Ученик во всём

Жить с Матвиенко и Ирой — одним словом — просто «сказка», без сарказма. Разве что, иногда, когда брат с сестрой начинали скандалить и каким-то невообразимым образом впутывать в ссору и Антона. Ира оказалась такой же гиперактивной, что и Серёжа, по этому когда дело доходило до скандалов, интриг и расследований, то Шастун принимал нейтральную третью сторону и гасил агрессивно настроенных двух других участников. Но по большей части жили все дружно и припеваючи. Утром Матвиенко уходил в школу, Ира на работу, А Шастун спал. Днём Матвиенко, как заместитель капитана команды КВН, готовился с ребятами к предстоящим в будущем выступлениям, Ира уходила на учёбу, а Антон по прежнему спал, и лишь поздним вечером, когда Серёжа и Ира были свободны от своей рутины, они будили Антона, заказывали пиццу и смотрели фильмы на диване. Идиллия. Стоит упомянуть, что Антон не оставался один на долго. Арсений, как и обещал, навещал парня каждый день, бывало даже чаще, звонил, писал, будто ничем другим заняться ему было нечем. Когда Арс приходил, он выполнял уже хорошо отработанную схему действий. Мерил температуру больному, пичкал прописанными лекарствами и, самое главное, точнее самое ужасное, что Антон ненавидел больше всего, делал уколы. Мало того, что они больные, дак ещё и зад оголять перед кем-то. Не обходилось, конечно, и без общения. После пройденных процедур Арсений всегда оставался на кружечку кофе и кусочек вафельного торта. Вафельного говна *** — Знаешь, Антон, ты на больничном дома уже несколько дней, — напомнил Арс мне, отпивая горячий кофе, — ты уроки-то делаешь? Плохой вопрос, очень плохой вопрос Я бы мог сказать правду, что от уколов весь день дрыхну как в спячке, да и в целом до них мне нет никакого дела, и руки сами не доходят, но чёрт дёрнул меня за язык. — Таааа… — Покажи тогда, — кажется, вся моя маленькая ложь написана у меня на лице, читает как открытую книгу. Возмущению нет предела. — Забудьте эту информацию. — Ну, Антошка, не дело это. Ты и без гипса на руке отставал прилично, а теперь что? — А теперь всё хорошо, перестаньте волноваться. — Я не перестану волноваться, — ещё один глоток кофе, — в ближайшее время. Тогда хотите я вас успокою? Общение и время, проведённые наедине вне школы, сближало нас очень сильно, пожалуй, не столь из-за разряженной и лёгкой обстановки, сколько уход Арсения за мной. Я привык к этому. Мне было приятно подобное внимание к моей персоне, особенно, со стороны такого человека. Очень хочется, чтобы подобное не заканчивалось ещё долго. Мы решили пока не затрагивать тему учёбы, а просто болтали о насущном ещё около часа, после чего я проводил Арса до двери квартиры. — Вы завтра придёте? — Обязательно. — Попов накинул на себя пальто, а сверху тёмно-синий шарф. Он слишком красив для этой квартиры и всех живых в ней. — И кое-что принесу тебе. Маленький подарок. — От вас? Мне? — Ну, не только от меня. Вот жеж херов секретник — Интригующе. Буду ждать Вас… с подарочком… — я непроизвольно облизнул немного пересохшие губы и глазами прошёлся по Арсу с ног до головы, зацепившись за его немного приподнявшуюся бровь. — До свидания? — И тебе не хворать, Шастик. Шастик? *** День близился к шестнадцати часам, а Антон уже не спал. Блуждал по квартире, даже подмёл и убрал какие-то вещи на свои места. В общем, пытался себя занять чем угодно, потому как сна не было ни в одном глазу. Батенька изволит в мыслях покопаться, Батеньке угодно самобичевание, а если серьёзно, то Антон и правда задумался. Не прошло и пол месяца, как вдруг он начал ладить со своим новым учителем. Ладить — это мягко сказано. Они слишком хорошо общаются. Нет, конечно, друзьями пока считать их рано, но всё близится к этому. К хорошей дружбе — именно так думал Шастун про себя, пока протирал уже блестящую от чистоты полку. Дружба — это хорошо, но есть ещё один фактор. Арсений — его учитель, и это уже многое ставит под сомнение в голове бедного Шастуна. Человек ему приятен, да и это вроде и взаимно, но, а как же довольно заметная разница в возрасте и то, что он его ученик? Рассуждаешь, словно не дружить с ним собрался, а спать Тоже можно — Тоже можно? Бля, чо за бред в моей голове? — Антон откинул грязную тряпку на стол, попутно сильно мотая головой. А может так его мысли придут в порядок? — Не, ну, можно, наверно. — кивнув самому себе, парень направился заправлять диван в гостиной, что не далось ему вообще. Поэтому он лишь разозлился и пнул сей предмет мебели, на который после сам же и плюхнулся, приняв позу морской звезды с гипсом на руке. — Таааа неее, дичь какая-то. Таааа неее, не дичь — Так, всё, надо покурить. Срочно! Свои сигареты у Антона уже давно закончились, а сходить за ними Антон забыл, но ему и не нужно было — он знал где Матвиенко хранит заначку. Сделав пару затяжек, Антон глубоко вздохнул душный воздух и подумал, что не мешало бы открыть форточку, что он и сделал. Холодный воздух мгновенно проникнул в квартиру, и по коже даже пошли мурашки. На улице стоял жуткий мороз уже не только ночью, но и днём. Люди начали утепляться — носить шапки, шарфы. Пару раз Антон видел даже людей в варежках. Солнечное и беззаботное лето сменялось на холодную и угрюмую осень. Парень закончил курить, но продолжал смотреть в окно, стоя у открытой форточки. Он не выходил никуда уже давно, и ему казалось интересным даже такое занятие. Он мог бы так простоять ещё пару часов, но по помещению разнеслась мелодия входящего вызова, и на экране высветилось «Захар» А ей что, блин, надо? Отвечать на звонок вообще мало хотелось. Ну, вот не нравилась ему эта Аня — первая сплетница школы. Конечно же, сплетни не могли не обойти персону Шастуна, поэтому обиду он затаил, а вот на звонок ответить решился. — Анто-он, приветики. — Ну, да. — Не хочешь прогуляться со мной сейчас? А вот это неожиданно — А с чего бы вдруг? У тебя же подружек вагон и маленькая тележка, вот с ними и гуляй. — Ну, блин, Антон, мне поговорить с тобой нужно. Так что давай, через полчаса в парке у школы. — Да никуда я не пойду. *** — Антон! — обернувшись на крик, парень увидел, как в его сторону бежит девушка с развивающимися на ветру длинными светлыми волосами, хотя ещё неделю назад они были чёрные. В блондинку перекрасилась. Каблуки сапогов стучали по бетонной дорожке, проложенной через парк, а большая чёрная сумка болталась на тонкой руке с дорогущим маникюром. — Привет, — немного запыхавшись, девушка улыбнулась своему однокласснику. — Ну, да. Как же ты немногословен — Как рука? Болит? — девушка с интересом рассматривала гипс, изрисованный и исписанный всякими милыми, но и непристойными вещами. Спасибо Ире и Серому. — Немного. — Антон вообще дружелюбный, но если человек ему не нравится, то он не может этого скрывать. — Может к делу перейдём? — Может в кафешку пойдём? — Захару похоже было всё равно, что говорит Антон. Она просто подхватила высокого парня под руку и потащила в сторону ближайшего кафе. — Знаешь, Антон, мне кое-кто нравится. — А я-то тут причём? — Ну, ты вроде, так хорошо с этим человеком общаешься… — Арсений Сергеевич? — Антон даже ненадолго остановился и с удивлением посмотрел на девушку. В голове всплыли строчки старого сообщения из беседы их класса «Арсений Сергеевич самый сексуальный учитель, я бы ему дала ;)» — Что? Нет, ну, как бы да, но речь идёт не о нём. И вообще, почему ты подумал про него? И правда, почему, Шастун? — А кто тогда? — Аня немного замялась перед ответом, но потом выдала то, что ввело в ступор ещё больше. — Матвиенко Серёжа. Обалдеть