Пацанка

Знаете, чтобы узнать человека, нужна всего лишь одна вещь – напиться вместе с ним. После того разговора по душам на вечеринке Люси и Грей сдружились. Можно даже сказать, что за прошедшие пол года они успели стать лучшими друзьями. Совместные тренировки и прогулки были теперь привычным делом для них. Они частенько ночевали друг у друга дома, в основном у Грея, сами понимаете: убирать все женские причиндалы проблематично. Вот и сейчас, после очередной тяжелой тренировки, друзья собирались к Грею домой. Фуллбастер, кстати, все же вступил в клуб по футболу, однако заходил туда всего пару раз, все свободное время он уделял баскетболу и Лю. Парни зашли в магазин, дабы купить упаковку пива и сигарет для блондинки. - Хартфелий, тебе надо меньше курить, а то совсем скопытишься. Бегаешь, как дохлый суслик, тебя даже первоклассница сделает, - хлопнув только что закурившего сигарету друга по спине, парень засмеялся. - Да пошел ты, тебя то вообще ничего не берет, - в шутку обиделась блондинка. Ведь курение – это одна из побочных сторон ее мужской жизни. Чтобы ее от природы низкий голос стал еще ниже и брутальнее, она со старших классов начала курить. Эффект не заставил себя ждать, но пагубная привычка уже успела глубоко засесть в ее голову и никак не хотела уходить. – Я не виноват, что не могу бросить. Это трудно, знаешь ли. - Да ладно, для тебя нет ничего не возможного. Ты же великий и ужасный Льюис – нападающий сборной универа! – торжественно воскликнул Грей, вскинув указательный палец вверх. Глядя на эту парочку, и не скажешь, что это взрослые парни, не беря в счет бороду брюнета, от которой почти все девушки без ума. - Ой да ладно тебе, не продолжай, - засмеялась Люси, все таки выкинув сигарету и улыбнувшись. - Я тут подумал, хочу тату себе набить, пойдешь со мной? – серьезно взглянув на блондинку, остановился и спросил Фуллбастер. - Что, сам боишься идти, штанишки намочишь один? – издевалась девушка. Зачастую, она использовала этот прием, дабы скрыть свое смущение или негодование. - Ебанутый? Это тебе не то, как бабы парами в туалет ходят. Это серьезный шаг, мне элементарно нужна твоя поддержка, придурок мелкий, - Грей взъерошил мягкие блондинистые волосы. – Всегда поражался, почему они такие мягкие? - Секрет фирмы, - показав язык, Люси ударила того в бок, как всегда делала, после его этого жеста. Она как раз была ему по грудь. Да и по телосложению она смахивала на семнадцатилетнего полутораметрового начинающего качка, хоть и сама была ростом около ста семидесяти трех сантиметров, но для парня ведь это мало. Вот она и комплексовала по этому поводу. - Слушай, а набей себе тоже, а? – брюнет вопросительно вздернул брови, а глаза его горели заинтересованным огоньком. Но в ответ лишь смех. - Ха, и что ты предлагаешь? Парную татушку, с надписью «Грей – one Love»? – не унималась девушка. - А что, слабо? – брюнет знал чем его друга взять. Он как настоящий парень, всегда принимал его вызов, от чего немало раз получал от тренера, преподавателя и даже ректора. - А что, давай, тогда с тебя такая же, только с моим именем, - воодушевилась девушка. С ним она могла быть самой собой. Она по натуре азартный человек, а в шкуре парня это качество словно возрастала в десять раз. - Ха, Лью, ты иногда такое мочишь, что аж живот скручивает, - смеялся парень. - Эй, я вообще-то серьезно, - та с укором посмотрела на друга. - Да ладно тебе, я подумаю, - отнекивался парень. - А что, слабо, - блондинка знала, у ее друга так же азарт хлещет в крови и он не упустит возможности, дабы не поспорить с кем-нибудь. - А давай, может ты мне еще в жопу дашь? – его лицо моментально стало серьезным. Что-что, а интимную тему они не часто затрагивают. – Твою сочную, мягкую и круглую попку, - облизнулся Грей, протягивая руки к выше указанной части тела. - Эй, ты чего? Мяч сильно ударил сегодня что ли. Пошли домой уже быстрее, компресс приложу что ли, - ее щеки пылали, хоть она и привыкла к излишнему вниманию со стороны женского пола и их провокационным вопросиком, но чтобы парни к ней так откровенно приставали это слишком для нее, тем более такой симпатичный, как Грей. А там было на что посмотреть – высокий, накаченный, брюнет с темно-синими глазами, в которых Люси не раз утопала и получала за это по голове мячом или пару шуточек о ее ориентации от обладателя тех самых глаз. Так он еще был и довольно образованным для спортсмена. -Ой, вот опять ты ушел от ответа, - заныл Фуллбастер, сколько раз он предлагал ей, но Лью всегда умел выйти из этой ситуации сухим. Дойдя, наконец, домой, они закинули в холодильник пиво. Пока Люси принимала душ, Грей нашел, чем перекусить и принес это в зал. Дом у него был большой, и жил он в нем один. Друзья часто устраивали у него дома вечеринки, а на следующий день с больной головой убирали дом. - Мне всегда нравился твой огромный душ, туда наверно человек пять влезть сможет, зачем тебе такой, м? Ты любишь оргии? Ай, старый развратник, не думал, что ты такой, - издевалась над другом блондинка, уже одетая, но с мокрыми волосами. - И это я пошлый, конечно, - иронично вздохнув, Грей посмотрел на друга, - это дом родителей как бы, и они его строили, так что заткнись. - А ты мне так и не рассказывал, почему ты один тут живешь, - девушка подсела к парню на диван и открыла жестяную банку пива. -Со мной хочешь жить? – подсев поближе к блондинке, игриво спросил парень. - Ха, всегда мечтал жить с парнем в огромном доме. Грей, я реально тебя спрашиваю, почему? – девушка отсела подальше и пристально уставилась на друга, а тот в свою очередь уставился на нее. Минуту они играли в гляделки, Фуллбастер как всегда сдался, тяжело вздохнув и побольше набирая воздуха в легкие для долгого разговора. - Да детка, я выиграл, сосни хуйца, и расскажи мне все! – ликовала Люси, исполняя свой фирменный танец победы, который она сама и придумала. - О боже, как же меня бесит этот танец, но ты неплохо трясешь попой, давай еще, - брюнет облизнулся и удобнее устроился на диванчике, пристально наблюдая за выдающейся пятой точкой его друга. - Задрал, пошляк хренов. Не увиливай! Рассказывай, ты же знаешь, я своего добьюсь! – и в правду, Хартфелия всего всегда добивалась сама. Да даже тот факт, что она сейчас в виде парня учится в университете и ее не раскрыли за четыре года, уже о многом говорит. - Точно, я и забыл, ладно. Мои родители умерли, когда мне было еще двенадцать, и до совершеннолетия мной занималась тетя. А потом, по завещанию мне достался этот дом. Со смерти родителей я усердно учился, много работал, и сейчас могу позволить самому оплачивать себе учебу и все остальное, - печально улыбнулся Фуллбастер. У девушки из-за всей этой ситуации сердце закололо, в ней будто проснулась женская натура, и она под этим порывом нежности обняла друга. Парень, уткнувшись в ее макушку, сильнее прижал друга и часто задышал. Оторвавшись, наконец, от брюнета, Люси взглянула на Грея, из его раскрасневшихся глаз текли слезы, нос разбух, и из одной ноздри свисала сопля, периодически превращающаяся в пузырь. - Ну ты и тряпка Фуллбастер, но носом надувать пузыри еще надо уметь, - пыталась разрядить обстановку девушка. - Извини, накатило что-то, это все ты со своими "расскажи" да "расскажи", - баскетболист улыбнулся, вытер сопли и слезы и принялся глушить пивасик. - А почему ты живешь один? Если подумать, то я о твоей жизни за стенами универа совсем не знаю, - удивлялся парень, пытаясь вспомнить хоть о чем-то, чтобы то не касалось обучения или спорта. - Да там и рассказывать нечего. Родители оставили домик, а сами переехали в другой город к родне. Сказали, «Если хочешь учиться, найди работу, а дом мы тебе оставим». Так и получилось, нашел работу, а они свалили в другой город. Правда, они совсем не одобряют моих увлечений. Мол, не гоже экономисту быть футбольной звездой. А может это единственное, что у меня осталось? Зато от телок отбоя нет, сам понимаешь, аж прятаться иногда приходиться, - оба заржали, ведь буквально пару дней назад, вместе убегали от толпы фанаток. - Кстати о них, по тебе столько баб сохнет, а мне сколько говорили, ты ни с одной с начала универа не встречался. Слушай друг, может ты гей, и мне стоит беспокоиться за свой зад? – подшучивал брюнет, ясно понимая ответ. - Это мне надо за свой беспокоиться, с таким-то другом, - переведя дух, Люси начала уже серьезно говорить, вспоминая моменты своей прежней жизни, о которой так хотелось забыть. - Знаешь, у меня есть одна подруга, не красавица, но и не уродина, с маленькой грудью, но большими амбициями, поэтому ее гнобили в школе. И как-то раз, парни из бейсбольной команды решили пошутить, да увлеклись. Они... - проглотив подкативший к горлу ком и собравшись с духом, блондинка продолжила, - Они изнасиловали ее и бросили в подворотне. - А какое отношение это к тебе имеет? – негодовал парень, пораженный историей друга. - Дело в том, что теперь, когда я смотрю на телку под собой, в голове у меня всплывает ее образ и сразу желание как-то пропадает, - выкрутилась девушка. Она раньше не задумывалась о причинах своего воздержания и подходящей истории не придумала. И сейчас ей приходилось импровизировать на ходу. - А может ты просто гей? – предположил друг, обнажив свою белоснежную улыбку. - Эй, вот не надо тут, со мной все в порядке! – пыталась выкрутиться девушка, но увы, не получалось. - А ты докажи, - серьезно ответил брюнет и с вызовом посмотрел на друга. - Да без проблем, - и только потом, до Люси дошло, в какой нелепой ситуации она оказалась, ведь доказывать ей нечем, а отказаться она не могла, гордость не позволит. - Отлично, мене тетя, как раз два приглашения прислала. Весенний бал, в честь... - Основателей города, - блондинка вспомнила, что обязательно должна там присутствовать, ибо тогда ее прибьют и совсем запретят ходить в эту «чертову академию», как выразилась мать Люси – Лейла. - А ты откуда знаешь? – удивился брюнет. Что-что, а такого рвения к мероприятиям, подобного рода, он не ожидал. - Матушка обязала туда прийти, видите ли, ее предки были одними, из основателей этого городка, - заныла блондинка. - Отлично, тогда договорились, а теперь давай наконец нажремся, а то пиво все остыло! Так и прошел этот день. Грей был рад задушевным разговором с лучшим другом, а Люси огорчена, ибо ей надо что-то придумать к балу, потому что раскрыть себя она не могла, а явиться туда была обязана. Именно этими мыслями была и забыта ее голова весь вечер.