Хочу быть в Твоём сердце...

Глава II. От счастья до несчастья один шаг… *Квартира Кларк*       Поднимаюсь на этаж 4 этаж, открываю дверь нашей с Финном квартиры. Хоть Октавия и говорила, что эта квартира только моя, но я не согласна. Мы с Финном стараемся создавать в ней уют. Мой жених должен быть дома, а слово то, какое — «жених», классно звучит. Захожу в квартиру и чувствую неприятный запах, смесь гари и противных духов. Бр-р-р. — Финн, ты дома? Тишина. Прохожу в кухню и вижу ужас на столе: две тарелки разбиты, на столе странные окурки и бутылки, мусорное ведро перевернуто, на плите что-то сгоревшее. Не понимаю, когда я уходила было чисто. — Финн! Твою мать, где ты? Врываюсь в комнату, ужасаюсь еще больше. Финн лежит на кровати, рядом с ним пепельница и бутылка какой-то гадости. Утром ведь всё было в порядке. — Милый, что происходит? — с беспокойством спрашиваю я. — О, Кла- а-арки! — говорит мой молодой человек пьяным голосом. — Ты пришла? Ну как рассказала своей «любименькой» подружке, что теперь всегда будешь со мной? Она наверно плевалась желчью и поздравляла тебя? — еще противнее сказал Финн. — Господи, что ты несешь? И какого чёрта ты в таком состоянии? — В каком состоянии? Я просто очень рад тому, что ты моя невеста! — брезгливо ответил Финн. — Так, поднимайся и иди в душ! Я понять не могу, почему ты себя так по-свински ведешь? — прикрикиваю на него, начинаю собирать бутылки и окурки. — Как я себя веду? Тебе что-то не нравится? — хватает меня за руку Финн. — Отпусти, мне больно! — что с ним происходит? Как с цепи сорвался! Вдруг его взгляд изменился, из злобного и агрессивного он стал каким-то пустым и беспомощным. — Ладно, Кларк. Прости, я что-то не в себе! — ответил мне Финн, отпустил мою руку. После он направился в душ.       Так, нужно успокоиться. Вдох-выдох. Я никогда не была такой, стала как размазня. Сейчас мне очень хочется плакать. Как в начале этого дня человек делает меня самой счастливой, а через несколько часов я хочу рыдать от обиды. Он ведь такой хороший и заботливый, что-то не так. Нужно нормально поговорить с ним. *в это время размышления Финна в душе*       Чёрт, я урод. Это ведь Кларк. Она нежная и заботливая, такая красивая. В первое время я думал, что лучше девушки мне не найти, мы познакомились когда она чуть не сбила меня на своей машине. Мы тогда очень долго смеялись, и я влюбился в ее улыбку. Спустя 5 месяцев дружеского общения я предложил ей встречаться. Мы были счастливыми. Года 3. А теперь я из-за страха или из-за того, что мы уже приличное время вместе, сделал ей предложение. Но зачем? Я идиот! Я не люблю её! Я изменяю ей! Его зовут Сэм. Сэмми. Я знаю, что это неправильно, но разве любовь может быть неправильной. Я ведь напился от безысходности! Я люблю его, а делаю предложение ей. Сейчас тошнит, не знаю из-за чего. Из алкоголя, или из-за того, что я «дерьмо» как выражается Октавия. Нужно сказать всё Кларк! Так сейчас Финн, ты освежишься и пойдешь говорить Кларк! Решено. *конец его дум* Спустя 40 минут я убралась в кухне, а Финн вернулся с душа. Я посмотрела на него. Боже, он такой подавленный. — Финн, что такое? Давай нормально поговорим! Он посмотрел на меня, и я поняла, что сейчас что-то произойдет. — Хорошо, Кларк. Давай. Я не хочу делать этот самый лучший день в твоей жизни, самым худшим, но… — Самый лучший для меня, Финн? А для тебя, разве это не так? У меня на глазах наворачивались слезы. Он так смотрит на меня, как будто сейчас сделать самую худшую вещь в своей жизни. Но, чёрт! Это неправильно! Как такой день можно чем-то омрачить? Он не  посмеет! — Кларк, давай решим всё сейчас! Я не хочу обманывать тебя, знаешь, почему я напился? Потому что наша женитьба — ошибка! Финн. Нет. Не делай мне больно, пожалуйста! Я смотрела на него и ничего не понимала, кажется, я стала тупой. Его взгляд такой жалкий и холодный одновременно, я не хочу верить ему. Нет, нет, нет… — Кларк, я не хочу делать тебе, больно, блин, мне самому неприятно, но нам нельзя быть вместе. Хотя почему нельзя? Можно! Но я не хочу быть с тобой. Я встретил другого человека, совсем недавно. Также я не хочу быть полным ничтожеством в твоих глазах, и скажу это. Я изменял тебе. Так, стоп! Что, блять? Как так?! Нет, слёзы, нет! Почему так больно? Замолчи! Замолчи. Не хочу ничего слышать, хочу закрыть глаза и оказаться около дверей своей квартиры, где час назад я была самым счастливым человеком. Сука, почему?! Нужно ответить ему! Нужно! — Неправильно? Не хочешь быть большим ничтожеством? Ты издеваешься? Финн, ты осознаешь, что ты делаешь? Я уже не контролирую слезы. А он стоит как вкопанный. И не смотрит мне в глаза. Ублюдок! Посмотри  на меня! — Финн, посмотри на меня! — он поднял на меня свои карие и такие любимые глаза, но я увидела только решимость и раскаяние в одном флаконе. — Скажи мне, почему? — Что, почему? Кларк. Я не люблю тебя… Нет, только не это. Я не слышу тебя, я не слышу тебя! Я закрыла свои уши и сильно зажмурилась. У меня резко заболела голова и начало тошнить. Дышим, Кларк, дышим! И тут ко мне приходит осознание этой долбанной реальности… — Давно? — Что давно, Кларк? — задал он самый тупой вопрос. — Давно ты не любишь меня? Может, ты меня никогда не любил? Скажи! Сейчас! — Кларк, не истери! Давай спокойно поговорим, лучше сейчас. Я всё решил. Его зовут Сэм. Почти полгода мы вместе. Я знаю, это может быть аморальным для тебя, но это так. Я буду говном, но сделаю тебе больно сейчас, это лучше, чем мы бы не любили друг друга. Ты ведь удивительная! Но не для меня. Мне кажется, я испугался, что что-то делаю неправильно, поэтому сделал тебе предложение. Я знаю, что делать предложение девушке утром и говорить, что мы расстаемся через несколько часов это ужасно, но по-другому я не могу. В этот момент мои слезы кончились. Я смотрела на него и видела полную уверенность в его словах. Но какой же он кобель! Так красиво притворяться! Делать предложение в моем любимом месте, а потом прийти и напиться за каких-то 4 часа. Как? Гад! — Ты не можешь по-другому? Что ты несешь? 4 года в мусорку. Я же была искренней с тобой, ты мой первый молодой человек. Зачем говорить о любви, строить прекрасные иллюзии, делать предложения и в этот же день бросать меня. Ты ублюдок, Финн Коллинз! Я ненавижу тебя! Давай так: ты собираешь свои вонючие шмотки и уматываешь из моей квартиры! И никогда, слышишь, тварь, никогда не приближаешься ко мне! Чтоб ты был счастлив, «педик» долбанный! Проваливай! Не смей говорить сейчас что-либо и чтобы духу твоего не было в моей квартире через 3 часа, ! И если я увижу хоть одну твою вещь в моем доме! Ключи оставишь у соседки, уебок!       Я развернулась, и, сжав руки в кулаки, выбежала из собственной квартиры. Так, что дальше? Слезы опять застилают глаза, нужно собраться! Поеду к маме, иначе я с ума сойду одна справляться с этим! Чёртов гандон, пусть чирикается со своим Сэмом. Фу, господи, изменил мне с мужиком! С мужиком! От этого еще ужасней. Вот как жить теперь? Он ведь был смыслом моей гребанной жизни. Выхожу на улицу, сажусь в своей пикап, нужно позвонить маме. Гудки, гудки, гудки. Почему всё раздражает. Возьми трубку, мам! — Алло, доченька! Ух, наконец. — Мам… — Кларк, что с голосом? Ты плачешь? Что случилось? — обеспокоено начала заваливать меня вопросами мама. — Мам, всё в порядке. Ты сейчас дома? — как можно уверенней ответила я ей. Не нужно, чтобы она переживала раньше времени. — Да, только пришла с магазина. Ты хочешь заехать? — Да, мам. Можно? — Конечно, милая! Через сколько тебя ждать? — всё также с беспокойством спросила меня мама. — Минут через 40 буду, если без пробок. — Хорошо, жду! Я положила трубку, завела свою машину и поехала к маме. Звонить Октавии я пока не буду, нужно успокоиться и всё переварить. На самом деле сейчас всё как в тумане. Я ничего не осознаю. Хочу скорей избавиться от этого чувства. Так надо отвлечься. Включаю радио, и замечаю на своей руке кольцо от этого козла. Тварь! Какой же он скотина! Снимаю кольцо и выкидываю его через стекло. Бесит! Так надо успокоиться, мне еще ехать.       Спустя минут 30 была около маминого дома. Я доехала быстрее, чем ожидала. Ставлю машину около гаража. Смотрюсь в зеркало. Господи, что за вид: глаза красные, нос тоже, такое ощущение, что лицо тоже пошло пятнами. Так. Всё. Вдыхаю, и выхожу из машины. Подхожу к порогу дома и захожу внутрь. — Мам! — кричу на весь дом. — Я приехала! Тут мама выбегает из гостиной с улыбкой, но через пару секунд ее лицо принимает серьезный вид. — Дочь, что с лицом? — задает вопрос мама, на самом деле, не тот, который я ожидала. — Давай попьем чаю, мам, — с тенью улыбки произношу я. Как же мне тяжело ей будет рассказать всё. Но ничего, я сильная! Мы проходим в кухню, и мама начинает готовить мой любимый чай с бергамотом. — Давай, Кларк, что такое? — опять очень беспокойно спрашивает меня мама, и смотрит на меня своим светло-карими глазами. — Мне Финн сделал предложение сегодня утром, — говорю я. Нужно начать с чего-нибудь хорошего, но по-моему в этом уже нет ничего хорошего. — О, Кларки! Это прекрасно! — с воодушевлением, говорит моя любимая мамочка. Ох, мама, если бы ты только знала окончание моей речи. Смотрю ей в глаза и продолжаю: — Да, может быть, но буквально час назад мы расстались, окончательно. Он изменил мне с каким-то парнем, и еще сказал, что любит его. Уже полгода. Это невыносимо. Он сказал, что сделал предложение только из-за норм и тому подобный бред. Я сказала собирать ему вещи и валить из моего дома. Мам, мне так больно! — весь рассказ я держалась, но на последней фразе слезы начали капать из моих глаз. Ужас. Мама подбежала ко мне, обняла крепко и начала говорить какие-то успокаивающие слова. Она такая заботливая, такая теплая, она никогда меня не предаст. Я прижалась к ней сильней, и дала волю слезам. Только с ней я могу по-настоящему отпустить себя. — Боже, Кларк! Тише-тише. Я с тобой. Этот урод не достоин тебя, ты ведь у меня удивительная, со своими заморочками, но по-своему прекрасна. Как он мог так поступить? Надо сказать папе, он ему разобьет его «прекрасное» личико. Всё, всё, не плачь. Ты самая лучшая, слышишь! Найдешь достойного человека, он будет любить тебя и оберегать. Делать тебя счастливой каждый день. А Финн, он просто не смог, он слаб. Ну, знаешь что, не желай ему зла, он поплатиться за свои ошибки сам, а твоя боль пройдет, не сразу, но пройдёт. Ты у меня самая сильная, самая любимая!       Закончив свою речь, мама поцеловала меня в макушку и прижала меня сильней к себе. Я верю во всё, что она говорит. Боль не будет постоянной. Тем более та, которая «облита» таким разочарованием. Я вздохнула, остановила поток слез и сказала: — Мам, но почему так? Мне невыносимо! — господи, не расплакаться бы ещё сильней. — Кларк, послушай, тебе в любом случае будет больно. Эта боль будет душераздирающая, сладкая и такая тягучая. Она может длиться очень долго, и может закончиться спустя мгновение. Иногда это чувство полноценного насыщения. Я говорю, конечно, не о физической боли, а о душевной. Она в тысячу раз убийственней. Боль параллельна счастью, но для некоторых испытывать ее — это уже счастье. Ты скажешь «что за бред, мам? Захочешь сейчас развернуться и уйти, но на самом деле это факт. Некоторые рады испытывать хотя бы это чувство. Пройдя через хренову тучу боли, такой, чтобы прям, она разрывала тебя на мелкие атомы, прожив и победив ее, ты уже никогда не будешь слабой. Слышишь, Кларк, никогда. Это касается всего: смерти близкого и родного человека (а это ведь неизбежно!), помнишь твоя бабушка Сюзанна умерла, тебе было больно, но сейчас ведь это не так; люди чувствуют боль, когда осознают себя одинокими и ненужными, но у тебя есть мы и твои друзья. Даже твоя боль из-за Финна, она специфическая, такую боль никто никогда не испытывал, твоя боль наполнена твоими впечатлениями и эмоциями, твоими воспоминаниями. Так вот, ты никогда не будешь слабой, ни в своих глазах, ни в глазах окружающих. Хорошо, если ты не станешь хладнокровной и равнодушной, девочка моя, но скоро будешь чувствовать себя, после этой чертовой боли, будто ты можешь всё, и тебя ничего не остановит, будто, ты послала всё в далекие дали и двигаешься дальше. Это ведь прекрасно двигаться дальше, не назад, а только вперед. Каждый долбанный (счастливый) день будешь доказывать себе, что счастье вот оно, нужно просто научится чувствовать себя живым. Найдешь человека, светлого человека. Полюбишь его всей душой и сердцем, а также позволишь ему полюбить себя. Это чувство пройдет, милая! Всё, давай вставай, умывайся и пойдём пить чай — с улыбкой сказала мне мама. Я посмотрела ей в глаза и увидела море любви и заботы. Как же хорошо, что у меня есть она. Я почувствовала частичку счастья.