Рисунки капитана

Ни один член экипажа "Энтерпрайз" и не догадывался о художественных навыках капитана. Даже такая близкая, казалось бы, альфа-смена мостика. Джим достаточно хорошо с ними общался, но многие его умения так и оставались одним большим секретом под названием "Джеймс Тиберий Кирк". И эта загадка лишь больше интриговала, когда одно из таких вот умений как-нибудь случайно всплывало. Ухура не могла выкинуть из головы тот момент, когда капитан Кирк воспользовался языком жестов, обнаружив схожесть движений расы Та'й'я с этим языком. Когда лейтенант спросила его об этом, тот пожал плечами, улыбнулся и перевел тему в выгодное для него русло. Нийота не знала, когда и зачем Джим выучил язык жестов, а тот не спешил открываться хоть в чем-то. Но она не забыла. Сулу однажды совершенно случайно обнаружил капитана в одной из ботанических оранжерей корабля. Он никак не выдал своего присутствия, заинтересованный, чем здесь был занят Джим. Особую любовь к растениям Кирк никогда не выказывал. Впрочем, он и не на цветочки глазел, а вовсю работал над чем-то в своем падде, периодически поглядывая в микроскоп, сменял стекла с разными образцами и вновь что-то печатал. Увиденное Хикару не понял, однако проблема с увяданием недавно поднятого на борт образца с необитаемой планеты спустя день решилась. Когда рулевой спросил об этом у капитана, тот играл в дурачка, сказал что забежал в оранжерею просто расслабиться, попутно составляя отчет. Сулу и не купился, и не забыл. И вот недавно Спок по обыкновению составлял компанию капитану в его каюте, они играли в трехмерные шахматы. Умственные и стратегические навыки Джима уже не были для вулканца новостью, но кое-что в каюте, все же, было таковым на этот раз. Плохо спрятанные принадлежности для рисования, с каким-то наброском под ними. Вулканец не понимал причин, по которым Кирк вообще пытался это от него спрятать, поэтому поинтересовался. Но реакция была более бурной, чем любые ожидания Спока: Джим густо покраснел. И ему не удалось скрыть это за смехом и уверениями, что он просто плохо рисует. Любопытно. Спок не смог «выкинуть это из головы», его мозг вообще едва ли был способен забывать, а все, что касалось Джима, имело отдельную надобность. Как старший помощник, Спок должен был хорошо знать своего капитана. Скрытность последнего лишь подтверждала, что вулканец должен был заняться этим вопросом. Он не подумал о том, что простое хобби не имело никакого отношения к службе, а значит никак не могло повлиять на поведение капитана. Первым делом Спок направился к лучшему другу Джима - Доктору Маккою. О навыках рисования Джима вулканец спросил напрямую, в ответ на что глава медицинского отдела подавился, после чего изо всех сил пытался скрыть широкую ухмылку. Получалось у него откровенно плохо, поэтому Леонард просто махнул рукой на Спока и удалился в свой кабинет. Зачастую, многое в человеческом поведении оставалось неясным для вулканца, но в данной ситуации он догадался о знаниях доктора, как и о том, что тот не планировал информировать Спока. Тогда первый помощник отправился на мостик, к станции Нийоты, надеясь на более адекватную и логичную реакцию, но лишь озадачил еще одного человека. "Озадачил", конечно, являлось преуменьшением. Она негодовала и была раздражена, почти злилась. - Он хорош в программировании, ботанике, - она загибала пальцы для пущего эффекта, - и я даже не представляю, сколько языков он знает, - Ухура фыркнула, - а теперь он еще и художник? - ...Понимаю. В этот момент на мостик вступил Джим, который был застигнут врасплох прожигающим взглядом своего офицера по связи и изучающим - старпома. - Э... - он почесал в затылке и криво, неуверенно улыбнулся, будучи убежден в том, что речь в прерванном разговоре шла о нем, - Мистер Спок? - Да, капитан? - Нужно поговорить, - он вздохнул и, развернувшись, обреченно последовал назад к турболифту, - Сулу, все еще управляешь кораблем. - Да, сэр. Спок отметил, что Джим нервничал: он стучал указательным пальцем по брюкам, то и дело косился на своего старпома и средней продолжительности поездку на турболифте перенес с явным трудом. Молчание не нарушалось вплоть до каюты Джима. Тогда его нервозность перешла на новый уровень: - Только не смейся. То есть, ты конечно же не будешь прямо смеяться, но ты меня понял. - Джим. - Ну, я конечно, полный идиот, но... - Джим, - на второй оклик Кирк отреагировал, вздохнув и повернувшись к вулканцу. Спок никак не смог объяснить ту грусть, которая явно читалась в ярко-голубых глазах, - в мои намерения не входит упрек любого рода, если только темой нашего разговора не станет что-либо, способное повлиять на твои обязанности капитана. - То-то и оно, - пробормотал Джим, впуская Спока в свою комнату. Он сказал это достаточно тихо, чтобы любой другой человек не мог услышать. Но Спок не был человеком и он услышал. Вулканец полагал, что Кирк привел его в свою каюту с целью поговорить наедине, однако тот не спешил начинать разговор, он попросил Спока отвернуться (на что тот выгнул бровь, но подчинился) и извлек откуда-то целую стопку бумаги, при этом краснея так же, как при их последней шахматной игре. - Как гребаный сталкер, боже, - продолжал бормотать он. Капитан разложил бумагу на своей кровати и вытер лицо руками. Это оказались рисунки. Не просто рисунки, все они изображали Спока. С разных ракурсов, иногда просто лицо, а иногда и обтянутую голубой форменкой фигуру. - Все это нарисовал ты? - Джим просто кивнул, скрестив руки на груди, - Почему ты держал данный факт в секрете? - Кирк поднял удивленный взгляд, - Я нахожу твой талант.. удовлетворительным, - Джим засмеялся, наконец слегка расслабляясь. - Так ты не злишься или еще что? - Нет, Джим, - Спок сделал шаг в сторону Джима. Непозволительный шаг, как мысленно отметили оба, поскольку пространства между ними оставалось катастрофически мало. Джим сглотнул, стоически выдерживая неотрывный взгляд своего старшего помощника. Вулканец не просто не злился, он был в высшей степени доволен. Один шаг на пути к разгадке самой сложной головоломки в его жизни был сделан. - Джим? - Да?.. - Насколько мне известно, в углу твоей каюты земной струнный инструмент, известный как "гитара", - капитан усмехнулся. Нийоте знать не стоило. Ее реакция могла быть весьма.. непредсказуемой.