И ударились об землю небеса

Первое, что я увидела, открыв глаза — был охренительно белый потолок. Ему вторили такие же белые стены, белые рамы на окнах и белые двери. Услышав назойливое пиканье, я скосила глаза и увидела пару мониторов и автоматическую манжетку тонометра, от которой тянулся шнур к моей левой руке. Какого хрена происходит?! Кто я?.. Где я?! - Ты в больнице, - ответил смутно знакомый голос. Я что, последний вопрос вслух задала? Послышались негромкие шаги, и в поле зрения появился...Эмин. - Ты? То есть...Вы? Где я? Что случилось? - я попыталась приподняться, но тут же почувствовала тупую боль в груди и упала обратно в подушки. - Блин! - Тея, тебе нельзя вставать, - певец присел рядом со мной на кровать. - И, кажется, в прошлый раз мы договорились — никакого «выканья». - Что случилось? - Ты что-нибудь помнишь? - в голосе Эмина слышались тревога и...вина? - Я..., - я сглотнула и облизала пересохшие губы, - я шла к площади, потом увидела на другой стороне улицы друга, побежала и...дальше пустота. Эмин встал и отошел к окну, засунув руки в карманы джинсов. - Тебя сбила моя машина, - глухо проговорил он. - И теперь ты лежишь тут с переломом ребер и сотрясением мозга. Черт! - он врезал кулаком по раме окна. - Я чуть не убил тебя! - Не драматизируй, - закусив губу, я подтянулась в полусидячее положение, - от перелома ребер еще никто не умирал. А сотрясения у меня быть не может по той простой причине, что сотрясаться нечему. - Не смешно, - брюнет вновь присел на кровать. - Как ты себя чувствуешь? - Ну..., - я картинно задумалась, - я лежу на мягкой кроватке в явно недешевой клинике, так что все прекрасно. - Издеваешься?! - Отнюдь. Эмин, меня уже однажды сбивала машина, и я ходила с трещиной в позвоночнике без всяких корсетов и больниц, только чтобы не волновать маму. А тут какие-то ребра. Заживет, как на собаке, - я улыбнулась и неосознанно накрыла его руку своей, но тут же отдернула. - Прости. Певец не дал мне отдернуть руку — подперев голову кулаком, он разлегся на моих коленях, выводя другой рукой невидимые узоры не моей ладони. - Мне жаль, что наша новая встреча произошла при таких печальных обстоятельствах. - А мне не жаль, - я пожала плечами, - я по натуре девушка-катасторофа. Эмин улыбнулся так любимой всеми фанатами лукавой улыбкой. - Какими судьбами в Первопрестольную? - Вообще-то планировалась встреча с давним другом и отпуск, а теперь я даже не уверена. - Давним другом? Это с ним ты шла на встречу, когда... - Да, - я не дала ему договорить. Откровенно говоря, ни Эмин, ни его водитель не были виноваты в случившемся — увидев Артема на другой стороне улице, я сломя голову рванула к нему, забыв про отсутствие наземного перехода. Если дело дойдет до разбирательства — так и скажу. - Мне тебя очень не хватало, - прошептал он. Я не верила своим ушам — как он, звезда мирового масштаба, может скучать по какой-то посредственной девчонке с избыточным весом. - Кстати, - как бы между прочим спросил брюнет, - а что это за давний друг? - Мы с Артемом учились в одном универе, только он на два года старше меня. Потом пути как-то разошлись, но когда он вернулся из армии, мы начали общаться вновь. А два года назад он выиграл грант на обучение в МГУ, и мы виделись урывками, когда кому-то удавалось вырваться. А после окончания вуза Артем решил остаться в Москве. Так что теперь летаю в основном я, - переведя дух, я откинулась на подушку — голова все-таки кружилась. - Ты в порядке? - встревоженно спросил певец. - Голова немного кружится, - говорить тоже было сложновато. Эмин соскочил с кровати и ринулся к двери. - Эй, кто там! - раздался его громкий голос на весь коридор. - Врача, быстро! Через полминуты меня уже осматривал симпатичный, но безумно усталый доктор лет сорока. - Ну что же это Вы, дорогая, - учтиво проговорил он, щупая пульс, - с сотрясение Вам категорически противопоказаны нагрузки. - Но... - И дружеская болтовня к этому тоже относится, - перебил доктор и повернулся к певцу. - Ваша девушка на удивление в рубашке родилась. Сейчас ей нужен только покой и никаких нагрузок. - Я не его девушка! - Не обращайте внимания, - Эмин вернул себе внимание врача, обернувшегося на мой возглас, - Вы же сами говорили, сотрясение и все такое. Я хотел посоветоваться по другому вопросу. Возможно ли... Что «возможно ли» мне узнать не удалось — брюнет и врач скрылись в коридоре. Но буквально тут же послышалась какая-то возня и голоса. - Да пропустите вы меня! Я ее друг! - Вы не числитесь в списке лиц, допускаемых в эту палату, - ответили густым басом. - Мне плевать, числюсь я или не числюсь! Пропустите немедленно! - Вам лучше уйти, во избежание неприятностей. - Да я вас... Снова возня и негромкий вскрик. - Что вы делаете? Идиоты! - ага, Эмин вернулся. - Я приказал не шуметь! - Так тут..это... - Что? - Парень какой-то ломится. Дверь распахнулась и вошли Эмин и слегка помятый...Артем. - Артем?! - Тея! - парень бросился ко мне и принялся душить в объятиях. - Тише, тише, ребра, - я мягко остановила его порыв. - Прости, - он присел рядом. - Как ты? Когда я увидел, как тебя сбили, сразу побежал к тебе, но толпа оттеснила. Мчался за «Скорой». - Пока состояние нестояния, - я фыркнула. - Но я помню, что ты обещал мне кальян и танец в парке Горького. - Будет тебе танец, - Артем улыбнулся. - Что врачи говорят? - А это ты у него спроси! - я кивнула в сторону певца, который делал вид, что его тут нет. - Тея, тебе нужно отдохнуть, - Эмин стал мягко теснить Артема к двери. - А мы обязательно еще зайдем. - Так и быть, - я съехала в кровати, накрывшись до самого носа одеялом, - двери закройте! Но едва за парнями закрылась дверь, я в нетерпении откинула одеяло и вновь приняла сидячее положение. Что это сейчас было? Я никогда не вызывала у Артема таких эмоций, как сейчас, правда, и машина меня на его глазах ранее не сбивала. А по выражению лица Эмина было понятно, что присутствие Артема ему неприятно. Он что, ревнует? Да мы знакомы без году неделю, откуда ревность?! Отпуск начинался весьма бурно, но я искренне надеялась, что не сегодня — завтра мне удастся удрать. Голова еще побаливала и ребры тоже ныли, особенно после обнимашек с Артемом, но залеживаться тут я не собиралась. Новости и все треволнения дали о себе знать и глаза стали закрываться. - Завтра, - пробормотала я, отбывая в царство Морфея, - обо всем я буду думать завтра...