Где твой кавалер?

-Глеб, ты такой красивый был в детстве. Правда, я бы влюбилась в тебя тогда, — говорит она, расхаживая по комнате, пока я летаю по кухне и доделываю свое задуманное до конца. Мне нравится, как она сказала это, как всегда, каким-то особенным тоном. -А сейчас? Я урод? Ты в меня не влюбилась? Доносится ее смех. -Такие фотографии…- Я слышу ее голос ближе и вылетаю ей навстречу.- Поставь мой телефон на зарядку, пожалуйста. Я умоюсь. Беру смартфон из ее рук и иду в комнату искать зарядку, которая никак не хотелась находиться. А потом сам начинаю рассматривать свои детские фото, которые я расставил буквально вчера, но даже не разглядывал их так внимательно. -Конечно, ты и сейчас красивый, — снова говорит она, только каким-то волнительным голосом. -А у тебя есть детские фотографии? Ты мне их никогда не показывала, — кричу я ей в ответ, начиная снова искать провод зарядного устройства. -Нет, — отвечает она дрожащим голосом. -У твоей семьи не было фотоаппарата? — Снова спрашиваю я бодрым тоном. -…У меня не было семьи… Сашин телефон выпадает из моих рук, а я, кажется, на секунду перестаю дышать. С трудом верю в ее слова, но понимаю, что врать — не ее дело. Слышу как начинает биться сердце и я медленно наклоняюсь за упавшим телефоном. Я уже жалею, что спросил про семью, потому что слышу, как вода вдруг резко выключается и всхлипы доносятся до меня чуть слышно. Я на ватных ногах подхожу к двери ванной, дергаю ручку, но та не отзывается. -Открой, — говорю я, — пожалуйста. Расскажи мне все! Саш… Я хочу знать. Саш, это важно для меня. Открой. Тебе нужно все рассказать! -А тебе ничего не нужно? Ты просишь открыть, но сам закрыт для меня! Ты обо мне думаешь? Я был сердит и расстроен, мы оба начинали закипать. — Ты от меня закрылся, — безучастно констатирует она. — Знаю. — Когда ты с кем-то, то должен делиться; не всем, но хотя бы так, чтобы не было недопонимания. Делиться своими чувствами!!! И в горе, и в радости! Я не могу рассказывать тебе все, но ничего не получать взамен! Черт возьми, Глеб, — она стукнула дверь и сползла по ней, ее голос надрывался и переходил на крик. — Я никогда не был в этом хорош, — я тоже облокотился на дверь. Повисла тишина. -Саш… Это была всего лишь съемка. Просто… -Просто потрахались? — Перебивает она меня, и меня бросают в дрожь такие слова. Я тут же вскочил и с силой выдернул ручку двери. Я бушевал, кипел, переполнялся эмоциями и вот-вот мог выйти из-под контроля. — Нет, — я встряхнул ее со всей силы руками, — НЕТ! Слышишь?! Ты меня слышишь? Я ни с кем не трахался! Я вцепился руками в ее плечи так сильно, что у меня у самого стало сводить пальцы, и бешено кричал. Я орал на нее прямо в лицо и тряс, не унимаясь. Она мгновение посмотрела на меня. — Ты сделал мне больно. Эти тихие слова мигом пронзили и причинили боль сильнее пули или лазерного ожога. Я крепко обнял Сашу. — Знаю. Прости меня, — сухим голосом отозвался я, горло сжало и воздуха не хватало. Я расслабил хватку и понял, как сильно я в нее вцепился. Теперь мне было боязно даже коснуться ее.— Я сделаю все, чего бы ты ни пожалела, что поверила мне, лишь бы тебе стало легче, — я ненавидел себя в тот момент. — Саш, посмотри на меня, — она подняла веки, и ее глаза словно видели меня насквозь. — Я не могу пообещать, что никогда тебя не обижу. Я — мужчина, и не тот, кому легко справляться с чувствами. Но я хочу быть с тобой вместе, как ты говоришь, и в горе, и радости Я погладил ее волосы. Мне тоже было больно. -Я хочу быть твоей семьей. -Кто ты? Я сглотнул и прерывисто выдохнул. -Пойдем, — я взял ее руку и повел в свою комнату. Она должна это увидеть.- Вот, здесь я бываю чаще всего. Саша посмотрела вокруг и, увидев непонятные для себя вещи, вопросительно посмотрела на меня. Мне трудно найти подходящие слова, и я достаю ее же телефон из своего кармана. Захожу в интернет, набираю свое имя в гугле и показываю ей. Меня трясло, так трясло, что я не мог стоять. Волнение и страх охватили меня, начинало тошнить и рот наполнился слюнями. Так проходит несколько минут, и я уже не чувствую себя. Голова кружится, и мыслей больше нет. Отхожу от нее и падаю в кресло. Все силы покинули меня одновременно. Она откладывает телефон и обхватывает лицо руками. -Глеб, — начинает она глухим тоном, и я уже представляю, что она скажет.- Ты же догадываешься… Да блять, я догадываюсь! И поэтому мне сейчас так плохо. Я все понимаю… Но я, блять, не могу смириться! -Я не смогу… Сука. Ну почему все так? Я же знал, что так будет… Я понимал, осознавал. Блять, но я не думал, что все зайдет так далеко! -Ты известная личность, и я рядом с тобой… Она рядом со мной. Пока что. Еще рядом. -Но я люблю тебя. Она меня любит… Стоп. До меня не сразу доходят сказанные ей слова, и я поворачиваюсь в ее сторону. Мне не послышалось. Я подхожу к ней и как обычно беру ее пальцы. Я бы не смог прожить без них. -И хочу быть рядом с тобой. А ты? Она еще спрашивает?! Я едва заставляю себя начать обдумывать ее слова, нет, мне точно не слышится. Она говорит это совсем серьезно. Я тянусь к ней, ее губам, шее, волосам, я никогда не захочу отпускать это, жить без этого. Я не существую без нее. В горле образовался болезненный ком. Я сглотнул. -Не хочу быть ни с какой другой, — делаю я вывод для себя и для нее вслух. Мне нравится быть с ней. Ни с кем другим я быть не хочу. Она первая, кого я хочу видеть по утрам, и последняя, кого я хочу видеть перед сном. Я никого никого не любил так, как ее. Она — моя любовь и мое счастливое будущее. Она — мой дом. Нагнувшись, я приподнял ее, поддерживая под бедра. У меня перехватило дыхание. Она держалась руками за мою шею, и мне так хотелось окунуться в ее теплые объятия. Я пальцем приподнял ее подбородок, чтобы мы встретились взглядами. — Мы ничего не потеряли. Несмотря на все старания, я не мог вытеснить тебя из своего сердца. Ты всегда была моей. — А ты мой? — спросила она, вытирая слезы. Она нежно поцеловала уголок моего рта, отчего моя кожа вспыхнула. — Всегда был, — прошептал я увереннее чем когда-либо, не отстраняясь от ее губ. -Я просто хочу, чтобы мы были рядом друг с другом. Не только физически. Я хочу… Знаешь… Она обвивает мою шею крепко руками и прижимается головой к моей голове. -Я хочу, чтобы ты пошел пить пиво со своими друзьями, и, когда у тебя было похмелье на утро, ты попросил бы меня побыть с тобой. Чтобы мы обнялись и держали друг друга в объятиях. Я хочу говорить с тобой утром в постели обо всех вещах, но иногда, днем мы можем жить собственными жизнями, ты на студии, я на работе. Я хочу, чтобы ты потом рассказывал мне о прошедшем концерте, о своих посиделках с друзьями. Про девушек, на которых положил глаз. Да, вокруг тебя много красивых девушек, я уверена. Хочу, чтобы ты отправлял мне сообщения, когда ты пьешь с приятелями, даже с совершенно бессмысленным текстом, просто чтобы убедиться, что я о тебе тоже думаю. Я хочу, чтобы мы пробовали новые вещи, куда-то ездили или наоборот оставались дома и хохотали просто так. Я хочу, чтобы когда мы были в гостях, ты вдруг взял бы меня за руку и повел в другую комнату, потому что ты хотел обнять и поцеловать меня прямо здесь и сейчас. Я хочу ужинать с тобой, и чтобы ты рассказывал, что думаешь обо мне, а я говорила о тебе. Я хочу, чтобы мы спорили, что лучше: жить дома или за границей, в Москве или в Питере. Я хочу жить с тобой, даже если это не дом мечты. Чтобы ты рассказывал мне обо всех своих идеях и планах в творчестве. Я хочу испытывать страх с тобой, переживать за тебя, если с тобой что-то не в порядке. Делать вещи, которые я не сделала бы ни с кем больше, потому что я уверена в тебе! Встречать тебя дом, возвратившимся еле стоя на ногах после клуба, чтобы ты обнял, даже кое-как, поцеловал, пусть и мимо губ, лег на меня, как на подушку, и заснул, так, нежно обняв. Я хочу, чтобы у тебя была и своя жизнь. Чтобы ты вдруг захотел уехать на пару недель, куда-нибудь, написать текст, снять очередной клип. Чтобы ты оставил меня здесь, скучающую и одинокую, мучительно ждущую появления маленького «окошка» с твоим лицом в фейсбуке и коротким «привет».Я не хочу, чтобы меня приглашали на все твои вечеринки. И не хочу, чтобы ты постоянно знал, как у меня с учебой и работой. На утро мы спокойно можем рассказывать друг другу, как все прошло. Я хочу, чтобы все было просто и в то же время так сложно. Чтобы я постоянно задавала себе вопросы, но знала ответы, находясь с тобой в одной комнате. Я хочу, чтобы ты с гордостью говорил всем, что я твоя девушка, но если ты захочешь спрятать меня от всех, я пойму. Я хочу, чтобы ты говорил мне, что любишь меня, и, главное, чтобы и я могла повторить это в ответ. Я хочу, чтобы тебе нравилось любоваться моей фигурой, когда бы ты шел позади меня, и тебе было смешно смотреть на мою виляющую попу. Я хочу составлять наши планы, не придавая значения тому, будут ли они исполнены. Хочу быть в свободных и взаимных отношениях. Я бы не ревновала, если бы ты флиртовал с другими девушками, но проводил вечера со мной. Потому что я хочу возвращаться домой вместе с тобой. Я хочу быть той, с кем бы ты любил заниматься любовью и засыпать. Той, которой нет рядом, когда ты на работе, когда ты в музыке, той, которая любит, когда ты растворяешься в своем любимом деле. Я хочу жить с тобой одной жизнью. Чтобы наша совместная жизнь нравилась нам. Я хочу любить тебя. И я люблю тебя. — Сааш, — медленно произнес я, готовый расплакаться от ее слов, смотря ей в глаза тем взглядом, из-за которого она меня и полюбила. Я всегда произношу ее имя не как остальных, немного тянуче и приглушенно. Никто и никогда не говорил мне таких слов. Я не слышал ничего подобного. Я тонул в этих словах и не боялся потонуть, захлебнувшись с головой. — Ты написана на моем теле, — сказал я тихо, чтобы кроме нас никто не слышал, хотя никогда рядом и не было, только мы. — Татуировки нельзя стереть. Мое сердце принадлежит тебе. И тебя невозможно заменить. Да, я сделал это. Осознанно и навсегда. Она сжала губы, пытаясь сохранить самообладание. Теперь мне нужно сказать все, что я хотел, хочу и буду хотеть делать рядом с ней. -Я просто хочу быть любимым человеком для тебя. Я хочу иметь возможность держать тебя за руку, когда ты нервничаешь, крепко обнять тебя, когда тебе одиноко. Я хочу поддерживать тебя, когда ты чувствуешь, будто вот-вот расплачешься и опустишь руки. Я хочу подставлять тебе плечо, когда ты плачешь, и быть человеком, в чьи объятия ты угодишь, когда твой мир рушится. Я хочу быть человеком, к которому ты будешь приходить за утешением и советами. Я хочу быть человеком, который уложит тебя спать, который будет делать тебе завтрак утром и напоминать каждый день, что ты прекрасна, любая, потому что так и есть. Я хочу быть человеком, ради которого ты будешь вставать с постели, благодаря которому тебе легче пережить еще один день. Я хочу помочь тебе пройти через все это. И я хочу тебя, и хорошую, и плохую твою сторону, всю тебя. Я убью всех пауков, которых ты боишься, я поделюсь своей колой с тобой, даже когда твоя закончится, и ты все еще хочешь пить, да, я знаю и помню, что ты её любишь. Я никогда не буду грубить тебе, обещаю быть снисходительным и отвечать с уважением. Я буду есть грибы, которые тебе не нравятся, от которых тебя тошнит, когда мы закажем большую пиццу. Я буду целовать твой палец, прищемленный дверью, и твою ногу, ударившуюся об стол. Я постараюсь изо всех сил не раздражаться, когда ты шепотом спрашиваешь и комментируешь все при просмотре фильмов. Я позволю тебе выиграть в нашу любимую игру. А иногда нет. Я стану сильнее ради тебя, выносливее, нежнее. Я выдержу все, если ты захочешь. Я буду отправлять тебе случайные смс-ки и дарить тебе глупые подарки. Не всегда. Не по графику. А тогда, когда я захочу. Всякий раз, когда я подумаю, что тебе нужен один подарок или пять. Я буду ходить по магазинам, чтобы найти самое красивое платье, купить его и подарить тебе. Я буду искать самые красивые туфли и сумки, а потом отдавать их тебе, наблюдать, как они восхищают тебя уже во время первой примерки, а потом удивляться тем, как они тебе идут. Я готов ездить с тобой по Голландиям, пока ты будешь искать лучшие в мире тюльпаны, собирать вместе с тобой эти праздничные букеты. Хочу смотреть, как ты занимаешься любимым делом. Я хочу дарить тебе цветы, от которых ты порядком устала. Я знаю, что на твоих ногтях всегда только французский маникюр, и не хочу, чтобы сломав краешек ногтя, ты переживала даже малость. Я готов останавливать дыхание, чтобы не разбудить тебя, уснувшую у меня на животе, и не убирать твою руку, пусть она мешает мне пошевелиться. Я хочу держать в своих теплых ладонях твои холодные пальцы. Иногда я даже готов мыть посуду, когда ты будешь валиться с ног от усталости. Я хочу целовать тебя в лоб и класть руки тебе на коленки. Я хочу платить за наш кофе, который ты сильно любишь.Я хочу вытирать твои слезы, текущие из глаз, когда дует сильный ветер. Я не буду против, если ты вытащишь меня из студии, увезешь домой домой и накроешь одеялом. Я хочу не спеша вести машину, глядя на дорогу, а ты, сидя как всегда спиной к пассажирской двери, будешь смотреть на меня, пока мы разговариваем, и класть свои ступни мне под бедро. Я улыбнусь тебе, переводу быстрый взгляд на тебя. Буду левой рукой держать руль, правой гладить твои ноги и быстро целовать в правую коленку, снова возвращая взгляд на дорогу. Ты укутаешься в ту самую огромную кофту. Раньше, когда ты оставалась ночью одна, ты всегда брала ее с собой в кровать, держа за рукава и представляя будто я обнимаю тебя. Да, я знаю это. И я не хочу лапать тебя за задницу, я хочу держать твою руку. Я никогда не отпущу ее. Я буду любить тебя. Я буду любить тебя. Я буду любить тебя.