Магия в сердце.

В один момент всё погасло — Хейнбрук потеряла сознание, казалось словно на мгновенье, но когда её глаза распахнулись она увидела ярко-зеленные кроны деревьев. Голова немного болела. Сквозь листья прорвался луч света прямо в лицо девушки. Она зажмурилась, но это помогло начать приходить в себя. — О, нет, — произвели её губы, — только не это. Нет-нет-нет, — затараторила. — Стоп, всё. Дыши, Миранда, дыши, — обращается к себе, надеясь, что сознание её услышит и попытается что-то придумать. — Так, Пэн, что-то сделал со мной. Эта была магия? Неважно, — бормоча себе под нос все это. Видимо до мозгов стала доходить её положение, в подсознании начало понимать, что кто-то может её слышать. — Всё, успокойся, нервы не помогут. Нужно оглядеться, — казалось будто она в клетке из этой зелени — ни края, ни моря, где мог бы быть Крюк. — Ты на острове, с дикарями, потеряшками и… Пэн. Даже голова больше разболелась. — Терпи. Нужно выбираться отсюда. Стоило ей сделать всего один шаг, как эхом раздался чей-то голос. — Ну как тебе новая обстановка? Пиратов конечно нет, но есть я, — был сделан особый упор на это слово. Я. Всего одна буква, а мурашки поползли по бледный коже. Главное не подавать виду. — Чего тебе нужно от меня? — довольно спокойно. Она очень старалась. — Я уже говорил тебе. — И это всё? — ухмыльнулась она, почти почувствовав, как Пэн приподнял брови от удивления. Дерзкая девчонка. — Мне говорили, что ты такой страшный, могущественный, у-у-у, — Миранда изобразила страх, ей действительно было страшно, но ему об этом было не обязательно знать. — Но нет, ты ничего не знаешь, Питер Пэн. Только и можешь нападать на беззащитных, при этом скрываясь. Он кипел от злости. Никто с ним так не говорил. Ни у кого не было на это право. Какого черта эта дрянная девчонка должна быть исключением? Не сдержался. Показался. Хейнбрук даже немного уже начала жалеть, что так взбесила его. Но это и радовало. Она нашла маленькую прореху в нем, в его силе. Что же отлично. Главное продолжать, однако и не переусердствовать. Держись, Миранда, держись. — Ох, неужели все-таки решил показаться? — лицо его было каменным, казалось равнодушным, но глаза не могли лгать — в них была ярость. — Ты начинаешь меня бесить. Ты глупая… — Можешь не распинаться: мне все равно. Понимаешь? Он на грани. Он ничего не замечает кроме неё, впивается взглядом. В мыслях он, наверное, уже убивает её за эти слова. Но при этом его это заводило, в глазах заиграл и азарт. Внутри тебя магия, открой её, — чьи-то слова прозвучали в голове девушки. Чьи? На секунду она подумала: матери. Чертыхнулась — голос вновь прозвучал, — не бойся. Сосредаточься, скажем, на том камне сзади него. Представь, что ты его поднимаешь прямо до уровня его головы. — Но я не могу, — мысленно отвечала та, отрываясь от Пэна, заметив — позади него правда был булыжник. — Можешь, Миранда, магия в сердце, дай ей выйти наружу…- и она сделала все именно так, как говорил голос. Камень уже был около макушки Питера. — Твоя очередь спать, — напоследок бросила Хейнбрук и отпустила мысленно камень. Надо же, сработало. Но времени оставаться было некогда, так что она тут же скрылась в зелёни этих джунглей.