Красный шарф.

3 часть: Это ради её счастья…

Дети отрекаются от мечты, чтобы обрадовать родителей, родители отрекаются от самой жизни, чтобы обрадовать детей… Человек, которому случалось терять то, что, как ему казалось, будет принадлежать ему вечно, в конце концов усваивает, что ему не принадлежит ничего. Пауло Коэльо

Pov Микаса.

Незабываемые летние дни прогреты лучами ласкового солнца, ветром свежим овеянные, дождиком прохладным умытые. Это дни зеленой травы, сладких фруктов и лучезарных цветов. Лето — самое прекрасное время года. Летом прекрасно и на море, и в горах, но лучше всего в летнее время в утреннем лесу. Утро в лесу наступает всегда быстро и нежданно. Царица ночь еще властвует в дремлющем лесу — и тут в одно мгновение утренняя роса появляется на траве, листьях деревьев и кустарников, которые потягиваются ветками, встрепенувшись. Птицы, пробудившись ото сна, заполняют воздух своими песнями, взлетают к верхушкам деревьев. Красное солнце выплывает из-за леса, и птицы радостно встречают его разноголосьем. Алую мантию раскрывает величественное солнце, звезды бледнеют, а через некоторое время исчезают вместе с серебряной луной. Первые лучи солнца, утренняя роса и пение птиц пробуждают лесные цветы: они, встрепенувшись от росы, поднимают свои головки и тянут их навстречу солнцу. Аромат цветов пробуждает бабочек, которые начинают порхать своими разноцветными крыльями. Вокруг меня деревья, весь воздух пропитан ароматом сосны. Высоко над головой между сосновыми ветками я вижу бирюзовое небо и сияющее солнце. А вот лужайка, куда мало проникают солнечные лучи. На зеленом коврике травы — ярко-красные ягоды земляники, словно кто-то потерял яркие бусины. Я сажусь на траву, прислоняюсь спиной к дереву и стараюсь разглядеть между густыми верхушками леса кусочек неба или лучик солнца. Свежий утренний ветерок, игриво летая между деревьев, высушивает оставшуюся росу, которая искрится на солнце камнями-самоцветами. В лесу начинает бурлить жизнь. Просыпаются муравьи и начинают бегать цепочкой туда-сюда, собирая еду; в воздухе слышен гул пчел и шмелей, пауки снуют свою паутину в надежде найти добычу. Голоса лесных птиц становятся громче, они как будто приветствуют утреннее солнце, радуясь новому дню. Из-за куста появился заяц-русак, приглядывается, чем бы вкусненьким полакомиться. Его тяжело приметить, он замаскирован под летние цвета. Зашевелилась куча прелых листьев. Из ее появляется ежик из большим семейством: время начинать утреннюю охоту. Присмотревшись хорошо среди густых ветвей можно рассмотреть рыжую белочку с пушистым хвостом. Этот зверек очень припасливый: зима еще за горами, а у нее уже готов тайничок, полный вкусной и полезной еды. На земле рядом с собой я увидела небольшой бугорок. Отслонив его, моему взору предстал небольшой гриб, который несмело предъявлял свое право на существование. В летнем лесу настоящий рай: воздух чист и свеж, хочется дышать полной грудью. Ярко-розовое небо преображается в светло-бирюзовое, а потом в чисто-голубое. Летнее свежее утро меняется ярким летним днем. Оно уплывает далеко за горизонт, чтобы снова вернуться после долгого летнего дня и короткой летней ночи. Как же я люблю лето… Я встаю и понимаю, что пора позаниматься. Бегу по стволу дерева, чуть не падаю возле ствола ветки, запрыгиваю на неё и передвигаюсь уже сверху, наблюдая за всем живым сверху. Леви ушёл на какую-то миссию и его не будет до конца этой недели. Кенни слишком занят для того чтобы обучать меня во время летних каникул, которые нам иногда выдавала академия… По этому я предалась самой себе. Сейчас то время, когда моё отсутствие не заметят. На ходу бросаю кунаи в мишени и опережаю ловушки, которые поставил когда-то Леви для меня, но я уже выучила, как да и куда нужно направить тело чтобы преодолеть их. Скучно. Одно и тоже. И сейчас завершающая комбинация. Подпрыгиваю вверх и делаю сальто, лечу вниз головой к земле, делаю «юлу и направляю кунаи так чтобы они друг друга задевали и перенаправляли в те стороны, которые я хочу. Смещаю корпус чуть вперёд, кувырок, выравниваюсь и падаю на землю ногами. Приподнимаюсь и смотрю на плоды своей работы. Восемь кунаев в восемь мишеней попали в центр. Обхожу камень, девятая тоже в центр, прохожу вперёд за дерево, десятая так же. Вздыхаю и выдыхаю. Над головой пролетели птицы. Смотрю на голубое небо, на плывущие облака. Так спокойно, так тихо, но что-то сердце колотиться, как бешеный зверь. Бродя по лесу и продолжая тренировать свои техники, тело и дух, день сменяется вечером…

***

Сидя на каменных лицах четырёх Хокаге, смотрю в даль. Деревня окрашивается в красные, коричневые и рыжие тона. Здесь видно всё. А ветер, который норовит меня сдуть, так приятно, хоть и тяжеловато давит на лёгкие, щекочет кожу. Закат солнца обладает воистину притягивающим волшебством. Его стремятся увидеть, запечатлеть на картинах, описать словами. В лучах заката люди объясняются в чувствах, делают предложения или же просто, без слов, сидят в обнимку, склонив головы навстречу друг другу. Кто-то сидит с детьми, кто-то с родителями. Как жаль, что многие из нас пренебрегают возможностью присоединиться к созерцанию этого настоящего чуда, выбирая более обыденные занятия. В то время, когда тяжёлый, бархатный зной летнего дня, как океанский отлив, медленно, но бесповоротно убегает прочь, все как будто замирает. Солнце, устав за день честной и совестной работы, перед этим медленно катившись по небосклону, приближаясь к горизонту, словно все ускоряется. Жёлтое, слепяще яркое днём, оно меняет свой цвет и оттенок на более мягкий и теплый, который словно невесомая шаль укрывает всё вокруг. На краткий миг создаётся атмосфера уюта и покоя, в которую хочется любить и быть любимым. Не знаю, почему у меня такое возникает описание этого времени суток. Скорее всего, после смерти мамы, мой мир изменился. Я смотрю на него не так… наивно, но с долей детского азарта. Леви говорит, что мысли мои под стать взрослому, что не сказать о моём поведении или характере… Вся природа в закатных лучах чудесным образом преображается. Зеленый цвет растений становится все насыщеннее, контрастнее. Всё живое, которое вело активную деятельность днём, готовится к отдыху- сну. На всё вокруг приятно смотреть, да что там, всё вокруг кажется таким родным и дружелюбным, что я готова всё обнять, прижать к себе и никогда не отпускать. Но по-настоящему летний закат я могу оценить только возле крупного водоема или водопада. Отражаясь от водного зеркала солнышко словно бы создает дорожку, тропинку из света, по которой, казалось бы, можно просто взять и побежать в какой-то другой, сказочный мир. Такой мир, в котором нет места заботам и суете, где люди живут счастливо и радостно, а для меня там есть своё место, на которое никто не претендует. Краткий миг заката, к сожалению, быстро заканчивается, но так хочется его продлить, растянуть. Поэтому люди, встречая закат, собираются намного заранее и терпеливо ждут, когда же всё начнется. А может это я одна такая? Может всем всё равно? Не знаю… Умение не только видеть красивое, но и по достоинству его оценить — дано далеко не каждому, но все люди рождаются и проходят почти одинаковый процесс становления и формирования. Конечно, база для внутреннего роста у всех получается разная, но на определенном этапе жизни человек начинает себя корректировать сам. Так почему не делать это в правильном направлении: наслаждаясь вечным и прекрасным? Я знаю ответ. Потому, что мир жесток. Мир не сказка. Детским мечтам и наивности здесь нет места. Если ты стал учиться в академии и становишься шиноби, ты не имеешь права так думать. Ты убийца, ты… По щеке скатилась маленькая слеза… Сколько бы я не повторяла слова Леви, всё равно… всё равно, не могу понять, почему в этом мире всё именно так. Почему так сложно, безжалостно, жестоко и не справедливо?

Pov Микаса end.

На дворе было лето. Уже много дней палящие лучи солнца изнуряли всё вокруг. Под их яростным натиском пожухли зелёные луговые и полевые травы, ветки деревьев огорчённо поникли, птицы пели не так звонко, как обычно, а люди словно задыхались в духоте. Казалось, что совсем немного — и всё засохнет, так и не дождавшись благодатного дождя. Тот день был таким же жарким, как и все предыдущие. Солнце скрылось за горизонтом, но это мало спасало от жары… Через час после захода солнца, Микаса отправилась в свой район, домой. Раздался оглушающий гром. Откуда-то издалека ему вторил другой, не менее грозный раскат. Совсем рядом сверкнула молния, разрезавшая потемневшее небо, как острый нож. Аккерман стремглав кинулась к себе домой, опасаясь такого буйства природы. Но не успела… Пошёл ливень. Ей казалось, что это кто-то сверху вёдрами выливает на неё воду. Да, это была настоящая гроза, первая этим летом! До дома было ещё довольно далеко, а укрыться было негде. Ей даже стало немного страшно, а ещё сердце не переставало биться так сильно, что было больно. Дождь был буен, как горный водопад, вода была кругом. Она продолжала бежать, теперь уже наугад, ведь ничего не было видно. Молнии всё ещё сверкали, освещая окрестность, а вот грома уже почти не было слышно. Неожиданно ливень превратился в мелкий, шепчущий дождик. Микаса наконец-то прибыла к пункту своего назначения… и… Несколько трупов лежало возле ворот в квартал Аккерманов. От страха, у девочки подкосились ноги, она упала на мокрую дорогу. Потом, осознав всю картину, она ринулась искать кого-нибудь для помощи. Микаса бежала быстро, скользя на лужах. Где-то на заднем фоне послышались новые раскаты грома. Она бежала, падала, раздирая колени, не замечала ничего, ни мертвых соклановцев, ни море крови. Перед своим домом она нашла умирающего Кенни. Он кашлял кровью, из груди торчала катана, из раны обильно шла кровь. Девчонка подбежала к дяде, необращая на его непонятные хрипы. Она пыталась понять его слова, пока из-за очередной вспышки молнии она увидела тень над собой. От страха девочка расширила глаза и хотела повернуть голову, как Кенни перехватил её, отбросив на своё место. На миг Микаса закрыла глаза, боясь удара о стену, но его не последовало. Медленно открыв глаза, Микаса поняла, что находиться возле ворот Конохи. Отойдя от шока, она побежала искать шиноби, которые могли бы помочь. Первыми на глаза попались люди из сторожки перед самыми воротами. Сначала охрана не поняла, о чём умоляла их плачущая девочка, а когда до них дошел смысл её слов, было уже поздно. Весь квартал Аккерманов окрасился красным. Из выживших остались лишь Леви, который находился на миссии и Микаса, чудом спасшиеся от неминуемой гибели. Пока шиноби рассматривали трупы и уносили тела, Микаса сидела над телом Кенни и плакала. Она просила прощение, просила не оставлять её… он был относительно добр к ней… он был частью её семьи… Всю ночь девочка не спала и не отходила от мёртвого тела. Когда Кенни хотели унести, она вцепилась в его жилет, испачкав руки кровью. Слёзы продолжали безостановочно литься из её глаз, пока она не перевела взгляд на свои ладони. Тут же отпустив жилет дяди, брюнетка судорожно осматривала кровь на своих руках. Страх медленно подкатывал к горлу, лишая возможности здраво соображать и дышать спокойно. Испуганно переведя взгляд на рану Кенни, а после снова на свои ладони, Микаса зарыдала сильнее. Глубоко задышав, девочка обхватила голову руками и, наклонившись, закричала что есть мочи. Голосовые связки натянулись, словно струнки и превратили девичий крик в непонятное хрипение. Но Микаса не обращала внимание на боль, ей до безумия сильно хотелось заглушить образовавшуюся внутри пустоту и другого способа ребенок не знал. Детская психика не выдержала. Взрослые пытались успокоить выжившую этой ночью, но она вырывалась и кричала, захлебываясь собственным слезами. — Я ОТОМЩУ, КТО БЫ ЭТО НЕ БЫЛ!!! Тем самым временем две пары глаз наблюдали за девочкой в листве дерева. Обладатель одной из них улыбнулся. — Наша работа сделана, пошли, — сказал он и они исчезли, так же быстро, как появились. Потеряв рассудок, Микаса не только вырывалась, но и наносила не слабые удары по шиноби, поэтому сдерживалио три джонина. В конце концов, силы у неё закончились и девочка погрузилась в спасительный для неё сон…

***

Проснулась Микаса в палате больницы Конохе. Её разум был пуст. Отсутствие каких-либо мыслей отражалось в стеклянном, лишенном эмоций взгляде. Ей хотелось всё забыть, но картинки случившегося возникали будто специально. Не справившись с щипавшей болью в глазах, девочка снова начала рыдать в голос. Ирьенин успкоил её с помощью медицинских техник и до ужина Микаса спала относительно спокойно. Вечером она узнала, что валяется здесь уже третий день, а похороны будут в конце этой недели, через несколько дней. Девочка медленно встала и подошла к зеркалу с умывальником. Смотря на себя и отмечая впавшие участки лица и выпирающие ключицы, девочнка не испытывала ничего, кроме боли внутри. А если бы она была в тот день дома, а не в лесу, её бы тоже убили? Скорее всего, Кенни не успел бы её спасти, поэтому, она была бы мертва. От этих мыслей ей стало плохо. Вспомнив дядю, Микаса посмотрела на свои руки. Ее тело затряслось, а в глазах защипало. Аккерман упала с ужасом на лице, продолжая смотреть на кровь на своих ладонях. С трудом, но она поднялась и начала отмывать их, не понимая, что это бесполезно. Кровь не смывалась. Не стоило после попыток оттереть бардовые пятна с рук поднимать взгляд на зеркало. Увидев, что всё её отражение в крови от головы до ног, девочка начала орать от испуга. Она ударила со всей силы по зеркалу. Стекло удара не выдержало разбилось на мелкие куски. Осколки врезались в костяшки и, причиняя боль, стали приводить Микасу в чувства. Наткнувшись взглядом на один из крупных осколков, она взяла его в руку и медленно, будто обдумывая что-то, поднесла к горлу. Но момент, когда стекло упиралось в тонкую шею, в комнате оказались неизвестные девочке шиноби и знакомый ей ирьенин. С трудом успокоив, её отключили. — Бедная девочка, — сказал вошедший Хирузен, как обычно куря трубку…

***

Что случилось однажды, может никогда больше не случиться. Но то, что случилось два раза, непременно случиться и в третий.

***

На похоронах Микаса была спокойной. На кладбище было относительно мало людей, только единицы бывших друзей, товарищей, знакомых и некоторые Учиха, сам Хокаге и старейшины. На маленькую девочку никто не обращал внимание, поэтому люди во всю обсуждали и осуждали весь клан Аккерманов, но Микаса не слышала. Не хотела слышать. Сейчас мысли её далеко в прошлом и она сама не понимала, почему не плачет, ведь ей было больно до слёз. Наверное, последние просто закончились прошлой ночью. Постепенно люди стали расходиться из-за надвигающихся туч. И вот… Первые тяжёлые капельки дождя редко застучали по горячим листьям. Природа начинает с жадностью пить долгожданную влагу. Увидев на небе первые тучки, деревья заволновались, неспешно зашумели и тихо зашептались, как будто проснулись от оцепенения, протягивая свои ветки к тучам. Еще чуть-чуть и с верхушек недавно ещё сухих деревьев потекли первые струи летнего дождя. Дождь был сильным, его хватило и цветам, и душистым травам, и земле. Девочка посмотрела на небо, которое не придавало ей радости. Такое же мутное, как её сознание. Она снова плакала, но дождь всё скрывал. Хокаге дал добро Учихам временно принять Аккерман к себе, пока Леви не вернётся, потому что понимал, что несколько недель жить в доме, где погибли близкие, для девочки будут адом. Но Фугаку не успел поймать девчонку, которая пошла домой. Он попросил старшего сына, Итачи, привести её. Микаса стояла напротив дома, не решаясь войти. Пусть дождь уже смыл остатки крови и добавил на дороге новые лужи и новую грязь, воспоминания о смертях никак не хотели отпускать юную Аккерман. Она стояла и безжизненно смотрела на то место, где умер Кенни. Казалось, что она сама умерла вместе со своим кланом. Вскоре последние тучи, которые подгонял легкий ветерок, постепенно убегали за горизонт, оставляя за собой прохладу и свежий воздух. Вся природа начала оживать, казалось, она надела на себя праздничный наряд с блестящей накидкой. После такого дождика так хочется пробежаться босыми ногами по лужам, повеселиться и поднять настроение! Наверное, нет такого человека, которого летний дождь оставит равнодушным, ведь это теплая энергия и заряд бодрости! Такой дождь должен радовать, под ним хочется стоять и впитывать долгожданную влагу. Но… Но она стоит с выпученными глазами и держит над своей ладонью кунай. Одно лёгкое движение руки, но боль не чувствуется. Чувствуется, но в другой руке, где находиться оружие. Она подняла глаза и увидела Итачи. Тот мягко и как-то успокаивающе улыбнулся и одним сильным ударом попал в третий позвонок. Не успев что-либо понять, девочка потеряла сознание. — Прости, Микаса, но это для твоего блага, — тихо сказал Учиха, выкинув её кунай в сторону и подняв хрупкую девочку на руки. Он медленно пошёл по лужам в сторону своего дома. Из-за туч показалось солнце. «Она сможет пережить это. Она сильная, она ведь Аккерман» — подумал Итачи… Продолжение следует…