Iridescent eyes

Восемьдесят лет спустя...       Я отбиваю удар, усмехаюсь. — Ты жульничаешь, — слышится недовольный голос. — В каком месте? — вонзаю светящийся клинок в землю, опираюсь о него руками. — Я ещё не придумал, — фыркает Верус.       Я закатываю глаза, смотрю на Виктора, который уложил на лопатки Харона.       У Веруса серебряные волосы, которые вечно болтаются волнами где-то у него за спиной. Харон же постоянно обрезает себе волосы, но они находятся в реальном беспорядке на его голове. Прям как у меня… — Да мои отцы отжигают, — хохочет Август, сверкая своими аквамариновыми глазами.       Он сидит неподалёку, смотрит за тренировкой.       Август заступил на службу в королевские войска тридцать лет назад. Его меч с аквамарином всегда помогает ему в тяжелых битвах с демонами, которые напали на наш мир. Боги не на шутку разбушевались.       Высокий хвост лежит на правом плече, прикрывая синие доспехи из кожи, плащ стелется по полу.       Харон фыркает, зачёсывает назад свой беспорядок на голове, кусает губы. Он хмурит чёрные брови, а затем, всё-таки, сдаётся. Ему ещё учиться и учиться. Да и Виктор ему уступать не собирается.       Кстати о Викторе. Он тоже отпустил волосы. Поэтому я теперь всё чаще смотрю на него. Боги, ну какой же он у меня красивый… — А ты думал, что мы — старпёры? — Виктор откидывает серебряные пряди назад, переводит веселый взгляд на меня. — Ну да, конечно, вы у нас всегда молодые, — хохочет Август. — Хоть сейчас ещё парочку детей сделаете. — Сделаем, если захотим, — я показываю ему язык, смеюсь. — Не-е-е, с меня хватит братьев, — вздыхает Верус. — Мать Тереза, вспыльчивый честолюбивец и выскочка. — А сам-то кто? — прищуривается Харон. — Мальчики, не ссорьтесь, — вздыхаю я. — Юри, они всегда будут такими. И всегда будут ругаться, — Виктор подходит ко мне, обнимает меня за талию и чмокает в щёку, смотря на наших мальчиков.       Марс сейчас работает в академии магии. Учит детей управлять своими силами. — Что я пропустил? — перед нами появляется Амор.       Он — худшая версия всех наших детей. Серьёзно. Это сын Лира и Тена. И они сами готовы повеситься из-за него.       У Амора произошли дикие сбои, когда он был ещё в утроби у Тена… Поэтому… У него болезнь, при которой кожа двух цветов. То есть, он местами синий, местами у него кожа кремового цвета. Глаза у него тоже разные. Один серый, как у Тена, а другой ярко-зелёный, как у Лира. Он вечно завивает свои белые волосы. И… Да, он очень красивый, но его самооценка просто кошмарна.       Амор слишком самовлюблённый. Язвительный. Дерзкий. — Ну вы просто посмотрите, коровка пятнистая припёрлась, — ворчит Харон. — Я тебе сейчас на голову водный пузырь нацеплю, — язвит в ответ Амор. — Пожалуйста, мальчики, — вздыхаю я.       Тен и Лир не умеют выбирать имена детям. Серьёзно. — От них нельзя ожидать спокойствия, — холодно произносит Эриус, который сидел около дерева неподалёку, листая книгу.       Это сын Тайса и Дайка. У него песочно-белые волосы, карие глаза и лицо, на котором эмоции вообще никогда не проявляются. Его волосы завязаны в косы, он оглядывает нас всех скучающим взглядом. — Кошмар, — тихо говорит Виктор. — Правда кошмар. — Согласен, — шепчу я в ответ.       Пока тут никто никого не убил, мы бочком отступаем в сторону замка. — Подождите, я с вами, — слышится за нашими спинами голос Августа. — Я жить хочу.       Всё, на тренировочной площадке собрана адская смесь из детей, которые реально всегда ссорятся. Нет, не так. ВСЕГДА.       Вот так.       Как раз начали слышаться крики с той стороны.

***

— Ну, пока что всё хорошо, демоны не слишком сильно наступают, — говорит Август, хрустя пальцами.       Мы идём по аллее, что окружает замок. — Тебе правда нравится сражаться с ними? — спрашиваю у нашего сына я. — Не представляешь как, пап. Я был рождён для битв, — смеётся он. — Ты был рождён для меня, — слышится смешок.       Перед лицом Августа резко появляется лицо Сэинта. Он свисает с дерева вниз головой, сверлит светящимся зелёным взглядом Августа. — Мечтай, — фыркает мой сын. — Привет, Сэинт, — улыбается Виктор. — Уже вернулся из похода? — Да, когда узнал, что меня бросили одного в палатке среди кучи гоблинов, — фыркает он, прищуриваясь. — Ты не хотел просыпаться, — разводит руками Август. — А я тебе говорил, что хочу навестить семью. — Ты кинул меня. Опять, — шипит полудроу. — Не отрицаю, — Август обходит его, смеётся. — Виктор, у них всё в порядке? — шепчу я на ухо своему любимому. — А что у них может быть не в порядке? — улыбается он. — Ну… Они ругаются. — Они всегда ругаются, — смеётся он. — Будто сам не знаешь. — Я переживаю за них, — беру Виктора за руку, смотрю в его глаза. — Опять сопли. Вам не надоело? — вздыхает Август. — Нам никогда не надоест, — чмокаю Виктора в губы, улыбаюсь. — Юри, — он играет бровями, подмигивает мне.       Я краснею, отвожу взгляд в сторону. — Виктор у нас ещё дел по горло, — тихо произношу я. — Дела подождут, а я соскучился, — он целует меня в висок, прикрывает глаза. — Давай сначала всё доделаем, а потом я уже устрою тебе сюрприз? — поглаживаю его по щеке. — М-м-м, какой сюрприз? — томно выдыхает он на моё ухо. — Приятный, — улыбаюсь я. — Ты тоже это видишь? — Август стоит, скрестив руки на груди. Около него стоит в такой же позе Сэинт и они оба щурятся, задумчиво смотря на нас. — Ты про прекрасные отношения, которых у нас с тобой нет? — язвит полудроу. — Я про то, что меня сейчас стошнит, — вздыхает Август. — Цыц и кыш отсюда, — фыркает Виктор на них. — Фи, — Август резко разворачивается и уходит восвояси. — Эм-м-м… Дядя Юри, дядя Виктор, — Сэинт мнётся, опускает взгляд в землю. — Да? — спрашиваю у него я. — Могу я… Ну… — он кусает губы. — Думаю, будет лучше, если ты просто сделаешь ему сюрприз при всех, — улыбается Виктор, смотря на него. — Будет только хуже, — выдыхает Сэинт, когда осознаёт, что мы всё понимаем. — Не будет, — я мягко улыбаюсь, перевожу взгляд на своего возлюбленного. — Ладно, спасибо, — быстро выпаливает полудроу и уходит вслед за Августом. — Настрадается он с нашим сыном, — вздыхаю я. — Ну, мы ничего тут поделать не можем, — Виктор чмокает меня в висок, его руки спускаются на мои бёдра. — Витя! Нельзя, у нас дела, — я перемещаю его руки выше, прищуриваюсь. — Я помню, — улыбается он, смотря на меня из-под ресниц. — Ну… Хоть поцелуйчик, Юри… — Ладно. Но только один. — Один, — соглашается он.       Я встаю на носочки, обнимаю одной рукой Виктора за шею, а другой зарываюсь в его волосы на затылке, перебирая их пальцами. Он резко прижимает меня к себе и глубоко целует меня, прикрыв глаза.       Я вздыхаю, хочу разорвать поцелуй, но Виктор только напирает, тянется к моим губам, не давая сделать даже вдоха.       Мы не удерживаемся, я оказываюсь уложенным на лопатки в ближайшем кустике…

***

— Ты просил один поцелуй, — улыбаюсь я, поглаживая его грудь. — Так там и был один поцелуй, — смеётся он. — Да, ты ж так и не оторвался от меня, — перекидываю серебряные пряди ему за спину, чмокаю его в носик.       Надо бы с земли одежду собрать…

***

      Мы собрались на обед в столовой. Даже Мелр и Марс пришли. Все слушали их рассказы об академии. Виктор, пока никто не видит, гладит меня по бедру под столом, а я накрываю его руку своей.       Слышится звон от вилки, которой стучат по бокалу. Все взгляды устремляются на Сэинта.       По нему видно, что он нервничает.       Даже Тен и Лир замолчали, хотя снова о чём-то спорили.       Сэинт встаёт со своего места, подходит к Августу.       Виктор улыбается, бросает быстрый взгляд на меня.       Сэинт опускается на одно колено, краснеет. — Август… Мы знакомы с тобой с самого рождения и… Ты знаешь, что я всегда любил тебя и готов был следовать за тобой в любое пекло, в любое место в нашем необъятном мире. И я хочу и дальше следовать за тобой, сопровождать тебя всю твою жизнь, быть рядом с тобой всегда и везде. Я хочу, чтобы ты был счастлив и я готов подарить тебе счастье. Я… — он опускает взгляд, достаёт из кармана бархатную синюю коробочку. — Я предлагаю тебе свои руку и сердце, свою душу и свою жизнь. Ты выйдешь за меня?       Август с удивлением смотрит на него.       Все затаили дыхание.       Виктор сжимает мою руку крепче, я улыбаюсь. — Нет, — коротко отвечает Август.       У Сэинта все краски с лица пропадают. — Что? — он медленно моргает. — Я не выйду за тебя, Сэинт, — говорит Август. — Ты что, больной? — спрашивает у него Харон. — Август, какого чёрта?!       Мы с Виктором переглядываемся, Тен смотрит на эту картину, приподняв брови. Да все просто в шоке.       Сэинт опускает руку, в которой находится коробочка с кольцом, отводит взгляд. — Какая свадьба? Вы вообще о чём? — Август встаёт со своего места. — Я ещё не готов к этому. Да и… Да вы просто посмотрите на нас. Разве мы — хорошая пара? — он вздыхает.       Сэинт кусает губы, поднимает взгляд на Августа, встаёт на ноги и, оставив кольцо на столе, уходит, хлопнув дверью. — Знаешь, Август, а ты козёл, — фыркает Амор, скрестив руки на груди. — Ты вообще помолчал бы, — ворчит Август. — Пойду успокою Сэинта, — я встаю со своего места, бросаю взгляд на своего сына.

***

      Полудроу я нахожу сидящим на дереве. — Сэинт, можно с тобой поговорить? — спрашиваю у него я. — Я хочу побыть один, — тихо говорит он. — Прости, просто… — отвожу взгляд. — Дядя Юри, я сам всё знаю. Да, я буду просто ужасным мужем Августу, он заслуживает лучшего… — Не говори чуши, — фыркаю, забираюсь на дерево. — Просто он… Нервничает. — Да не нервничает он. Он всё прекрасно осознает. Он не хочет свадьбы, детей, да и вообще семейной жизни со мной, — у Сэинта видны мокрые дорожки на щеках.       Я кладу руку ему на плечо, кусаю губы. — Не думай так плохо о себе. Он ведь тебя любит, — тихо говорю я. — Я уже сомневаюсь в этом. — Это глупо. Вы же созданы друг для друга, — стараюсь его приободрить я. — Как у Вас это получается? Ну, отношения с дядей Виктором. Как это вообще случилось между вами? — спрашивает он, переводя взгляд на меня.       Его глаза обесцветились, оставляя только зрачки и едва заметный серый ободок вокруг них. — Ну… Он спас меня от тёмных магов, когда я был в рабстве. Вытащил из того ада, в котором я находился. Я очнулся в его палатке, когда меня откачали. А потом он просто лёг спать рядом со мной, не отходил от меня ни на шаг. Да что там, он даже на другую лошадь меня пересаживать не хотел. Я мог ехать только с ним. Да и он заключил спор со всем отрядом, что мы с ним будем вместе. Да и я понимал, что уже не смогу без его глаз. — У Августа есть тёмные вкрапления карего цвета, — тихо говорит Сэинт. — А как ты понял, что любишь его? — тихо спрашиваю я. — Я просто услышал его имя и взглянул на него, — выдыхает он, смотря вдаль. — Так давно? — спрашиваю у него я. — Всю свою жизнь… — говорит он.       Я вздыхаю, опираюсь спиной о дерево. — Я не знаю, что делать, — отвожу взгляд. — Да ничего. Раз уж он не хочет выходить за меня. Это его выбор…

***

      Мы вместе возвращаемся в столовую, Сэинт даже не смотрит на Августа. Виктор обнимает меня, прижимает к себе. — Ну так… — старается разрядить обстановку Верус. — Как вам обед? — Просто прекрасно, — ворчит Харон. Виктор тяжело вздыхает, смотря на всех.

***

— Кошмар, — Виктор прижимается ко мне, хмурит брови. — Всё наладится, — успокаиваю его я. — Ничего не наладится, Юри. Да между ними теперь будто молнии скачут. — Не преувеличивай. — Я видел, как Сэинт сорвался на Мелре, который пытался с ним поговорить.       Я отвожу взгляд, поглаживаю плечи Виктора. — Может, всё ещё изменится…