О мотыльках, любви и золотой пряже

Едва только солнце коснулось верхушек деревьев, жизнь в Лориэне уже кипела вовсю. Элэнна слышала голоса эльфов, сидя на лавке возле своего прядильного станка, глаза её слипались, а нить снова не желала получаться тонкой и гладкой. Мысли о вчерашнем нагоняе от матери, который она получила за долгое отсутствие и не выполненную работу, мучили всю ночь и не давали спать. - "И почему я все время должна делать то, к чему не лежит моя душа? – думала она, стараясь сосредоточиться на работе изо всех сил. - Ведь сестры, мама и отец, все они занимаются любимым делом, им в радость ухаживать за садом, прясть и расчесывать волосы госпожи Галадриэль. Одна я вынуждена страдать каждый день лишь потому, что им так угодно..." Отбросив веретено в сторону, эллет измерила шагами свою маленькую комнату, устроенную на чердаке, и остановилась возле окна. - "Вот неужели владычице нужно столько пряжи, раз Туилиндэ и мама не успевают справиться с работой?" Свежий ветерок, без спроса ворвавшийся в комнату, растрепал волосы Элэнны и принес с собой жгучие ароматы леса, такого манящего и неизведанного. - "Думаю, naneth* не очень расстроится, если я немного прогуляюсь... – подумала девушка. - Вернувшись, я сделаю всю работу, даже ту, что бросила вчера." Радуясь собственной идее, принесённой теплым ветром, эллет легко выпрыгнула в окно, и, спустившись по верёвочной лестнице, направилась изучать лес. Кветлориэн по праву назывался "краем сновидений", все здесь как в сказке: огромные мэллирны, казалось, кронами задевают небо; сады располагают к неторопливой беседе, там травы и цветы, по зову ветра, перекликаются между собой и шуршат под ногами; чуть слышно тихое журчание ручейка, едва заметный блеск серебристой струйки; птицы поют на разные голоса, а дикие звери поражают своим разнообразием. На золотых полянах, залитых солнечным светом, всегда проходят веселые праздники, с музыкой, танцами и легендами у костра, а если взобраться на холм и подняться на цыпочки, то из-за крон деревьев можно увидеть Мглистые горы. Все это великолепие – прекрасный Лориэн. Так, неторопливым шагом, рассматривая цветных бабочек и лесных птичек, шла Элэнна, её мысли были заняты мечтами, как и всегда: о дальних берегах, неизведанных просторах и землях. Незаметно для самой себя, она дошла до плодового сада, где усталость сморила её, заставив присесть на землю, облокотившись на ствол старого клена: - Вот это я понимаю – счастье, – сказала эллет и мечтательно закрыла глаза. - Никакой пряжи, веретена и вечных забот. Но счастье было нарушено разговором двух эльфиек, работающих в саду. По голосу Эленна сразу же узнала мать и Туилиндэ. Прижавшись к дереву, она удобно устроилась, пытаясь вслушаться в суть разговора, который, как ей казалось, должен быть весьма интересным. - "Что же они обсуждают в моё отсутствие?" – подумала она, пытаясь рассмотреть сквозь листву лица говоривших. Туилиндэ и её мать Нимродель сидели в тени каштанового дерева, устроив себе небольшой перерыв во время работы в саду, так как лиц эльфиек Элэнна не видела, ей оставалось только слушать. - И вот, вчера она пришла уже за полночь, бросила работу и убежала... – жаловалась сестра. - И мне пришлось одной возиться, без помощи. Я до ночи не отходила от станка. - "Да, до ночи, – подумала Элэнна. - Небось побежала к своему Румилу." - Я знаю, – успокаивала дочь Нимродель. - Поступок Элэнны не заслуживает одобрения, к тому же, вчера я наказала её. Видела, сколько мотков я ей принесла? Сделает в два раза больше нитей. - Так если б это были нити! – продолжала жалобы Туилиндэ. - Видела бы ты, какие она прядёт нити – неаккуратные , толстые, я даже не осмелилась послать их госпоже Галадриэль! - А ты, вместо того чтоб жаловаться сейчас, взяла бы, да научила её, как правильно. - Так она и слушать меня не хочет! Витает в своих мечтах, а если начну на неё ругаться, сразу на другом языке мне отвечает. - "Завидует, – подумала Элэнна, не удержавшись от довольной улыбки. - Потому что сама не знает!" - Моя Туилиндэ, Элэнна у нас всегда была такой, она хорошая, просто мечтательница. Не терзай себя плохими мыслями. Вы с Лаурелин такие красавицы, мы с отцом очень гордимся вами. А Элэнна... Ей и так не очень повезло в жизни, ни красотой, ни талантами она не вышла. Пусть хоть мечтает... По щеке эллет предательски покатилась слеза. - "Мама! Как же ты говоришь так? Ведь я - твоя дочь..." - Не знаю, кто только женится на ней… – задумчиво проговорила Туилиндэ. - На праздниках на неё никто и не смотрит, да и убегает она всё время, не найти её. - Я тоже думала об этом. Думаю, отец что-то придумает. Ну, а если суждено нашей девочке всю жизнь одной быть, значит, судьба её такая... Продолжение разговора Элэнна так и не дослушала, слёзы обиды душили её. Быстро встав с земли, она побежала вперёд, не разбирая дороги. Любимая мама не верит в её собственное счастье! Хотя, в глубине души, эллет и сама знала, что в ней что-то не так, она с детства всегда отличалась от других девушек. В то время, как все эльфийки учились прясть, танцевать и играть на арфах и скрипках, Элэнна изучала наречия народов Средиземья, наблюдала за цветными бабочками в садах, разговаривала с деревьями и птицами. Остановившись после продолжительного бега, эльфийка огляделась по сторонам. Это было знакомое ей место, вдалеке были слышны удары молота о наковальню: - Adar!** – произнесла девушка и направилась в кузницу. В закоптелом небольшом помещении было жарко, огонь бушевал в горне, а возле наковальни трудился невысокий светловолосый эльф. Волосы его были собраны в хвост, руки по локоть испачканы в саже, а от напряженной работы на лбу выступили мелкие капли пота. - Отец! – позвала эльфа девушка. Эльф отложил в сторону молот и начал озираться по сторона, пока не увидел эллет: - Элэнна? Что ты здесь делаешь? - Отец! – Эллет кинулась на шею отцу, обливая его плечо слезами. - Кто обидел мою самую красивую девочку? – спросил Менелтор, поглаживая дочь по голове. Элэнна подняла на отца свои красные от слез глаза: - Ты что, издеваешься? - Нисколько, для меня ты всегда была самой красивой во всем Лотлориэне. Девушка отошла от отца и стала рассматривать помещение. Темное, но такое уютное, все здесь было пропитано запахами горячего металла и угля. В углу стояла бочка с только что выкованными наконечниками для стрел и мечами. - Это для воинов? – поинтересовалась эллет, вытаскивая один из них и рассматривая резьбу на рукояти. - Я встретил вчера Румила, он рассказал мне о том, что хранители границ истратили много стрел в последнее время. Правда, не знаю я, на что уходит так много оружия? - Как странно… – задумчиво произнесла Элэнна. - Пограничники занимаются не понятно чем, а не защищают нас от нападений врагов. - А ещё куют оружие, – добродушно улыбнулся Менелтор, поглаживая затылок. Девушка удивленно посмотрела на отца: - Что ты хочешь этим сказать? У тебя есть тайны от меня? - Я хочу сказать, что ты просто обязана помочь мне доделать работу, а потом мы вместе поужинаем на мэллирне. Улыбка озарила лицо Элэнны: - Сейчас, фартук только надену! Солнце постепенно начало окрашивать лес в розовый оттенок, деревья стали отбрасывать темные фигуры теней на землю. На вековом мэллирне, на ветке, устроились ужинать двое эльфов – отец и дочь. - Ну вот, папа, опять ты неаккуратно ешь! – весело щебетала Элэнна, стряхивая с отца крошки лембаса. - Но ведь мама же не видит, – ответил Менелтор, и оба рассмеялись. - Ты так похожа на меня в юности, – продолжил эльф, с тоской посмотрев на улыбающуюся дочь. Элэнна глубоко вдохнула вечерний воздух и закрыла глаза: - Nith u an-uir,*** – задумчиво произнесла она. - Я рад, что ты знаешь два языка, Элэнна, не многие могут похвастаться этим, а ты можешь. И я горжусь этим. Помню, я тоже знал его, только поговорить не с кем было, и все свои тайны я доверял этому мэллирну. - А сейчас? – спросила девушка. - Неужели ты забыл всё? - Ты – хорошая девочка, – сказал Менелтор, взяв дочку за руку, и слова его были взяты словно неоткуда. - Годы берут своё, дорогая, ничто не вечно. И мои знания в том числе. - Напрасно ты так говоришь, adar**, ты знаешь все о кузнечном деле! - А ведь я и не думал, что стану кузнецом, Элэнна. С детства меня тянуло посмотреть на стражников границ, я любил слушать их рассказы о врагах и обходах границ. Все мои мечты сводились лишь к тому, чтобы стать хранителем. - Тогда почему ты здесь? – спросила эллет, поджимая под себя ноги. - Мой отец, а твой дед, Анорион, был кузнечных дел мастером. Не было никого лучше него, во всем Лориэне, он решил передать своё мастерство мне. Так я и стал обучаться кузнечному делу, ох, и не нравилось мне это, да и не получалось ничего: огонь в горне потухал, молот был слишком тяжелым... Я часто бросал свою работу и приходил к этому мэллирну, и рассказывал ему все свои печали и тайны. - А отец не знал, что ты хотел стать стражником? - Знал, наверное... Но у него больше не было детей, поэтому, мне пришлось последовать воле родителей. - Разве ты не пытался им что-то сказать? – продолжала спрашивать девушка. - Им всегда было некогда. Мать работала в садах, а у отца кипела работа, да, он всегда был строгим, но хорошим отцом. Поэтому, единственным моим слушателем был этот самый мэллирн. – Эльф похлопал дерево по стволу, как старого друга. - Однажды, на Agelond,**** я пригласил танцевать одну молодую эллет, она показалась мне самой красивой во всем Кветлориэне, мы танцевали с ней четыре танца, а потом она исчезла. Печалям не было предела, и я снова пришел сюда, и снова изливал душу моему молчаливому другу... Иногда мне казалось, что он понимает меня, отвечает на вопросы шелестом золотых листьев. Может, так оно и было, или мне все казалось. Одно я знал точно - мэллирны умеют хранить тайны, они молча скрывают их в своих могучих кронах... - Та эллет была мама? – улыбаясь спросила Элэнна. - Да, дорогая, это была она. Солнце почти скрылось за горизонтом, и со стороны Мглистых гор потянуло ночной прохладой. По одной из дорог Лориэна шли двое эльфов – кузнечных дел мастер Менелтор и мечтательница Элэнна. Примечания автора: *Naneth(синд.) - мама **Adar(синд.) - отец ***Nith u an-uir(синд.) - юность не вечна ****Agelond(синд.) - у эльфов праздник Вечности, празднуется обычно во время летнего солнцестояния.