Панацея

Питер был расстроен и зол. Голоден. Желание на ком-то сорваться подступало к горлу как блевота. Парень злился на себя вдвойне от того , что не мог позволить с нихера так дать, как следует, выпустить пар на первом подвернувшемся под руку. Питер выплакал раздражение у себя дома в ванне, сжимая пальцами борта раковины, стискивая зубы, растягивая губы то ли в улыбке, то ли в оскале, с каким обычно принимают публичное оскорбление, выдавливая слезы беззвучным плачем. Паркер выговорил раздражение подруге, и бывшей любовнице Гвен, услышав свои мысли в мягком ее переложении с исправлениями ошибок на синонимы типа «жопа» на «это нормально» , или « хуйня» на «приложи подорожник и пройдет». Парню хотелось чего-то такого, что можно избить, потрахать и сожрать. И именно в этой последовательности. Полпакета яичной лапши были беспощадно скинуты в бурлящий кипяток. Приглядывая за плитой, Питер тер сыр, сморщив по-собачьи нос, когда снес себе пол-ногтя. Закинув в рот недотертый маленький кусочек, брюнет лихо вскрыл ножом картонный пакет молока, сделав несколько жадных глотков, почувствовав себя тут же лучше, от чувства наполнения желудка. Парень мог есть лапшу без приборов, прямо руками, дав ей немного остыть, скинув весь тертый сыр прямо в небольшую эту кастрюлю, в которой и варил. Заметно повеселев, вытерев с губ масло тыльной стороной ладони, другой рукой парень просматривал обновление новостей в группах своего профиля, задержав палец на посте с фотографиями котят, не решаясь делать репост, склоняясь просто сохранить понравившиеся на телефон. Уэйд прислал ему репост записи из группы, содержащий тупую шутку про нового президента США Трампа и выражение лица его жены. Уилсон стал тем, кто «подвернулся под руку». Корябая ногтями экран смартфона, Питер набирал сообщение, даже пропав из онлайна, и, почти не надеялся, что Уэйд прочтет его тут же. Мужчина прочел. И не ответил, став «был в сети 30-ть минут назад», как гласила подпись, когда Питер вновь открыл их диалог, после просмотра видео в инстаграмме. Отложив телефон в сторону к стакану с холодным чаем, парень сложил ладони вместе, подложив их под подбородок, упираясь локтями в стол, пялясь так некоторое время на кухонные часы. Желание пойти в гостиную и включить зомбо-ящик совпало вместе с неожиданным ( ой ли? ) стуком в дверь. - Почему ты … - начал Питер, прицениваясь к блеску настроения в голубых глазах мужчины в дверном проеме перед ним. – Почему ты не поставил лайк под котятами на моей стене? – спрятался Паркер за шуткой. Извиняющеся , грубым голосом «ойкнув» , Уэйд быстро достал смартфон, разблокировав экран. Телефон Питера на кухне тут же получил уведомление в виде звучного тоненького «дзинь!» о поставленном лайке. - Кис-кис, - пощекотал Уилсон кончиками пальцев горло парня, побуждая того задрать его выше. Только сейчас Паркер осознал весь обьем сваренного, сдобренного маслом и присыпанного сыром теста, которое он в себя впихнул, казавшееся до «кис-кис» чем-то вроде целлюлозы, без вкуса заполнившее желудок. Мужчина пообещал приготовить чудодейственную панацею «ГлинтУэйд" на вине, апельсиновом соке и корице, как только Питер освободит место в желудке

***

Питер был бы благодарен Уэйду, если бы тот хоть иногда трахал его нежнее. Грубая сильная рука схватила парня за волосы, сжав кулак, потянула назад. Паркер выгнулся назад настолько, настолько мог, чтобы попросту не лишиться кожи на затылке. - Уэйд! - с запрокинутой головой «стоналось» так себе. - Давай помягче. Пожалуйста … - потратил он на это единственный воздух в легких. - Можно я хотя бы на спину лягу? Сука! - Питер упал на локти, обнял и сжал в руках подушку, почувствовав, как к члену в заднице присоединился еще и палец. Зажмурившись, парень изо всех сил старался побороть желание как-нибудь извернуться да лягнуть мужчину по яйцам. Уилсон и сам ни много - ни мало, но отдавал себе отчет, что сегодня он жарил, лучше не скажешь, своего парня словно за отработку подарка 7-го айфона. Мужчина мгновенно просек попытку Питера приподняться на локтях и , нагнувшись, сжал пальцами шею парня, вдавив лицом в подушку. «Ура», - пронеслось в голове у Паркера, ведь, как он мог судить по участившемуся дыханию и толчкам Уэйда, то тот был близок к «разрядке». - Что? Что такое? – обернулся через плечо брюнет, не чувствуя движения члена в себе. – Стояк упал? Уинстон махнул на него рукой и сквасил мину, словно услышал несмешной и «баянистый» анекдот. - Смена позы, - оповестил мужчина, словно продиктовал следующий номер в «бинго-лото». Питер закатил глаза и шумно выдохнув, упал, на этот раз добровольно, лицом в подушку, глухо крикнув через нее: - Да ты затрахал, в обоих смыслах, Уэйд!

***

Разумеется Паркер и Уилсон иногда ссорились. Уэйд, как более старший, и, что не было секретом, в своих не первых далеко отношениях, куда более опытный , и твердо уверенный, что знает лучше, что лучше - тавталогия – для них обоих. Питер не был согласен. Привыкший к одному укладу быта у тети Мэй, парню казались неправильными или даже негигиеничными, если угодно, некоторые привычки своего парня. Например: - Будешь яблочко? - выглянула из кухонного проема в гостиную голова Уэйда и, получив одобрительный кивок от Питера, тут же скрылась обратно. – Держи! – кинул он ему мокрое от воды на колени на кресло. Взяв и повертев его в руках, Паркер поднес яблоко к лицу и втянул носом воздух, посмотрев затем с нахмуренными бровями на мужчину, лежавшего рядом на разобранном диване. - Мм? - пережевывая кусок фрукта промычал он. - Ты мыл его? - Мыл. - С мылом? - Нет. - Уэйд, блять, сто раз говорил , что все, что ты кладешь в рот без упаковки или обертки нужно мыть! - Скажи это моему члену. Резко вскочив, Питер ушел на кухю, намыливая и споласкивая наливное красное. - Это даже дети знают, - вернулся он в гостиную, обнаружив своего парня с обиженным выражением лица. – Что? - обратился он к Уэйду, но тот лишь помотал головой. – Ты обиделся? На что? Тот молчал. Это раздражало. - Что ты как девочка? Я еще и слова из тебя тянуть должен? «Болтливый» наемник, как то так же? – вспылил и Пит. Со стороны, да и по сути, это полная ерунда, но парни просто притирались друг к другу, учились жить вместе, ну, или Питер по-крайней мере учился… - Я предложил тебе яблочко, а что получил в ответ? Укоры! - Ты дурак? С подобных «прикалюх» можно снять вполне годное такое комедийное шоу и срубать топовые просмотры и рейтинги. Питер не любил ссориться, а уж тем более спорить с Уилсоном, ибо в этом случае тот железобетонно приседал на уши, забалтывая так, что Паркер искренне начинал жалеть, что не сожрал это сраное яблоко сразу. - Хорошо! – сжав переносицу, выпалил Пит. – Прости, что так отреагировал, ладно? - произнес он это как мальчишка, который предпочел отстоять в углу, чем выслушивать нотации. Уинстон ничего не ответил, отделавшись коротким кивком. Это подбешивало. Питер только-только привыкал к такому Уилсону. Некоторое время сидели молча, Уэйд перещелкивал каналы по телеку. - Погоди, погоди! – замахал ладонью Пит. – Переключи, там шел «Шрек»! Уэйд! – прикрикнул Паркер на мужчину, продолжавшего игнорировать парня, пролистывая каналы. - Давай посмотрим его? Прикольный же мульт. – немного сбавил «пар» юноша. - Я не хочу. Питеру так хотелось кинуть в него этим самым огрызком от яблока. - А то, что я хочу , тебя не волнует? - смотрел тот в сторону Уилсона, выдерживающего зрительный контакт с экраном. - Волнует. - выбрал он наконец канал для просмотра, на нем шел фильм «Убойный футбол». - Мы всегда делаем так, как хочешь ты, я постоянно иду тебе на уступки, Питер. Он сказал «Питер» и еще «таким» голосом – Уэйд явно был на взводе. - Ну-ка расскажи, какие уступки? – спросил Паркер, на что мужчина повернул к нему голову и посмотрел на него так, что будь у того за спиной чехол с катанами, то точно бы закинул за спину руку за одной. Так или иначе, долго ли коротко , унизительно или нормально … - кхм - Питер первым приползал мириться, а точнее – всегда первым. Неважно, но оно того стоит. Устроившись на все том же диване-кровати, Питер утыкался носом в шею Уэйда, обвивая руками, наслаждаясь, как руки мужчины гладили его по спине, по пояснице, сжимая ягодицы. Прикусив мужчине ухо, парень получил ощутимый шлепок по заднице. Отстранившись от выцеловывания его шеи, оперевшись локтем о подушку, Паркер посмотрел Уилсону прямо в лицо: - Сделаешь так еще раз, я тебе член откушу, понял?