Время бури не может пройти

Решение, забрезжившее в воспаленном сознании Жади еще не обрело своего окончательного, пошагового, четко выверенного вида, но она для себя уже поставила определенные вешки: «С детьми я не расстанусь ни при каких обстоятельствах – значит необходимо обеспечить невозможность нарушения мужем пункта договора о расторжении брака, ведь так или иначе в штате фирмы Саида Рашида целый отдел квалифицированных юристов. Жить с мужем придется в одном доме, так как я не собираюсь наносить Хадиже удар тогда, когда она поверила во вновь обретенную семью, да и малыша Саида я не собираюсь оставить без отца, так как на Востоке в первую очередь спрашивают «кто твой отец» - к сожалению, мать никого не интересует. Мой малыш не будет безродным. НО! Быть женой в полном смысле этого слова, то есть исполнять супружеский долг, в отношении мужа я категорически не смогу. Значит необходимо расставить все акценты в ближайшие дни – надолго моего терпения может не хватить, и я сама себя выдам. К приезду Хадижи все должно быть уже расставлено по местам. А дальше каждый будет заниматься собственным бизнесом. Не планировала я так быстро включаться в работу…, но моих планов никто и не спрашивал…» Жади решила, что для встречи с обоими любовниками ей необходимы два дня. Вот значит завтра приезжает муж, а послезавтра мы встретимся «в тесном семейном кругу». С таким решением Жади стала обдумывать варианты возможного развития событий. В голове сверкнула мысль: «Говорят, что от ненависти до любви один шаг – я бы с этим не согласилась, но вот, что обратно ровно шаг – в этом я совершенно уверена.» *** Саид прилетел из Сан-Паулу в полдень. Жади, держа малыша Саида на руках, из такси наблюдала за тем, как ее муж спускается по трапу самолета и подает руку грациозной, изящной, стильно одетой спутнице, продолжая разговор… «Да-а-а-а, уж. Смотрятся они очень эффектно – красивая пара. Добавить больше нечего – свои глаза не обманешь. Ну-у-у-у, значит осталось соединить любящие сердца - пусть уж передо мной не претворяются. Когда я не любила мужа, то он знал об этом – все честно было. Теперь он не любит больше – пусть тоже все честно будет. Значит завтра решающий вечер для нас.» - приняла окончательное решение Жади. *** Водитель встретил Саида Рашида, принял дорожную сумку, и небольшой чемодан его спутницы, кейс с документами Саид всегда держал при себе. Так как Саид подвозил Маизу к ее дому и только после этого направился в свой особняк, Жади успела приехать с сыном домой и пройти в свою комнату, попросив Мириам приготовить молоко для кормления малыша. Саид Рашид вошел в свой особняк, где его встретила Мириам, поинтересовался все ли в порядке в доме и где Жади с сыном. Мириам постаралась спокойно ответить: «Лара Жади кормит малыша Саида – она только что вернулась с ним с прогулки» - старшая служанка решила, что ей не следует отвечать более развернуто, дабы не переступить хозяевам дорогу ни ей, ни ему. Хозяин прошел к себе в комнату, чтобы поприветствовать супругу и подержать на руках сына – он очень соскучился по его крохотным пальчикам, глазки он скорее всего сейчас не увидит, так как после кормления малыш быстро засыпает, но Саид видел, что сын унаследовал его глаза – гордому отцу казалось, что сын вообще будет очень сильно на него похож. Картина, открывшаяся Саиду в супружеской спальне, заставила сжаться его сердце с болью – Жади изменилась за время его отсутствия так, что он ее даже не узнал сначала – перед ним сидела печальная ссутулившаяся женщина с тусклыми глазами… Но больше всего его поразило то, что Жади кормила сына из бутылочки. «Что случилось? Что произошло здесь пока меня не было?» - достаточно громко спросил Саид. «Тише. Пожалуйста, тише – он уже засыпает, не нужно его пугать» - не глядя на мужа ответила Жади. «Жади, что произошло с тобой? Почему ты не кормишь сына грудью?» - перешел на шепот Саид. «Молоко пропало. Что тут удивительного – мой возраст не восемнадцать лет. Хорошо, что малыш родился таким крепким и сильным. Кормилицу Мириам нашла хорошую. Все образуется» - говорила Жади по-прежнему смотря только на сына. Малыш уже наелся и теперь крепко спал. «Ты может быть сильно устала с ним? Не высыпалась? Почему с тобой рядом нет никого? Где няня? Ты плохо выглядишь…» - сыпал вопросами Саид. «Спасибо за комплимент… я же говорю – возраст уже дает о себе знать. А передавать сына я никому не хочу. Пока не хочу. Он еще слишком мал.» - Жади положила уснувшего сына в кроватку, Саид тотчас же склонился над ней. «Ранию он хотя бы дежурными обязательными поцелуями в лоб не забывал одаривать… А я видимо уже совсем опротивела… Ну да, какой мужчина будет восемь месяцев терпеть, что жену от него тошнит не в переносном, а в буквальном смысле… Что же, хорошо хоть сын его действительно радует – вон не отрывается от него.» - теперь Жади подмечала каждую мелочь и то, что муж в глаза не смотрит тоже. *** Жади удалось продержаться до момента, когда муж уснул. Она долго разглядывала его лицо и пыталась понять, что теперь к нему чувствует: «А ведь я не могу его ненавидеть… От любви до ненависти один шаг, но иногда его не удается сделать. Только в душе что-то погасло. Но огонь ненависти и не смог бы мне помочь. Тогда пусть завтра будет огонь справедливости, а потом все будет расставлено по местам. Вряд ли я вообще смогу еще поверить кому-нибудь. Ну что же – осталось пережить завтрашний день.» С этой мыслью Жади сделала решающий шаг – пока муж не видел она скользящим движением вытащила его сотовый телефон из кармана пиджака, отключила его и спрятала под бельем в шкафу, а пиджак повесила на плечики в шкаф.