Задолбало!

- Столица Ревандии? - Нахер иди. - Я показал инструктору Говарду, которого проще запомнить как Гошу, фак и рука без сил опустилась на землю. Двигаться я даже не пытался, что мне тут, червячком ползать? Даже шевелиться лень, не говоря уже о том, чтобы что-то там ещё вспоминать. - Артэрус... - я метнул на него взгляд, аки ястреб - вечно моё имя коверкают. И ничего, что я делаю так же, мне так запомнить проще. - Кхм, Артур, я понимаю, ты устал, но пойми, ты должен быть готов к любой ситуации. - Гошан, да ты с дуба рухнул, или как? Ты думаешь, кто-то разбудит меня посреди ночи с диким воплем: "Какая столица Ревандии?! От этого зависит наша жизнь!". А я им такой: "Норзек". И потом они такие: "Йухууу, мы спасены!". Серьёзно, что ли? А, нет, они спросят меня, кто такая Британская Королева! - Хватит ерничать, новобранец! - Этот гад ещё и улыбался. Вот он - один из немногих "главных", кто нормально воспринимает мои выходки. Да я вам больше скажу, он с них ржёт громче всех! - Как же вдолбить в твою пустую голову, что твоя основная задача состоит не только в воровстве, но и шпионаже. А если ты не будешь знать историю страны, в которой будешь работать, её основных традиций, особенностей рас и прочих мелочей, то будешь с лёгкостью раскрыт. В вашей школе вообще ничему детей не учат? Говард был мужчиной под сорок, в коротких каштановых волосах уже пробивалась седина, но тело, закалённое в боях, могло дать фору всему молодняку нашего лагеря. Крепкое, жилистое тело, с перекатывающимися под кожей буграми мышц и испещрённое шрамами. Рост, примерно, как у Лерки, а лицо такое волевое, серьёзное. Но со мной он все время улыбался, потому что "с такого кадра как я, только потешаться". - Например? - Физическая подготовка? - Физ-ра была. - История? - Была. - Различие рас? - А это уже расизм! - Фехтование? - Мечтай. - Основы дипломатии? - Не, не думаю, это если на дипломата какого-нибудь идти, уже в универе учат. - Господи, бедные ваши дети, вообще в жизнь неподготовленные идут. Ладно, иди переодевайся и будем готовиться к более серьёзным задачам. - Да ла-а-адно? Какая доброта, я прям сейчас сдохну от радости! - Не паясничай. Вперед. Твои вещи в палатке. - Ага, я пополз. - Попробовал поползти пару метров... плохая затея. В итоге просто распластался на земле и начал делать ангела. Последнее время тут всерьёз решили взяться за мою подготовку. Стоило один раз на столб без штанов залезть. Только наши мнения по её поводу разошлись. Я считал, что мне пора начинать упражняться с мечом, всякие там нагрузки и тренировки, чтобы стать крутым воином и давать всем пилюлей, ну а Гоша и Лера были свято уверены, что для начала мне нужно поумнеть. Мол, идиоту меч давать в руки нельзя - себе дороже. Вот спасибо! Вот уж не знаю, где мне куча истории в жизни пригодиться. Но деваться, увы, было некуда. Каждый раз, почти засыпая на скучных монологах, я пытался что-то записывать и запоминать. Получалось не особо, никогда историю не любил, но основные понятия в меня всё таки вдолбили. Примерную карту мира, названия королевств и столиц, примерные границы, климат и всё в таком духе. Самое интересное должно было только начаться: с истории мы плавно ползли на обитателей мира. Хоть послушаю, раз мир не вижу. Ну, а помимо истории, меня заставляли делать физкультминутку. Я бегал, прыгал, отжимался и подтягивался. А, ну ещё мешки с зерном в столовую таскал, для физического развития, ага. - Эй, блаженный, тебе там совсем плохо? - насмешливо спросил проходящий мимо Кирочка, который Кирстен или как-то так. Он был одним из тех несчастных добровольцев. Ну, кто по своей воле на такое подпишется? А, точно, я... - Вставай давай, жертва. - Ой ли, жертва пьяной акушерки, нахер иди. Тебя бы так гоняли. - А нас гоняют. Ты думаешь ты один такой особенный? - Я? Да-а-а, я очень особенный. Вот сейчас окуклюсь и стану бабочкой. - Идиот. - Парень протянул мне руку, я кое-как встал с его помощью, отряхнулся от травы и пыли, после чего хотел завалиться обратно, но мне не дали. - Хватит комедию ломать. Идем уже - Нахватался у папки, ты смотри, - я тяжело вздохнул и всё же поплёлся к палатке. Кир пошел рядом. Это был парень примерно моего роста, с коротким светлым ёжиком, наглыми ( не наглее меня, конечно же! ), голубыми глазами и спортивным телосложением. Ничего особенного, вполне такой себе типичный Реван... Дец, диц, диец... А, к черту эту Ревандию, нашел куда попасть. - Как продвигаются твои успехи с учёбой? - Как пьяная улитка по льду. - Ты хоть когда-нибудь бываешь серьёзным? - Как-нибудь в другой раз. - Все в твоем мире такие? - Не-а, я ж особенный, - заулыбался я, вспоминая родную хрущёвку. По дому я не скучал. Совсем. Я вспоминал бабушку и мать, друга, но назад не тянуло. Я нашел свое место и возвращаться точно не хотел. Теперь даже не знаю, как жить в том, моём мире. Да и где он,"мой" мир, сейчас не могу точно сказать. Уже слишком привык. - Ага, особенный. - Кир покрутил пальцем у виска. - Ладно. Давай проверим твои знания. Столица Ревандии? - Да идите вы уже все на хер со своей столицей! А-а-а! - Завопил я и побежал, как в задницу ужаленный. Даже ноги болеть перестали. А всё потому, что бесят! Кроме своей столицы не знают ничего, а меня, сволочи, заставляют опять в школу ходить. Мало мне её дома было! *** В палатке я нашел только какие-то странные, розовые, полупрозрачные тряпки, вот явно на "форму" не похожие. Разве что в борделе, у какого-нибудь шейха. Хотя, раз у меня отдельная программа... И что, когда это я в наложники записался? - Что это за розовая гадость? - Спрашивал-то я у себя, но тут откуда не возьмись... - Артэрус! - Появился Гошанись... - Артур, блядь! Хотя нет, Артур не блядь, а полюбила и дала! - Не паясничай. - Пластинку смени! - Не пая-ясни-ича-ай, - пропел Гоша, находясь где-то совсем рядом. Да иду я, иду. Деваться некуда, я разделся, начиная натягивать на себя эту радость стриптизёрши... Оп, налезло даже. Хотя да, чего бы не налезло, меня уже вся группа "доброжелателей" оповестила, что я почти как девочка. Только с яйцами. Доброжелатели, кстати, это добрая часть отряда, которая думает, что "мне всё можно" и терпеть меня за это не может. А кто им мешает делать так же? Тоже мне, сборище униженных и оскорблённых. Страх Господень, даже в зеркало смотреть стрёмно. Все такое розовое, такое обтягивающее и прозрачное. Не просвечивался только пах и, вроде бы, задница. И на том спасибо. Короче, считай - в трусах вышел. Стоило мне показаться, как на меня обернулось пару десятков заинтересованных глаз. А после все дружно заржали, хватаясь за животы и оседая на землю. Первый упал Лер. Вот с... - Что? - недовольно буркнул я, хмуря брови. - Точно, что полюбила и дала! А ты меня любишь, а, Артурочка? - заржал "главарь" оскорблённых, ласково прозванный мною Боровом за вылитую схожесть с этими парнокопытными, на что я показал "фак". - Тебе?! Да ни за какие деньги. - С гейскими наклонностями большинства я уже как-то свыкся. К тому же, пока всё это только в шуточной форме, ведь девушек у нас всего трое в лагере, так что всё ясно-понятно. Спермотоксикоз и перманентный недотрах. - Артэрус, почему ты выглядишь, как продажный юноша? - выгнул бровь наставник, на что я недоуменно вздёрнул бровь. - В смысле? Это же моя форма, нэ? - Это моя одежда, - смущённо прощебетала Лидия, помощница на кухне Мари, невысокая брюнетка с наи-и-вным таким взглядом. Все опять попадали, на что я злился только больше. А когда это кабаноподобное дало "пять" одному из своих шестёрок, я злобно выматерился и пулей залетел обратно в палатку, скидывая с себя это тряпьё и продолжая материться, как сапожник. На самом пикантном зашел Лер, покраснел и отвел взгляд от нагнувшегося меня. Я как раз скинул штаны и взялся натягивать человеческие трусы. - Не обращай внимания на ребят. - Да-да-да, они просто завидуют. Сыт я этим уже по горло! Отстань! И выйди вообще, а то вдруг я стесняюсь?! - Кхм... Да... Хорошо. - Вот кто тут реально стесняется, так это он. И чего это мы такие нежные? Голого парня как будто никогда не видел. А, пофиг. Я жажду мести! И месть моя будет страшна. *** Прошло пару дней, прежде, чем мой план пришел в действие, но оно того стоило! Сначала я говорил с Лидией. Она была беженкой из государства на дальнем жарком востоке, Хорока, где нравы наподобие тех, что в Арабских Эмиратах на моей Родине. Султаны, гаремы, верблюды - всё, как положено. Зато она умела делать краски для одежды и татуировок, знала множество алхимических трактатов и целебных трав, подрабатывая у нас медиком на полставки. Почему она сбежала, особо не распространяется, намекая на то, что не хочет всю жизнь быть рабыней мужчин, но мне и не особо интересно. Я болтал с ней днями напролет, после чего, узнав её любовь к рисованию, вызвался сделать краски. А дальше просто сделал больше, чем надо, предварительно выяснив, насколько хорошо она впитывается в ткань. Будь Лидия не настолько наивной, поняла бы, к чему я клоню. Но теперь она только тихо хихикала, наблюдая за дико матерящимися солдатами, которые проклинали меня, на чём свет стоит, а вся их форма была выкрашена в такой грязно-розовый цвет. Зато постирана. Ну, перепутал я порошок с красителем, с кем не бывает? Чего ж так орать то теперь... - Артэрус! Ты какого беса здесь устроил? - Ну перепутал, я иногда бываю таким забывчивым, - с честными глазами ответил я, положив руку на сердце. - Оно хоть отстирывается? - Концентрат красителя? Да что ты, я ж его на века делал! Тебе идет, кстати. - Беги. - Понял. - Два раза мне повторять не пришлось, и я ломанулся в лес, сцапав за запястье Лидию, чтобы её не задолбали вопросами, как это отстирать. Да смоется оно! Правда, когда они это снимут, будут ходить с розовой кожей, но смоется! Наверное. Я потащил Лидию к деревне, схоронившись в густых кустах от толпы преследователей во всевозможных розовых оттенках, описывающих, что они со мной сделают, если догонят. Хех, не догонят... *** Полдня мы с девушкой провели в деревне, прогуливаясь по главной площади с рядами торгашей, где я стащил полные карманы всякой всячины, в том числе и кисточки для моей невольной помощницы. И только ближе к вечеру, когда воровать было уже нечего, мы вернулись в наш лагерь. За это время мне успели конкретно проесть мозг, какой я плохой, и что так делать нельзя, но в целом всё прошло не так страшно. Как и любая девушка, она прекрасно велась на безделушки. Брюнетка сияла от подарков: кисточки, серьги, колечко с каким-то синим камнем, парочка сладостей, и, уходя, чмокнула меня в щёку. - Ой, ну что Вы, не стоило. Ах. - Засмеялся я, махнув ей рукой на прощание и побрел к своему излюбленному месту. Недалеко от лагеря было большое озеро, где мы купались и иногда, в редкое свободное время, отдыхали. Я просто сидел и кидал в воду камушки, когда услышал приближающиеся шаги. Подкрадываться к вору, серьёзно, что ли?! Выждав, когда тело будет совсем близко, я отскочил в бок, позволяя нападавшему растянуться по песку и зарыться мордой в ил и прибрежные ракушки. - О, Боров, решил перед мальчиками розовым прикидом покрасоваться? - Заулыбался я, подмечая, где у него на поясе нож висит - надо спереть, пока меня этим же ножичком и не прирезали. - Слушай ты, комедиант, твои выходки уже всех достали. - Да-а-а? - хитро сощурился я, пытаясь рассмотреть расположение остальных в сгущающихся сумерках. - Да кончай уже с ним, Брэд, - вот кого-кого, а вечно пофигистичного Ника я здесь увидеть не ожидал. Тёмно-русые волосы до плеч и рост с телосложением, как у меня - казалось бы, ему на всё всегда по фиг. - И ты с ними? Что, тоже считаешь себя жизнью обиженным? - Я бы на твоем месте так не радовался, - хищно оскалился он, и в следующий момент на меня накинули обычную рыбацкую сеть, которую мы раскидываем тут по утру. Вот этого я не предугадал. Как итог, сетку с меня сняли, но я оказался зафиксирован Боровом и еще одним крепышом. Руки до боли выкрутили назад, когда подняли с земли. - Ну и что вы трое задумали? - Устало протянул я. Что-то резко вспоминается подворотня, где меня нашел Хоттабыч, как раз после избиения. Надо было срочно что-то придумать. - О, солнышко, сейчас увидишь, - подмигнул мне блондин, подходя ближе и рывком стягивая с меня штаны. Та-а-ак, SOS, гомосятня прорезается! Выждав, пока он стянет их с ног, я со всего размаху заехал ему коленом по челюсти. Меня усадили на колени, разрывая на мне рубаху. Я пытался сохранять самообладание, все так же продолжая нагло улыбаться, но к горлу медленно подкатывал ком. - Вот сученыш, - Ник залепил мне пощечину. - Дерёшься, как девчонка, - фыркнул я, на что получил удар под рёбра, сгибаясь, насколько позволяло положение распятой бабочки на булавке. Вот пусть лучше бьют, чем свои голубые фантазии в жизнь воплощают - поумнее как-то ничего в голову не пришло. - Знаешь, а я ведь на тебя давно уже засматриваюсь, ты у нас мальчик видный, женственный, языкастый. Прелесть, а не девушка. - О-о-о, спасибо, я откажусь от такого аттракциона невиданной щедрости. Из тебя-то страшненькая девушка, а я предпочитаю сверху. - Заткнись. Тебя тут, как раз таки, никто не спрашивает, - он запустил мне руку в трусы, обхватывая член, на что я дёрнулся. Кожа была грубой и холодной, паника била во все колокола, я уже даже мысленно похоронил честь своей задницы. И кто же знал, что именно на этом моменте нас найдет Лер. - Что здесь происходит? - Холодно отчеканил парень, глядя на всех злым взглядом, особенно задержавшись на мне. Аллё, вообще-то, это я тут жертва! - А мы тут... Плюшками балуемся, - мой язык летит впереди планеты всей. Особенно впереди мозга. - Ещё встретимся, - тихо прошипел мне в лицо блондин, поднимаясь и отряхиваясь. - Да вот, уму разуму учим. Ребята, хватит с него на сегодня, - меня отпустили. Ну за что руки-то всегда страдают, а? Я опёрся ладонями в землю. Наконец-то вернулась способность нормально дышать, и теперь, когда честь моей задницы спасена, пора задуматься о том, что нужно отбивать её самостоятельно. - Ещё раз увижу подобное - вернетесь по домам. - Мы же ничего не сделали. - Вон. - Лер подошел ко мне, когда я уже сел, растирая пострадавшие конечности. - Эй, ты как, чудовище? - Замечательно. Хочешь взять у меня интервью, как себя чувствуют после попытки изнасилования? - Интер... Что? - А, забей. Я в полном порядке. Спасибо, кстати... - я потёр пальцами переносицу, после чего начал натягивать на себя штаны. Хотя, после того, как я без них пару часов куковал на том столбе, чего уже стыдиться то? - Завтра на рассвете мы выдвигаемся. Тебе не безопасно здесь оставаться. - Упс, приплыли. Я тяжело вздохнул, после чего не спеша кивнул. Оставаться здесь действительно стало проблемой.