Метод Холмса: нерациональные чувства.

— Ты как? — спросил Шерлок на удивление самому себе, который уже сидел в больнице Св. Бартоломея. Ну, да это странно! Надо, наверное, поехать в больницу, где помогут вытащить осколок из икры ноги. Но обладательница этой травмы решила по-другому… Адалин, она, очень сильно боится всех этих врачей и медсестёр… Настолько, что готова на все (!) только бы не идти к этим убийцам! Но не смотря, что они помогают людям, Адалин было все равно. Врачи, которые одеты в белый халат и, прикрепленный значок на их груди, который ярко поблескивает, по мнению Хилс, не утверждают, что врачи не убийцы и отличные профессионалы! Они не лучше Джека потрошителя, но только в белом халате. Прошёл уже час с того момента, как детективы и Джон уехали с места преступления… Дети, неизвестные никому, остались в участке, но Адалин настояла на том, чтобы забрать их на время к себе… Всё-таки это дети и полицейский участок это не то место, чтобы там находились маленькие люди. Не понятно как, но договорившись с Грегом, девушка пообещала присмотреть за ними. Пока не известно, где они жили и чьи они дети, но Хилс не каменная. Смотря в эти милые и полные испуга глазки, сердце, казалось, совсем холодной и железной леди наконец оттаяло. Это было удивительным явлением для всех тех кто распускал слухи про Хилс. — Я? — глупый вопрос… Это она поняла, когда наткнулась на удивлённый и слегка насмешливый взгляд детектива. — Ам, да! — У тебя из ноги торчит осколок, — неуверенно начал Шерлок и кивнул на ногу. — Правда?! — съязвила Адалин, убрала волосы и нагнулась так, чтобы можно было увидеть свою ногу. — Ты прав! — Надо вытащить стекло, — скомандовал только что подошедший Джон.- Ам, сними колготки… Пожалуйста. — Хорошо, — Адалин, нагнулась и стала снимать, слегка порезанные чулки у основания, чтобы не задеть осколок, лёгким движением. Увидев, как взлетели брови Джона, усмехнулась, но промолчала. — Что? — Джон мотнул головой. Молли, которая как-то нерешительно стояла у двери и не по-доброму взирала на Адалин, хмыкнула. Опять и опять это чувство. Чертова ревность! Смотря как Холмс возится с девушкой, Хупер готова была заплакать. Заплакать словно маленькая девочка, которой не уделяет внимание мальчик! Желание выгнать из морга эту женщину стало переполнять патологоанатома. — А в больницу не легче? — дерзко, как показалось, сказала хранительница трупов в морге, и отлипла от дверного косяка, направилась в сторону Адалин и к рядом стоящим мужчинам.- Там помогут. — Я не л-люблю, — стонала Хилс и вцепилась в руку Шерлока со всей силой, но тот даже и не отреагировал. Сейчас, его занимала Молли, которая как-то странно себя вела. Это уже не его патологоанатом! Хупер была милой, вечно робеющей девушкой, а тут… — Больницы! Джон! — Ещё чуть-чуть! — О, так Адалин, — резко перешла на имена Хупер, — чего-то боится? Хилс тут же вскинула голову и оценила, раньше не заметную девушку, дедуктивным взглядом. Хм… Да. Ревность — штука ужасная. Кинув взгляд на губы и на волосы, Адалин поняла, что так Хупер хотела привлечь внимание Шерлока, который тоже смотрел на нее. Рот маловат, так ещё хуже. Цвет вообще не идёт, но без него губы узкие. Волосы собраны в косичку, а мешковатая одежда, скрывавшая милую фигурку, портила весь вид, симпатичной Молли. — Хм, — снова застонала Хилс, когда доктор Ватсон вытащил осколок, — Мисс Хилс, прошу. Где такт и уважение? — довольно произнесла, Адалин, подавляя в себе победный крик! Лицо Молли покрывалось красными пятнами. — Мисс Хупер, — терпеливо выдохнула, — я не собираюсь сейчас говорить с вами! Боюсь, я не выдержу и скажу всем причину вашей злости, если можно это так назвать, — Хупер сглотнула. Нет, только не при Шерлоке, — Думаете, я не заметила, как вы смотрите на… — Я пойду! — резко ответила алеющая девушка и убежала, закрыв за собой дверь. — Отлично… *** — Детей привезут завтра утром, — начал Джон, но замолчал, когда увидел, что Шерлок и Адалин сидели смотрели на стих, оставленный убийцей. — Хм, — промычал Холмс и взглянул еще раз на стих… Не понятные строчки. В них нет смысла! Тихо, Тихо все во круг! Что это вообще такое?! Пока голова Холмса была занята строками, которые, по его мнению, несли в себе какую-то смысловую нагрузку, Адалин окунулась в прошлое. — Папа! Папа! — кричала девочка лет десяти так и норовившая залезть молодому мужчине на колени. Мягкий смех окутал комнату. — Что солнце? — потрепав волосы малышке, спросил Престон Хилс. Мужчина лет тридцать пяти с черными волосами и вечно смеющимися глазами. — Что это?! Что? Ну, скажи! — требовала юная леди, ерзая на коленях отца. Тот снова засмеялся и ущипнул девчушку за коленку от чего черноволосая закричала. — Это будит наш секрет, Адалин! Только цссс, — приложил ровный палец к губам Эрик, подавляя в себе усмешку. — Прочти! — завизжала Адалин. — Тихо, Тихо все вокруг. Сумерки сгущают круг! Выйди вон из тьмы ночной, Покажи оскал большой! Воспоминания нахлынули как цунами… Оно поглощало бедную Адалин. Кто может угрожать ее семье?! Кому это надо? Кто станет убивать ради Адалин Хилс? Это все ложилось грудой камней на грудь девушки так и желая чтобы та задохнулась… Убито четверо! Четверо невиновных людей, которые спокойно жили… Адалин, не верила, что ее прошлое, ее демоны, которые так надежно были спрятаны вырываются наружу. Слишком был тяжел груз. Слишком возбуждающая игра, чтобы ее так просто оставить. Это словно кайф для которого готова и душу продать! — Это шифр. — Ответила на все вопросы Шерлока, Адалин. Где-то в глубине души, девушка боялась… Вдруг… Нет! — Шифр? — не понял Джон и посмотрел на Шерлока, который догадался об этом ещё пару минут назад. Конечно, шифр, что же ещё! Буквы поставлены так, что это означало либо слово или цифру. Все зависит от построения, но Холмс быстро понял, что этот стих не похож на шифр обычных сект или же притонов… Нет! Тут, что-то куда серьёзней. — Потом, — отмахнулась Хилс. — Нам нужно в Грин-парк. В 22:30 мы должны быть там *** Улицы уже опустели почти и только молодёжь, которая любила ходить по барам напивалась в стельку, шумела на улице. В дали, от крика пьяных людей, звуки музыки, находился Грин-парк. Вечно зелёный и не угасающий парк. Средь деревьев можно было увидеть белок, перепрыгивающие с ветки на ветку… Лавочки опустели и лишь седые стариканы, поглощённые прочтением и информацией в газете, сидели и не обращали внимание ни на что. Фонарь, такой одинокий и холодный освещал дорожки, а ветки деревьев с сухими, красными и редкими зелёными листочками, свисали так, что казалось, ветки это арка… Вечное сооружение только самой природы. Совсем не далеко от кустов, которые были ближе к земле, можно было увидеть светлячков, мерцающих средь листочков… Стоит только хлопнуть рядом в ладоши, как причудливые насекомые переставали светится. Ночное небо нависало над головами людей, которые не спали в такой поздний час, было будто куполом скрывающий всех гостей от других глаз. Холодные, недосягаемые звезды и такие чужие, мелкими точками распространялись на тёмно-синем холсте неба. Тишина была всепоглощающей! Тишина была пугающей и даже дыхание поздних посетителей было слышно. Слышно, как издают звуки жильцы парка. А на дальней ветке можно было увидеть пару пугающих, сверкающих глаз Совы. С тихим шорохом падала листва. Один листочек деликатно и аккуратно падал на ухоженную дорожку асфальта… Это было завораживающие. — Ты? — тихо поговорила Адалин и слегка хромая подошла к женщине в сером пальто: улыбка была словно оскал хищника, зубы ровные и белые показались. Черные волосы были убраны в пучок и мелкие пряди обрамляли острые черты лица незнакомки. — Привет, сестра, — усмехнулась незнакомка в ответ на оскал Адалин.