Kinji rareta ai

Я и сам был удивлён не меньше, ведь мы думали, что дома никого нет. Мы… Я быстро посмотрел на девушку, она спала как ни в чём не бывало, затем уставился на брата. Надо было хоть что-то сказать в своё оправдание, но в голове не было ни одной мысли. Рё опомнился и указал рукой на дверь, а затем тихо вышел. Я бесшумно выскользнул из кровати, натянул джинсы и вышел в коридор вслед за братом. - Извини за увиденное,- решился сказать я.- Мы думали, дома никого не было. - Юки,- брат серьёзно посмотрел на меня.- Я не ожидал от тебя такого низкого поступка. Я уставился на него во все глаза. Почему он думает, что я поступил низко? - Зачем ты используешь бедную девочку? Неужели чтобы насолить мне? - Что?- недоумение отразилось на моём лице, но казалось Рё ничего не заметил. - Ведь ты знаешь, что тебе нравятся мужчины, зачем ты испортил бедняжку? Зачем издеваешься над собой?- в его голосе прозвучала горечь. - Не издевался я ни над кем, она сама предложила, а я решил попробовать, не всё же мне по тебе страдать. Рё отшатнулся, как ужаленный, и в глазах появилась бесконечная вина. - Ты же сам говорил, что мне нужно найти девушку, вот я и последовал твоему совету. - Раз так, то ты не считаешь, что в твоём возрасте ещё рано иметь половые связи? - На тебя не угодишь, братец: с тобой, значит, не рано трахаться, а с ней нельзя? - издевательски улыбнулся я. Рёукен замахнулся и влепил мне пощёчину. Улыбка моментально слетела с губ, но сдаваться я не собирался. Мне хотелось сделать ему больно, причём заставить его страдать также, как страдал я. - Ревнуешь? У Рёукена в глазах промелькнуло что-то, чего мне было не понять, он изменился в лице, расслабился. - Я всегда любил тебя, Юки,- я замер на месте, не ожидая подобных слов.- Всегда защищал и заботился. Ближе тебя у меня никого нет. Рёукен развернулся и пошёл в свою комнату, а я прислонился к прохладной стене и медленно сполз на пол, зарывшись руками в волосах. Я уже не знаю, что происходит в моей жизни. То чего я хочу никогда не произойдёт, мы с ним не сможем быть вместе. Самый близкий человек в один момент становится чужим, и я не могу поделиться с ним своим горем и попросить совета, ведь он и есть источник, причина. Лишь одно я знал наверняка: Акеми не была тем человеком, который хоть на миг заставил бы меня думать не о Рё, поэтому, поднявшись, я разбудил её и попросил уйти, наврав ей о скором приходе родителей. До вечера я просидел в своей комнате. Я понятия не имел, что мне делать и как жить дальше, смогу ли я когда-нибудь выбросить Рё из головы и наладить с ним тёплые отношения? За ужином царила атмосфера арктического холода, это чувствовали даже родители. Мы с братом были немы словно рыбы и не реагировали на попытки мамы нас разговорить. Я не мог заговорить с ним, мне хотелось, чтобы он простил мне мои слова и стал прежним Рёукеном, но сил не было даже взглянуть на него. Было стыдно и больно, а ещё гадко, душу разрывало на куски, но слова застревали даже не дойдя до горла. Мы столкнулись на выходе из ванной, но я по-прежнему отводил глаза в сторону. Лёжа в кровати я всё думал о нём. Сон не шёл, хотя хотелось побыстрее забыть сегодняшний день и проснуться завтра с притуплённой болью в груди. Рука коснулась того места, где болело сильнее всего, и по щекам побежали жгучие слёзы. - Рё, я так люблю тебя,- шептал я.- Прости меня. Прости меня, пожалуйста. Слова наконец слетели с губ, и я понял, что должен во что бы то ни стало сказать их брату пока не стало слишком поздно. Я вскочил с кровати и побежал со всех ног в его комнату. Рё уже уснул, но я не мог ждать. С его именем на губах я разбудил его. Спросонья он схватил меня за руку, но секундой позже отпустил. - Юки? Что такое? Я посмотрел на его лицо, выражавшее беспокойство, заглянул в глаза, но не увидел там и тени обиды или злости. Я кинулся ему на шею и стал горячо шептать о том, что я люблю его, что кроме него мне никто не нужен, что без него я не могу жить, и бесчисленное количество раз я повторял лишь одно слово – «прости». Рёукен обнял меня и прижал к себе, я чувствовал как его горячие сильные руки скользят по моей спине, как учащается его пульс и дыхание. Я отпрянул всего на секунду, чтобы удостовериться, что всё это мне не мерещится и не снится, но не смог преодолеть кольца его рук. А затем его губы накрыли мои, и всё встало на свои места. В душе теперь не ощущалось разломов, её как будто склеили и осветили множеством свечей, таких ярких, что жар от них разливался по всему телу. - Это не правильно, Юки, не правильно, - шептал брат. Но отчего-то его объятия не ослабевали, а лишь только крепли, а поцелуи становились всё настойчивее.