Безмолвие души

— Всё очень запутано, — Гокудера приоткрыл окно и закурил. Тсуна поморщился от дыма, но решил не обращать на это внимание. Небольшое собрание было решено провести в комнате шатена. Отказавшись от предложения покушать, исходящее от Наны, пообещав Ламбо и Иппин поиграть с ним чуть позже, они заперли дверь и усиленно пытались найти объяснение происходящему и продумать свои дальнейшие шаги. Тсуна крепко стиснув зубы, изо всех сил старался не чесать зудящую руку, чтобы не тревожить неожиданно появившиеся раны. Но пальцы непроизвольно тянулись к ноющему месту, зуд сводил с ума, заставляя паренька думать только об этом. И самой интересной была периодичность происходящего. На некоторое время Савада мог со вздохом забыть об этой проблеме, но после около пяти-десяти минут кареглазый готов был из кожи вон лезть. Судя по нервной затяжке сигареты, у Хаято были похожие проблемы, но он мог несколько отвлечься курением. — Вы меня совсем запутали, — Ямамото тоже пребывал в недоумении. Тот факт, что его одноклассники приплели к классу какого-то постороннего человека и выдумали сюрреалистическую ситуацию со зверским убийством человека, он бы ещё мог списать на дружеские подшучивания или игру, однако внезапно возникнувшие раны (для его глаз они были невидимы, но появившаяся кровь говорила сама за себя) заставляли задуматься о том, что ребята не обманывали. — Слышь, бейсбольный придурок, да мы сами ничего не понимаем! — взорвался пепельноволосый. Тсуна помахал руками, успокаивая взрывного паренька, на что тот громко цыкнул и отвернулся. — Да уж, надо бы как-нибудь разобраться, — нервно рассмеялся Такеши, растрёпывая свои и так взлохмаченные волосы. — А то мы не знаем, — опять было начал кричать Хаято, но под просящим и несколько осуждаемым взглядом немого взял себя в руки. — Тсуна? — Ямамото тем временем устремил внимательный взгляд на тумбочку, — у тебя в тумбочке что-то светится! Савада резко развернулся и посмотрел на исходивший из щелей чуть голубоватый свет. В голове у парнишки будто щёлкнуло. Книга! Он же может обратиться к совету Энгеля, это может хоть немного прояснить ситуацию. Конечно, будет очень странно видеть ребятам, как Тсуна едва открыв книгу, засыпает, но… Другого выхода нет. Он быстро подскочил к тумбочке, схватил книгу и открыл её.

***

— Что за чёрт? — раздражённый окрик Гокудеры заставил шатена как можно скорее открыть свои глаза и оглядеться. Они были в его подсознании. Каким-то образом Хаято с Такеши попали сюда вместе с ним. — О, Тсуна, ты привёл своих друзей? — неожиданный голос Шварца заставил юношу подскочить не месте. Резко обернувшись, Савада нервно спросил. «Неужели они тоже могут попасть в моё подсознание? Но как?» Мелодичный голос разнёсся по поляне, заставляя друзей удивлённо оглядываться в поисках источника звука. Однако самому обладателю было не до этого. В голове возникла масса вопросов, и он жаждал найти на всё ответы. Новое удивление добавил вопрос Ямамото. — Эм, ребята, а почему тут трава голубого цвета? Стволы деревьев вообще красные. Небо… небо оранжевое. Что тут вообще происходит? — Что? Но у меня трава как раз-таки оранжевая! Небо — коричневое. Стволы деревьев — фиолетовые… Это какой-то галлюциногенный порошок? — нахмурился Хаято, шарясь по карманам в поисках пачки сигарет. Не обнаружив оную, он тихо выругался и попинал стоящий рядом куст. — Спокойствие, парни, — доброжелательно улыбнулся Энгель, — вы в подсознание Тсуны. Да, вы все можете попасть сюда с помощью той книги. И… насчёт цветов… Это не официально подтверждённый факт, но все люди воспринимают цвета по-разному. И всё зависит от пламени. Как бы объяснить… Вы думаете, что трава зелёная, потому что вам так сказали. С детства вам тыкали в ней и говорили: вот, посмотри, этот цвет зелёный. И вы привыкали к этому, даже не осознавая, что для других зелёный цвет как ваш оранжевый, голубой — как ваш красный и тому подобное. Да, Гокудера, — прервал зеленоглазого Шварц, — ты можешь мне сейчас рассказать про то, что каждому цвету соответствует своя определённая длина волны, что глаза устроены похожим в целом образом, поэтому подобное просто невозможно. Но ты забываешь про наличие пламени посмертной воли. Она здорово влияет на восприятие цвета. Именно поэтому люди со схожим типом пламени воспринимают цвета примерно одинаково, но с разными оттенками, в зависимости от силы духовного огня. — Поразительно, — выдохнул Ямамото, заинтересованно поглядывая на удобно устроившихся неподалёку соловьёв. Гокудера тем временем во все глаза разглядывал своё отражение в телефоне: сиреневатая кожа выглядела комично, глаза были неожиданно оранжевого цвета, благо что пепельные волосы были неизменными. — Это всё так странно. Странно осознавать, что я у тебя в глазах такой, — пробормотал Хаято. Хех, получается, что цвет, про который я обычно говорю коричневый, для Гокудеры имеет название фиолетовый, а для Ямамото — красный? Тсунаёши решил переспросить Шварца, на что получил утвердительный кивок и улыбку. Однако Энгель, взглянув на запястья шатена, нахмурился и резко приблизился. — Твою ж… — тихо выругался он, схватив парня за руку. Что такое? Что случилось?.. Энгель? — Честно говоря, я надеялся предотвратить это… Но, похоже, они оказались куда быстрее меня, — тяжело вздохнул черноволосый, подзывая Гокудеру и Ямамото, — Итак, кто-нибудь из вас слышал о культе Фааурина? Получив отрицательный ответ, Шварц взлохматил себе волосы и продолжил: — Так-с… Культ Фааурина — довольно опасное сборище извращенцев и моральных ублюдков. Обожают всяческим образом мучать и потрошить своих жертв, после подвешивают их, обмотав кишками. Следующую жертву можно определить по следующим первичным признакам: неожиданно появившиеся глубокие порезы на руках, то стихающий, то нарастающий зуд. Затем человек… Внезапная тишина. Глаза Энгеля расширились. Мгновение, и он испарился, будто его не было. — Твою мать, мог бы хотя бы дорассказать! — вспылил Гокудера. Тсунаёши же с ужасом осознал, что именно они с Гокудерой станут жертвами. Точнее уже стали. Но чего это Энгель так резко исчез, даже не объяснив толком, что предпринять? Что заставило его бросить всё и испариться в мгновение? — Нам надо возвращаться, — тихо сказал Ямамото, — кто-нибудь знает, как сделать это? Может, попытаться заснуть? Неуверенный голос заставил Хаято нервно рассмеятся. На удивление серьёзный Ямамото кивнул и присел на траву, прислонившись спиной к дереву. Остальные последовали его примеру и, прикрыв глаза, провалились в мир Морфея.

***

— Тсуна — дурак. Тсуна — дурак, вставай! — пробуждение Савады было крайне неприятным. Ламбо тряс его из всех сил, а после и вовсе прыгнул на несчастного. — Ламбо, нельзя так, — укрозненно покачала головой Иппин, впрочем, тоже подойдя к шатену и вопросительно заглядывая тому в глаза, — Тсуна-сан, вы обещали с нами поиграть! — Ламбо-сану скучно, Ламбо-сан хочет играть, — заканючил ребёнок и вновь начал трясти кареглазого, едва заметив, как немой начал закрывать глаза в попытке вздремнуть ещё немного. — А? Кажется, мы здорово поспали, — рассмеялся Ямамото, сонным взглядом осматривая команту. Ребята заснули там, где и были в момент открытия Савадой книги: Гокудера, положив голову на подоконник, сам аккуратно съехал по стеночке, Ямамото - облокотившись спиной о кровать и закинув голову наверх, а Тсуна в непонятной позе на самой кровати. — Подождите играть, — в комнату заглянул Фуута, стиснув книгу, с которой никогда не расставался, руками, — сейчас ужин будет. — Ламбо-сан будет первый! — завопил мальчик и выбежал из комнаты. За ним наперегонки поспешила Иппин, а после и сам Фуута вышел из комнаты, дабы проследить за младшими и дать парням возможность продрать глаза и умыться. Тсунаёши, краем глаза заметив, что на улице уже стемнело, поспешно заглянул в телефон, чтобы посмотреть время. Пятнадцать минут восьмого. С облегчением осознав, что в его подсознании они пробыли недолго, Савада потянулся и почувствовал, как хрустит его позвоночник. Рядом решил размяться Ямамото, Гокудера же предпочёл пробудиться сигаретой, на что Тсуна неодобрительно покачал головой. — Так-с, надо бы умыться, а затем спуститься на ужин. Нана-сан готовит просто потрясающе, — мечтающе проговорил Ямамото, направившись прямиком к ванной комнате. — Нам надо бы придумать, что делать со всем этим, — хмуро ответил уже ушедшему бейсболисту Хаято и перевёл взгляд на шатена, — Кстати, кто это был у тебя в подсознании?