Only mine

Чувство раздражения, злости, недовольства…почему мы иногда испытываем их к близким? Из-за каких-то непонятных мыслей мы хотим бросить любимого человека, из-за каких-то мелочей решаем расстаться. Как это происходит? Когда пара может пересечь грань между приятными отношениями и холодным и враждебным проживанием под одной крышей? Всегда сложно строить отношения, заботиться, обращать внимание и становиться кем-то действительно важным. Чимин устал встречаться с первокурсником с музыкального факультета, который не может понять предпочтений Мина. Ему надоело, поэтому он собирает вещи и уходит. Точнее, складывает вещи в чемодан и ожидает своего возлюбленного, с которым сегодня расстанется. Замок в двери щелкает, и в конце коридора появляется высокая и стройная фигура. Только что вошедший парень удивляется, видя чемодан и несколько сумок. И еще больше его приводит в замешательство его парень, Пак Чимин, который затравленно, серьезно и очень внимательно следит за всеми его движениями. — Чимини, что-то случилось? Тебя отправляют в другой город на соревнования? — Чонгук, так зовут парня, чувствует, что разговор не понесёт за собой ничего хорошего. Он уже давно заметил, каким холодным и безэмоциональным стал его возлюбленный. Как он игнорирует его постоянно и не отвечает взаимностью. Но сейчас ситуация волнует его больше всего. — Нет, Чон, я не уезжаю, просто… — Чим замирает, словно ком застрял в горле. Он готовился уже долгое время сказать это, но когда пришло время, то все рвется по швам. Самообладание, уверенность, спокойствие. — Просто «что»? — Чонгук нервно закусывает губу. Он осознает, что хочет сказать Мин. Но не хочет этого слышать. — Нам нужно расстаться, — Чимин уводит взгляд, чтобы не встречаться с рассерженным взглядом своего любимого. Именно любимого…чувства Мина не поменялись, их не стало меньше, даже наоборот. Пак за долгое время открыл много хороших и очень близких черт в характере Чона. Но он не понимает своего возлюбленного, между ними слишком мало общего, через столь долгое количество времени их совместной жизни они до сих пор остаются чужими друг другу. — Чимин, — Чонгук словно подлетает к Мину, моментально хватая его за руку и притягивая к себе. — Ты ведь шутишь? О чем ты говоришь? — его голос немного дрожит. Он знал, что этим все могло закончиться, но сейчас не верит в слова своего хена, любимого. — Я больше ничего к тебе не чувствую, поэтому, — Пак поднимает взгляд, видя красные от подступающих слез глаза Чона. — Поэтому нам нужно расстаться. Прости за то, что не оправдал твоих ожиданий о прекрасных отношениях. Прости, что ухожу так. Но больше я не могу оставаться в этом доме, рядом с тобой. Давай остановимся здесь и больше не будем видеться. Чон хочет удержать парня, он чувствует, что Пак не говорит всей правды, не верит тому, что старший не чувствует больше ничего. Но смотря своему возлюбленному прямо в глаза, он чувствует, что Чимин очень серьезен в своих словах. А это значит, что где-то он совершил ошибку. Что-то он сделал не так, свернул куда-то не туда. Но черт, в чем же ошибка? Что заставило Мина уйти? Неужели за все это время, что они провели вместе, они не разу не испытывали настоящих, искренних чувств. Нет, это не так. Чонгук знает, ощущает, что чувства Пака еще живы. Проблема в чем-то другом. Чон спускается вниз по стенке, когда слышит звук закрывающейся двери. Он упустил свой шанс узнать, в чем же была настоящая причина. Или Чимин и сам не может сказать? Квартира кажется ужасно одинокой, сердце сжимается от боли, слезы льются непроизвольно, неконтролируемо. Чон держит себя за голову, сжимая в кулаках волосы и проклинает все на свете. Все, что забрало его Чимина. Его любимого… Не так далеко от дома, в небольшом парке возле милой беседки, согнув ноги в коленях, плакал Мин. Его мысли были запутаны, он не осознавал, как тяжело может пройти расставание. И не мог представить, как больно ему придется потом. Но Чим искренне переживал, ведь отношения не могут строиться только на чувствах. Должно быть что-то еще. *** Человеческая память…удивительная вещь. Мы можем забыть что-то, что сделали совсем недавно. Но некоторые события не выходят из нашей головы даже спустя долгое время. Прошло уже три месяца с того момента, как Чимин ушел из жизни Чона. Младший надеялся на то, что может с ним видеться в институте и хоть изредка общаться. Но Пак категорически и решительно игнорирует и прерывает все возможности и попытки Чонгука поговорить. И никому от этого не становится лучше. Пак почти каждый день замечает знакомую макушку младшего в столовой, библиотеке, в приемной, холле, на улице…везде, Чон словно тень, следующая за ним. Чонгук же, возвращаясь домой, пьет из кружки Мина, надевает раньше принадлежавшую Чимину футболку с милым изображением кролика, ложится спать на кровать, которая пахнет его любимым. В их жизнях все слишком грустно. Но возможно, их отношения закончились бы куда хуже, если бы Мин тогда не сделал шаг назад. Может, когда-нибудь, кто-нибудь из них сможет шагнуть вперед. *** — О, я смотрю ты частенько стал здесь появляться, — Пак лишь пожимает плечами на такое заявление. — Все же это не хорошо. — Я просто трачу свои деньги впустую и пытаюсь найти смысл всего того дерьма, что происходит со мной, — Чимин берет стакан и отпивает половину. — А у тебя как дела, Хосок-хен? — У меня все нормально. Конечно, сложно учиться на последнем курсе. Но, как видишь, успеваю даже подрабатывать, — парень замечает, что собеседник мало заинтересован в общении. — Я Чонгука недавно видел. Он выглядит примерно таким же убитым, как и ты. Может вам стоит поговорить? — Я не готов разговаривать. Да и в этом нет смысла, — Чимин замечает осуждающий взгляд. — Я решил закончить наши отношения, у меня были веские причины… — А Чонгук знает об этих веских причинах? — Хосок подсаживается ближе. — Неужели нет никакого решения данной проблемы? Почему ты не позволяешь ему сделать хоть что-то для того, чтобы вы снова были вместе? Вы оба убиваетесь, но нужны друг другу. Чимин молчит, задумчиво смотря в одну точку. Хосок-хен прав, им нужно поговорить, но что это может изменить? Их чувства и раньше были сильны, но они все равно оставались друг другу чужими. Они словно живут на разных планетах, а сейчас его просят сменить орбиту? Что должно измениться в их отношениях, чтобы они стали живыми? — Я не смог построить мост между нами, это моя вина, — Чимин опускает голову на барную стойку. — Теперь я расплачиваюсь за свою непроходимую тупость и безразличие. Хосок понимает, что Чимину становится хуже, когда он допивает второй стакан. Пак еще не пьян, но уже слишком расслаблен, поэтому чувства огромной волной выходят наружу. Хосок делает вид, что ему нужно срочно выйти, и на улице звонит Чонгуку. « — Хосок-хен? Что случилось?» — бармен слышит взволнованный голос. Ну, звонок в два часа ночи действительно заставлял чувствовать себя неподдельно встревоженным. — Я не знаю, могу ли я к тебе обратиться. Я сейчас в баре на подработке, и ко мне пришел Чимин. Не то чтобы он много выпил, но его состояние желает знать лучшего. И… « — Не объясняй. Я скоро приеду.» Хосок недолго ждал Чона, словно тот незамедлительно стал собираться после звонка. Хотя в этом нет ни единого сомнения. Чонгук взъерошенный, одетый в куртку черного цвета, из-под которой торчит затасканная футболка с кроликом. Чон сразу заметил Чимина, который все еще сидел за барной стойкой. Хосок мастерски ретировался, оставляя их друг другу. Чонгук снимает куртку, накидывая сверху на Чимина. Пак сначала не реагирует, но после задумывается о том, что какой-нибудь мудак решил к нему подкатить. Открывает глаза, в которых можно с легкостью прочитать: «убью и не пожалею». Однако взгляд Мина становится удивленным, он шокирован той картиной, которая открылась ему. Чон Чонгук в его старой домашней футболке стоит прямо перед ним, даже не пытаясь заговорить. Просто стоит и смотрит, но Чимина только убивает этот взгляд. Он слишком нежный, чувственный. Чонгук словно гладит его своими огромными ладонями по голове, но он только стоит и смотрит. И это убивает. Чимин пообещал себе, что он не сделает шаг навстречу. — Чимин-хен, — старший вздрагивает от такого обращения. — Я заберу тебя. Пак только хотел возразить, но Чонгук, отдавая деньги за напитки и хватая хена за руку, уводит его из бара. Чимин хочет вырваться, но у него не получается. Хватка младшего слишком сильная. Чон усаживает его в машину, пристегивая ремень безопасности. Чим молчит, хочет возразить, но не может. По его щекам катятся слезы. Чон, замечая это, оставляет руки на руле. Он боится спрашивать. Они еще долго сидят в машине, только тихие всхлипы разбавляли глухую тишину. Они оба безумно скучали друг по другу, однако тяжело начать разговор. Паку было тяжело сказать: «нам нужно расстаться». Чонгуку трудно сказать: «давай начнем все сначала». Их мысли слишком запутаны. Чимин думает о том, что больше он не хочет уходить. Чонгук думает о том, что больше никогда не отпустит. Они готовы начать сначала… — Прости меня, — голос Мина дрожит. — Я…я совершил ошибку, не должен был поступать так с тобой, мы должны были все обсудить. Я не должен был делать выбор один, не выслушав тебя. И я не должен был игнорировать тебя все это время. Мне очень жаль, — Чим говорит, одновременно шмыгая носом и пытаясь остановить подступающие слезы. Чон тоже не может сдержать свои чувства, однако сейчас, слыша такие слова, он чувствует себя безмерно счастливым. Ведь его Чимин сейчас рядом…и больше никуда не уйдет. Он приближается в плотную к старшему и, прошептав «не плачь», бережно целует его. Пак отвечает на поцелуй, хватаясь за край футболки. Чонгук чувствует солоноватость на губах и только сильнее, глубже целует. Чтобы вернуть тот сладкий и приятный вкус губ Мина. Долгий, но легкий поцелуй. Чонгук с каждой секундой прижимает возлюбленного ближе к себе, Чим с каждой секундой льнется к младшему, как к своей личной защите. Никто из них не хочет, чтобы все это заканчивалось. Они не могут быть друг без друга. *** Чимин, рассматривая комнату, замечает, что она ничуть не изменилась. Вещи, даже самые маленькие, все еще на своем месте. Да и Чонгук в его старой помятой футболке. Все говорит о том, что его ждали. И очень долго. Когда Мин заходит в комнату, то чувствует горячее дыхание на шее. Руки Чонгука оказываются на талии Чимина, а его губы возле уха. Пак поворачивается, засматриваясь на увлеченное лицо Чона, который не оставляет без внимания своего взгляда ни единой черты лица. Чонгук касается щеки и притягивает старшего к себе, оставляя дорожку поцелуев до губ. — Ты так вкусно пахнешь, — Чонгук проводит кончиком носа вдоль шеи. После немного покусывает кожу. — Я скучал… — Я тоже скучал, — парень чувствует, как врезается в угол кровати. Чон ухмыляется с того, как неуклюже Пак падает на кровать. — Ты на этой кровати — моя мечта последние три месяца, — Чонгук нависает сверху. — Я так боялся, что ты не позволишь мне быть рядом. Ты был жесток, игнорируя меня все это время, — младший приближается к шее, оставляя легкий укус. Чимин смотрит на всю эту картину, замерев. Взгляд Чонгука непроницаем, сложно понять, о чем сейчас он думает. Тело Мина напрягается, когда Чон оставляет более заметную отметину на его ключице. Футболка Пака летит на пол, а губы младшего продолжают исследовать тело возлюбленного. Иногда Гук оставляет лёгкие поцелуи, но когда в его голове меняются мысли на более развратные, то Пак дергается от сильных укусов. Чон проходит языком по каждой отметине, Мин же нервно и возбужденно елозит по простыне. — Что ты делаешь? — глаза Чима округляются, когда Чонгук вытягивает ремень из штанов. Руки Мина оказываются в плену, Чон крепко затягивает их в районе запястьев. — Чтобы ты не убежал, — младший возвращается на место, продолжая исследовать губами тело своего хена. Пак чувствует, как его тело отвечает на действия партнера. Его дыхание становится тяжелее, в голове слышится учащенный пульс. Чонгук замечает, что его любимый хен прикрывает глаза и льнется к нему всем телом. — Ты такой чувствительный, но я еще не закончил. Чонгук переворачивает старшего на живот, прижимаясь всем телом к спине любимого. Он, кусая хена за ухо и выбивая очередной тихий высокий стон, снимает с него джинсы вместе с нижним бельем. Чон почти наваливается на более хрупкого и легкого партнера, упираясь только рукой, оказавшейся возле головы Мина. Гук приподнимается, разглядывая ровную и подтянутую спину любимого и проводя пальцами вдоль позвоночника. Чон садиться на бедра, отчего Чим немного сжимается. Младшему открывается прекрасная картина. Стянутые его ремнем руки Мина сжали простынь, сам Пак смущенно уткнулся в подушку, растрепанные волосы так и просят крепко схватиться за них. Прекрасная картина. И только его. Чонгук проводит ладошкой по спине, спускаясь ниже. Удобней оседлав бедра, он массирующими движениями касается ягодиц, замечая напряжение со стороны старшего. «Расслабься» — слышит Чимин, после чего получает легкий шлепок. Пак вскрикивает от неожиданности, но в ответ получает еще один удар, но уже более звонкий и сильный. Чимин вжимается в кровать, но тяжелое тело Чона не позволяют ему увеличить расстояние между ними. Чонгук слишком сильный, властный… Чим кусает собственные губы от нахлынувшего возбуждения, которое отчетливо было заметно по вставшему члену. Чимин на себе ощущает, как Чон злился на него все это время. И он понимает, что его Чонгук хочет показать ему это. Свою злость из-за столь неожиданного расставания , раздражение из-за игнорирования. Но почему его злость кажется сейчас такой сексуальной. Пак чувствует жжение от ударов, но это все равно нравится. Чонгук хватает его за волосы, но он чувствует возбуждение еще больше. — Чон… — Чимин не может выговорить. Чонгук опускается, неожиданно нежно обнимая его. Да, он крепко держит Мина за волосы и при этом мягко и бережно целует в висок, ожидая продолжения. Его Чон Чонгук такой странный, но он только его. — Возьми меня. — Ты действительно этого хочешь? А как же «я не могу больше оставаться в этом доме, рядом с тобой»? Или «я больше ничего к тебе не чувствую»? — Чон больно кусает его за шею. — Зачем ты соврал тогда? Чтобы помучить меня? Тогда я теперь немного помучаю тебя, чтобы такого больше никогда не повторилось. Чонгук смачивает пальцы перед тем, как ввести их в Мина. Все также держа хена за голову, аккуратно засовывает их. Узко. Горячо. Чимин сразу же реагирует, немного всхлипывая. Чонгук двигает пальцами, другую руку убрал с головы и стал придерживать талию. Младший задает определенный ритм, Чим же полностью подчиняется ему, получая удовольствие. Чон доволен тем, как послушно ведет себя хен. Он никогда не был покладистым, но сейчас такой беззащитный. — Я и не думал, что ты любишь, когда кто-то доминирует над тобой, — Чонгук, придерживая член, аккуратно вставляет в старшего. — Ты всегда был таким самостоятельным, сильным, темпераментным, а сейчас так сладко стонешь подо мной. — Чон… — Пак не успевает досказать, ведь Чонгук входит почти до половины, выбивая из Чимина звонкий стон. Гук не останавливается, продолжая медленно двигаться. Слушая звонкие стоны, он поглаживает поясницу Пака. Несмотря на то, что Чон хотел создать небольшую пытку для своего любимого, двигался он все равно бережно, позволяя привыкнуть. Да и наблюдая за тем, как Чимин прогибается под ним, сложно сделать что-то действительно жестокое. Да, ему хочется выплеснуть все собравшиеся за три месяца эмоции, но делать Чимину больно — ни за что. Поэтому он ритмично, глубоко входит, иногда и сам не выдерживая и издавая тихие хриплые стоны. Потому что Пак очень узкий и до безумия горячий, и самый любимый. Даже когда Чон кончает внутрь, он не забывает о Мине, с нажимом надрачивая ему. Пак и сам вскоре изливается на простыни, а Гук ложится рядом, кладя руку на талию. Они тяжело дышат, прижимаются друг к другу. Чон своими длинными пальцами убирает челку Мина, думая о том, что в тот день ему не нужно было отпускать старшего. Ему нужно было крепко прижать его к себе… и ни в коем случае не оставлять. Они любят друг друга…но не всегда люди, имеющие искренне чувства, могут сразу найти общий язык. Иногда для этого нужно много времени. Однако в нашей голове всегда рисуется образ, когда влюбленные сразу же понимают друг друга с полуслова и чувствуют каждое изменения настроения друг друга. Но понимать друг друга — это тяжелый труд, даже для тех, кто действительно любит. — Хен, не уходи так больше… — Чонгук мягко целует Мина в макушку. — Я очень переживал. Поэтому…даже если тебе будет тяжело объяснить свои переживания, то ты все равно говори мне о них. Даже если я виноват, то ты обязательно рассказываешь. Я не отвернусь от тебя и ни за что не брошу, — Чонгук еще раз мягко целует в лоб, крепко прижимая Пака к себе. — Тогда…если плохо будет тебе…или тебя будут мучить сомнения, ты ведь расскажешь мне? Я боюсь совершить ошибку снова. — Я скажу тебе, и мы обязательно найдем решение. Только не уходи. Ты ведь только мой.