Gimme More: Крис и Эва

К этому все и шло…

      Когда тебе кажется, что наступило затишье, после шторма, который бушевал так долго, что успел к нему привыкнуть, то даю слово — тебе просто кажется, и тебе лишь остается прятаться за иллюзиями нормальности и готовиться к тому, что нагрянет, как гром среди ясного неба, или шторм за тихой гладью.       Я понимаю это, но все равно не верю в это, потому что наверное за долгое время я поняла, насколько сильно измучена, изранена, избита моя душа, если она у меня еще осталась, если после всех моих выходок, у меня осталось что-то человеческое, не сравнительное с животными чувствами.       Чувствую себя грязной, и эта грязь не дает мне покоя, приходя ко мне в ночных ужасных кошмарах, которые усугубляются, когда я пью снотворное, чтобы хоть как-то заснуть, а потом приходит он, и я чувствую, что возможно есть надежда на лучшее, и меня пугает, что такая надежда появляется, когда он есть на горизонте, когда он рядом, будто бы без него, я в сером убитом мире, в котором нет ничего и никого живого, где я одна брожу по мертвой пустыне под палящим солнцем.       Я боюсь того, какие мысли посещают мою голову когда его нет, и мне не нравится, что иногда я думаю, что не могу без него жить, потому что это обозначает конец. Когда кто-то становится для нас жизнью, его уход, будет смертью, а я не хочу умирать, а он не может обещать остаться.       — Давай расстанемся когда-нибудь только из-за непримиримых обстоятельств, а не тупой болезни       Тогда казалось счастьем, а теперь кажется не сбыточной мечтой, потому отвечала я сердцем, а надо было головой.       Я мразь. Я грязь.

***

      — Как ты себя чувствуешь? — я не знаю, зачем он это спрашивает, просто очевидно что дерьмово, раз я сама позвонила ему и попросила провести сеанс сегодня, если это получится.       — Плохо, — если он ждал этих слов, то я дала ему эти слова. — После всего что произошло, чувствую себя просто отвратительно, а после того что сделала, грязью на подошве у людей.       — Ты об обещании мистеру П?       — Мы серьёзно будем, его так продолжать называть?       — Да, — он кивает, и складывает пальцы в замок. — Так дело в этом?       — В этом, -я встаю с кровати и начинаю медленно ходить по палате, лежать когда тело просит движения, просто невыносимо. — Я запуталась сама, и запутала его. Поступила отвратительно из-за того что погналась за солнечным зайчиком в пасмурный день.       — Давай как обычно ты расскажешь, что чувствуешь, — его голос как всегда доброжелателен, мягок и успокаивающий, а я опять все дрожу от нервов.       — Что я поспешила давая ему такое обещание, — призналась я, — тогда именно этого я и хотела, делать вид что все нормально, все как обычно, а сейчас понимаю, что это просто невозможно.       — Хочешь сказать, что из-за него будет новый приступ?       — Нет, я хочу сказать, что только из-за него их и не будет, а когда он уйдет, — не все вечно, рано или поздно кто-то уходит, это просто вопрос времени, — они могут начаться.       — Боишься что слишком сильно связала с ним жизнь?       — Я никогда не хотела ни от кого зависеть, даже от мамы, всегда старалась делать все сама, чтобы в будущем полагаться на саму себя, а сейчас, я практически вложила свою жизнь ему в руки, — останавливаюсь у окна и смотрю вдаль на парковую зону прилегающую к больнице, вспоминая, как мы вчера с ним гуляли там вместе с Героем, которого привезла мама прогуляться со словами, что она не хочет выглядеть глупо, прогуливая кроля на шлейке. — Может быть я не готова к отношениям? Может мне этого всего и не надо?       — Хочешь все закончить?       — Хочу остановить это гребанное время.

***

      — У меня от этих экзаменов голова скоро взорвется нахуй, — Крис пинает попавшейся ему камень под ногой, и засунув руки в карманы идет дальше. — Достало все.       — Мне разрешили сдать все контрольные в больнице, после завтра начнут преподаватели приходить. Они не хотят, чтобы мама раздула еще больший скандал, чем есть, — быстро ответила я на вопросительный взгляд Криса, который после согласно кивнул, продолжая идти рядом. — Ты на выпускной собираешься?       — Я в автобусе, — отвечает он ухмыляясь, -конечно собираюсь.       Он остановился у дерева, оперевшись о него спиной, выжидательно смотря на меня, а я просто смотрела на него так, как будто видела в первый раз, будто никогда не разглядывала его, будто никогда не любовалась им, будто все впервые.       Темные глаза, некогда пылающие ненавистью к миру и горящие всея любви к самому себе, теперь смотрели на меня с стальной мягкостью, которая присуще только ему, волосы которые всегда были аккуратно уложены «небрежным» бардаком, имели тот же вид, но стали чуть длиннее, а некоторые пряди посветлели, наверное из-за их частых играх на поле под ярким солнцем, и которых хотел касаться, проводить по ним подушечками пальцев, пропускать сквозь пальцы, оттягивать их назад, чтобы после провести губами по его шее, слегка покусывая его кожу зубами, и слушать его гортанные вздохи.       — Ты меня сейчас взглядом раздеваешь, — он протягивает руку ко мне и тянет на себя, — мне нравится.       — Еще бы, — отвечаю я ему, уткнувшись носом ему в грудь, которую тоже хотелось освободить от плена ненужной футболки и проводить руками по его крепким мышцам, иногда позволяя себе царапать его, зная, что это ему нравится. — Я так хочу тебя, что прямо бы здесь тебя и отымела.       — Полегче девушка, — смеется он, — я не такой, к первым встречным в кровать не бросаюсь.       — Ага, — вторю я ему, но обняв его, опускаю руки на мое любимое у него место, но он тут же убирает руки, и почти насмехается надо мной, когда я непонимающе пялюсь на него. — Серьезно? Будешь играть недотрогу?       — Никогда не был в такой роли, — просто говорит он слегка пожав плечами, — почему бы не попробовать?       — Я в той вселенной? Случайно попала в ту реальность, где Крис чистый и невинный, а Эва плохая девчонка стерва, желающая от парней только секс, и которая, -я снова опускаю руки ему на задницу, прижимаясь к нему всем телом, — дико хочет, — я сжимаю его мягкую плоть, — его прямо здесь и сейчас?       — Да-да, — он снова смеется, и опять убирает мои руки, — а Крис ломается, как девственник, хотя откуда тебе знать, может он и правда девственник?       — Я пойду схожу к доктору, — я вырываюсь и почти ухожу от него, — пусть вернут меня назад, к моему Крису, который не против заняться сексом в школе на парте, и уж точно не будет ломаться, когда я буду к нему приставать.       — Мне начинать ревновать?       — Уже давно, — уже смеюсь я, и позволяю ему себя обнять, полностью отдаваясь теплу его телу. — Мама теперь не скоро уедет, что будем делать?       — Даже не знаю, хотя я готов наброситься на тебя прямо здесь.       — Не думаю, что детишкам понравится, — я киваю в сторону группы малышей, — так скоро узнать, как они появились на свет.       — Ладно пусть пока думают, что их аист принес.       — Когда ты уезжаешь?       — В начале июля, — молчит, — а ты?       — Не знаю, как мама решит, обстоятельства немного изменились, — он понимающе кивает, старается делать вид, что все так же безмятежен, но ключевое слово старается, как и я. — Что мы будем делать?       — Рано или поздно мы бы все равно начали этот разговор, да? — он тянет меня к лавочке, на которой мы обычно сидим, когда выходим из больницы прогуляться по парку.       — От того, что мы его оттягиваем, никому лучше не будет, но стоит ли решать сейчас?       — Раз ты затронула эту тему, то наверное стоит сейчас, — он садится, я сажусь рядом по-турецки и скрещиваю пальца на ногах, уставившись на детей, боясь смотреть Крису в глаза, — может ты уже признаешься, что пожалела, что пообещала мне? М?       — Это не так.       — Нет, это так, я может быть не гений, но могу заметить, что с тобой что-то не так.       — Ну раньше ты же этого не замечал, — я оторвала взгляд от детей и посмотрела на него, — что изменилось? — надо быть дурой, чтобы не понять, что изменилось, — ты все равно стал на меня смотреть по-другому. Кажется мы оба облажались.       — Я просто переживаю, — при этих словах он отвернулся в сторону, чтобы скрыть свою пылающее красное лицо, которое повергло меня в немалый шок, — возможно мне нужно время.       — Которого у нас нет, — я сука, если напомнила ему о неизбежном. — И время теперь тоже нужно мне, потому что, я стала зависеть от тебя в хорошем смысле, — он дернулся и уставился на меня, — ты не причинишь мне вреда, просто без тебя мне не так хорошо, как с тобой, — довольно примитивные объяснения, но других у меня нет, — а я хочу, чтобы мне было хорошо когда и тебя рядом нет. Ты меня понимаешь?       — Не понимаю, почему нам не попробовать сделать это вместе?       — О чем ты?       — Я не такой тупой, чтобы не понять к чему ты клонишь, Эва.- Крис разозлился. Впервые за все наше времяпрепровождение, он настолько зол. — Давай Мун, просто скажи вслух, это не так сложно, как ты думаешь.       — Крис, — я смотрю ему в глаза, и вижу лишь пелену злости, которая сожжет меня на месте, если я попытаюсь его коснуться, — прости меня, мне просто нужно время.       — Значит не скажешь вслух, — он злобно ухмыляется, прикусив нижнюю губу, я хочу остановить его, когда он встает, хочу закричать, что не хочу быть без него, но остаюсь на месте и выдерживаю его взгляд, которым он прожигает меня насквозь, — тогда это сделаю я.       — Я не так все хоте…       — Все кончено, Эва, — Крис смотрит мне в глаза, я вижу, что он хочет увидеть, но не могу этого дать ему, потому что я должна впервые задуматься о себе, а не о том, что будет с людьми которые рядом, я хочу улыбаться когда и его нет рядом, хочу испытывать жажду жизни когда его нет поблизости.       — Я не так все хотела закончить! — кричу я, когда он начинает уходить.- Я не так все хотела сделать, почему ты так спешишь?       — А что медлить? Твое решение изменится, если я сейчас останусь тут и выслушаю тебя?       — Я хочу, чтобы ты понял меня!       — А ты не хотела бы понять меня? — он подходит ко мне близко, и им движет злость. — Я ввязался в твою тупую авантюру, просто потому что хотел тебя для секса, но ты использовала меня тупо для лечения, как пилюлю, и это средство тебе помогло! Но когда мы решили попробовать что-то настоящее, ты сдаешь назад, прикрываясь своим «без тебя, не с тобой, пойми- не пойми», ты просто жалкая трусиха, которая даже не пытается что-то сделать.       — Ты бы все равно уехал!       — Ты тоже!       И он ушел.       Развернулся и ушел.       Это произошло.       Не так, как я хотела, но конец настиг нас.