Сними эту дрянь

Джон Уотсон любил встречаться с друзьями. Ладно, будем честны – со знакомыми. Их было много: коллеги по работе, сослуживцы, дальние и не очень родственники, даже просто одноклассники и однокурсники, которых он не видел с десяток лет. Обычно такие встречи происходили в баре и не заканчивались ничем хорошим. Если говорить конкретно, Джон Уотсон напивался в зюзю, обещал себе, что больше никогда и ещё несколько дней не мог смотреть в глаза своему соседу, который, кажется, вообще не следил за тем, пьян доктор или нет. Один раз Джону в полубессознательном состоянии даже пришлось оказаться втянутым в химический эксперимент. «Надень маску», «лей это в колбу», «дай сюда», «держи пробирку» - в тот момент бедный Уотсон крепко призадумался о том, как можно быстро убить человека, не прилагая никаких усилий. Тем не менее, он продал бы душу за то, чтобы встречи Шерлока Холмса со старыми знакомыми (да, чёрт возьми, они у него были) проходили так же. Но этот ублюдок предпочитал не ограничивать себя алкоголем. - Я когда-нибудь убью тебя, - рычал доктор, затаскивая в край обдолбанного соседа на второй этаж и заваливая его на диван. - Неа, - невнятный ответ, сопровождаемый хихиканьем, окончательно добил Джона. - Заткнись, или я сделаю это прямо сейчас. Ненавижу тебя. Шерлок предпочёл промолчать, но просто не мог позволить себе окончить разговор на этом. Последнее слово всегда за ним, чёрт возьми! Именно этот принцип толкнул детектива на то, чтобы поймать момент, когда сосед посмотрит на его лицо, и показать ему язык. К слову, этот жест вызвал совсем не ту реакцию, на которую он рассчитывал. - Это что, пирсинг? – каким-то загробным голосом произнёс Джон через несколько секунд, быстрым движением облизав губы. Для Холмса, кажется, металлическая палочка (про себя доктор отметил, что они, кажется, называются штангами) в языке тоже была сюрпризом. Он захлопнул рот, с серьёзным видом поводил языком по внутренней стороне щеки, после чего его будто посетило озарение и он многозначительно кивнул. - Сними эту дрянь, - реакция Джона была быстрой и вполне естественной для врача. Шерлок моментально вытащил из-за спины подушку с британским флагом и закрыл ею нижнюю часть лица. - Нельзя, - было заметно, что ему сложно говорить с этой штукой во рту. Подушка, плотно прижатая к губам, ещё больше искажала звуки. – Две недели, пока не заживёт. - Зачем, Шерлок? – буквально простонал доктор, закрывая лицо ладонью. - Я проиграл спор. - Придурок. --- Коллапс начался именно тогда. Штанга в чужом языке не давала Джону покоя. Как заметил Андерсон, едва узнав о новом украшении Шерлока, «пирсинг в языке делают, чтобы целоваться». И, чёрт возьми, он был прав. Джону уже приходилось целовать девушек с маленькими бусинками на языке, но Холмс, наверное, сильно проигрался, потому что размеры этого были на порядок внушительнее. И в докторе Уотсоне проснулся тот самый исследовательский дух. Он просто обязан был узнать, каково это – когда к тебе в рот залезает язык с… таким. И уже к концу двух положенных недель он не сдержался. - Шерлок. - Это была констатация факта или обращение? - Покажи мне. - Ещё раз? – Холмс закатил глаза, отрываясь от ноутбука. Интерес соседа к его маленькой ошибке, совершённой из глубокого принципа, был слишком большим, и это настораживало. Он предпочитал думать, что Джон просто следит за состоянием прокола. Он молча высунул язык и, лишь повернувшись в сторону, откуда шёл голос доктора, заметил, что тот сидит всего в полуметре от него. Шерлок хотел было поинтересоваться, почему у него такие широкие зрачки, но не успел – сосед с невероятной наглостью схватил штангу двумя пальцами. На лице его отображалась усердная умственная работа. Детектив молча замер с видом «я свяжу тебя и сделаю так, чтобы никто и никогда не нашёл твоё тело». - Шерлок, я… Хочу кое-что попробовать. Ты же не против небольшого эксперимента, правда? Хватка разжалась, и Шерлок смог вернуть язык на место. - После того, что ты только что сделал, я вообще против любого действия, которое придёт в твою го… Договорить он не успел – Джон, завороженный тем, как штанга мелькает во рту у Холмса, пока тот говорит, впечатался своими губами в чужие. Первое, что пришло в голову – «солёный». Привкус металла во рту завораживал, и Уотсон осторожно коснулся кончиком языка штанги. Глаза у обоих были открыты. «Это и не поцелуй даже» - почему-то подумал Джон. «Мы, чёрт возьми, просто языками толкаемся». Отлипнуть от друга он изволил только через минуту. - Знаешь что? – Уотсон утёр губы тыльной стороной ладони. – Я передумал. Не снимай эту дрянь. - Вообще-то я и не собирался, - усмехнулся Шерлок. - Предвидел? - Ага. - Восхитительно.