Запретная любовь XXII века

      По небу плыли тяжёлые серые тучи, таящие в себе холод и одиночество этого мира. Достаточно лишь одного взгляда на них, чтобы почувствовать это.       Громоздкие и все из себя важные, они неумолимо неслись вперёд — беспощадному ветру ничего не стоило вести их за собой куда угодно, торопить непременно побывать в каждом месте, до которого ни в состоянии достать.       И вот посыпались снежинки: лёгкие и пушистые, они медленно сыпались с неба одна за другой. Но рассмотреть их как следует не удалось — поднялся сильный ветер и унёс их все за собой, будто в энергичном танце, превращая в колючую метель.       Почему же мне становится так больно, когда я смотрю на них? Эта раздирающая боль — в душе, она гораздо сильнее, чем от мороза и врезающихся маленькими ножами в щёки снежинок.       Завтра четырнадцатое февраля. В романтических рассказах этот день всегда становится замечательной возможностью показать свои чувства, признаться наконец в них и тому, кого любишь, и себе. Хотелось бы мне тоже попробовать сделать это… Но кого я люблю?       Любовь…       — Ичи, дорогая, о чем задумалась? — мои мысли перебил Пури-Пу.       — О любви… — не подумав, ответила я.       — Неужели этот день настал? Я не верю-ю! Как зовут эту счастливицу? — не унимался демон.       — Эй, пурри-пу, расскажи, что такое любовь? Мне Айгуль рассказывала, и на её словах держатся все мои рассказы, но я сама никогда не ощущала подобного — рассуждала я.       — Знаешь, я сполна вкусил это отвратное чувство… — начал свой рассказ медвежонок. — Я был могущественным демоном и мое имя было известно всем высшим существам, одни из них — Ангелы. Противные, скажу я тебе. Их лица до ужаса смазливые, сами они — просто воплощение нежности и опрятности. Бээ…       Напыщенные, избалованные и высокомерные твари в красивой обёртке.       Я обожал людей и всегда им помогал, но я не добродетель — не бесплатно, конечно… Я брал всё: от хлама до человеческой души, всё зависело от желания человека и того, на что он готов пойти ради него. Я не отношусь к тем, кто лукавит, когда заключает сделки, поэтому в свое время меня почитали и обожали… Эх прекрасное время… — разболтался Пури-Пу.       — А, дальше? — заинтересовалась я.       — Ангелам это не нравилось, и однажды они отправили одного неуклюжего соратника по мою голову, сами они то ли страшились меня, то ли не хотели пачкать свои белоснежные ручки, а эта глупышка не могла их ослушаться, и выбор пал на неё… — тут Пури-Пу резко замолчал и долго не нарушал тишину. И я не осмеливалась прерывать эту паузу.       — Прости, мне не хочется рассказывать дальше… Давай я покажу свои воспоминания?       — вдруг предложил демон.       — Как хочешь. — ответила я.

***

      Какое яркое солнце… Мои глаза этот свет безжалостно сжигает. А? Где я? Это место выглядит почти точно так, как картины средних веков. Значит, это воспоминания демона. Наверняка ему больше тысячи лет!       На мне легкое белое платье с кружевами, не такое уж и короткое для нашего времени, но… плюс я босиком. В это время меня бы приравняли к легкодоступной! Легкодоступной для… О, мой бог, это же где-то 13-16 век, да? Получается, гета здесь навалом! Спасибо, Пури-Пу, ты самый лучший демон!       Я решила прогуляться по городу. Как странно, я ничего не чувствую: ни холода, ни тепла, ни боли от песка и камней, которые, по идее, должны впиваться в мои босые ноги, и касаться людей я не могу. Печаль. Но посмотрите, сколько здесь всего интересного! Я бы забила на историю демона и зарылась бы в какой-нибудь библиотеке и изучала реальную историю и читала бы правдивые сочинения писателей этих веков, а не то, что припадают у нас — зацензуренные или тупо переписанные книги.       Но я встретила демона… Он тоже меня не заметил, а ведь правда, Пурри-пу показывает свои воспоминания, а не в прошлое меня отправляет. Так это Пури-Пу? Ничего такой.       Высокий мужчина с широкими плечами, волосы черные и растрепанные, напоминает ежика. Весь в чёрном, похож на гота двадцать первого века. Для этих людей такая одежда, наверное, тоже кажется демонической. Она на удивление хорошо пошита, слишком хорошо для этого времени, я думаю.       Он бесцельно бродит по улице… Странно… люди не боятся его… Они улыбаются ему. Значит, он правда любил людей. Теперь мне стало еще интересней, и я проследила за ним. Вдруг с неба на него свалилась какая-то девушка. У неё было длинное белоснежное платье с откровенными вырезами по бокам, а из спины тянулись пара крыльев. Волосы ярко-рыжие и волнистые. Просто идеал красоты. Она ангел? Она вскочила и слезла с бедного Пурри-пу.       — П-простите, я такая неуклюжая! — извинялась девушка. Когда она подняла голову, то мы увидели очень милое личико и завораживающие розовые глаза. Хоть она и миленькая, но, по мне, ангелы должны выглядеть намного красивее и утонченнее. Они смотрели друг на друга очень долго. Словно между ними пробежала искра. Это кое-что напоминает… Да, когда я увидела растерянного Футу, то забыла про свою застенчивость и неуверенность. Мне захотелось помочь ему. И я была так рада, узнав, что он мечтает полюбить девушку…       — Ничего… Чем обязан? Астрономы дождя из ангелов не предвещали. — глупо пошутил демон.       — Этооо, меня зовут Энжел… И я пришла убить вас. — стесняясь, произнесла девушка.       —  Вы шутите? — мы с ним немного офигевали, она просто нечто.       — Н-нет… Мне очень жаль, но я вас убью… — виновато повторила она.       — Ах, нет для меня спасения, час смертный мой пришел! О милосердный ангел, сжальтесь, исполните моё последнее желание! — начал драматизировать демон, руку на такую милашку поднять он не мог, и поэтому пытается отвертеться от неё. Его настоящее имя — Курой? Ммм, ясно.       — Х-хорошо… Какое? — клюнула бедняжка.       Эй, эй Курой, что ты хочешь сделать?       — Проведи со мной целый день в облике человека, и на закате дня я позволю забрать свою жизнь. — с хитрой улыбкой ответил демон, вплотную приближаясь к ней.       — Угу! — обрадовалась девушка.       Она превратилась в человека, но она всего лишь крылья убрала. Аа, и нимб тоже исчез.       Как интересно. Я последовала за ними. Эти двое, как парочка, гуляли по разным местам. Боже, я обожаю их!       Они посетили местную таверну и пекарню.       — Расскажи о себе. — попросил Курой.       — Я ангел и очень неуклюжая… Еще у меня странный цвет волос и глаз, и иногда меня засмеивают другие. Я не могу управлять своей силой… она разрушает всё.       »Что ты наделала! Твоя сила не похожа на силу созидания и созерцания! Она лишь всё разрушает. Она похожа на дьявольскую!— грустным голосом изобразила Энжел.       — Как печально! Я сейчас разревусь! Но, правда, у ангелов волосы цвета сухой соломы и глаза — как васильки. Но ты мне нравишься больше всех них вместе взятых! Мне нравится в тебе всё! Не смей ненавидеть себя! — успокаивал Курой. Мне тоже стало жалко бедняжку. Когда они вышли из таверны. Они застали далеко не приятную картину. Маленький истощавшийся ребенок просил милостыню, но никто ему не давал. Видно, что час его конца близок.       — Ну что ты скажешь, мой милый ангел? Почему вы не защищаете его, ведь у каждого есть свой ангел хранитель, так? Или вы отвернулись от людей и дали демонам-искусителям… — демон пытался задеть за живое, но Энжел его не слушала. Она подошла к этому ребенку и погладила по голове. Начала петь песню, ангельскую колыбельную, ребенок расплылся в улыбке и уснул вечным сном.       — Что ты творишь?! — разозлился демон.       — Я проводила его к небесам — ответила Энжел.       — Это я вижу! Ты же могла его спасти!!! — серьезно вышел из себя демон. Она не показывала эмоций и сухо продолжила:       — У этого ребенка умерли родители… И его судьба — это умереть мучительной смертью… Я подарила безболезненную… Знаешь, жизнь — жестока, а смерть — милосердна. В этом мире не осталось, тех, кто печалился о его смерти…       — Ты так бессердечна! Жизнь жестока, но она прекрасна! Нам с тобой этого не понять, но люди умеют её ценить! — бесился Курой.       — Что бы ты сделал?! Ты бы спас его и что? И ты смог бы всегда его оберегать? В конце концов, смерти никому не избежать! Люди хрупкие создания, ангелам больно привязываться к ним, и поэтому они отвернулись от них! Но я тоже желаю им счастья! — вышла из себя ангел и начла спорить с ним, но из глаз её текли слезы.       Курой завис и выглядел он так, как- будто, он вспомнил что-то дорогое и давно забытое.        — Энжел, неужели ты всегда так помогаешь? — спокойным голосом спросил Курой. Мне стало не по себе.        — Нет, я действую от того, какая у человека судьба. Я не бог, чтобы её кардинально менять. Если есть способ облегчить страдания и не изменить судьбу, то я сделаю всё возможное… Тот мальчик должен был умереть сегодня… ночью, в холоде и одиночестве… — слова Энжел произвели на Пури странный эффект. В его глазах зажегся огонек. Неужели он очарован? Влюбился… это так легко?       «Я поверю, даже если скажешь, что тебя похищали инопланетяне!»       «Спасибо, я рад, что встретил тебя»       Это же слова Футы… Так вот что мы с Куроем испытываем…       Я хочу увидеть Футу… Но… Пури-пу говорил, что это ужасное чувство…       Курой потянул на себя ангела, их головы оказались слишком близко.       — Жестокая женщина… Украла сердце демона, что же теперь она собирается делать? — заигрывал Курой.       — Э-э… Кто это? — не понимала ангел.       — Хэ-хэ, ха-ха, сама невинность! Разве тут есть кто-то еще? — рассмеялся демон и ослабил хватку.       Но он не долго смеялся — она заткнула его поцелуем.       — Не смейся надо мной — произнесла она уверенным и игривым голосом.       Она в миг поменялась, будто перед нами не невинный ангел, а инкуб какой-то!       — Что ты наделала?! Ангел не должен целовать демона! Ты же станешь падшей! — не на шутку разволновался демон.       — Разве я не могу быть с тем, кого люблю? На самом деле, я давно наблюдала за тобой! Я видела, как ты заботился о людях, в то время как мои соратники думали лишь о себе… — призналась Энжел.       — Ангел, полюбившая демона… Ты довольно интересная… Не боишься гнева божьего? — успокоился Курой. Эй, эй, ты же счастлив, что не так? Почему ты ненавидишь ангелов?       — Он не настигнет меня… Я не чистый ангел… Моя мама была человеком. Я и так падшая. Мои белые крылья и золотой нимб — лишь иллюзия. Моя сила не способна что-либо создать. Удивительно, что я жила среди ангелов, хоть и была их игрушкой. — раскрыла Энжел, но её глаза были такими печальными.       — Не пожалей о своей любви… — тихо произнёс демон и подарил свой поцелуй. Но он им не ограничился… Эй, Курой, что ты там творишь! Так, в таких моментах детям лучше уйти… Но так интересно.       — Не надо… — смутилась Энжел.        — Неужели передумала… Я ведь тоже люблю тебя, ангелочек… Тебе меня не остановить — разошелся демон. Мде, влюбился-таки.       — Поздно ты, уже закат. — снова этим уверенным и игривым голосом напомнила ангел.       И правда, солнце уже спускалось за горизонт. А значит пора демону выполнить свою часть сделки.       — Ты же никогда не нарушаешь договоров, да? — дразнила Энжел.       — Детка, ты играешь с огнем. — начал злится Курой и прижал ангела.       — Ты прав, демон и ангел не могут любить друг друга. Не забывай, я здесь, чтобы забрать твою жизнь. — не показывая эмоций, спокойно говорила ангел.       — Тогда что это было секунду назад, ты нелогична… — не понимал демон.       — Я хочу родиться человеком и снова испытать это чувство… без ограничений. — она проговорила это неуверенно и неловко, будто перед нами тот же милый ангел.       — Что здесь происходит? — вдруг раздался бархатный голос.       — Габриель?! — удивилась ангел.       — Влюбилась в дьявола, как низко… — высокомерно произнес ангел, парящий в небе.       — Ты кто такой? Не лезь! — разозлился Курой.       Они начали сражаться, я от страха закрыла глаза и пропустила самое интересное. Курой смог ранить его своим «Адским огнем», как он пафосно прокричал.       Ангел вышел из себя и высвободил огромную энергию, но почему-то я знала, что после этого Курой не выживет. Его защитила Энжел, но сама пострадала. Как банально, но есть в этом что-то романтичное.       — Скрывайся, Курой, прячься и избегай нас. Однажды я снова встречу тебя, но уже человеком — сказала Энжел и потеряла сознание. Демон упал на колени возле Энжел и опустил голову. Даже если ангел ещё жива, то это точно было ненадолго.       Габриэль пнул демона, презрительно глядя на него, и подхватил коллегу на руки. Курой яростно смотрел на ангела полными слёз глазами, но продолжить бой не решался.       — Пусть это будет тебе уроком, — сказал Габриэль, медленно поднимаясь на небеса, — В этот раз тебя спас глупый поступок неопытного ангела, но, когда я увижу тебя в следующий раз, такого шанса у тебя уже не будет, и постигнет тебя кара небес, и исчезнет всё, что дорого тьме.       Курой подпрыгнул и на насколько секунд неподвижно завис над землёй, смотря вслед ангелам. Слёзы, слетавшие с его глаз, падали на дорогу, и в месте их падения поднимался дым. Бредший мимо пьяница лишился своего древнего, и так протёртого до дыр ботинка, наступив на слезу демона, и тут же громко завизжал от боли — слёзы были словно кислота.       Курой превратился в плотный сгусток чёрного дыма и быстро полетел прочь, пройдя сквозь голову пьяницы, упавшего в следующее мгновение куда-то в траву.

***

      Я обнаружила себя лежащей в своей кухне на полу. Демон задумчиво смотрел в окно. Я быстро встала и отряхнула платье.        — Думаю, теперь ты всё поймёшь, — сказал Пури… Курой?        — Скажи… — он обернулся на мои слова. — Как мне тебя называть?        — После всего увиденного тебя волнует только это? Зови, как хочешь!        — К-конечно, не только! — смутилась я. — Просто это первое, что мне пришло в голову, когда я тебя увидела здесь. А благодаря твоей истории я действительно поняла кое-что важное. Спасибо!       Я побежала к себе в комнату. Надо было ещё многое обдумать и… срочно записать всё увиденное! Это же просто гениальная идея для ещё одной истории! И меня не остановит даже поломка ноутбука и скорый приход «мамочки». Я открыла старый книжный шкаф и свалила из него на пол всё, что было на нижней полке. Она должна быть где-то тут, за стенкой… Надеюсь, там ещё осталось свободное место. Да, вот она! Когда-то давно стащенная у мамочек толстая тетрадь на кольцах. Я пользовалась ей некоторое время, когда меня наказывали, отбирая наручный компьютер. Как хорошо, что эту тетрадь у меня так и не нашли!       Я начала писать историю любви Куроя и Энжел, эта первая история, которую я так легко написала, я не отвлекалась и не задавалась вопросом «а что будет дальше?». Ничего выдумывать не надо.       Прекрасная история… Конечно, про ненависть Куроя к ангелам я ничего не написала.       Когда я уже закончила, на часах было семь вечера. Я не успеваю!       Я прошла на кухню, достала миски, ложки и другие принадлежности.       — Ичи, ты что-то собираешься готовить? — спросила мама.       — Да… Печеньки хочу испечь… Для одноклассниц. — слукавила я, иначе проблем не оберешься.       — Удачи. Извини, я бы хотела помочь, но мы с мамой идём в гости к моему брату. — сказала мама «1».       — Хорошо, не задерживайтесь. — проводила я. Еее, ушли! Теперь я смогу спокойно приготовить Футе печенье!       Я приступила к готовке: сначала растерла муку с маргарином, сахар… Столько будет достаточно?       — Сыпь больше! Я хочу сладкие! — приказывал Пурри-пу.       — Это не для тебя. — ответила я и убрала сахар подальше от сладкоежек. Втирать маргарин в муку очень классно — мука сушит кожу, а маргарин приятно охлаждает пальцы. Нужно развести дрожжи… Как?       — Пури, а как нужно дрожжи разводить? — спросила я, наверняка он знает — не первый день живет.       — Разбавь в теплой воде и всё. — ответил демон.       Так и сделала. После добавления дрожжей тесто из приятного желтовато-белого превратилось в серую жижу. Теперь было немного противно прикасаться к месиву.       — Спасибо. — перемешав всё, я убрала миску в холодильник. Тесто должно подняться… Хух, мои руки так устали месить… Так, нужно отмыть их.       Теперь… Глазурь… Тут легче. Нужно долго взбивать яйцо с сахаром, а если добавить краситель, то получится разноцветное биззэ. Пока взбивала, у меня было время подумать, как же я отдам свою выпечку Футе и будет ли он рад.       Закончив с лазурью, я достала тесто: как быстро оно поднялось!       — Пури-пу… Твоих рук дело? — сразу поняла я.       — Не благодари. — пропел демон. Боже…       Раскатав тесто, я начала отделять печеньки, аккуратно прикладывая к нему форму в виде сердечка и надавливая на неё. Они отлично выходили. Как весело и немного смущает!       «Ичи, это просто красотень!». Представив реакцию Футы, еще больше смутилась.        — Не время витать в мечтах, Принцесса! — разбудил меня демон. Я разогрела печь.       Я выложила их на противень, ранее уже смазанный маслом, и кинула в духовку.       Осталось подождать, а можно растопить шоколад, и будут шоколадные печеньки.       Так и сделаю! Демон пускал слюнки на вторую начинку.       Когда оставалось пять минут до готовности печенек, я намазала две разные начинки, с глазурью вышло поменьше. Аккуратно вытащив их из духовки, я решила попробовать одну.       — Надеюсь, Футе понравится… — не успела я договорить, как печеньку съел Курой, превратившись в свою былую форму.       — Очень вкусно. — чавкая, бубнил демон. Я достала скалку.       — Уйди прочь, жадный демон! — и я начала бить, пока он не вернулся в медвежонка.       — Больно же! Твой шоколад должен принадлежать только лишь прекрасным дамам! — ругался Пури-пу.       — А ты у нас прекрасная дама, да? — подколола я.        — Ради тебя могу ей стать, — пропел он высоким, почти писклявым голосом и обратился в милую девушку.        — Всё равно не дам! Я люблю Футу! — возразила я.        Завтра…