Обещание нежности

— Отпусти меня – мотает головой со слезами на глазах — Арнав, отпусти, прошу тебя... Арнав отпускает на секунду, а потом хватает одной рукой за затылок так, чтобы она не вырывалась больше, тянет на себя и впивается ей в губы. Кхуши дернулась, но удерживающая хватка Арнава не позволила ей отстраниться. Его губы были жёсткими, требовательными, словно он хотел этим поцелуем выбить из неё всю боль, страх и обиду. Она ставит руки на его грудь и отталкивает, прерывая поцелуй. — Что ты делаешь? – глотая воздух произносит почти шепотом. — Целую тебя, – отвечает Арнав подняв одну бровь, не отводя от неё взгляд. Он снова накрывает её губы и в этот раз она не отталкивает, обнимает одной рукой за шею, а вторая рука тянется к его руке в которой он до сих пор сжимал флакон с таблетками. — Не смей! – шепчет Арнав сквозь поцелуй, почувствовав как она пытается забрать свои таблетки. — Чтоб я больше не видел это у тебя. Поняла? – он смотрит серьезно. — Они помогают мне снять стресс, – пытается оправдаться Кхуши. — Кхуши! – почти зашипел он, начиная злиться. — Я покажу тебе как правильно снимать стресс, – говорит, он и снова накрывает её губы своими. Она сначала сжала губы, сопротивляясь, но в какой-то момент сил уже не осталось. Её тело перестало бороться, и она просто позволила себе утонуть в этом вихре эмоций: злости, боли, обиды и... чего-то другого… Арнав чувствовал, как напряжение в её теле постепенно уступает. Его поцелуи становились чуть мягче, уже не такими рваными. Руки скользнули по её спине, притягивая ближе. Он поднял её на руки и понёс наверх, в спальню. Она не сопротивлялась, просто уткнулась лбом ему в плечо, закрыв глаза. Тело будто действовало само по себе. Оказавшись в комнате, Арнав осторожно положил её на постель. Их взгляды пересеклись. Ни один из них не понимал, к чему всё идёт, но отступать уже не было сил. Он медленно, будто проверяя её реакцию, скользнул ладонью по щеке, смахнул слёзы. И когда не встретил отторжения, вновь накрыл её губы поцелуем. Она прижалась к нему. Тело требовало тепла, близости, утешения, хоть на эту ночь, пусть на мгновение. Одежда мешала. С трудом, сквозь рваное дыхание, они избавились от неё. Всё было на грани. Страсть перемешивалась с обидой, желания с неуверенностью. Когда их тела сплелись в этом импульсивном, акте близости, ни один из них так и не произнёс ни слова. Только прерывистое дыхание, судорожные движения, сдавленные стоны. После… наступила тишина. Арнав лежал устремив взгляд в потолок. Кхуши привстала, села на краю кровати, подняла с пола футболку и накинула её на себя. — Если это был твой способ снять стресс, то он не особо удачный, – повернулась она к нему. — И почему же он неудачный? – Арнав тоже повернулся к ней и облокотился на локоть. — Потому что у твоего способа кратковременный эффект, – пожала она плечами, — А чтобы действительно снять стресс, нужно что-то серьезнее, эффект от которого будет дольше. — Например, как твои седативные? — Нет. – произносит она с легка язвительной улыбкой, — Есть один способ, который точно поможет – спрыгивает с кровати. — Ну и что это за способ? Что-то по серьезнее чем таблетки? – спрашивает он с подозрением. — Если тебе действительно интересно, спускайся на кухню. Я буду там, – бросила Кхуши, покидая комнату. Вслед за ней осталась тишина, нарушаемая лишь приглушенным звуком шагов, затухающим где-то на лестнице. Арнав встал с кровати сходил в душ, оделся в футболку и легкие штаны и спустился на первый этаж. Пересекая гостиную и длинный коридор, он зашагал в сторону кухни где обычно ему готовил повар или персонал кухни и откуда шел сладкий аромат жаренного теста. Зайдя, он увидел как Кхуши с замотанными в пучок волосами, в футболке которая доходила ей почти до колен и которая была уже вся в муке, стояла у плиты и напевая себе что-то под нос жарила джалеби. Она была сосредоточена до фанатизма над своей готовкой. В миске у неё было тесто, на противне, уже гора готовых джалеби, а в сотейнике золотистый, липкий сироп. — Что за… – единственное что вырвалось из его уст при виде всего этого. — Сколько килограммов ты собираешься приготовить? – оглядел он все вокруг неё. — Пока не выдохнусь, – бросила она, не оборачиваясь. — Или пока не закончится тесто. Что наступит позже, не знаю. — Потрясающий план. Особенно учитывая, что ты готовишь их так, будто собираешься кормить весь персонал в доме или целую армию. — Я нервничаю, – заявила Кхуши, выкладывая очередную джалеби в сахарный сироп. — А джалеби это моя терапия. У тебя свои методы, у меня свои. — Странная у тебя терапия. Съев столько джалеби даже здоровый человек впадет в диабетическую кому. Она наконец повернулась и бросила на него недовольный взгляд. — Может ты помолчишь и не будешь мешать? – Кхуши посмотрела на него через плечо. — Не мешаю, – в это время Арнав достал из бара бутылку вина и сев за барную стойку налил себе в бокал. — Хочешь попробовать? – предложила она, подцепляя свежую, ещё горячую джалеби на вилку. — Только не морщись, будто я травлю тебя. — А ты собиралась? – Арнав подошел, взял вилку с джалеби и с прищуром посмотрел на неё прежде чем попробовать. — Пробуй уже, – терпение Кхуши закончилось, и она уже сама готова была положить сладость ему в рот. Арнав откусил кусок, попробовал, сладкий сироп сразу разлился по языку, мягкое, хрустящее тесто отозвалось знакомым вкусом, и в следующее мгновение он застыл, не дожёвывая. Вкус был простым и оттого более узнаваемым. На него нахлынули воспоминания из детства, когда мама готовила джалеби и звала его первым пробовать. Они были такие же на вкус. «Он сидел на полу, босиком, в какой-то смешной майке, и мама, смеясь, клала перед ним тарелку джалеби. Горячую, только что с плиты. А потом пальцем утирала сахар с уголка его губ. Она всегда готовила их по воскресеньям. — Ты опять ешь, даже не остыло! – звучал в памяти её голос. — Обожжёшь язык, Арнав! А он тогда только отмахивался и жевал быстрее.» Всё было так давно. И всё ещё больно. Он моргнул, возвращаясь в реальность, к яркому свету кухни и Кхуши, стоящей перед ним, с прядью волос, упавшей на щёку. Она что-то говорила, но он не слышал. Грудную клетку сдавило. Непрошеное тепло поднялось к глазам, но он справился с этим за долю секунды. Сделал глоток вина, чтобы перекрыть вкус, сгладить воспоминание. Когда отнял бокал от губ, в его лице уже не было ни боли, ни тоски. Только холодная, сдержанная маска, которую он надевал годами. — Нууу? – Кхуши вопросительно смотрела на него. — Вкусно, но оччееень сладко, почти как в… – он запнулся, остановился, не договорил. Кхуши улыбнулась, хлопнула в ладони и продолжила жарить джалеби. Арнав смотрел, как она вертится у плиты, как сосредоточенно кладёт джалеби на блюдо. И вдруг почувствовал, не боль и не тоску, а бесшумное, пугающее облегчение. Она возвращала в его жизнь что-то, о чём он давно забыл. Что-то настоящее. Живое. Но он не позволил себе думать об этом дальше. Просто молча налил себе ещё вина, облокотился о стол и снова надел маску. Через пять минут Кхуши, вся в муке и сиропе, устало опустилась на высокий стул у барной стойки и тяжело выдохнула. — Ну что, твоя джалеби-терапия помогла тебе снять стресс? – с лёгкой усмешкой спросил Арнав, крутя бокал с вином в пальцах. Она вздохнула, посмотрела на горку золотистых, ещё тёплых джалеби и сказала: — Не знаю… стресс ушёл или я утонула в сахарном сиропе, – Кхуши посмотрела на свои руки и футболку которые были в сиропе. Арнав усмехнулся. — Помой руки и идём со мной. — Куда? – она подскочила, помыла руки в раковине и пошла за ним. Они вышли в сад за особняком. Было уже темно, но освещение из дома освещало просторную зелёную лужайку. Арнав подошёл к старому деревянному ящику у стены, откуда достал несколько пустых стеклянных бутылок и металлический кейс. — Что ты собираешься делать? – осторожно спросила Кхуши. — Показать ещё один способ как я снимаю стресс, – отозвался он просто, расставляя бутылки на ограде у дальнего края сада. Он открыл кейс, достал компактный, чёрный, уверенно блестящий пистолет. Кхуши дернулась и сделала шаг назад. Она посмотрела на него с испугом и с какой-то мольбой в глазах. — Не бойся, – Арнав отошёл на несколько метров, взял пистолет, поднял руку и прицельно выстрелил. Звук был чёткий, сухой, и сразу за ним звон разлетевшегося стекла. Первая бутылка вдребезги. Кхуши вздрогнула, но не отвернулась. — Видишь, – посмотрел он на неё — Ничего страшного, – Арнав выстрелил ещё пару раз, остальные бутылки тоже разлетелись. Затем протянул пистолет Кхуши. — Попробуй. — Нет. – она отступила назад, — Ты с ума сошел?! – хрипло прошептала. — Не бойся, – подойдя он взял её за руку и подвёл к месту откуда стрелял. — Арнав, я не смогу, – по рукам пробежал тремор и Кхуши затряслась. Арнав встал позади неё, взял её руки, направил вперёд, положил оружие в ладони. Металл был холодным, тяжёлым. Она напряглась сильнее. — Расслабь пальцы, – он говорил мягко, почти шёпотом. — Я рядом. Ничего не случится. Арнав держал её руки сверху, аккуратно направляя. Она чувствовала его дыхание у себя на шее, его тепло за спиной, и этот контакт неожиданно придал уверенности. Кхуши сжала пистолет в руках, прикусила губу в нерешительности. — Сделай вдох. Медленно. И стреляй, — шептал Арнав у самого её уха. Грохот. Бутылка вдали вздрогнула и, хоть пуля попала чуть сбоку, разлетелась. Кхуши замерла… а потом вдруг резко выдохнула и выстрелила снова и снова. В конце она снова выдохнула, но уже с облегчением. По щекам незаметно потекли слёзы которые она даже не заметила, и которые держала в себе все это время. — Вот видишь, – Арнав наклонился ниже и снова прошептал у уха. — Ты странный знаешь? – прошептала она в ответ не оборачиваясь. — Я? – хмыкнул он — Это мне говорит человек приготовивший джалеби на роту солдат. Они оба вдруг рассмеялись. Арнав так неожиданно засмеялся, не снисходительно, не сдержано, а по настоящему, как будто смех вырывался из какого-то дальнего уголка его души, давно забытого. Кхуши замерла. Она смотрела на него округлив глаза, почти испуганным взглядом. Это было…странно. Непривычно и неправдоподобно, что суровый, холодный, Арнав Сингх Райзада смеётся. У неё внутри что-то сжалось от неожиданности, после лёгкая волна пробежала по телу. Казалось, она впервые увидела человека, живого, настоящего, не только остроумного, холодного и резкого, но уязвимого, лёгкого, почти мальчишеского в этой минутной радости. Он засмеялся и мир, будто на секунду перестал быть таким давящим и тяжёлым. — Ты…ты смеешься… – прошептала она, не веря. Арнав посмотрел на неё всё ещё улыбаясь, но почувствовав на себе пристальный взгляд карих глаз, его лицо медленно изменилось, словно вспоминая кто он и где. Улыбка стёрлась, словно он вычеркнул её с холодной точностью. На месте прежней легкости вновь появилась знакомая маска, твёрдый взгляд. Кхуши молча наблюдала за этой переменной. В сердце её кольнуло, будто что-то внутри болезненно зашевелилось. Она поняла: то, что увидела, было настоящим. И если это исчезло значит, он спрятался, надел привычную маску. Но почему? — Дождь начинается, – сказал он взглянув в сторону сгустившихся туч — Пойдем в дом. Они едва успели войти в дом, как в следующую минуту начался настоящий ливень с ветром, раскатами грома и вспышками молний. Небо будто разорвалось надвое, от оглушительных раскатов грома и вспышек молнии. С следующим громким грохотом грома свет во всём доме погас. — А-а! – Кхуши от испуга тут же вцепилась в руку Арнава. — Богиня помоги… богиня помоги… – шептала она в темноте. Она сжала его ладонь так крепко, словно боялась что он исчезнет в темноте. — Это всего лишь молния, – спокойно произнес Арнав. — Не паникуй. Он сделал шаг в сторону, но тут же был остановлен. — Нет! – она дернула его обратно — Не уходи… Я боюсь. Арнав замер. Потом достал свой смартфон из кармана, включив фонарик он осветил пространство вокруг. — Богиня, помоги… – пробормотала Кхуши, сглотнув ком в горле — Вдруг кто-то придёт… – она говорила, постоянно оборачиваясь по сторонам, будто чувствую какую-то угрозу. — Никто не придет. Я здесь. – уверенно, но мягко, спокойным тембром говорит Арнав и именно это действовало лучше любого успокоительного. Он слегка наклонил голову, коснулся своего наушника и связался с охраной. — Катнер, проверь счетчики, наверное что-то выбило, – передал приказания и отключился. Пока реанимировали электричество они устроились на диване в гостиной. Свет фонарей от телефонов отбрасывал на стены мягкие тени. Дождь все ещё лил, стучал в окна, но уже тише. — Ты голодна? – неожиданно спросил Арнав, нарушив тишину — Я отпустил на сегодня персонал кухни, но можем заказать что-нибудь. — Наверное ты забыл, но у меня есть ещё целая гора джалеби. Арнав окинул её взглядом. — Ты можешь питаться ими ещё целую неделю, – заметил он — И я ни капли не удивлюсь, если они тебе не надоедят. — Не издевайся, – фыркнула Кхуши и легонько толкнула его в плечо. — Я констатирую факт, – не возмутило ответил Арнав. В этот момент свет внезапно зажегся, и гостиная наполнилась мягким освещением. — Богиня, спасибо. – Кхуши сложила ладони и стала благодарить Богиню. После они вместе поднялись на второй этаж. Арнав проводил Кхуши до комнаты и уже собирался подняться на третий этаж, в свой кабинет, когда она остановилась у двери своей спальни и повернулась. — Арнав… – позвала тихо. Арнав остановился у лестницы и обернулся. — Спокойной ночи. Несколько секунд он смотрел на неё, будто взвешивал что-то внутри, а потом кивнул. — И тебе, – ответил он, тихо, серьезно, но как-то по домашнему. Кхуши задержалась взглядом чуть дольше, потом слабо улыбнулась и зашла в комнату, мягко прикрыв за собой дверь. А Арнав стоял у лестницы ещё пару секунд, прислушиваясь к звукам за стеной, а после поднялся и также исчез за дверью кабинета. Дом тонул в утренней тишине. Было уже не совсем темно, но и не по-настоящему светло. Первые лучи солнца пробирались сквозь шторы в кабинет Арнава, где он спал на кожаном черном диване закинув ноги на подлокотник. Тишина и вместе с ней сон хозяина особняка были нарушены резким звуком телефонного звонка. Не открывая глаз Арнав нащупал мобильный на маленьком столике и поднёс его к уху. — Арнав! — Что стряслось, Алан? – хрипло отозвался он, приподнимаясь. — Немедленно поднимайся и выгляни во двор. Сейчас же! – голос Алана был судорожным, почти приказным. В тот же момент за окном раздался сигнал автомобиля, а затем резкий скрип тормозов. Арнав вскочил, подошёл к окну, дёрнул штору и выглянул на улицу. Перед домом остановилась, чёрная машина. — Дьявол, – выругался Арнав сквозь зубы. Он ещё несколько секунд смотрел на черную машину, будто надеялся что она исчезнет сама собой, но автомобиль продолжал неподвижно стоять.