ДЕВУШКА XXI ВЕКА

Я припарковал свой Ford около дома, заглушил мотор и окинул взглядом окна. Свет дребезжал в двух проемах, как раз там, где находилась кухня. Было видно одну тень, которая сновала туда-сюда, из одного угла в другой. Кэти готовит ужин. Я задался вопросом, что будет на этот раз? Тушеная капуста с рыбными котлетами или рис с морковью и салатом из огурцов и помидоров? Как же я ненавидел ее стряпню. Моя жена, если честно, готовила ужасно. Но я любил ее с такой же силой, поэтому, запихивая ложку с этой дрянью в рот, я широко улыбался и причмокивал «от удовольствия». Я понял, что, сколько бы времени я не отсиживался в салоне авто, мне все равно придется идти домой к Кэти и Алексу, 17-тилетнему подростку, своему сыну, который только окончил школу с отличием и ищет колледж, в который он будет поступать. Я вышел из машины и заблокировал ее, по привычке, а не потому что так надо. Переминувшись с ноги на ногу, я пошел по дорожке к дому, выложенной декоративными камнями. Вот мой дом, вот дверь, которую нужно открыть, чтобы войти в МОЙ дом, вот моя машина, там моя семья. Это все мое. У меня есть все, что только можно пожелать к 50-ти годам жизни, но как же мне все это приелось. Все стало таким приторно-сладким, что меня при одной мысли обо «всем моем» тянет к туалету, чтобы прочистить желудок и вздохнуть с новой силой, и попробовать что-то новое. Преподнеся ключ к замочной скважине, я замялся в нерешительности: открывать дверь или нет? Может быть, мне стоит кинуть все это и побежать далеко - далеко. И плевать, как будут смотреть люди на взрослого мужчину с сединой на висках, который все время оборачивается и убегает, прибавляя скорости от каждого толчка ноги от земли, как будто несется он от невидимого противника. А на самом деле он бежит от себя, от своей жизни и от всего своего. Но мне все-таки пришлось вставить ключ и повернуть его. Как только дверь открылась, на меня прыгнул Боб, громко тявкая и пытаясь облизнуть мне лицо. – Нет, Боб, нет. – Я смеялся, убирая его морду от себя, – Не трогай меня, малыш, хватит. Конечно, малышом трехлетнюю собаку породы лабрадор назвать тяжело, но мне все же это удалось. Через пару секунд я услышал, как Кэти позвала Боба к себе на кухню. Пес, радостно виляя хвостом, бросился к хозяйке, надеясь получить от нее кусочек чего-нибудь вкусного. И он обязательно получит. – Кэти, Алекс, я дома, – Громко крикнул я, снимая с себя джинсовую жилетку и кроссовки. – Мы о-очень рады, – Донесся со второго этажа голос раздраженного Алекса. Я понял, что он в очередной раз не может пройти какой-то уровень какой-то компьютерной игры. Эх, двадцать первый век. Дети не видят ничего дальше экрана монитора. А как же первая любовь, как же веселое лето, как же вечеринки? Да никак, они могут зайти в свой «Skype» и пообщаться там, а потом рассказывать, как они «весело» провели время. – Дорогой, – Произнесла моя жена, появившись в дверном проеме кухни, – Иди мой руки и садись за стол, ужин почти готов. Сегодня у нас особое меню: спагетти с жареной курицей. – Ух ты, а что за повод? – Я действительно удивился, ведь сегодня самая обычная среда. – Мне просто захотелось тебя побаловать. А что я не могу сделать приятно своему любимому мужу? – Конечно, можешь, дорогая, можешь. – Я слабо улыбнулся и поплелся в ванную. Я зашел в маленькую комнатку, которая была отделана голубой плиточкой и не имела окон на улицу. Мне нравилось находиться в этой комнате. Поваляться в ванной, посидеть на унитазе, долго смотреть на себя в зеркало. Я все это любил и с удовольствием делал. Я повернул вентиль крана, и в раковину полилась горячая вода. Я не сунул туда руки и не стал их мыть, я уставился на свое лицо в зеркале. Что я там увидел? Монстра, который перестал быть им, погрязнув в домашней рутине. Пустые голубые глаза, седые волосы, длинные усы, впалые щеки и кривые зубы. Я всем своим видом излучал смертельную усталость. Я понимал, что еще пару минут, и Кэти постучит в дверь, спросит все ли у меня хорошо. А я отвечу, что все нормально. Потом я сяду за стол, она начнет свои расспросы о работе, а потом, недослушав, начнет рассказывать про свой день, она будет жаловаться на Алекса, на его пассивность и привязанность к гаджетам современности. В общем, ничего нового. Я решил, что не стоит ждать ее стука, поэтому вышел раньше времени. Когда я прошел вперед по коридору, то Кэти уже вышла из-за угла. На ее плече висело кухонное полотенце, на груди был повязан фартук. Из-за тяжелой работы она тяжело дышала, от чего ее круглые формы очень сексуально качались. Я быстро сократил расстояние, которое разделяло нас, и быстрым движением впился ей в губы, положив одну ладонь на грудь, а другую – на ягодицу. Я почувствовал, что ее сердце бешено заколотилось, и поэтому я посильней сжал ее грудь. Она негромко хихикнула и чуть отстранилась от меня, глядя мне прямо в глаза. – Что с тобой, Джон? – Ее глаза блестели, как у девочки-подростка после первого поцелуя, – Что на тебя нашло? Вдруг Алекс увидит… – Ну и пускай, – Спокойно произнес я, расплываясь в ласковой улыбке, – Пусть он увидит, что его старики до сих пор любят друг друга. Пусть он видит и завидует, что МЫ с тобой зажимаемся по углам, а он – нет. Ему пора отстать от компьютера и взять пример с нас. – Ты так думаешь? – Моя жена какой-то обеспокоенно посмотрела на меня, – Он же… – Он уже взрослый парень, Кэт, ему пора. – Я ласково поцеловал ее в губы, убрал с лица выбившуюся прядь волос и улыбнулся, – А нам пора ужинать. Идем. Я очень голоден. Я сел за стол. Боб мирно посапывал под столом, но когда моя хозяйка начала накрывать к ужину, то он лениво задрал голову, глядя заспанными глазами на нас. Кэти разложила спагетти на три порции, в центр стола она поставила курицу на серебряном подносе, который был украшен зеленью. Кэт позвала Алекса ужинать. Дождавшись его, мы не спеша принялись есть. Непривычно было то, что мы ели в тишине. Обычно у нас шел какой-нибудь ленивый разговор о своем дне, о каких-то проблемах или еще о чем-то, а тут… Мы были словно совершенно незнакомыми людьми. И я решил все-таки нарушить молчание. – Ну что, Алекс, как твой день? – Не важно, – Пробормотал подросток, опуская голову к тарелке. Я не совсем понял, что он хотел сказать: то ли день был не из лучших, то ли он меня послал. Но я решил, что не стоит его трогать и перевел взгляд на жену, которая ласково глядела на нас с сыном. – А ты, дорогая, что нового у тебя? – Сегодня мне пришлось стать массовиком-затейником, чтобы расшевелить домашних, – Кстати, курица вполне себе ничего. – Спасибо, Джон, – Словно нараспев произнесла она, – Нет, ничего нового. Все по-старому. – Кэт намотала макароны на вилку и отправила их в рот. Но неожиданно она оживилась, быстро проглатывая еду. – Джон, твой отец заходил. – Да, и что же ему было нужно? – Он просил тебя забрать с вокзала его внучек… Я нахмурился и посмотрел на жену, отставляя вилку и нож в сторону. – То есть? – Пережевывая еду, произнес я , – Каких еще внучек? – Я не знаю, – Бросила она с такой интонацией, будто я был в чем-то виноват, – Он ничего не уточнял, просто попросил, чтобы ты на машине забрал Миранду, Генри, Алекса и вот его внучек. В общем-то, ты и сам в силе ему позвонить, чего ты давно не делал, он об этом тоже упомянул, все спросишь и расспросишь. Я запомнила еще, что поезд прибывает в три. Все. Я даже не стал доедать. Мне пришлось выйти из-за стола и уйти к себе в комнату, чтобы поговорить с отцом. Набрав его номер, я приложил трубку к уху. Перезванивал ему пару раз. На третий раз на другом конце линии отозвался старческий голос легким покашливанием. – Эй, па, – Тихо начал я, – Тут Кэт мне сказала, что мне надо забрать кого-то с вокзала… Знаешь, Миру и Алекса я помню, года два назад они у нас были, но Генри и внучки… Кто это? Ты никогда не говорил о них, а тут… – Да, Джон, извини, что раньше тебя не предупредил. Старая голова – дырявая голова, все напрочь вылетело. Да-да, Мира и Алекс, да, это они тогда были. Генри это ее муж, отчим Алекса. А вот девочки. Понимаешь, они не совсем мои внучки, точнее… В общем, они родные внучки моего брата. На самом деле я и не знал о том, что они есть вообще. Помнишь, я тогда уезжал в Литтл-Уиттлок? Так вот, они живут там. Я навестил жену брата, а там девочки. Они уже взрослые, так что не беспокойся. Не думаю, что они доставят какой-то дискомфорт тебе. – Пап, ладно, во сколько и где? – Мне пришлось прервать его, ибо мой папа из тех, кто любит поговорить. – Кстати, а жить они где будут? – В моем доме, – Сурово отозвался отец, – Не в твоем же, дрянная твоя голова. И так, ИстВок, три часа ночи, сегодня, вторая платформа, 7 вагон. Ладно, Джон, мне пора. Короткие гудки. Я тоже положил трубку. И так, сегодня ночью я познакомлюсь со своими очередными родственниками. Господи, как их много. Что со стороны матери, что со стороны отца.