Я запомню этот день.

В столовую резко зашла Гаванна со странным и непонятным выражением лица. -У одного из трибутов случилась истерика и... Вообщем, в нее, по неосторожности попали ножом... Она погибла... Мы замолчали. Гаванна еле-еле перевела дух и скорее повела всех в тренировочный зал. Вокруг уже столпились трибуты, тренеры и менторы. Никто не жалел, никто не переживал. Все только ахали и охали, мол, ну ладно. Я не на шутку испугался, и надеялся, что это была не Ивонн. Я понимаю, что это немного эгоистично, но все-таки я бы не хотел, чтобы погиб кто-то из моих друзей. Нет. Это была Не Ивонн. Я вздохнул с явным облегчением. На полу безжизненно лежала девушка 17-ти лет, в живот которой был воткнут кинжал. Ее глаза закатились, а губы уже начинали синеть. Кто-то, видимо из друзей, подошел к ней и ласково прикрыл ей глаза. Странное чувство возникает в груди, когда видишь чью-то смерть. Будто ты наблюдаешь за чем-то личным. Я не знал эту девушку, но в голове крутились мысли. Кто она? Какая она была? Сердце учащенно билось при виде мертвого тела. Вскоре пришли миротворцы и укрыли тело белым покрывалом. На нем стали проявлять пятна кров. Я даже не заметил, как ко мне кто-то подошел и положил руку на плечо. Это была Мейсли. -Может уйдем отсюда? - спросила она, посмотрев мне в глаза. Она больше не злилась на меня, не обижалась. Я был рад. -Да. Я хочу уйти. Она взяла меня за руку и поскорее увела отсюда. Мы шли к лифту, но не домой, а на крышу. Этого места я еще не видел ни разу, и, признаться, честно, вид меня абсолютно поразил. Сколько многоэтажек, зданий, фонтанов, но почти ни одного дерева. Солнце ослепительно било в глаза, но, к счастью, здесь был тенек, в котором можно было полежать. -Ее звали Кара и она из Седьмого Дистрикта. Это все, что я знаю, - проговорила Мейсли. В ее голосе не было ни грусти, ни сочувствия - ничего. Я взглянул на ее лицо и снова не увидел никаких эмоций. Она иногда умела скрывать их. Светлые волосы развевались на легком ветерке. Весь ее образ казался чем-то неестественным на фоне больших и массивных зданий. -Я... прости меня за мое поведение. Я вела себя странно, но даже сама не могла понять причину этого. Просто сейчас мы все находимся в нервном состоянии, - сказала Мейсли. Она взглянула на меня своими миндалевидными глазами и накрыла своей рукой мою. Я молчал, ожидая продолжения разговора. -Я не знаю, что на меня нашло. Я всегда относилась к тебе хорошо, но здесь я поняла, что это соревнование. Здесь каждый сам за себя. И я бы не смогла спокойно принять твою смерть. И убить бы тоже не смогла. Ты стал для меня другом, союзником. Единственным родным человеком здесь. Я пыталась забыть все, но не получалось. Чем больше я старалась, тем больше ты оставлял отпечаток в моем сердце... Она мой друг. Это первое, что я понял в те минуты. Мне нечего было сказать ей. Да и это выглядело бы глупо, словно мы парочка влюбленных, которые не могут разобраться в своих отношениях. Мы не влюбленные, мы опора друг другу. Я буду помогать ей в трудные минуты, но, кто знает, может эти минуты будут последними вместе с Мейсли. -Вот вы где! - это был Каст, который каким-то образом нашел нас здесь, на крыше, - Тренировки будут продолжаться, несмотря на смерть одного из трибутов. Ну идите же скорее, иначе вы все на свете пропустите! Каст отвлек нас от мыслей и поскорее подтолкнул лифту, снова ведущему нас в Тренировочный центр. Мы зашли, надеясь увидеть скорбящих трибутов, которые скорбят по своему товарищу. Но мы ошибались. Все тренировались, как ни в чем не бывало. Кто-то шутил, смеялся, разговаривал так, словно здесь ничего не произошло. Неужели Капитолий так повлиял на людей? Не могли же они стать бесчувственными? Что изменило людей? Восстание? Голод? Голодные игры? Вряд ли. Иногда мне кажется, что люди сами внушили себе это все. Они смирились со всем, что творится в Панеме. Дети умирают от голода? Это естественно! Но когда-нибудь зажгется искра, а за ней и вспыхнет пламя. -Так, ребятки, приступайте-ка дальше к занятиям. Лучше не тратьте попросту время. Ну, идите же! На очереди у меня была стрельба из лука. У нас в Дистрикте, в лесу, я нечасто использовал это оружие. С меткостью у меня все отлично, но стрельба - не моя стихия. Нет, ну однажды я подстрелил маленькую птичку, но это вышло случайно. Все равно с мастерством Мейсли мне не сравниться. Хотя интересно, где она научилась этому? Нашим тренером была женщина сорока лет с коротко остриженными голубыми волосами. Она приказала взять нам всем по луку и начать тренироваться на манекенах. В первый раз я попал прямо в сердце, но в остальные разы стрела летела либо в ногу, либо в руку, либо вообще никуда. Я посмотрел по сторонам, и заметил Питера, который тоже пытался выстрелить из лука, но руки у него так дрожали, что стрела летела мимо мишени. Я услышал, как над ним начали смеяться профи, и тогда я подошел к своему товарищу и научил его правильно держать лук и показал несколько приемов. Питер благодарно улыбнулся мне, развернулся и показал язык профи. Я пожал ему руку за это. Так и проходили наши тренировки. Час за часом, день за днем. С каждым разом мы совершенствовали свое мастерство и, в конце концов, ближе к концу тренировок все мои ножи попадали в сердце или между глаз. Стрельбе из лука я наконец-то научился, метанию копья тоже. В целом, я был полностью готов сразиться с противниками. За все время я очень сблизился с Мейсли. Каждый раз, когда мы чувствовали себя не очень, Мейсли приходила на помощь мне, а я ей. Парочка теплых слов, дружеские (и только дружеские!!!) объятия, и нам обоим становилось легче. Мы были друг другу как бальзам на душу. С Ивонн я тоже немало общался. Мы часто виделись на тренировках, и на секции с завязыванием узлов у нас отводилось свободное время, чтобы разузнать новости и просто поговорить. Она познакомила меня с двумя парнями из Дистрикта номер 7. Древесина. То-то они ловко управлялись с топорами. Их хвали Эван и Куртин. Вообще, парни они хорошие, но не общительные. Держатся вместе, но с другими трибутами почти не общаются. Ивонн сказала мне, что они родные братья, и по страшной случайности оба стали трибутами. Представляю, каково это, когда двое твоих детей уходят на Игры и не возвращаются... Наши тренировки все продолжались и продолжались, но мне не надоедало повторять все раз за разом. Я впитывал новые сведения о растениях и животных, как губка. К концу занятий я знал почти всю флору и фауну наизусть. Но, Распорядители могут преподнести нам сюрприз, где вместо знакомых нам зверей будут Капитолийские выродки. Вот тогда придется тяжко. * * * Наступил день, когда все трибуты должны дать показательные выступления для спонсоров и Распорядителей. Это не последний наш шанс показать себя, впереди еще интервью, но все же я волнуюсь. Я хочу удивить их. Нет. Не просто удивить. Поразить. Но как? Решение пришло мгновенно. Я буду метать ножи. Да, хоть это и просто, но, уж поверьте, я попаду в цель. И снова утро. И снова все заново: завтрак, светские беседы о погоде, переодевание, тренировки. Мне надоедало это скучное однообразие. Хотелось поскорее пуститься в бой, прятаться от врагов, разрабатывать стратегии. Я не хочу, чтобы чья-то жизнь была под моей ответственностью, поэтому буду действовать один. Может, конечно, не сама лучшая тактика, особенно когда рядом 46 человек (исключая Мейсли), готовых тебя убить, порвать на кусочки, зарезать. Но, благо, силы мне придают мысли о моей Аннализ. Интересно, как она там? Наверно, места себе не находит от волнения. Вот, когда приеду, обязательно обниму ее крепко-крепко и никогда больше не отпущу! На душе сразу полегчало, словно огромный камень упал с плеч. Внутри я улыбался, думая о возлюбленной, о том, сколькими моментами нам еще предстоит насладиться. И внутри я почувствовал маленький комочек, зашевелившийся от предвкушения. Но, к сожалению, предстояло еще преодолеть много препятствий и трудностей, одно из которых было показательное выступление. Волнение не покидало меня даже после моего любимого и уже традиционного утреннего душа. Я все никак не мог расслабиться, и, почему-то мое предыдущее средство от тревог не помогало. У меня было ощущение, что в голове какой-то беспорядок. Все мысли перемешались друг с другом. Но, хвала небесам, от моих дум меня отвлек стук в дверь. -Хеймитч, я зайду? - это была Мейсли, уже готовая биться за звание лучшей. -Ээээ, нет! Стой! Мейсли, не заходи, я не од... - но было поздно. Вся прелесть моего нагого тела предстала перед взором ее красивых глаз. С одной стороны, стесняться мне было нечего. Я довольно-таки хорош собой, атлетично сложен, да и "там" все в порядке. Но, как только девушка зашла, я смущенно покрылся краской и пролепетал: -Доброе утро! - это все, что мне пришло тогда в голову. До сих пор, вспоминая этот момент, улыбка не сходит с моего лица. Должно быть тогда я сильно перенервничал. -Хм, доброе утро... Хеймитч! - Мейсли хихикнула и убежала. А я так и продолжал стоять, прикрывая одной рукой свое "достоинство", а другой держась за мокрую голову. Вот так вот. Завтрак. Каждый из нас сидит и не может пошевелиться. То ли, как я от волнения, то ли от недосыпания, то ли просто не хочет ни с кем общаться. Но, как подобает нашему ментору Касту Броксу, он всегда вваливается в столовую в добродушном настроении и неловкой обстановки как не бывало! Все сразу начинают поддерживать разговор, вставлять свои реплики. Все, кроме меня. Хоть с виду я и кажусь таким большим медведем, но в душе я весьма застенчивый. И иногда это играет на руку. -Ну-с, Хеймитч, как тренировки? Волнуешься? - обратился ко мне Каст. Честно говоря, было странно услышать его обращение именно ко мне. -Тренировки замечательно. Я многому чему научился. Например завязывать узлы, ставить ловушки, метать копье... Но, в стрельбе из лука Мейсли явно превзошла меня! - с жаром ответил я. -Ну что ты, Хейм, зато ты силен в ванной... - произнесла она буквально задыхаясь от смеха. Все сразу посмотрели на нас с непонимающим взглядом. Причем здесь ванная? Я тоже посмотрел на Мейсли и, наконец, лопнул от смеха. Точнее мы оба начали заливаться веселым хохотом так, что вилки на столе прыгали. Это длилось около пяти минут, пока в столовую не зашла Гаванна. -А, вы здесь смеетесь, а на Арене что делать будете? Тоже смехом победите, м? - настойчиво спросила она. Ну, Гаванна будет не Гаванна, если не сделает кому-либо замечание. -Нет, Гави, что ты! Пусть детишки расслабятся! Им столько еще предстоит, ого-го! - присвистнул с недовольным видом Каст. Больше мы с Мейсли не говорили. Между нами был невидимый барьер, который все же проявлялся иногда. Например на тренировках. Именно там мы сразу же понимали, что здесь каждый враг. Даже тот, кто кажется тебе близким другом. Мы с ней прекрасно понимали, что наша дружба не может быть вечной. Союз будет разрушен. И это будет сделано на Арене. Но, не знаю, как Мейсли, но я бы не хотел терять такого хорошего друга, как она... Ибо тяжело быть одиноким. Мы уже сидели и ждали своей очереди. Казалось, все длилось бесконечно. Долгое и утомительное ожидание, неловкий взгляд Мейсли, моя забитая мыслями голова. Ох, освободиться бы от всего этого хоть на минуту! Наконец-то подошла очередь Дистрикта номер двенадцать. Первый вызвали Мейсли. Я не видел ни страха, ни волнения в ее глазах. Лишь легкую улыбку, которая она прятала уже довольно долго. Прошло наверно минут 30, прежде чем голос из ниоткуда назвал мое имя. Мои руки начали трястись, голова запульсировала, а живот свело. То ли страх, то ли жуткое волнение охватило меня тогда. Но я помню, что в зал вошел с ватными ногами, полностью не осознающим ничего. Что я тут делаю? Зачем я здесь? Почему меня вызвали? Распорядители Игр сидели выше зала. Один из них, должно быть самый главный указал мне головой на стойку с оружием. Сначала я не понял его и просто продолжал стоять перед взором голодных собак. Но, они снова обернулись на меня и заметили мое недоумение. -Возьми и оружие и попытайся удивить нас, Хорент! -Меня зовут Хеймитч. Хеймитч Эбернетти. Дистрикт 12. Распорядитель кивнул головой и продолжил прерванную мной беседу. Я стремительно направился к стойке, захватил с собой 3 острых, как бритва кинжала и встал в позицию. Как назло, мои глаза начали слезиться, но не зря я учился столько дней. Все три попытки были удачными. Все 3 ножа попали в цель. Радости не было предела! Я буквально закричал от восторга, охватившего меня и сразу же посмотрел наверх. Кто-то одобрительно кивал головой, кто-то хлопал в ладоши, но самый главный из них (я не помню его имени)не произнес ни слова. Он молча кивнул мне, что означало "Спасибо, вы свободны!" И я вышел из зала. Самое главное уже позади, в впереди еще интервью... и... Игры. Нет, главное все еще впереди. Невидящими глазами я добрался до квартиры и зашел в гостиную. Там уже сидели трибуты, стилисты и менторы, терпеливо ожидающие меня. Оценки будут через полчаса. А пока что я послушаю светский треп. * * * Через полчаса начали объявлять оценки за Показательные выступления. Как обычно начинали с Первого Дистрикта. Я с приятным удивлением увидел оценку Ивонн: 10. Интересно, чем она их так зацепила? Иногда мы все же вставляли свои едкие комментарии по поводу некоторых из них. Например у одного из амбалов, насмехающихся над Питером, оценка 9. А он не так уж и слаб, как казалось. Возможно, сила сыграет в Играх немаловажную роль. Наконец-то дошли до нашего Дистрикта. Начали с Зейны. У нее 8. Весьма неплохо для девушки, которая почти не умеет ничего, кроме драк. На экране появилось лицо Мейсли. 7. Мало, очень мало для такой сильной девушки, как она. Следующий Питер. И его оценка 5. Питер большой молодец! Я рад, что он не ударил в грязь лицом. И вот, настала моя очередь. Мое лицо появилось на экране, а Цезарь Фликкерман почему-то занервничал. -Хеймитч Эбернетти... Так-так, Хеймитч. Хм, странно. Этого не может быть. И его оценка... 1. Все сидели в молчаливом шоке.