17 мгновений Ульрихстеда

Джейсону очень идёт белый цвет. Так считает Ларс. И его мнение подтверждается каждый раз, когда басист появляется в чём-то белом, что очень большая редкость. У Джейсона бледная кожа, серые глаза и каштановые волосы. Ларс считает такую внешность редкостью, слишком прекрасной, ангельской. Ньюстед далеко не ангел, но белый цвет ему очень идёт. У Джейсона очень привлекательные черты лица. Добрые. Даже когда на сцене он корчит злые и брутальные рожи, глаза выдают всё светлое, что есть в этом человеке. - Почему ты так редко носишь белое? - интересуется Ларс у басиста, когда они ждут Кёрка и Джеймса, чтобы пойти в очередной бар выпить. - Почему редко? - удивляется шатен. - Чаще, чем тебе кажется. А что? На самом деле Джейсон себе льстит. Сильно. Конечно ему и чёрный очень идёт. Ларс не отрицает. Но когда Джейсон в белом, просачивается изнутри личности басиста что-то такое, чего никогда не заметишь, когда он во всём черном. Что-то ещё более притягательное. Что-то манящее. И Ларс на это ведётся. А ещё Джейсону очень подходят ромашки. Нежные, белые цветочки с желтой серединкой. В этом он убеждается, когда они сидят у озера, и Ульрих срывает цветок, так вовремя оказавшийся рядом и вплетает в каштановые волосы басиста. Тот посматривает на датчанина и немного смущённо улыбается. - А тебе идёт, - улыбается барабанщик и поправляет уже выпадающий из пряди волос цветок. Ньюстед оглядывается в поиске ещё одной ромашки, но под рукой оказывается лишь желтого цвета одуванчик. Ньюстед срывает цветок и вплетает Ларсу в волосы. - И тебе идёт. Ларсу действительно идёт желтый цвет. А ещё ему очень идут одуванчики, так напоминающие солнце. Джейсону же идёт белый цвет и очень идут ромашки, нежные цветочки и желтой серединкой.