Коварная любовь

Я никогда не думал, что со мной может случиться такое. Казалось бы, у нас самая обычная школа, но все изменилось с его приходом неделю назад. Поскольку мои родители вечно заняты - в разъездах по командировкам, им до меня нет никакого дела. Вот поэтому они и отправили меня два года назад в эту школу интернат для мальчиков. Мне уже почти семнадцать, еще чуть-чуть, и я, наконец-то, смогу закончить ее. Я, конечно, догадывался, что такое бывает в школах, особенно, для мальчиков, но меня это не волновало, пока я учился тут, и меня никто не трогал. Но в наш класс совсем недавно перевелся новенький. Его звали Денис Соловьев. С первого взгляда и не скажешь, что он что-то из себя представляет: рост у него где-то метр восемьдесят, блондин, загорелый, с необычным цветом глаз (один у него голубой, как небо, а второй зеленый, как изумруд). Скорей всего необычный цвет глаз и был его достоянием, ведь они особенно привлекали внимание в его внешности. Если бы у нас учились девчонки, то они бы сразу раскудахтались и штабелями на него повалили бы. Телосложение, кстати, у него было отменным: хоть он и был в школьной форме, но увидеть рельеф мускулов на руках можно было. Сам же я был самым неброским (поэтому-то ко мне и не приставали), я был низкого росточка всего метр шестьдесят, шатен с длинными волосами. Особенно, челка, она прикрывала мои глаза, хоть я и носил очки (хотя мое зрение не так уж и ужасно), глаза были серого цвета. Я сам решил особо не выделяться, поэтому меня не волновало, насколько привлекательно я выгляжу. Мне не повезло с самого начала: поскольку свободное место было только рядом со мной, то… - Денис присаживайся рядом с Максимом Чернышевым, вон туда, - указывая в дальний угол класса, у окна. "Действительно ведь, больше негде сесть",- подумал я и, хмыкнув, отвернулся к окну. Пару дней он был паинькой. Все звали его просто "Ден", он снюхался с нашими местными зазвездившимися мальчиками, которые считали себя плейбоями. Все их побаивались и почитали. Спустя месяц ни с того, ни с сего, они стали ко мне приставать, всячески издеваясь. То подножку подставят, то пихнут «случайно». Мне это, конечно, не понравилось. И, вконец обнаглев, после последнего урока физкультуры они решили меня припугнуть, зажав у стенки: - Макс, ты нам стал уже как родной, давай ты будешь нашей игрушкой? – Сказал с ухмылкой главный в «стае». - С чего это я должен вам оказать такую честь?- Безо всякого страха спросил я. Да нифига вы меня не запугаете этим! - А с того, что ты - наша любимая зверушка, – вмешался в разговор Ден. Уж от него-то я такого и не ожидал. Он произнес это с такой широкой улыбкой и блеском в своих кошачьих глазах, что мне стало как то не по себе. - Нет, – твердо сказал я. - Ребятки, да он нарывается... - Это точно. Смотри, не пожалей потом, – с ехидной улыбкой сказал Ден. После этого они ушли, оставив меня одного. Я медленно сполз по стене и, уткнувшись в колени, заревел. Впервые в жизни я заревел, заревел как баба. Чёрт! Следующий день прошел, как обычно, что мне показалось странным. "Затишье перед бурей", - подумал я и оказался прав. На следующий день после школы они опять меня поймали и затащили в раздевалку спортзала. Они заткнули мне рот кляпом, чтобы я не кричал на всю школу, после чего подвесили меня за руки на крючке вместо боксерской груши. - Ну что, Макс, вот и пришла твоя расплата... Их было четверо, а я один, конечно, я бы не справился с ними. Хотя, даже если бы противник был один, я бы тоже не смог бы его уделать, я ведь рохля. Я кряхтел и извивался, пытался соскочить с этого дурацкого крючка, но не получалось. - Не рыпайся, а то будет хуже, – наконец-таки, вставил свое слово главный. Только было я хотел дернуться, как мне со всей силой заехали по ребрам кулаком. Это было неожиданно и больно, из глаз посыпали искры, и вместе с ними брызнули слезы. Через минуту ударили снова, потом снова, и так несколько раз то по почкам, то по ребрам и, наконец, по лицу, кляп к тому времени уже выпал и я издавал еле слышные стоны. Последние удары наносил Ден, и он бил меня сильнее всех. - Что, ты уже всё, зверёк? – с улыбкой спросил Ден. – А я вот нет еще. И он снял меня с крючка, я упал весь обессиленный на пол. Изо рта шла кровь, губу разбили в конец, глаз тоже опух. Мне было уже все равно, что будет. - Ну что, ребята, повеселимся? Я сначала не понял, что он имел ввиду, но когда с меня стащили штаны и трусы, то все встало на свои места. - Вы что задумали? – прошептал я, поскольку говорить вслух сил не было. - Все очевидно же, Макс. - Не, Ден, мы в этом участвовать не будем, - пропищал один из парней. – Мы не по этой части. - Если не хотите, то можете валить, трусы, мне достанется больше. Как только он это сказал, пацаны переглянулись и, моргнув пару раз, буквально испарились в воздухе. - Ну что, зверёк, поиграем? Охренеть, просто охренеть, меня изнасилуют, причем трахнут в зад, жизнь просто замечательная. Он расстегнул свои штаны и вытащил свой член, который уже был в полной боевой готовности, похоже, все происходящее его возбудило. Он перевернул меня на живот и, подняв за бедра, притянул к себе. Похоже, он собирается войти в меня сразу и быстро. Не успел я об этом подумать, как он уже прикоснулся к моему заду своим членом и доля секунды и он резким движением вошел в меня. Я что есть мочи закричал, точнее захрипел и снова хлынули слезы. - Боже какой же ты узкий и так сильно меня сжимаешь, – с легким возбуждением проговорил Ден, – но ничего как только я коснусь заветной точки, так тебе тут же станет хорошо и ты будешь только благодарен мне. Ага, как же встану на колени и скажу: «Спасибо тебе, о, великий Денис!» - да ни за что, не бывать этому. Он начал делать первые движения, причем, заходить по самые яйца и я почувствовал, как по моему телу пробежала легкая волна возбуждения. - Ага, я задел ее, значит, я ускоряюсь. И он начинает со всей скоростью меня долбить, при этом хватаясь за мой член, водит рукой вдоль и поперек по нему, заставляя волнам удовольствия растекаться по моему телу, но вместе с ними боль от побоев и от моего, уже не девственного зада. Я кончил столько раз, сколько позволил он и самое главное я кончал - это унизительно. Парень трахал меня минут двадцать, пока не был удовлетворен. После совокупления он бурно не знамо в какой раз кончил в меня и, подождав пару секунд, вышел из меня, вытерев свой член об мои штаны, он убрал его и приведя себя в порядок медленно поплелся к выходу. - А ты ничего так, с тобой интересно, повторим как-нибудь, – с усмешкой сказал он и закрыл дверь. Я пролежал минут десять, пребывая в шоке, слезы текли ручьем, из задницы, вместе со спермой, текла и кровь. День удался на славу, и мысли о смерти были единственными в моей голове. Я не помню как дошел до общаги и до своей комнаты, помню только холодный душ и боль. Наутро Темка, сосед по комнате, увидев мое состояние, позвал коменданта и меня на скорой отправили в больницу. В больнице я пробыл 2 недели, врачи обнаружили пару трещин в ребрах, да и синяк с глаза сходил. После того как меня выписали, родители забрали меня на неделю домой, чтобы отлежался дома. Первые пару дней я думал о том, что произошло. - "Ах, ты ж тварь, Ден, несомненно, я тебе это припомню!" – думал я и не сумел сдержать слез, но в глазах горел огонь мести. Я попросил у мамы денег, на новую стрижку и линзы. Не знаю, насколько стрижка казалась модной, но волосы, сбритые сзади в «шапочку» с челкой, едва касающейся глаз белой прядью, выглядели стильно, плюс ко всему новая сережка в ухе была, как нельзя, кстати. В последний день моего отдыха я обдумал весь план мести. - "Он пожалеет, он будет умолять меня о пощаде, тебе все так просто не сойдет с рук Ден." – Крутилось в моей голове. В понедельник я вернулся в школу, войдя в класс, меня даже не узнали, Дена не было на месте. Прозвенел звонок, урок начался, минут через пять в класс влетел Ден, попросил прощения у учителя за опоздание, выслушивая наставления и получая разрешение войти, прошел и сел на свое место за нашей партой. Он недоумевающе посмотрел на меня и спросил: - Ты еще кто такой? Я медленно повернулся в его сторону и посмотрел ему прямо в его разномастные кошачьи глаза, своими серебристыми, думая вспомнит или нет, но ничего не произошло, он только пялился на меня и ждал ответа. - А что не признаешь, гаденыш? – и ехидно ему улыбнулся. - А что должен? Я просто в ауте, он, что совсем дебил, не узнать свою жертву? Я, конечно, слегка изменился, но не на столько же. - Я твой единственный и близкий сосед… - Макс? Он от удивления выпучил глаза и пялился на меня не отрываясь, а я весь трепетал и сгорал от радости. Вот оно, то выражение лица, которое я хотел увидеть, но это только начало.