Театральный роман

POV Агата – А у тебя красивые губы, – я отстранилась и, встав на полную стопу, смотрела на него. Киоссе резко опустился ко мне и с хищным взглядом стал страстно, но небрежно целовать мои губы, иногда покусывая белоснежными зубами. Он до боли прикусил нижнюю губу и проникнул внутрь. Наша сексуальность нарастала, и я чувствовала, как он прижимает меня к двери. По мере возбуждения, его поцелуи становились всё более глубокими, мне приходилось подчиняться, так как он не давал моему языку покоя. Мы целовались жестоко. Он буквально насиловал мой рот, будто я сама на это напросилась. Никита резко вцепился своими губами в мою шею и стал страстно целовать её, оставляя на ней засосы. И я почувствовала, как его ладони ползли по моей талии под блузкой. Его руки плавно спустились на моё бедро, медленно поднимаясь все выше и выше. Его ладонь так мягко и безобидно передвигалась по моей ноге, что изо рта донесся легкий вздох, какие произносят при наслаждении. На что Киоссе усмехнулся. Никита с рыком стал расстегивать пуговички на моей легкой блузочке. Не отрываясь от моих губ. Когда Никита расстегнул мою блузку, то резко прервал поцелуй. Он отстранился от меня и отступил на шаг назад. Простояв так минуту с задумчивым взглядом и тяжелым дыханием, он резко выскочил из туалета оставив меня со многими вопросами. *** То что произошло в самолете… я до сих пор не могу понять из-за чего он остановился. Тысячи вопросов в моей голове смешивались и выскакивали, один за другим. За весь оставшийся путь он не посмотрел на меня. Ни разу. После того как он остановился и задумался, то именно это лицо было на нем весь оставшийся путь. – Приехали, – сказал водитель. Мы подъехали к большому и красивому дому. Глаза разбегались от аллеи цветов, которая вела к двери. Напротив дома через дорогу находится пляж. В ближайшей округе не было ни души только в вдалеке виднелись похожие дома. – Гриш? – Толик снял очки и, повернувшись, спросил. – Мы будем жить не в отеле? – Нет. – Оу круто! – парень взвизгнул и побежал в дом. – Гришак, это просто невероятно, – Тема буквально офигел и тут же ринулся за Толиком. А вот нам явно было не до радости. Никита прошёл следом за своими друзьями. – Вы что опять поцапались? – мужчина повернул голову в мою сторону и с интересом ждал ответа. Сейчас мне необходимо с кем-то поговорить, но думаю Гриша это не тот человек. – Нет. Как по мне, так Киоссе всегда такой, – я улыбнулась ему. – Ну ну, – Гриша усмехнулся и направился в дом. И что значит это «ну ну»? немного постояв и потупив над этой фразой я вошла в дом. *** POV Никита Впервые я не понимаю, что происходит. Что нашло на меня в самолете? это было желание… Желание прикоснуться к её пухлым губкам к миниатюрному телу и впиться в её шею, оставив эти красные пометки. Мне не хотелось сделать ей больно, только… Но всё это неправильно! Я не должен… не должен трогать её… не должен! я не хочу, чтобы это переросло во что-то большее я не должен впутывать её в этот грязный мир лжи и денег. Да когда-то я был зол на неё и это чувство нравилось мне больше чем то, что сейчас. Как бы виновата она не была, что бы неуклюжего она не сотворила, я не имею права портить ей жизнь… портить ей жизнь собой. Чем живу я, так это постоянные разъезды, фанатки, клубы, выпивка и самое главное игра. Сейчас мы все играем роль в этом жалком спектакле, и она уже вошла во вкус игры. Только я виноват в этом. Она наивна, глупа, она словно ребенок, которому надо поиграть и тот мир, в котором живу я, погубит её. Уже было за полночь, а я как дурак сидел за кухонным столом в раздумьях о том, как поступить. После того что произошло, Агата смотрит на меня прося чтобы я хоть что-то сказал ей, но я не могу! Если я заговорю, то явно дам ей надежду на что-то большее. Но молчать вечно тоже не правильно… В соседней комнате послышались шаги. Обернувшись, я понял, что это была коротышка. Заспанная и немного лохматая она передвигала своими ножками уже по кухонному кафелю. Пройдя до места, где стоял графин с водой, она не заметила меня. – Что не спится? – сквозь эту темноту я посмотрел на неё. От неожиданности Агата уронила стакан с водой. Стакан полетел вниз, и в этой гробовой тишине, были слышны звуки, как стекло разбивалось о кафель. Посмотрев на осколки, мой взгляд пополз по ошарашенной девушке, её оголенными ножкам, которые слегка прикрывали едва видневшиеся шортики, на её хрупкую талию, которая была видна из-за облегающей майки, её шея, на которой были видны красные синячки, её губки слегка приоткрылись, дрожали, не произнеся ни слова и вот мой взгляд упал на её большие, испуганные глаза. Эти бездонные глаза… в них можно смотреть вечно… Оторвав свой взгляд, своими дрожащими ручками, Агата неумело начала собирать осколки. За этой картиной было мило наблюдать. – Ай, – малышка слегка взвизгнула и со страхом вскочила и, открыв кран начала промывать свой пальчик. Я мимолетно подскочил и, встав впритык к ней сзади, пытался рассмотреть. – Все в порядке? – с тревогой в голосе поинтересовался я. – Д… да, – она повернулась ко мне, но Агата была мала и поэтому уткнулась в грудь. Было заметно, что девушка смущалась, смотря на меня, и ощущала страх одновременно. Я приподнял её подбородок и наконец-то её глаза смотрели на моё лицо. Я до сих пор не могу понять, что так привлекает меня к ней. С нашего первого липового свидания она показалась такой беззащитной, несмотря на то, что грубила. Не выдержав этого напора, и этих охренительных глаз, я наклонился и поцеловал её. Это был не тот поцелуй, что в самолете, он был нежным. Именно сейчас мне захотелось укрыть её от всего этого говна, что происходит вокруг. Я понимаю, что после всего будет неправильно бросать её, но и позволить остаться я тоже не могу… Ухватившись за талию девушки, я приподнял её и усадил на кухонный стол. Сейчас мне было плевать на все. – Я тебя хочу… – отстранившись, я прошептал ей в губы.