Время бури не может пройти

Саид сидел в том же кресле обхватив голову руками, на низком столике перед ним веером были рассыпаны снимки, на каждом из которых он и Маиза: в ресторане, в парке Сан-Паулу, в машине, в маленьком кафе в Париже и наконец те самые - в квартире подруги Маизы в городе всех влюбленных… Бросалось в глаза, что на всех фото они выглядят именно как любовники: вот он обнимает Маизу за плечи, вот она обвивает его шею руками, а вот он передает в ее руки бархатный футляр – тот самый футляр, в котором лежали драгоценности, заказанные для Жади, так как ему очень хотелось порадовать свою любимую, сделавшую ему такой подарок – Жади сказала, что это обязательно будет сын. При мысли о сыне Саида как током ударило: «О, Аллах! Куда Жади умчалась? Где теперь она и мой сын? Она же в таком состоянии, что невозможно даже предположение сделать о ее дальнейших планах и действиях! Я потом буду объяснять ей весь этот бред! Я заставлю ее слушать, даже если мне придется применить силу… Мне нужно только найти ее и сына. Куда, к кому она могла отправиться? Мириам сказала, что няня с ней, но так ли это сейчас? Если бы Латифа и Мохаммед были в Рио, то можно было бы через Латифу найти. Хотя к ним она не поехала бы, так как Мохаммед мне сразу сообщил бы. Но они в Фесе и Хадижа с ними, приедут только через три недели. А если она тоже улетела в Марокко???» Ответ на свой последний вопрос Саид знал уже через пять минут – Жади Эль Адиб не покидала Бразилию. «Где она? Где мой малыш? Только бы она не осталась с ним одна без какой бы то ни было помощи…» - Саид изводил себя этими вопросами, но не бездействовал. Он уже выяснил у охраны номер машины, в которой уехала Жади, водителя найдут и выяснят адрес, но уходит бесценное время. Саид подробно расспросил Мириам, о событиях двухдневной давности – с какого момента изменилась Жади, когда пропало у нее молоко? Услышав имя посетителя, Саид побелел: «Эти фото дело рук Лукаса Ферраз??? Но в квартире подруги Маизы без ее согласия вряд ли можно было сделать такие фото… Я УНИЧТОЖУ ИХ ВСЕХ! Если с Жади или моим сыном что-нибудь случится, то я клянусь, что уничтожу физически всех, кто к этому причастен! Аллахом клянусь. Но сейчас в первую очередь необходимо найти Жади. Как же я сразу не подумал? Ранию можно спросить, ведь они продолжают общаться.» В следующее мгновение Саид звонил в дом Рании, на звонок ответила сама хозяйка: «Рания, скажи, пожалуйста, ты не знаешь к кому из своих друзей могла поехать Жади? ЧТО?! Она у тебя? Тише, Рания, тише… Не вздумай звать ее к телефону и вообще постарайся сделать вид, что разговариваешь не со мной. Она тебя слышит? Хорошо. Если вдруг подойдет, сделай вид что разговариваешь с сестрой. Рания так надо – Жади в опасности. Помоги ее спасти. Задержи ее под любым предлогом, а я через полчаса буду у вас.» Саид практически швырнул трубку телефона на аппарат и, схватив со столика одну из фотографий, вылетел из дома, крикнув Мириам чтобы она от телефона не отходила. У дома Рании Саид был через пятнадцать минут – он гнал с неимоверной скоростью и даже не пытался контролировать ситуацию. Ему казалось, если он не успеет перехватить Жади у Рании, то его жизнь на этом закончится. Однако в дом Рании Саид вошел спокойно – дети, смысл его жизни, а сейчас здесь было двое его сыновей, и если Саид еще совсем крошечный, то Мунир уже все понимает и напугать его отцу никак не хотелось. Именно Мунир первым его и увидел – с воплем «папа приехал» промчался со своего места к отцу и с разбегу прыгнул, хватаясь ручонками за шею Саида. Отец подхватил сына и крепко прижал его к груди, вдохнул такой родной запах своего ребенка, вновь испытывая ужас от того, что Жади с его сыном могла исчезнуть в неизвестном направлении и тогда своего сынишку Саида он не смог бы вот так же обнять и наслаждаться его запахом. А Мунир получивший от отца порцию объятий уже вырвался с рук и тащил папу с восторженными воплями: «Папа, пойдем я тебе покажу какую железную дорогу мне тетя Жади подарила! Пойдем, пойдем, посмотри какой там локомотив, совсем как настоящий и вагоны тоже как у настоящего поезда!» Саид пошел вслед за сыном, приветствуя Ранию и молча глядя на побледневшую Жади. Жади явно не ожидала появления Саида так быстро и не была готова. Зато Саид был уже полностью готов и, рассматривая собранную Муниром железную дорогу, подсказывая, как было бы интересней построить разветвления, организовать тоннели и станции, Саид успел задать хозяйке дома вопрос ровным и спокойным голосом (никто бы не догадался, что внутри он полон ярости… ну может быть только Жади понимала): «Рания, вы тут решили ненадолго чисто женской компанией обосноваться? Давно не виделись и решили посплетничать? Почему не у нас дома? Саид еще слишком мал, мне кажется.» «Саид, мы не думали, что ты вдруг возражать будешь… Жади права – она тяжело беременность перенесла, сейчас стоит немного отвлечься. К тому же такая жалость – у нее молоко пропало… Может быть надо было раньше организовать ей небольшую смену обстановки? Ну понятно, что не поездку в Фес – для малыша это слишком тяжело, но хотя бы ко мне.» - немного растерянно говорила Рания, так как чувствовала напряжение, исходящее от Саида. Жади тем временем смотрела только на своего сына, которого укачивала на руках после кормления, и в дискуссию не вступала. «То есть Жади не объяснила тебе причину, по которой у нее пропало молоко? Жади, кого же ты пожалела: меня или себя?» - открыто глядя на супругу, по возможности сдерживаясь, спросил Саид. «Детей. Да и Ранию в том числе.» - невозмутимо ответила Жади не повернув головы. «Смотри, Рания, что послужило причиной. Как думаешь, если бы тебе такие фото показали, что бы ты сказала?» - выхватив из внутреннего кармана пиджака фотографию из Парижа, Саид не глядя протянул Рании, при этом не отрывая взгляда от жены. Жади аж вскочила со своего места, в результате чего засыпающий малыш Саид обиженно заплакал, так что мать волей-неволей стала его успокаивающе укачивать. Рания недоумевая протянула руку и взяла фото, при одном взгляде на которое приглушенно ахнула, и вытаращив испуганные глаза уставилась на Саида: «Саид, как ты мог? Это же Маиза? И что теперь будет?» - практически шепотом произнесла Рания, переводя взгляд с Саида на Жади и обратно. А она еще завидовала Жади… «Ну так что бы ты сделала, Рания? Ответь пожалуйста - это очень важно» - настаивал Саид, достаточно требовательно и в то же время вкрадчиво – у него как-то получалось соединять такие противоречивые интонации. «Это не фотомонтаж?» - уточнила Рания – за два года, помогая Жади в работе агентства «Саид», Рания очень многому научилась. При слове «фотомонтаж» Жади вскинула голову и с надеждой посмотрела на мужа. «Нет, Рания, это не фотомонтаж» - твердо ответил Саид и увидел, как вспыхнувшая надежда погасла во взоре Жади. «Тогда… тогда я созвала бы семейный совет и предъявила бы доказательства твоей измены» - дрожащим от обиды голосом, но не колеблясь ответила Рания. «Вот… вот ответ которого я ждал. А Жади у нас не принадлежит ни Востоку, ни Западу, у нее свой мир и свои правила игры - она для нас станцевала сегодня и подарила сопернице украшения, которые я подарил ей в знак благодарности за рождение сына…» - проговорил Саид, не отводя взгляда от жены, Жади вздрагивала, как будто с каждым словом получала пощечину, однако пояснять свои действия она не считала нужным. «Танцевала???... Как пять лет назад?» - с ужасом промолвила Рания, прикрыв рот ладонью, только теперь понимая почему вдруг так внезапно Жади захотела несколько дней пожить у нее и любыми способами обходила разговор о муже. «Угу… как пять лет назад… даже в том же костюме» - уже сникшим голосом проговорил Саид. Теперь он подошел к сидящей в кресле Жади, не касаясь ее, присел перед ней так чтобы глаза были на одном уровне и впервые за весь разговор в доме Рании обратился к своей жене: «Жади, почему ты не бросила мне все эти фото в лицо, когда я приехал? Почему ты ушла из дома, не призвав меня к ответу, как сказала Рания, или не потребовав объяснений? Неужели ты не понимаешь, что если бы я тебя сегодня не нашел, то по законам Бразилии завтра я стал бы преступником, потому что я просто убил бы и Лукаса Ферраз, и Маизу, и всех, кто с ними связан – а они ответили бы мне, кто это. Ни одно из этих фото не монтаж, но объяснение им совершенно другое. Я виноват лишь в излишней доверчивости и всепоглощающем счастье от того, что у меня будет сын – твой сын. Дай мне его подержать… пожалуйста» - с последними словами Саид протянул руки к Жади, но не взял сына сам, а дождался, когда она поколебавшись протянет ему запеленатого сынишку. «Сына я не могу лишить отца, но и поверить тебе я тоже не могу, даже не слушая твое толкование событий, так как это еще не все – кроме фото еще есть и видео… и то, что я услышала там… Вообще зря ты Ранию втянул во всю эту грязь, я хотела, чтобы кроме меня, тебя и … этой женщины во всем этом никто замешан не был» - печально-погасшим голосом проговорила Жади. «Что есть??? Видеоматериалы, в которых я все это подтверждаю??? Жади, я немедленно должен это видеть! Я не буду скрывать от близких мне людей НИЧЕГО, так как мне скрывать нечего! Рания – мать моего сына! Как она будет воспитывать моего наследника, если знает искаженную информацию? Или ты надеялась, что, устранив тебя с дороги, те кому это было выгодно не возьмутся за остальных членов моей семьи? Ты же бизнес-леди!!! Еще не привыкла, что у бизнеса бывает звериный оскал?» - чтобы не кричать, так как рядом дети, Саид озлобленно шипел. Потом встряхивался как большая собака, выбравшаяся из воды на берег. «Рания, прими пожалуйста нашего Саида в своем доме. Прошу – помоги. Няня обеспечит ему полный уход. Я обязательно компенсирую все затраты. А нам с Жади необходимо срочно возвращаться домой и анализировать материалы. Жади, ну соберись наконец – ты же боец!!! Ну я понимаю, родная, что ты совсем недавно родила, но ты сможешь – я верю в тебя» - голос Саида менялся от просительного до гневного, от ласково-нежного к требовательно-повелительному. «Разумеется, Саид – малышу Саиду будет обеспечено все. Держитесь. Мне потом расскажете?» - немедленно поддержала просьбу Саида Рания. «Обязательно, Рания – это будут знать все в семье, так как похоже на то, что нас затронула эпоха «информационной войны». Я потом объясню, что это такое, когда сам буду знать все – а я узнаю.» - мрачно-спокойно сказал Саид так, что женщины поежились. После такого объяснения Жади согласилась оставить сына на попечении няни у Рании и вернуться с мужем в их дом. А Саид вызвал к дому Рании усиленный наряд охраны. Слишком велики ставки в таких играх, а своими детьми Саид Рашид не намерен был рисковать даже условно.