Поощрение

      — Прыгай в машину, убийца, мы немного прокатимся.       Ниган улыбался, стоя напротив массивного четырёхдверного пикапа «шевроле» грязно-зелёного цвета. Местный механик Рокки недавно приварил к его радиаторной решётке подобие развёрнутого металлического конуса с острыми краями. При столкновении с машиной ходячих разрезало на части, и они соскальзывали вниз, прямо под мощные шины. Раньше место конуса занимала простая колючая проволока, но ходячие часто застревали в ней, и это становилось проблемой, если их было много. Один из мертвяков выбил правую фару.       Ниган назвал пикап Серийным Убийцей Ходячих.       — Я должен был осмотреть ловушки с Дуайтом, — неуверенно протянул хмурый Карл, машинально вытерев перепачканные машинным маслом руки о край рубашки.       — Для этого необязательно три глаза, приятель, двух вполне хватит, — Ниган усмехнулся и нетерпеливо побарабанил пальцами по капоту. — Не заставляй меня повторять дважды.       Карл молча обошёл пикап и сел рядом с водительским сиденьем. Он старался выглядеть невозмутимо и даже спрятал руки в карманы, почувствовав, что пальцы немного подрагивают. Ниган, разумеется, взял его с собой не просто так. Было бы наивно полагать, что мышиная возня Карла в лагере Спасителей — проверка ловушек, чистка оружия и прочие ежедневные хлопоты — удовлетворят Нигана.       Нет, Ниган собирался открыть Карлу новый мир, открыть правду, которую они — вся ничтожная группа Рика Граймса — тщательно избегали. Сделать его «Ниганом».       — Куда мы едем? — нарочито равнодушно спросил Карл, бросив взгляд в зеркало заднего вида. За ними ехала машина с четырьмя вооружёнными людьми. Раз головорезов так мало, значит, цель поездки не представляла особой опасности.       — Скоро узнаешь, — Ниган расплылся в улыбке и подмигнул Карлу, поймав на себе его настороженный взгляд. — Не хочу портить тебе сюрприз. Лучше подержи-ка пока Люсиль. Можешь даже её приласкать, но только нежно.       Карл неохотно вытянул руки и принял биту с такой осторожностью, с какой держал лишь новорождённую Джудит. Только к бите он не испытывал подобного трепета — на самом деле, его сердце бешено заколотилось от нахлынувших воспоминаний. После той ночи ему ещё долго снился свист рассекаемого воздуха, тошнотворное хлюпанье и треск — в кошмарах не было картинок, только звуки и запахи, и это оказалось даже тяжелее. Наверное, так чувствовали себя люди на опознании тела за секунду до того, как узнавали мертвеца. Потом сны прекратились, и Карл испытал облегчение. Он ни о ком не забыл. Придёт день, когда всё останется позади, и он отдаст дань мёртвым.       Верхняя часть биты слегка рассохлась, потемнела от крови и воняла. Этот металлический запах примешивался к кислому запаху проволоки. На нескольких колючках виднелись кусочки засохшей плоти. Карл снял их и вышвырнул в окно.       — Люсиль испачкалась, — зачем-то пояснил он, не глядя в сторону Нигана, — но теперь всё в порядке.       — Ох, Карл, если бы у Люсиль был рот, она бы тебе отсосала! — хохотнул Ниган и потрепал Карла по плечу. — Женщины любят, когда о них заботятся.       — Ну, у настоящей Люсиль рот наверняка был. — Карл дёрнул плечом, словно хотел стряхнуть с него след от прикосновения. — Ты ведь назвал её в честь кого-то, верно?       Карл пытался представить, как выглядела настоящая Люсиль, но упорно видел в ней монстра из кошмара: с желтоватыми волосами, вымоченными в крови, и металлическими зубами.       — Ну-ну, не стоит ревновать. — Ниган круто повернул руль вправо, и они выехали из леса на пустынную трассу, тянущуюся на многие мили вперёд. — Та Люсиль уже давно танцует ангелам свой самый горячий стриптиз. К тому же, я ведь назвал в твою честь целый пикап.       Карл недовольно поджал губы и отвернулся. Ниган насмехался над ним, постоянно. Поддевал, дразнил, и то обращался, как с неразумным ребёнком, то хвалил так, словно в самом деле видел в Карле жестокого убийцу. Даже выполняя мелкие поручения Спасителей или прочёсывая лес с Дуайтом, Карл старался изо всех сил — не чтобы угодить Нигану, а чтобы понять, что его ждёт за успехи — или провалы. Будет ли Ниган и дальше так снисходителен и внимателен, или потеряет к Карлу всякий интерес, убедившись, что тот отлично вписался в систему.       Карл резко выпал из размышлений и схватился за сиденье, когда машина на полном ходу сбила двух ходячих. Они неестественно легко отлетели вправо, бессильно чиркнув загнутыми, одеревеневшими пальцами по капоту. Двое ходячих, связанных друг с другом верёвкой. Женщина в замызганном красном платье и подросток. Его патлатая голова отлетела и врезалась в дерево, будто шар для кегельбана. Кто-то связал их ради забавы, уже мёртвых, или они прошли так много миль, прежде чем выбились из сил и попались ходячим?..       — Это Морганы, — пояснил Ниган, как ни в чём не бывало, и немного сбавил скорость.       — Ты знал их? — удивился Карл, отчего-то живо представив, что сейчас тот назовёт женщину в красном «настоящей Люсиль».       — Похоже, что они носят бейджики с именами? — усмехнулся Ниган и просигналил парням сзади, чтобы те обогнали пикап. — Ты, верно, подумал, почему эти двое слоняются тут, как связанные пуповиной младенцы, и чьих рук это дело… А, чёрт, вот мы и на месте.       Карл поначалу не понял, куда они приехали. Небольшой брусчатый дом, обнесённый изгородью из колючей проволоки, выглядел полуразрушенным и опустевшим. Вокруг ограды по периметру кто-то вырыл довольно глубокий ров, истыканный заострёнными кольями. Для людей эта ловушка не представляла опасности, а вот ходячих бы остановила.       — Каин, старый ты хрыч, а ну вылезай из своей берлоги, ты же знаешь, что мы здесь! — грубо выкрикнул Мартин, один из Спасителей, ударив прикладом автомата по прибитой к ограде железяке.       Словно дождавшись команды, из дома вразвалочку вышел высокий худощавый старик с клочковатой бородой, грязный, одетый в рванину, сквозь которую просвечивало его бурое тело. Карл поневоле потянулся за пистолетом, потому что на миг ему показалось, будто перед ним ходячий. Но этот яростный звериный взгляд мог принадлежать только живому человеку.       — Обираете меня прям по расписанию! — скрипучим голосом проворчал Каин и недовольно закачал головой.       Он вдруг замер и прищурился, вглядываясь вперёд. Вероятно, старик лишь сейчас заметил Нигана, вальяжно прислонившегося к распахнутой дверце пикапа. Карл медленно вылез с другой стороны, не забыв захватить с собой биту. По одобрительному кивку Нигана он понял, что должен нести Люсиль.       — Вы приехали! — голос Каина изменился до неузнаваемости, став мягким и подобострастным, даже трескучесть куда-то испарилась. — Я просто не знал. Припасы готовы, но я не знал, что вы лично…       — Не стоит так переживать, Каин. — Ниган театрально развёл руками, демонстрируя, что у него нет оружия, и неспешно пошёл вперёд. — Ты старый осторожный хрен и всегда делаешь запасы вовремя. Я тут просто выгуливаю молодняк.       Карл понимал, что представление началось, но не знал, какую роль ему отвёл Ниган. Он вдруг заметил, что стоит по правую руку от него, крепко стискивая биту. Словно мальчик, подносящий клюшки в гольфе. Остальные парни стояли полукругом и держали пушки наготове, ожидая приказа.       — Да, припасы, припасы, — в глазах старика мелькнуло нескрываемое сожаление, — четыре ящика, как договаривались, но как же сложно, как же сложно было на этот раз, звери уходят, теперь живых они боятся даже больше мёртвых… Судный день уже близок…       Карл не хотел слушать мерзкое бормотанье старика и решительно шагнул вперёд, к дому, расположенному в глубине огороженного участка. Ниган не стал его останавливать, но наверняка провожал насмешливым цепким взглядом. Двое Спасителей занялись ящиками, набитыми тушками убитых зверей, остальные следили за окрестностями.       Издали Карлу показалось, что за грязной тряпкой, заменяющей в этой развалюхе занавески, мелькнула чья-то тень, но он списал всё на солнечные блики. Чем ближе он подходил к дому, тем удушливее становилась вонь — мерзкое амбре тухлого мяса, застарелого пота, мочи и чего-то не менее тошнотворного. Карл бы развернулся и ушёл, если бы дверь вдруг не распахнулась.       — Кто там? — Карл выставил руку с пистолетом, стараясь разглядеть что-то в кромешной темноте дверного проёма. В другой руке он всё ещё держал биту, убеждённый, что Ниган не простит его, если Люсиль окажется брошенной в грязь. — Выходи на свет!       Карл опешил, когда из дома буквально вывалились люди. Их было семеро, и поначалу Карл даже не мог сообразить, какого они возраста и пола. Все как один грязные, с длинными сальными волосами, в бесформенной рабочей одежде и грубых ботинках на толстой подошве. Парочка, как показалось Карлу, была примерно его возраста, остальные старше, даже две совсем взрослые женщины, парней всего двое. Все буравили его своими страшными дикими глазами, чёрными, как дёготь, и молчали.       — Вы… семья того старика? Внуки? Или… Дети? — Карла вдруг озарила не самая приятная догадка.       — Дети, — то ли передразнила, то ли бездумно повторила одна из девочек, неестественно вывернув шею. — Дети!       — А где ваша мама? — Карл неуверенно кивнул в сторону дома. — Она внутри? Там есть ещё люди?       Вместо ответа девочка замотала головой и ткнула пальцем в грудь девушки постарше:       — Мама!       Та захихикала и толкнула в плечо одну из женщин.       — Мама!       Они продолжали эту странную игру, и Карл не понимал, говорят ли они правду, или просто пудрят ему мозги. Может, у них самих мозгов совсем не осталось. Живут в такой глуши, в жутком смраде, с безумным стариком…       «Выводок», — вдруг пришло Карлу в голову.       Волчий выводок, выбежавший из укрытия. Пугающе похожие друг на друга и дикие.       Дверь вновь тихо скрипнула, и из дома осторожно вышел ребёнок лет трёх — девочка с кудрявыми тёмными волосами и пронзительно-голубыми глазами. Она молчала, но смотрела удивительно осмысленно, и её появление вдруг успокоило Карла. Дикие или нет, это всё ещё были люди. Он зажал биту подмышкой и принялся неловко шарить в карманах, вытряхнул конфету — как-то угостила одна из жён Нигана, Нина. Карл сохранил её, думая о Джудит, но этот ребёнок сладкое явно видел реже, если видел вообще.       — На, возьми. — Карл протянул ей конфету, запоздало подумав, что было не лучшей идеей угощать малышку при остальных, но они не проявили к сладкому никакого интереса, даже как-то брезгливо поморщились. — Это вкусно, попробуй.       Девочка подставила ладони, и Карл опустил в них конфету.       — Какой добрый мальчик, — проворковал кто-то под ухом, и Карл вздрогнул и обернулся, моментально вскинув оружие.       — Тише-тише, — одна из старших девушек чуть отпрянула и улыбнулась. — Мальчик не обижает девочек, правда же?       — Я думал, вы не разговариваете, — хмуро ответил Карл, почему-то не спеша убирать пистолет.       — Не все, — она гордо встряхнула слипшимися волосами и лёгкой кошачьей походкой обогнула Карла, — меня отец научил и читать, и немного писать. А ты умеешь читать?       — Умею, конечно. — Карл дёрнул плечом и немного отошёл назад, чувствуя, как живое любопытное кольцо вокруг опасно сужается. — Этот старик правда ваш отец?       — Папа нас любит, — гордо сообщила девушка. — Ты ведь тоже пришёл сюда со своим отцом?       — Он мне не отец!       Раздосадованный Карл хотел добавить что-то ещё, но его отвлёк неясный шум позади. Странный глухой треск и щелчки, словно кто-то бешено переключал тугое реле. Дальние кусты зашевелились, и из них высыпало почти три десятка ходячих. Ходячих, на чьих поясах болтались обрезанные верёвки. Их челюсти были плотно обмотаны широким скотчем, отчего мертвяки не могли издавать свои обычные протяжные хрипы.       — Трупаки вырвались! — испуганно воскликнула дикая. — Прорвали загородку! Не стой столбом, мальчик!       — Быстро хватайте лопаты и на подмогу! — визгливым голосом приказал Каин, отбегая к дальнему заграждению. — Живее, помогайте!       Выводок неожиданно прытко сначала нырнул в темноту дома, а затем, выбежав оттуда с лопатами, направился в сторону ходячих. Настоящего оружия у них почему-то не оказалось: либо дикие ничего не боялись, либо, что вероятнее, Спасители всё у них отняли. Карл сомневался, что их помощь вообще пригодится: Спасители были вооружены до зубов и имели приличный запас патронов, даже эффект неожиданности не сбил бы их с толку.       Эффект неожиданности… Разрубленные верёвки, синхронность, с которой ходячие высыпали из леса, их крепко обмотанные челюсти, чтобы заглушить звуки… Карл вообще не понимал, на что рассчитывал безумный старик.       А потом заметил. Руки диких, сжимающие лопаты. До сих пор они не показывали их, держа за спиной или в карманах, и Карлу это казалось проявлением робости или страха. Теперь он отчётливо видел, что все ладони и длинные, давно не стриженные ногти перепачканы гнилью и чёрной кровью — ходячих, разумеется. Карлу такое уже встречалось. Из-за общей вони он не обратил внимания на запах.       — Ногти, они же…       Карл не успел договорить, неожиданно почувствовав сильный толчок в спину, и рухнул на землю. Пистолет отлетел в сторону вместе с Люсиль. Карл резко перевернулся и едва успел схватить будто спятившую дикую за руки, которыми она пыталась выцарапать ему единственный глаз. А ведь из дома точно вышли семеро — выходит, внутри скрывался кто-то ещё, и Карл не заметил, что разговорчивой дикой среди них нет.       Он отчаянно боролся, понимая, что первая же глубокая царапина станет фатальной, и нужно выждать момент. Было так глупо целиком полагаться на оружие. Девчонка оказалась неожиданно жилистой и сильной, пиналась, вертелась ужом, отчаянно дёргалась, хрипя, будто раненый зверь.       На долю секунды Карла даже охватило сомнение. Почему он защищается, почему его колотит от ярости? Пусть они убьют Нигана и всех остальных, пусть убьют даже его самого. И всё кончится. Звери победят людей, как победили ходячие.       — Тише, гадёныш, тише, — прошипела дикая, пытаясь вырвать хотя бы одну руку из его захвата, — сдохни уже наконец!       — Ты не понимаешь! — невпопад выкрикнул запыхавшийся Карл и, изловчившись, пнул её ногой в живот, отбросив в сторону. — Я не такой, как они!       Карл взглядом поискал пистолет — нашёл в паре метров от себя и кинулся к оружию, пока его не опередили.       — Такой же! — с ненавистью крикнула ему в спину дикая, поднимаясь на ноги и готовясь к прыжку. — Смотришь так же! Монстр!       Карл развернулся и выстрелил. Дикая пошатнулась, не устояла на ногах и упала, нелепо подвернув ногу.       Звери не победят. Только не сегодня.       Карл побежал к Нигану и остальным Спасителям. Ниган, как всегда, красовался. Отстреливал ходячих, будто бутылки в тире. Смеялся, шутливо разминал якобы затёкшую руку и стрелял вновь. А дикие бестолково кружили вокруг, вскрикивали, словно боялись. Дикие, которые отлавливали самых осторожных лесных животных, которые держали ходячих в загонах и даже наловчились обматывать им челюсти и руки… Они просто ждали, когда Спасители разделаются с основной частью ходячих, чтобы подобраться ближе. Иначе, стоило им ранить кого-то, как в возникшей суматохе оставшиеся мертвяки набросились бы на свежее мясо.       — Руки, их руки! — заорал Карл, понимая, что не сможет прицелиться на ходу. — Они хотят заразить всех!       Он остановился и вскинул оружие. Одна из диких, поняв, что всё кончено, с визгом напала на Мартина — он стоял к ней ближе всех — и принялась полосовать его лицо ногтями, пока Боб выстрелом не снёс ей полчерепа. Парень — жилистый, ловкий, быстрый, — в этот момент двигался к Нигану со спины. Карл прицелился.       На мгновение его мишенью стал Ниган. Люсиль ему больше бы не помогла. А вот трое оставшихся в живых Спасителей… Они бы отомстили. Особенно Боб. Он боготворил Нигана. Даже ни с кем не говорил, кроме него.       Карл выстрелил, и дикий молча, обречённо и медленно, как в кино, упал на землю.       Ниган подмигнул Карлу и поманил рукой. Но тот предпочёл сначала вернуться за Люсиль.       — Прости, та бешеная выбила у меня оружие, — буркнул Карл, раздражённо протягивая биту.       — Но ты же ей отомстил, а, убийца? — Ниган довольно осматривал поле боя.       Ходячие, которыми стали убитые дикие, были такими грязными и вонючими, что почти не отличались от тех, что пришли из леса.       — Она мертва, — коротко ответил Карл и обернулся в поисках старика.       Каин сидел на корточках возле изгороди и молча скалился, будто животное, обнажая удивительно ровные белые зубы. Его выпученные глаза неотрывно смотрели в одну точку.       Боб критическим взглядом осматривал Мартина, который выглядел, как побитая собака, нервно трогая испещрённое царапинами лицо.       — Хочешь, Карл? — с улыбкой спросил Ниган, и Карлу даже не нужно было смотреть на него, чтобы понять, о чём речь.       — Нет, не хочу.       — Сегодня не буду настаивать, пацан. — Ниган положил Люсиль на плечо и неторопливо зашагал к Каину. — Мне же больше достанется.       Карл отрешённо смотрел на ходячих — на свежих, на старых, на тех, что затихли навсегда, и тех, что ещё слабо шевелились, ожидая упокоения. Он хотел убить старика. Не за предательство Спасителей, не за подлое нападение — а за то, что тот сотворил с людьми. По их возрасту и некоторым приметам Карл понимал, что случившееся здесь развернулось ещё задолго до того, как старый мир кончился — они просто хорошо вписались, эти Морганы.       — Каин-Каин. — Ниган остановился напротив старика, широко расставив ноги. Он неспешно насвистывал знакомый мотив, и Карл почувствовал, как холодеют руки.       Всё повторялось. Только на этот раз он стоял за спиной Нигана, а испуганный человек, ползающий перед ним на коленях, был ему никто. Даже враг.       — Ты таки оправдал своё имечко, старый хрен. Это было чертовски здорово! Я давно так не веселился!       Каин смотрел на Нигана исподлобья, напряжённо и зло, будто был готов вцепиться ему в глотку. А потом Карл опустил взгляд и брезгливо скривился. Старик просто обмочился от страха, и грязно-жёлтая струя текла по его бледным ногам.       Карл низко надвинул шляпу и стоял так, не видя, но слыша всё, что делает Ниган. На сегодня с него хватило.       Когда всё было кончено, Карл молча направился к пикапу, как вдруг его прошила мысль. Он обернулся и принялся бешено озираться.       — Что такое, приятель, потерял подружку? — поинтересовался Ниган, бережно отряхнув Люсиль от остатка чужих мозгов.       Карл ринулся к дому, глубоко задержал дыхание и зашёл внутрь. Глаз тут же заслезился, но, к счастью, Карл быстро нашёл то, что искал.       — Срань господня, парень, — Ниган восхищённо присвистнул, — так ты не подружку искал, а новую сестрёнку? По-моему, твоя настоящая гораздо милее на мордашку.       — Мы её заберём, — утвердительно произнёс Карл, держа на руках трёхлетнюю девочку. Та не сопротивлялась и всё ещё усердно обсасывала конфету. — Она же девочка, а девочки ценятся, верно? В Святилище есть женщины, они о ней позаботятся. Она вырастет и станет помогать. Она не дикая.       — А может, даже станет моей женой однажды, — Ниган пощекотал девчонку под подбородком, словно щеночка, — назову её Покахонтас.       — Иди к чёрту, старый извращенец, — пробормотал Карл и пошёл к пикапу.       — Босс, — вымученно произнёс Мартин, ощупывая разодранную щёку, — мы ведь как-то решим мою проблему, верно?       — Ну конечно, друг мой, — Ниган с широкой улыбкой похлопал его по плечу. — Ты отлично трудился на общее благо, Мартин. Я это ценю.       Здоровяк Мартин робко улыбнулся. С такой улыбкой он и остался лежать в грязи, когда машины покинули это место.       Карл уложил уснувшую девочку на заднее сиденье и снова сел впереди, хотя и сам бы сейчас с удовольствием вырубился. Они ехали в тишине, не считая того, что Ниган изредка что-то насвистывал себе под нос, как всегда в отличном настроении.       Они снова проехали мимо того места, где Ниган сбил двух ходячих.       — Ты ведь знал, что так будет, — не выдержал Карл и раздражённо стукнул кулаком по бардачку.       — Может быть, — Ниган бросил на него внимательный взгляд и улыбнулся. — Некоторые вещи неизбежны, как оргазм. Хотя я честно пытался продлить нашу маленькую прелюдию.       Карл некоторое время молчал, собираясь с мыслями.       — Морганы, — наконец сказал он и поднял голову. — Что они были за люди?       — О, они не были людьми, ты же видел, пацан, уже давно нет, — Ниган хмыкнул и правой рукой потрепал Карла по волосам.       Карл лишь недовольно дёрнулся. С той ночи, когда он пришёл за наказанием, Ниган больше его не трогал — даже от своих нарочитых объятий избавил. Карл не понимал, что творится у Нигана в голове, и ещё больше боялся заглянуть в свою собственную. В конце концов, Карл решил, что слишком накрутил себя, и всё, что между ними произошло — лишь случайность, которая не имела значения. Ниган едва замечал его в последнее время, но сегодня почему-то вновь источал благодушие и ненавязчиво вторгался в личное пространство, и Карл невольно спрашивал себя, почему. Может, Нигана обрадовало, что сопливый подросток, которого он взял под крыло — не бесполезный кусок мяса, а солдат, который способен не только бросаться пустыми угрозами. Подобные мысли злили Карла и одновременно вселяли странную надежду, которой он боялся и стыдился.       — И всё же, — упрямо повторил Карл.       — Старик — давным-давно свихнувшийся фанатик. Всё грезил о конце света, пугал всех, а когда его предсказания странным образом сбылись, пересрал больше всех и удрапал, прихватив жену, в глушь. Его жена отмучилась, оставив дочь, и позже, когда пришло время, он её обрюхатил. А потом и её дочь. Схему ты понял, малыш. Может, Морганы бы расплодились по всей земле, да только хер старику явно отказал. И даже этому старому пердуну я предоставил шанс — шанс присоединиться к цивилизации. Их охотничьи навыки и изобретательность меня тронули. Я думал, эти волки послужат людям на славу. Знаешь, как они охотились, Карл? Брали ходячих, связывали их парой и, привязав к толстой палке, пускали вперёд. Те отпугивали других ходячих, а вот многие звери трупаков бояться переставали. Где они обычно брали ходячих? О, ты правда хочешь знать, Карл?       — Не хочу, — мрачно буркнул Карл.       — Не всех детей старик считал пригодными для охоты, — словно не услышав его, ответил Ниган, — так что находил для них работу в «упряжке»… Ну, из некоторых обезьян палка не может сделать человека.       — Ты хотел мне это показать, — хмыкнул Карл и развернулся боком, разглядывая хищный профиль Нигана. — Хотел показать, что есть кто-то хуже тебя, кто-то, не играющий по правилам. Но это не так. Они почти звери, но ты — человек. И, будучи человеком, ты самый грёбаный мудак из всех, что я видел. А я повидал всяких!       — Ты бросаешь мне вызов или отчитываешь, как разочаровавшаяся мамаша? — Ниган хохотнул и окинул Карла взглядом, в одинаковой степени выражающим и восторг, и жестокое превосходство. — Я взял тебя, чтобы ты попривык к нашей работе, освоился. Мне не нужно доказывать, что я лучший, Карл. Потому что я единственный. Я Ниган. Как и все мы теперь.       Карл уже почти не слушал его, погруженный в себя. Сегодня он просто защищал свою жизнь, поставив её превыше всего. Мысли о мести не исчезли, а лишь утихли, осели на самое дно. И Карл впервые не испытывал мучительного стыда.       — Ты и сам мог подстрелить того парня, — спокойно заметил Карл. — Но ждал, когда это сделаю я. Ты был уверен, что я не вышибу мозги тебе.       — Конечно, нет. Мы же друзья, разве не так, ковбой? — Ниган состроил страдальческую гримасу, но, заметив мрачное выражение лица Карла, хмыкнул и лениво потёр переносицу, отняв одну руку от руля. — Ты должен был сделать то, что правильно. Так учил тебя твой почти-преподобный-папаша. К тому же, промахнись ты — и всё было бы кончено. Кто знает, чьё лицо Люсиль оседлала бы на этот раз. Может, как раз твоего папаши, хотя мне он нравится, чёрт побери. Воспитал для меня отличного головореза. Нет, пацан, к моему убийству ты не подошёл бы так легкомысленно. Ты же серийник, а не обесчещенная монашка.       — Верно, — кивнул обозлённый Карл и выглянул в окно, — легкомысленно я не подойду. Кстати, мне ведь что-то полагается за сегодняшнее?       — А-а, рад, что ты спросил, — улыбнулся Ниган. — Завалил двоих, да ещё так героически бросился наперерез моим убийцам. Прямо хренов волк, отгоняющий от своей добычи медведей. За это полагается кое-какая награда.       — Награда, значит, — медленно, будто по слогам, произнёс Карл. — Выбирать между овощами на ужин и комнатой побольше?       — Я что, кажусь тебе таким жадным? — Ниган дурачился, говорил с Карлом так, словно они были закадычными друзьями, напарниками, съевшими вместе не один пуд соли. И наблюдал, постоянно наблюдал, ловил реакцию Карла, словно ждал чего-то. — Просто не наглей, пацан, ты же помнишь — мне не нравятся наглые.       — Мне плевать, нравлюсь я тебе или нет, — спокойно пробормотал Карл и откинулся на спинку сиденья.       — Неужели? — насмешливо спросил Ниган. Карл хотел было что-то сказать, но захлопнул рот и, разозлившись, отвернулся к окну, чувствуя, как к щекам приливает краска. Остаток пути они проехали в тишине.

***

      — Это нельзя есть, Мэри. Оно только выглядит, как кролик. — Карл устало вздохнул и вытянул из цепких рук ребёнка застиранную игрушку с оторванным ухом и лапой. — Лучше придумай ему имя. Имя, понимаешь? Я — Карл, ты — Мэри, а он…       — Мистер Засранец, — предложил Дуайт, возникнув в дверном проёме, и насмешливо уставился на Карла. — Вон, у него весь зад в каком-то дерьме.       — Это кровь, в простой воде не отстиралась, — угрюмо ответил Карл и поднялся. — Тебе какое дело?       Малышка диких на удивление быстро освоилась, почти не капризничала и ела всё подряд, но совсем не разговаривала. Только издавала мычащие звуки, когда была чем-то недовольна. Ниган сказал, что если она не заговорит к его дню рождения и не скажет «папочка», он отнесёт её обратно в лес. Карл не был уверен, что Ниган исполнит обещание, но всё же иногда возился с Мэри, безрезультатно пытаясь добиться от неё хоть пары слов.       — До того, что ты нянькой подрабатываешь? Никакого, в свободное время хоть дрочи до посинения, обычно твои ровесники так себя развлекают. Я зашёл сказать, что наша с тобой завтрашняя вылазка отменяется.       — Почему? — удивился Карл и машинально поправил шляпу. — Нас кто-то подменит?       — Да, Бобби с Луизой. На нас у Нигана другие планы. Завтра мы наведаемся в Александрию.       — Вот как, — Карл с трудом сохранил прежнее выражение лица, — он не говорил. Но ведь до сбора припасов ещё две недели. Он изменил сроки?       — Нигану не нужен специальный повод, чтобы посетить свою территорию, — Дуайт хмыкнул и задумчиво покачал головой, — но повод, скорее всего, есть.       — Ясно. — Карл машинально погладил возящуюся на полу Мэри по волосам и направился к выходу.       — И прими-ка ты душ, — поморщившись, бросил ему вслед Дуайт. — Воняешь, как носки моего покойного деда.       — Иди нахрен, Дуайт, — пробормотал Карл, не особо беспокоясь, услышал его тот или нет.       Карл боялся, что кто-то снова бросил Нигану вызов. Напал на блокпост, попытался убить одного из Спасителей, отказался выполнять поручение. Задумал неудачный переворот. Впрочем, намечайся что-то серьёзное, Ниган собрал бы своих людей для показательной казни.       — Ты не знаешь, где Ниган? — спросил Карл у попавшейся ему на пути Луизы, которая устало тащила винтовку обратно на склад.       — Отправился к жёнам, — пожав плечами, сообщила Луиза, и скользнула по Карлу любопытным взглядом.       Она всегда вела себя подчёркнуто нейтрально, но всё же иногда в её взгляде Карл замечал нечто такое, отчего ему хотелось провалиться под землю от стыда.       — Угу, спасибо. Не дай завтра Бобби погромить все наши ловушки, у него глаза на заднице.       Луиза шутливо отсалютовала, и они разошлись.       Карл быстро привык к своей новой игре. Он даже не думал, что у него будет получаться так складно врать. Хотя, возможно, это и не было враньём: новый Карл в самом деле интересовался ловушками, нанесённому лагерю урону, добыче, охоте, свежим поставкам, сохранностью костлявой задницы упёртого Дуайта. Говорил и вёл себя так, будто был одним из них — Ниганом, расчётливым, жестоким и получающим удовлетворение от происходящего. Отец бы так не поступил, конечно. По иронии судьбы, он подчинился правилам только потому, что был главным. И отвечал за всех людей в Александрии.       Ниган был не прав: Карл совсем не сын своего отца. У него нет стойкости и упрямства Рика Граймса. Пусть отец и выглядел сломленным, но это не так, Карл точно знал: отец отомстит. Он выиграет, как обычно. Даже если потеряет кого-то ещё.       Может, поэтому Карл так отчаянно хотел опередить его.       Он сам не понял, что дошёл до дверей, ведущих в комнату жён. За ними слышался наигранный, чересчур высокий женский смех, шорох ткани, скрип дивана, затем ещё и… Поняв, что происходит в комнате, Карл бездумно пнул дверь носком ботинка, а потом быстро ушёл, не оглядываясь.       Карл с трудом дождался ночи, так ни разу и не сомкнув глаз. Он только торопливо помылся вечером — облился почти ледяной водой, хотя в дальних помещениях работал душ с тёплой водой — и сменил одежду. Старая слишком провоняла ходячими. Новая рубашка оказалась ему большевата, поэтому он закатал рукава, а длинные края так и оставил болтаться.       У Нигана было что-то вроде лёгкой бессонницы — во-всяком случае, другой причины Карл не придумал. Ниган никогда не выглядел уставшим или невыспавшимся. Но некоторые ночи он проводил в том самом закрытом цехе, напиваясь в полном одиночестве. Наверное, иногда он всё же дремал. В крыше цеха зияла небольшая дыра, которую специально не латали. Сквозь неё виднелся кусок неба, а иногда — луна, яркая, как серебряная монета. Может, в душе Ниган был грёбаным романтиком, а может, только так он мог расслабиться и забыться. Если такие, как он, вообще нуждались в забытье. Было ли у Нигана в прошлом что-то, чего он не хотел вспоминать, или делиться этими воспоминаниями с кем-то? Карл не знал, но очень хотел узнать. Хотел отыскать в прошлом Нигана брешь, которую можно расширить. Потому что в настоящем таких брешей, похоже, не существовало. Хранил ли Ниган, подобно чокнутому Губернатору, своего «ходячего в шкафу»?       — А я уж думал, ты меня больше не навестишь. — Ниган раскинулся на кушетке, заложив руки за головой. Подмышкой у него была бутылка пива, а справа внизу лежала Люсиль, вечная спутница. — Пришёл что-то спросить, или, может, сказку на ночь послушать?       Ниган явно ждал вопроса об Александрии, и его улыбка — мягкая, нарочито добродушная, — словно намекала, что никаких секретов у Карла быть не может. Всё на виду, всё общее, потому что принадлежит Нигану — а все вокруг и есть Ниган.       — Не думаю, что после твоих сказок можно уснуть, — хмыкнул Карл и уверенно подошёл ближе, отпихнул ботинком пустую бутылку. — Почему ты напиваешься тут один?       — Почему напиваюсь, или почему делаю это один, что тебе любопытнее? — Ниган расплылся в широкой улыбке и поманил Карла двумя пальцами. — Спорим, первое?       — Со вторым и так всё ясно, — Карл небрежно пожал плечами и присел на самый край кушетки, — тебя все боятся.       — О, ну что ты, Карл, я же не какой-то там бешеный серийник, — Ниган подмигнул Карлу и отпил из горла, а затем протянул ему бутылку. — Они меня уважают, а это совсем другое. Ты можешь молиться своему богу, но не будешь распивать с ним пиво на крыльце, жалуясь на низкую зарплату.       — Ты не бог, — фыркнул Карл и неуверенно принял бутылку, но, поймав на себе насмешливый взгляд Нигана, быстро отпил и, чуть не поперхнувшись, вернул пиво обратно.       — Конечно, нет, — Ниган словно невзначай лизнул горлышко бутылки, и только потом сделал глоток. — Я куда более реален.       Карлу не нравилось, какое настроение приобретала их встреча. Он мялся и злился на себя за это, каждый раз ища момент, чтобы перехватить инициативу.       — Если так, то ты выслушаешь мою просьбу. Награда, помнишь? — пробормотал Карл и заставил себя взглянуть Нигану в глаза.       — Думаю, ты сюда в два ночи не за порцией овощей пришёл, парень, — Ниган коротко хохотнул и уставился на Карла как-то иначе, с любопытством. — Ну, что ты там снова выдумал, головорез?       — Глаз, — жёстко ответил Карл.       — Кажется, это называют дежа-вю, — улыбка на мгновение исчезла, и за напускной расслабленностью Нигана проступил живой интерес.       — Хочу, чтобы ты дотронулся до него. Как тогда, — Карл медленно и чётко проговаривал каждое слово, боясь, что голос предательски дрогнет в неподходящий момент. Поэтому закончил он особенно громко: — Или для этого мне следовало перестрелять их всех?       — Карл-Карл, хитрый ты засранец, — Ниган откинул голову и расхохотался. Когда он вновь взглянул на Карла, в его взгляде плескались веселье и азарт. — Я-то думал, ты просто хорошенько усвоил урок.       Карл оцепенело молчал, не понимая, что значит ответ Нигана: да, нет, ему просто смешно? Он хотел встать и уйти прочь, но Ниган, словно учуяв перемену в настроении, ухватил Карла за руку.       — В прошлый раз на твоей мордашке читался такой ужас, что я почти пожалел тебя… Но ты так мужественно терпел, так сжимал кулаки, что я не устоял, чёрт побери! Словно начал разворачивать рождественский подарок раньше срока, подглядеть, что там внутри. Ты так делал?       — Не помню, — пробормотал Карл, чувствуя, как тяжёлая ладонь Нигана скользит по его щеке, заводит отросшие непослушные волосы за ухо, стягивает самодельную повязку, которую Дуайт всё же смастерил для него, чтобы потом «не ковыряться в гнойной глазнице». — Может быть.       — Ох, Карл, ты там уже не «целка», но во второй раз это так же круто, как и в первый! — Ниган прошептал это Карлу на ухо, пока его палец мягко скользил вдоль впадины. — Тебе понравилось, что я проделал с твоей дыркой, верно?       Карл почти не слушал его похабных комментариев, иначе ему бы снесло крышу гораздо раньше. Он всё так же сидел на кушетке, с трудом опираясь на руки, а Ниган уже стоял над ним, то слегка погружая пальцы в глазницу, то вытаскивая их наружу. Будто в самом деле трахал её. Карл сглотнул, ощущая невыносимый жар. Хотелось расстегнуть рубашку, швырнуть её прочь, но ещё сильнее ему хотелось дотронуться до своего члена. Голова была словно забита ватой, в паху пульсировало, и Карл вновь почувствовал себя глупым подростком, застуканным за чем-то мерзким. Впрочем, он им и был.       Карл медленно, будто не до конца осознавая, что делает, расстегнул Нигану ремень и молнию, чувствуя сквозь ткань его пока ещё слабый стояк. Ниган молчал, но второй рукой крепче стиснул его плечо, словно направляя.       Он не хотел смотреть Нигану в лицо, не хотел знать, как тот на него смотрит. Карл несколько раз неуверенно облизал головку, а потом закрыл глаз и принялся сосать, торопливо и неумело. Он с трудом перебарывал тошноту, когда головка члена толкалась слишком глубоко, но не останавливался, одной рукой быстро лаская себя.       — Смотри на меня, — хрипло произнёс Ниган, стягивая его волосы на затылке в кулак.       И Карл смотрел. Ниган ласкал его глазницу, опускался пальцами ниже, к открытой шее, а потом вновь возвращался к впадине, обводя её по кругу. Он резко двигал бёдрами, уже почти трахая Карла в рот, но в последний момент вдруг отстранился, и Карл почувствовал горячее и мокрое прикосновение к щеке с той стороны, где у него не было глаза. Ниган просто слегка тёрся об неё членом. Ласкал так же, как пальцами только что.       — Я могу показать тебе ещё много интересного, мальчик мой, — Ниган неторопливо облизал губы, — но это обойдётся тебе немного дороже.       Карл машинально оттолкнул его одной рукой, почти до боли оттянул плоть и кончил, с шумом выдохнув сквозь зубы. Сердце бешено колотилось, а голова была абсолютно пуста. Он тяжело дышал, пытаясь выдавить из себя хоть слово.       — Н-не сегодня. — Карл утёр губы и с вызовом уставился на Нигана. — Ты и так… показал достаточно.       — Какой же ты упрямый, Карл, — Ниган взъерошил ему волосы, задержал ладонь на затылке, — тогда будь хорошим мальчиком и закончи начатое.       Карл небрежно, словно пять минут назад это не он отсасывал Нигану, обхватил его член и принялся быстро двигать рукой, лишь слегка облизывая головку.       — Ох уж эти подростки, — выдохнул Ниган, мягко протолкнув член глубже, — куда подевалось всё твоё рвение, убийца?       Карл почувствовал, как в рот брызнуло что-то тёплое, и отшатнулся, закашлявшись и выплюнув всё на бетонный пол. Он некоторое время сидел на корточках, отплёвываясь, а потом посмотрел на Нигана, спокойно и будто бы безразлично.       — Немного не рассчитал силы. — Карл пожал плечами и медленно поднялся, чтобы застегнуть штаны. — Но ты ведь этого и хотел.       Карл развернулся и направился к выходу.       — Я тебя не отпускал, Карл.       — Ты меня и не приглашал. Ночью я не твой солдатик, Ниган.       — Ночью или днём, ты всё равно мой, парень. Как твой папаша, как вся твоя скулящая, жалкая группа. Не забывай об этом.       Карл застыл возле двери, стоя к Нигану спиной. Нотки в его голосе казались всё такими же насмешливыми, но сквозь них прорывалось и нечто другое, глубокое и опасное. Возможно, Ниган злился. Возможно, ему просто снова стало скучно.       — Почему мы едем завтра в Александрию?       — Ты так возился с этой малышкой, — судя по скрипу, Ниган вновь опустился на кушетку, — так нянчился с ней все эти дни, что я подумал, ты соскучился по своей семье, но слишком гордый, чтобы попросить меня о встрече. Вот мы и навестим твоего папашу и крошку Джудит. Разве не здорово?       Карл с горечью подумал, сколько ещё раз Ниган сможет причинить ему боль просто напоминанием о том, что отнял у него. Карл медленно выдохнул и обернулся, копируя улыбку Нигана.        — Спасибо за заботу. Не зря же я выбрал тебя.