинули Лидию, и она сдалась.        Всё еще рвано дыша, она решила оглядеть место своего очередного заточения. Оно напоминало подвал, возможно, именно в нём она и находится. На стенах и полу чувствовалась влага, девушку трясло. То ли от холода и сырости, то ли от осознания своей полной беспомощности и дикого ужаса. А может и от того, и от другого. Какая разница, она все равно уже обречена. Во рту пересохло, губы обветрились и потрескались. Вокруг ни намека на воду. Да а что ей вода? Пусть даже в метре от нее текут ручьи, она все равно до них не дотянется. Слабость уже не покидала девушку, а усиливалась с каждой минутой. Она сбилась со счету, сколько раз уже себя хоронила, но всегда ей удавалось этого избежать. Но, кажется, сегодня не её удачный день. Плюс ко всему, голова будто раскалывалась пополам. Кажется, он ударил именно по тому месту, где прежде была свежая рана. В мире не найдется столько лекарств, чтобы залечить её голову. На этот раз виновата она, но свобода так манила, зазывала, дурманила разум, и что теперь? Она покойница, и только чудо помешает этому гаду прикончить её. Но чуда не случилось. Через какое-то время Лидия услышала шаги, которые были слышны всё чётче, а сердце девушки забилось все быстрее. Мысленно попрощавшись со всеми, Лидия закрыла глаза и стала ждать своего палача.       Парень направлялся к девушке, захватив графин с водой. Но не для того, чтобы Лидия уталила жажду. Подойдя к двери подвала, Стайлз не стал церемониться, а со всей силы пнул её ногой. Железная дверь со стуком влетела в стену, разнося звуки по всему дому. Больше он не будет жалеть её и терпеть различного рода выходки. Все - таки он Ногицунэ, а эта девушка лишь жертва, хватит разводить сопли. Он хочет её. Хочет прямо сейчас. А раз он захотел - он возьмет, чего бы это не стоило. Он уверенно шел к месту, где приковал Лидию и когда увидел её, сидящей на полу, с задранной юбкой и потрескавшимися губами, которые она периодически облизывала, он больше не мог держать всё в себе. Она слишком хороша, чтобы оставаться нетронутой. - Как отдыхается? - язвительно спросил Стайлз, появляясь перед лицом Лидии, глаза которой были по-прежнему закрыты. Она слышала как он шел, как хлопнула дверь в подвал и его тяжелое дыхание. Но боялась посмотреть на него. Когда ты в плену и выбраться нет возможности, ожидать приходится самого ужасного. Поняв, что долго так всё равно продолжаться не может и он заставит смотреть, она открыла глаза, но взор устремила в пол. Парень же подошел ближе и взгляд его стал более злобным. - Смотри на меня, когда я с тобой говорю, и отвечай на вопрос, - в этот момент он больно схватил Лидию за подбородок и задрал его на уровень своего лица. Потом его рука переместилась на шею девушки и Стайлз стал медленно тянуть руку вверх, заставляя Лидию задыхаться и пытаться подняться вслед за его рукой. Но сделать это было куда сложнее, ведь руки отекли от оков, а без их помощи было трудно подняться. Но парень продолжал душить девушку. Его рука все сильнее сжималась на её шее, от чего лицо девушки начинало краснеть. Она кряхтела и что-то пыталась сказать, но не могла. Когда уже дышать стало совсем плохо, она начала терять сознание и именно в этот момент Стайлз отпустил её и она с каким-то уханьем повалилась на пол. Руки сразу же заломило. Они уже привыкли находиться в полусогнутом положении и на весу, а когда их побеспокоили, то они дали о себе знать. Девушка немного взвыла от ноющей боли в локтях и кистях, а Стайлз лишь ухмыльнулся и осматривал её лицо. Волосы были как один сплошной колтун, пряди возле лица слиплись между собой от постоянных слез. Само лицо было уставшим, красным и опухшим. Местами кожу покрывали темные пятна. Девушка несколько дней не принимала душ, да и условия тут, мягко говоря, не располагают. Послышался смешок. Девушка с трудом, все еще пытаясь нормально глотать после попытки удушенья, подняла голову на Стайлза, стараясь наполнить взгляд ненавистью и отвращением. Но она слишком устала, чтобы даже думать о чем-то. Поэтому подняла на парня отрешенные, полные отчаяния и боли глаза. - Свежа, как майская роза, - с улыбкой проговорил парень, - мне кажется, тебе пора немного взбодриться и умыть свое прекрасное личико.       После этих слов девушку будто водой окатили. Но всё еще впереди. Её лицо изменилось, когда Стайлз неожиданно вылил содержимое графина прямо на неё. Вода была ледяной. Девушка сразу же задышала как паровоз и испуганно, с нотками злости, посмотрела на парня, который дико забавлялся этой ситуацией. - Тебе правда смешно? Что вообще может быть смешного в том, что ты держишь меня закованной в подвале? - крикнула девушка и тут же пожалела об этом.       Один шаг разделял их, и когда Стайлз преодолел расстояние между ними, то больно схватил Лидию за мокрые волосы. На глазах сразу же появились слезы, руки на рефлексе сжались в кулаки, но что она может сделать? - Да, Лидия, мне смешно. Меня очень веселит тот факт, что теперь ты тут, и ты моя, и я могу делать все, что пожелаю. Ведь сопротивляться ты уже не можешь. А знаешь, когда мне было не смешно? Когда ты пыталась убежать, пока этот тупой недоумок Стайлз чуть не утопил меня в собственной ванне. Вот тогда было не смешно, - его слова были словно яд, он продолжал держать девушку за волосы. Впервые она так долго находится у его лица, и зрелище, мягко сказать, не очень. Красные от гнева глаза, синяки под глазами, казалось, приобрели какой-то багровый оттенок. Всё остальное лицо было бледное, словно возле неё находился труп. Её грудь стала подниматься и опускаться с бешенной скоростью. Её пугал один только его вид. Стайлз это заметил и его лицо исказилось в какой-то зловещей ухмылке. - Бедненькая Лидия, вся дрожишь. Ты всегда отличалась особой сообразительностью. Но, по-моему, я слишком сильно ударил тебя по голове в первый раз. Ведь совершить такую глупость, как побег, - на этот моменте он свободной рукой провел по шее девушки, медленно спускаясь к груди, - я думаю, что ты попытаешься сделать это еще раз, если подвернется шанс.       Девушка замотала головой, но от этого стало еще больнее. Еще чуть-чуть и он снимет с неё скальп! - Конечно попытаешься. Но ведь этого делать нельзя. Надо сделать так, чтобы думать о свободе и побеге ассоциировалось у тебя со страхом и болью. Надо сделать тебя более покладистой...       Услышав это, девушка, будто зверь, заревела от беспомощности и за это получила звонкую пощечину. На щеке остался яркий след, кожа пылала. Девушка отвернула голову, чтобы подавить еще один крик, волосы закрыли лицо, не давая Стайлзу посмотреть на него. Но тут Лидия почувствовала, как падает. Ей казалось, она просто теряет сознание, но нет, она реально лежала на полу, ощущая холод от пола своей щекой. Будто в какой-то прострации, не ощущая практически ничего, она смогла поднять одну руку на уровень глаз. Её освободили. Может, Стайлз снова стал Стайлзом? А может её ожидает что-то похуже, чем просто быть прикованной к стене. Руки были красные от оков, в некоторых местах кровоточили. Да уж, если не он её убьет, то она все равно откинется от заражения крови. На её теле слишком много ран, которые остались необработанными.       Из страны забвенья девушку вырвал Стайлз, который схватит её за ноги и тянул куда-то на середину подвала. Щека терлась о шершавый пол, доставляя дополнительную боль. Лидия пыталась приподнять голову, но сил не было даже посмотреть, куда её везут. Пришла она в себя только когда поняла, что он уже навис над ней. Резко повернув к нему голову, она поняла, что её сейчас ожидает. Глаза забегали в поисках хоть какого-нибудь выхода из положения. Но тщетно. - Если ты будешь сопротивляться, то будет только хуже. Не заставляй делать тебе больно, Лидия. Я так этого не хочу. Не вынуждай меня снова причинять тебе боль. Просто будь послушной.       Последнюю фразу он шепнул ей над самым ухом и руки его сразу стали блуждать по телу девушки. Медленно, ощупывая каждый бугорок, каждый участочек, не пропуская ни сантиметра. Одной рукой он завел её руки за голову, а другой гладил по щеке, едва ли касаясь того места, куда только недавно ударил. Он постепенно, прядка за прядкой, убрал непослушные рыжие волосы с лица. Он смотрел ей прямо в глаза, и взгляд его был совершенно другим. Будто это не темный дух, а прежний Стайлз. Если опустить подробности происходящего в этом подвале, и лишь смотря в глаза, то это её Стайлз. Но реальность слишком ужасна. А что делать? Продолжать вырываться и быть забитой до смерти, или дать то, что ему нужно и он на время от неё отстанет? Как бы это не было ужасно, но второе, вроде, не такое смертельное. По шкале ужасности от нуля до десяти, это, конечно, 11, но быть избитой и умирать в мучениях тоже оптимизма не вызывает. Надо просто расслабиться и думать о чем-то другом.       Тем временем, руки Стайлза уже с уверенностью изучали девичье тело, не стесняясь и не чувствуя угрызений совести. Он отпустил руки девушки, но та не спешила сопротивляться. Это очень даже понравилось парню, и он стал неспеша, пуговица за пуговицей, расстегивать блузку, обнажая округлые груди, спрятанные в лиф. Облизнувшись от предвкушения, он с силой вытащил ткань из-под Лидии и отбросил в сторону. Ну вот, она уже полуголая. Жадно изучая лицо и тело девушки, он сглотнул от ожидания. Он снова навис над ней, и стал нежно целовать шею, переходя на мочку уха. Он закусил её, но не сильно. Парень всё контролировал, он целовал шею, спускаясь всё ниже, к груди. А потом снова вернулся к лицу. Он посмотрел ей прямо в глаза. Одной рукой он снова начал поглаживать её щеку, потом перевел палец к губам. Он с нежностью провел большим пальцем по нижней губе и Лидия невольно облизнула её. Стайлз смотрел на её губы довольно долго, а потом примкнул к ним. Совсем слегка, едва касаясь их. Лидия затаила дыхание. Холод от пола уже не так беспокоил, да и возможность скорой кончины тоже. Она смотрела только на него. Мысли в голове путались. Почему он так нежен с ней сейчас? Или это только отвлекающий маневр? И она не ошиблась. Ещё раз взглянув ей в глаза, он наклонился совсем близко и выдохнул прямо в губы: - Это был последний раз, когда я прошу тебя быть тише. В дальнейшем каждое твоё нарушение будет сопровождаться наказанием. Чем серьезнее проступок, тем изощреннее будут мои способы вразумить тебя, - взгляд снова сменился с нежного на похотливый, он вжал девушку в пол так, что она не могла пошевелить даже пальцем на руке. Волна страха снова накрыла Лидию, - я научу тебя быть податливой.       После этого он с силой и злостью разорвал юбку прямо на девушке. Ну вот, началось.