Время бури не может пройти

Видя счастливую семью перед собой, облегченно плачущая Зораидэ вознамерилась покинуть супружескую спальню и оставить Саида и Жади только с детьми, однако ее, обняв за плечи, остановил дядя Али: «Нельзя, Зораидэ. Посмотри на Саида – он же светится от счастья. Неужели ты думаешь, что он сможет все время скрывать то, что Жади здорова? Не сможет. Нужно сделать иначе. Именно мы останемся с Жади и детьми – «ее же нельзя в таком состоянии оставлять с малышом одну…», а Саид с тем выражением лица, какое у него сейчас есть, выйдет к гостям для того чтобы своей радостью поделиться со всеми присутствующими – «Жади, которой дали на руки ее сына, узнала не только его, но и Хадижу… Восстановление хотя бы до обычного человека займет скорее всего еще много времени… НО ЭТО УЖЕ СЧАСТЬЕ!!!». И возблагодари Аллаха за такое завершение твоих страданий, Саид.» - абсолютно серьезно говорил дядя Али. Саид моментально понял идею дяди Али, а Аллаха он и так непрестанно благодарил – теперь это можно было сделать вместе со всеми присутствующими. Муж Жади, поцеловав жену в лоб (непонятно кто кого в данном случае благословлял…) и умчался к гостям. Через пару минут сначала раздался дружный восторженный вопль, отозвавшийся улыбками на лицах Жади, Хадижи, Зораидэ и дяди Али, а потом были слышны возносимые молитвы на разных языках. Саид появился только через час. Он был чрезвычайно вымотан, так, что наблюдательная Зораидэ моментально подала ему стакан сока, в который успела что-то накапать, и буквально скомандовав: «Пей!» Саид выпил и попытался объяснить свое такое состояние: «Понимаете – они ВСЕ хотели увидеть Жади… Я отбивался и уговаривал, заклиная ее здоровьем (О, Аллах), как только мог. Обещал, что когда мы увидим, что к Жади можно еще кого-нибудь допустить, то сразу же сообщим…» Дядя Али успокоил, разволновавшегося зятя: «Ты все сделал правильно – Жади не может выздороветь по заказу, даже после всеобщей молитвы за ее здоровье… Но, во-первых, есть объяснение твоему выражению лица – да-да, Саид, ты просто себя со стороны не видишь, а во-вторых, готова почва для каждого следующего радостного события, касающегося Жади. Но все должно быть очень медленно.» Быстрее всех покинули спальню супругов дядя Али и Зораидэ, которая уносила уснувшего на руках матери малыша Саида. Хадижа никак не хотела расставаться с любимой мамочкой, за которую столько времени переживала. Зораидэ и дядя Али уговаривали, конечно, Хадижу и объясняли необходимость действий, выбранных Жади, но масса мыслей «а если…» не давала Хадиже покоя все три месяца. Еще и папе нельзя сказать, потому что это подведет маму. Наконец и Хадижа ушла, пообещав маме, что если уж она ее пока не увидит, то услышит точно… Через минуту раздалась музыка - любимая композиция Хадижи «Habibi» разносилась на весь первый этаж ... Родители улыбались, прислушиваясь в музыке и представляя танцующей свою красавицу дочь. *** Наконец Жади попросила Саида перенести ее на постель: «Мышцы совсем не слушаются, любимый.» Саид бережно перенес СВОЮ Жади. То, что он постарается заставить ее тело слушаться и подчиняться своей воле сомнений даже вызывать не могло. Даже утомленным супругам не хотелось ни на секунду закрывать глаза. Оставался единственный выход и Саид сделал первый шаг: «Рассказывай, Жади.» Жади рассказала мужу о том, что однажды ночью, когда не могла уснуть, перебирая и информацию своих учителей, и то первое нападение, и предсказание Зораидэ, и свои сомнения в правильности выбранного пути, вдруг поняла – НЕ О ТОМ САИДЕ говорилось в предсказании. Если это муж, то устранив его, конкуренты добьются противоположных результатов – Жади, по воле Саида Рашида, займет место руководителя его компании. Ее можно шантажировать жизнью и здоровьем близких, но добиться эффективной работы на того кто угрожает ее близким невозможно – это же не посуду мыть «плохо вымоешь – твоим же хуже будет»… Изобретательно мыслить может только свободный человек... Но Зораидэ сказала, что буря поглотит Саида… при чем Саида, не связанного кровным родством с Жади… Жади посмотрела на полку, где стояла чашка, которую она приказала не трогать. Это чашка-напоминание о приближающейся потере дорого человека… Вот тут и сверкнула мысль: «ЧЕЛОВЕКА??? А человека ли?» Жади произнесла: «Я никогда не умела понимать, что мне предсказывает Зораидэ… Другим она всегда предсказывала так понятно, а мне…» - глаза Жади вновь наполнились слезами, но Саид был так рад этим слезам… он еще до конца не верил, что в его собственной комнате вновь сияет свет… Потом Жади осталось рассказать, как схватив чашку глубокой ночью она ворвалась в комнату к дяде Али и Зораидэ, перепугав обоих, с единственным вопросом: «Зораидэ, дорогая моя, родная моя, посмотри внимательно – Саид, которого поглотит буря… это человек???» Зораидэ, не обращая внимание на сердитый взгляд мужа, поняла, что Жади нашла разгадку. Старая женщина внимательно рассмотрела чашку и, прикрыв рот ладонью, ахнула: «Нет, Жади – он не только не твой кровный родственник… но и не человек вообще… Как это?» А счастливая Жади уже схватила ее в объятья… Дальше все было и сложнее, и проще… «Зораидэ приготовила отвар, я отпросилась у тебя на один день, дядя Али обеспечил чтобы меня никто не побеспокоил, но и сразу же отправил Мириам позвать меня к столу… Остальное ты знаешь. Единственный человек, кто узнал обо всем этой же ночью, была Хадижа – не могла я позволить дочери видеть себя в таком состоянии и не позаботиться о состоянии ее самой… Прости меня, но ты знать не должен был, иначе все не было бы так натурально. Прости, счастье мое» - закончила свое повествование Жади. Саид содрогался от воспоминаний о прошедших месяцах, но… Жади добилась результата – ею больше не интересовались: «Ну а счастье никогда не бывает полным – эта ведь жизнь земная, а не Рай.» *** Прошло четыре месяца. Хадижа очень полюбила гулять в защищенном от посторонних глаз участке сада, оборудованном ее папой для мамы, пока он еще не знал правды о ее состоянии. Сюда с работы пришел и отец – здесь были самые дорогие ему люди. Семья готовилась к празднованию первого года жизни младшего Саида Рашида. Дочь давно уже перестала вешаться на шею отца (для взрослой девушки это просто неприлично), но сегодня именно такой прием ожидал Саида. С удовольствием обняв свою принцессу, Саид тем не менее был чрезвычайно удивлен. Объяснения он получил от своей супруги, которая до этого момента только обнимала уже уснувшего сына улыбаясь: «Праздник должен быть двойным… Я еще способна преподнести тебе сюрприз.» - лукаво улыбнулась Жади, а видя удивленное лицо мужа, его жена произнесла: «Саид, готовься стать еще раз отцом… и на этот раз у Хадижи и Саида будет сестренка.» Праздник был грандиозным.