LOVE game

💚 Понедельник 💚

13:02

      – То, что я вижу тебя у нас в офисе, означает, что тебе всё-таки интересно сняться в нашем сериале, или ты пришёл только за тем, чтобы получить назад свои полсотни? – усмехнулась Джулия, занимая место в большом директорском кожаном кресле. Честно говоря, я хотел отказаться от участия в этом сериале и скорее всего сделал бы это, если бы не Карл. На той вечеринке в пятницу мы разговорились, и как-то само собой получилось так, что я позвал его к себе домой. Мы очень быстро нашли общий язык друг с другом и проболтали всю ночь напролёт, сидя за бутылкой пива на кухне. Мне сразу понравился Карл, он был забавным, и с ним было до неприличия легко общаться. В ту пятницу мы прилично надрались и я даже не могу вспомнить точно о чём мы разговаривали тогда. Кажется, Карл рассказывал историю о какой-то девочке, но что-то постоянно мешало ему рассказать её до конца. А еще он расспрашивал меня о моих увлечениях и о жизни в целом. И хоть мы и были знакомы чуть больше, чем пару часов, я, узнав, что он ищет съёмную квартиру, даже предложил ему пожить немного у меня. За эти выходные парень много чего интересного рассказал мне о «Skam», так сказать, посвятил меня во «внутреннюю кухню» сериала, и за это время ему каким-то невероятным способом удалось заинтересовать меня съёмкой в этом сериале и написать Джулии, что я приду к ней в понедельник.       – Я до сих пор между прочим чувствую себя обманутым, – шутливо укорил девушку я.       – Не я придумала этот спор, – весело парировала Джулия. – Но если серьёзно, я очень рада, что ты его выиграл, и я правда рада, что ты пришёл сегодня. Я кивнул, хотя червячок сомнений и недовольства ситуацией всё ещё пожирал меня изнутри. Не то, чтобы я был обижен на то, что меня заманили в сериал хитрым путем, всё-таки у меня был выбор, и я мог отказаться, но слишком многое было недосказанным. Почему в нашу первую встречу Джулия сидела в аудитории среди студентов, которые даже не знали, что именно она создатель сериала, о котором они слушают лекцию? Почему на вечеринке Джулия захотела проверить мои навыки в обольщении путём спора на свою сотрудницу, которая, как я потом узнал, является одним из сценаристов сериала? Из-за всего этого у меня возникало ощущение, что я лишь пешка в игре, которой руководит кто-то свыше, а это шло в разрез с моими лидерскими задатками.       – Давай я, наверное, расскажу тебе поподробнее о наших планах на новый сезон и о планах на твой счет, окей? – предложила Джулия, и я не нашёл ничего лучше, чем просто кивнуть в знак ответа.       – Ну и отлично, – радостно улыбнулась девушка, довольно хлопнув в ладоши. – Итак, как возможно тебе уже известно, каждый новый сезон «Skam» - это история жизни подростка, рассказанная глазами одного из персонажей сериала. Главным героем третьего сезона выбрали Исака Вальтерсена. Как и у любого другого подростка, у него немало проблем - в школе, с друзьями, в отношениях с родителями. И, конечно же, для нас очень важна его личная жизнь, в которой тоже всё не так просто. Исак - это парень, которому нравятся другие парни, но он даже сам себе в этом признаваться не хочет. Мы решили в этом сезоне затронуть тему сексуального меньшинства, потому что нам приходит очень много писем от поклонников сериала, таких же подростков, как Исак, которые долго просили нас об этом. А принять самого себя и «выйти из шкафа» Исаку поможет Эвен – его романтическое увлечение. Джулия выдержала нарочито показательную паузу, и я, сложив у себя в голове 2+2, недоверчиво прищурился:       – И вы предлагаете мне сыграть этого парня? Эвена?       – Именно! – радостно воскликнула Джулия, внимательно наблюдая за моей реакцией.       – То есть, если я правильно понимаю, так как любовная линия будет основной сюжетной линией… моя роль будет одной из главных? – с сомнением предположил я.       – Всё верно! – воодушевленно ответила Джулия и, совершенно не замечая моей растерянности, затараторила дальше, как заведенная. – Наряду с Исаком, у тебя будет больше экранного времени, чем у остальных персонажей. Исака играет очень хороший парень,Тарье, ты познакомишься с ним сегодня. Он - один из самых милых людей на площадке, и я абсолютно точно уверена, что вы подружитесь с ним. Во время съёмок ни у кого никогда не возникало с ним каких-то проблем или недопониманий, разве что… Джулия задумчиво прикусила нижнюю губу, словно сомневаясь, говорить ли мне остальное, но увидев мой вопросительный взгляд, всё-таки решилась:       – Я думаю сложности могут возникнуть только из-за того, что Тарье достаточно скромный парень. Ему всего 17 лет, он сам ещё учится в школе и, как ты понимаешь, у него не было достаточного опыта отношений, а ему придется играть парня, влюблённого в другого парня. Что-то меня напрягло в её словах, и я не сразу понял что. Разумеется, это нормально, когда режиссер волнуется, что один из её главных актеров не сможет убедительно сыграть парня с нетрадиционной ориентацией… но подождите-ка…почему она не волнуется и на мой счёт?       – Могу я задать вопрос? – вырвалось у меня, и, даже не удосужившись дождаться её ответа, я продолжил. – А что если это ИМЕННО я не справлюсь со своей ролью? Весь мой актёрский опыт – это пара-тройка постановок в школьном драм-кружке миллион лет назад. Я никогда не снимался на камеру, и уж тем более не изображал перед камерой любовь к другому парню. Я думал, мои слова смутят Джулию, но как ни странно, ни один мускул на её лице не дрогнул. Она опустила голову, перебирая мимоходом какие-то папки на своём столе, и вдруг тихим, но полным уверенности голосом спросила:       – Но тебе ведь это не чуждо, не так ли? Я говорю про отношения с парнями. Я так и замер с открытым ртом. Стоп, что?! У меня что на лбу это написано? Откуда она может…?       – О нет… – страдальчески простонал я. – Только не говорите, что Карл - это засланный вами шпион. Ответ был очевиден. Только Карл был связующим звеном между мной и сериальной командой. И он довольно ловко всё провернул, ненавязчиво выведав все подробности моей личной жизни за бутылкой пива в ту злосчастную пятницу.       – Тебе не стоит злиться на Карла, он хороший парень, просто он, как и все, заинтересован в том, чтобы ты оказался в нашей команде. Я ничего на это не ответил, но для себя решил, что больше не буду трепаться с Карлом о личном.       – Ну ладно, допустим у меня был опыт отношений с парнями, – вынужденно признался я. В общем, это не было каким-то секретом или вещью, которой бы я стеснялся, но согласитесь, никто не хочет, чтобы за его спиной болтали об его ориентации. – Но это не отменяет того факта, что у меня нет актёрских навыков и необходимого опыта. Но мои слова снова не произвели на Джулию ровно никакого эффекта:       – Как я тебе уже и говорила, в нашу первую встречу, бОльшая часть актёров нашего сериала - это обычные подростки, без актёрского образования. Некоторые, как Тарье например, всё ещё учатся в школе, другие, как ты, ходят в университет, и все они превосходно отыгрывают свои роли, но не потому, что умеют играть, а потому что проживают и пропускают историю своего персонажа через себя. И раз уж ты так волнуешься, что не справишься со своей ролью, я дам тебе прочитать описание характера Эвена, чтобы ты понял, что тебе и играть то почти не придется. Я с сомнением посмотрел на Джулию, которая загадочно мне улыбалась, но всё же принял из её рук черную папку с ярко желтым заголовком «ЭВЕН» на обложке. Хватило пары страниц и моего беглого взгляда, чтобы моё и без того растерянное выражение лица вытянулось в ещё большем изумлении.       – Это что, шутка такая? – недоверчиво произнёс я, не сводя с Джулии пристально-напряженного взгляда.       – Я же говорила, что тебе даже притворяться кем-то другим не придётся, – самодовольно улыбалась Джулия, явно потешаясь над моим состоянием полного непонимания. «Не притворяться кем-то другим» было ещё мягко сказано, а правда была в том, что Эвен был буквально списан с меня: «Эвен – третьекурсник, переводится в школу Nissen в последний год своего обучения. Красивый, обаятельный парень, разносторонняя личность. Инстинктивно находит подход к любому человеку и может непринуждённо влиться в любую компанию, становясь её эпицентром. Практически все, кто знакомится с ним, остаются им очарованы. Очень позитивный - 95% времени своей жизни пребывает в весёлом, игривом настроении. Добрый парень, который может проявить большую чуткость, даже к незнакомым людям, но в случае чего может и жёстко отстоять свои убеждения.» Да, в написанном здесь у нас с Эвеном было много общих черт, но все из них можно было бы списать на обычное совпадение, если бы не следующая страница, которая просто поставила меня в ступор: « Увлечения : индустрия кино. Мечта: стать режиссером и снять лучший эпический фильм о любви. Любимый фильм: «Красотка» Любимая музыка : группа Nas Особый талант: рисование» Вот эти факты за случайность принять я никак не мог.       – Чёртов шпион! – вырвалось у меня против воли. – Сегодня же выставлю его вместе со шмотками за дверь. Пригрел же гадюку! Джулия заливисто рассмеялась, а я поспешно пролистал оставшиеся листы, дабы убедиться, что не сболтнул Карлу по-пьяни ничего лишнего.       – Вы что, все мои черты так просто приписали одному из главных персонажей? Исправили его характер на мой только ради того, чтобы мне легче было его играть?– недоумевал я, продолжая, как в наваждении, листать папку.       – Ну не совсем так. Скорее мы обрели Эвена в твоем лице. Мы изначально предполагали, что Эвен будет обладать красивой внешностью и внутренним обаянием. Что он будет привлекать всеобщее внимание, не прилагая к тому особых усилий, и к которому люди сами будут тянуться. И когда ты пришёл на съёмку вечеринки в пятницу и за пару часов сумел очаровать добрую половину съёмочной команды, я решила, что мы наконец-таки нашли Эвена и поэтому попросила разузнать Карла побольше подробностей о тебе, которые помогли бы более широко раскрыть персонаж.       – У меня просто нет слов, – развел руками я, хотя на язык просился не один десяток вопросов и не только вопросов. Снова игры за моей спиной. Неужели так всегда в этой сфере? Но недоверие, наверное, всё же проступило у меня на лице, потому что Джулия поспешно добавила:       – Да, я понимаю, наши методы могут показаться тебе немного странными, но всё это делается в целях сохранения естественности. Всем персонажам в нашем сериале, так или иначе, присущи черты играющих их актёров. Ты и сам поймешь это, когда познакомишься с ними поближе.       – Но если всё так перемешано, как не запутаться в двух мирах? Как отличить правду от вымысла? Джулия таинственно улыбнулась, словно и не собиралась отвечать на этот вопрос и вместо этого спросила сама:       – Итак, вернёмся к тому, с чего мы начали этот разговор. Ты пришел, чтобы дать мне свое согласие на съемку?       – А моего согласия достаточно? Не нужно проходить никаких проб или что-то вроде того? – в который раз за день изумился я.       – Считай, что телефон Натали принес тебе роль в сериале. Ты нам полностью подходишь. Разве что нам необходимо посмотреть на твое взаимодействие с Тарье. Как понимаешь, без «химии» между актерами теперь никуда, – развела руками Джулия, но тут же подбадривающее улыбнулась и подмигнула. – Но я уверена, что всё пройдёт замечательно.       – То есть нам нужно будет сыграть что-то, чтобы вы оценили? – неуверенно предположил я. Теперь я уже ни в чём уверен не был.       – Что-то вроде того… – туманно отозвалась Джулия и бросила быстрый взгляд на настенные часы. – Сейчас Тарье ещё в школе, да и у меня есть кое-какие дела. Но что если нам собраться здесь всем вместе часика в 4?

💚 16:15 💚

      – Алло, Хенрик? Хенрик ты меня слышишь? – голос Джулии в трубке был полон тревоги.       – Да, я в офисе, уже минут 10. Но тут только мы с Энн вдвоем, – ответил я, подмигивая милой администраторше на рессепшне. Ей было за 50, и она очень напоминала мне мою заботливую суетливую бабушку. – Вы едете? Тарье с вами?       – Хенрик, тут такое дело… – взволнованно произнесла Джулия. – Я сейчас за городом, и у меня тут небольшая авария. В трубке то и дело слышались помехи и чужие голоса на заднем плане, и я с трудом различал голос самой Джулии.       – Авария? – переспросил я, морщась от громких звуков из трубки. – Что случилось? Вы в порядке? Из трубки какое-то время слышался лишь треск, и я даже испугался, не случилось ли чего-то на самом деле серьезного, как вновь услышал встревоженный голос Джулии:       – Всё в порядке. Я в порядке. Но мне очень нужна твоя помощь.       – Слушаю, – сразу перешёл к делу я.       – У Энн должна была остаться синяя папка с отчётами для налоговой. Сегодня не позднее 5 вечера я должна во чтобы то ни стало отдать её в агентство. Я бросил быстрый взгляд на настенные часы над головой Энн. Они показывали 20 минут пятого.       – Но вы не успеете… – растерянно отозвался я.       – Да, поэтому я и хочу попросить тебя и Тарье помочь мне. Я уже скинула ему смс с адресом агентства, а ты захвати, пожалуйста, документы. Я хочу, чтобы вы оба поехали туда и доставили документы в офис. Это правда очень важно, и я не хочу рисковать. Я могу на вас положиться? Я не успел ответить, так как входная дверь распахнулась и в офис вбежал русоволосый парень в смешной бордовой бейсболке, одетой козырьком назад.       – Ты Хенрик? – запыхавшись, спросил он, держась за бок.       – Кажется, он здесь. Ладно, не будем терять время... – пробормотал в трубку я и обернулся к парню. – А ты, видимо, Тарье? Привет. Далеко нам ехать?       – Прилично, – ответил он и бегло, но внимательно оглядел меня. – Документы у тебя?       – Точно, – хлопнул себя по лбу я и, обернувшись к Энн, на одном дыхании протараторил. – Энн, нам нужна синяя папка с отчетами для налоговой. Женщина торопливо отдала нам документы, и мы почти бегом выбежали из офиса. Погода на улице к тому времени окончательно испортилось, и теперь дул сильный пронизывающий ветер, да и небо темно-синего цвета не предвещало ничего хорошего.       – Итак, в какую нам сторону? – поинтересовался я и бросил на парня быстрый, но внимательный взгляд. Только сейчас на улице мне удалось разглядеть его получше. Всё, как и говорила Джули, – он выглядел как самый обыкновенный милый и скромный парень. Но надо заметить достаточно симпатичный скромный парень. Тарье обладал тонкими выразительными чертами лица: красивые круглые зелёные глаза были очерчены аккуратными бровями; маленький чуть вздёрнутый нос наводил на меня какую-то милую ассоциацию, о которой я никак не мог вспомнить; а вот небольшие розовые губы определённо точно имели форму бантика.       – Почти в другой конец города, – невесело вздохнул Тарье.       – Тогда нам нужно поймать такси, – предложил я, решительно направляясь в сторону парковки.       – Эй, эй, стой, – остановил меня парень, придержав за плечо. – Ты что не знаешь? Сегодня же забастовка в центре. Ни метро, ни такси не работают.       – Что? – чуть не взвыл от досады я. – И что же нам делать?       – Нуу… я, например, приехал сюда на велосипеде, – спокойно ответил он, показывая на велосипед, припаркованный рядом с офисом.       – Ты издеваешься? – раздраженно покосился я на него.– В такую погоду ехать на велосипеде?! Вдвоем?!       – Послушай, у нас нет времени спорить, так что выбирай: либо ты со мной на велосипеде, либо иди пешком, – довольно нагло ответил Тарье, задрав нос, и направился к своему велосипеду. Вот тебе и милый скромный парень… Я молча взревел от ярости, но взял себя в руки и, отобрав у парня велосипед из рук, решительно заявил:       – Хорошо, но поведу я.       – Эй, вообще-то это мой велик! – возмутился Тарье, но я уже уселся на сиденье и, обернувшись к нему, очень убедительно изобразил его голос:       – Ну времени спорить у нас все равно нет, так что выбирай: либо едешь сзади, либо идешь пешком. Могу поклясться, что выражение злости, которое минуту назад было написано на моём лице, теперь отразилось и на лице Тарье. К счастью, времени пререкаться у нас и правда не было, и он, скрипя зубами, недовольно уселся назад. Милое у нас вышло знакомство. Спустя несколько минут Тарье предложил срезать короткой дорогой, но я наотрез отказывался ехать незнакомым мне путем. Мы спорили почти пол дороги, и в итоге, после его убедительных доводов, что нам ни за что не успеть до места вовремя, если мы не срежем, я уступил и свернул. А спустя ещё несколько минут начался дождь, и дорога, по которой предложил ехать Тарье, превратилась в сплошное месиво из грязи и глины, поэтому пол оставшейся дороги мы уже ругались и спорили, кто из нас виноват больше. По дороге нам теперь пришлось идти пешком по грязи, да еще и с усилием волоча за собой велик. В итоге мы добрались до нужного нам офиса насквозь мокрые и по колено в грязи. А не успели мы отдать документы, как такси снова возобновило свою работу, и мы, в унисон проклиная Норвежские забастовки, сели в такси и отправились обратно в офис Джулии.

💚 18:18 💚

      – Между прочим, я всё еще считаю, что это ты во всём виноват, – беззлобно поддел Тарье я. Мы сидели в кабинете Джулии, с головы до ног укутанные в пушистые пледы, о которых позаботилась добродушная Энн. Когда женщина увидела, какими грязными и промокшими с головы до ног мы вернулись обратно в офис, она не смогла сдержать удивленного вопля. Но в итоге Энн поохала–поахала и раздобыла для нас тёплые пледы, а вскоре принесла нам горячий чай, предварительно разбавив его несколькими каплями виски, чтобы мы побыстрее согрелись. Тарьей сидел чуть ли не с головой укутанный в плед и грел свои посиневшие от холода руки над парящей теплом чашкой. Услышав мой голос, он резко вскинул голову, готовый к новому спору, но, увидев, что я просто прикалываюсь, тоже невольно улыбнулся и ответил:       – Ну конечно… и дождь - тоже моя вина? Между прочим, если бы не мой велик, нам вообще бы всю дорогу бежать пришлось.       – Между прочим, если бы не твой велик, который постоянно увязал в грязи, мы бы, может, и не перемазались, как свиньи, и нам бы не пришлось краснеть перед тем дядькой в чистом отглаженном костюмчике, – саркастично ответил я, играя бровями. Тарье посмотрел на меня с удивлением, а потом вдруг громко и беззаботно расхохотался. Совсем, как ребенок. Почему-то глядя на него, я тоже не смог удержаться и рассмеялся в ответ.       – Ты видел, да? – сквозь смех бормотал Тарье. – Ты видел, как он посмотрел на нас?       – Я даже не представляю, что он о нас подумал, – также сквозь смех ответил я.       – Боже, а у тебя еще совести хватило попросить его носовой платок, – взорвался новым приступом смеха Тарье.       – А что мне было делать, если у меня всё лицо было в грязи? – со смехом парировал я. – И вообще это твоя вина, если бы ты тогда не поскользнулся и не утянул меня за собой… Я откинул голову назад, не в силах сдержать новый приступ смеха, и вдруг заметил улыбающуюся Джулию, притаившуюся у двери.       – Джули? Давно вы здесь? – удивлённо спросил я, и Тарье, резко прервав смех, быстро обернулся к двери.       – Не совсем, – уклончиво ответила она и прошла на своё место. – Парни, я хочу вас поблагодарить. Вы так выручили меня, правда. Я надеюсь, что моё поручение не доставило вам слишком много хлопот? Мы с Тарье, не сговариваясь, посмотрели друг на друга и спустя несколько секунд одновременно прыснули от смеха. А когда мы отсмеялись, я заметил, что Джулия не сводит с нас пристально-заинтересованного взгляда, как будто решает что-то в данный момент в своей голове.       – Кажется, нам еще предстоят пробы на «химию» я так понимаю? – напомнил я, но Джулия вдруг отрицательно помотала головой. Мы с Тарье непонимающе уставились на неё.       – Знаете, стоя тут в дверях, я видела достаточно «химии», – призналась она, с интересом разглядывая нас обоих. – Поэтому достаточно с вас на сегодня. Хенрик? Я повернул к ней голову, но Джулия выдержала театральную паузу, прежде чем наконец громогласно объявила:       – Поздравляю тебя со вступлением в команду «Skam»! Я отвесил шутливый мини-поклон, а Тарье поднял вверх ладонь, по которой я со звоном хлопнул своей.       – Все официальные документы мы подпишем завтра, а на сегодня всем спасибо, все свободны. Вы отличная команда, парни, я так и знала, что не ошиблась в вас. И отчего-то мне показалось, что слова Джулии прозвучали как-то неоднозначно, будто она говорила совсем не о том, что мы помогли ей с документами сегодня.